Гудкайнд Терри / книги / Четвертое правило волшебника, или Храм Ветров


Текст получен из библиотеки 2Lib.ru

Код произведения: 3356 Автор: Гудкайнд Терри Наименование: Четвертое правило волшебника, или Храм Ветров OCR Альдебаран http://www.aldebaran.50g.com/ Terry Goodkind "Temple of the Winds" Терри Гудкайнд Четвертое правило волшебника, или Храм Ветров Глава 1 Я его убью, - произнесла Кара. Ее каблуки, как молоточки, застучали по мрамору пола. Мягкие кожаные сапожки, которые Кэлен носила под длинным белым платьем Исповедницы, тихо шептали, касаясь холодного камня. Ей стоило больших усилий сохранять спокойствие и не бежать следом. - Нет. Кара даже не потрудилась ответить. Взгляд ее пронзительных голубых глаз был устремлен в глубину широкого коридора. На пересечении его с другим коридором стояли облаченные в кожаные доспехи и кольчуги д'харианские солдаты, вооруженные мечами и боевыми топорами. Каждый настороженно всматривался в тени у дверей и между колонн и был готов в любую минуту обнажить оружие. Они лишь на краткий миг отвлеклись от своего дела, чтобы поклониться Кэлен. - Его нельзя просто взять и убить, - объяснила Кэлен. - Нам нужны ответы. Морд-Сит выгнула бровь над ледяным голубым глазом. - О, я не говорила, что мы не услышим ответов. Перед Тем как я его прикончу, он ответит тебе на все вопросы, что ты захочешь задать. - На невозмутимом лице Кары мелькнула безжалостная улыбка. - В этом и есть суть работы Морд-Сит - заставлять людей отвечать на вопросы, - Кара сделала паузу, - перед тем как убить их. Кэлен тяжело вздохнула: - Кара, это больше не твоя работа, не твоя жизнь. Теперь твоя задача - защищать Ричарда. - Именно поэтому ты должна мне позволить его убить. Мы не можем идти на риск, оставляя жить этого человека. - Нет. Сначала нужно выяснить, что происходит, - и не таким способом, каким хочешь ты. Лишенная веселья улыбка Кары снова исчезла. - Как пожелаете, Мать-Исповедница. Кэлен недоумевала, каким образом Кара ухитрилась так быстро переодеться в свою униформу. Если где-то возникали хотя бы малейшие сложности, там словно из воздуха неизменно появлялась Морд-Сит, облаченная в алую кожу. На красном, как эти женщины любили лишний раз подчеркнуть, кровь не видна. - Ты уверена, что он сказал именно это? Такими были его слова? - Да, Мать-Исповедница, это его слова в точности. И лучше бы ты дала мне его убить прежде, чем у него появится возможность снова их повторить. Кэлен сделала вид, что не расслышала последних слов. - Где Ричард? - Ты хочешь, чтобы я привела Магистра Рала? - Нет! Я просто хочу знать, где он, на случай если появятся неприятности. - На мой взгляд, неприятности уже появились. - Ты сказала, что его охраняют по меньшей мере две сотни солдат. Что может сделать один человек против двух сотен мечей, боевых топоров и стрел? - Мой бывший повелитель, Даркен Рал, отлично понимал, что сталь далеко не всегда способна предотвратить опасность. Именно поэтому он всегда держал подле себя Морд-Сит. - Этот негодяй убивал людей, даже не потрудившись узнать точно, представляют ли они для него угрозу! Ричард совсем другой, и я тоже. Ты знаешь, что, если возникнет подлинная опасность, я не постесняюсь ее устранить. Но почему же он так трусливо съеживается перед обычной сталью? И кстати, как Hсповедница я вряд ли так уж беззащитна перед опасностью, с которой не может совладать сталь. Надо сохранять хладнокровие. Давай не будем выносить суждения, не подкрепленные доказательствами. - Если ты не считаешь, что от него можно ждать неприятностей, почему же тогда мне приходится почти бежать, чтобы поспевать за тобой? Только сейчас Кэлен сообразила, что мчится по коридору на шаг впереди Морд- Сит. Она пошла медленнее. - Потому что речь идет о Ричарде, - едва ли не шепотом ответила она. - Ты беспокоишься не меньше, чем я, - хмыкнула Кара. - Разумеется, беспокоюсь! Но и тебе не меньше, чем мне, должно быть ясно - если этот человек действительно представляет собой нечто большее, чем кажется на первый взгляд, то, убив его, мы угодим в ловушку. - Может быть, ты права - но таково предназначение Морд-Сит. - Так где же все-таки Ричард? Кара сжала в кулак руку в алой перчатке с металлическими шипами. Ее эйджил - на первый взгляд просто красный кожаный стержень в палец толщиной, а на самом деле - страшное оружие - свисал с запястья на золотой цепочке. Точно такой же висел у Кэлен на шее, хотя использовать его в качестве оружия она не могла. Это был подарок Ричарда - символ боли и утрат, которые им обоим пришлось пережить. - Он там, в глубине дворца, в одном из внутренних парков. - Кара показала пальцем через плечо. - С ним Райна и Бердина. Узнав, что Ричарда охраняют две другие Морд-Сит, Кэлен почувствовала себя немного спокойнее. - Это имеет отношение к сюрпризу, что он мне готовит? - Какому сюрпризу? - Ну, тебе-то уж он наверняка сказал, Кара, - улыбнулась Кэлен. Кара быстро погасила мелькнувшие в глазах огоньки. - Конечно, сказал. - Так что же это? - Еще он сказал, чтобы я не говорила тебе. - Я ему не скажу, что ты мне рассказала, - пожала плечами Кэлен. Кара рассмеялась - но в этом смехе, как и в ее улыбке, веселья не было. - У Магистра Рала есть весьма своеобразный способ узнавать все, особенно то, что от него пытаются скрыть. Кэлен и сама это знала. - Так чем же он там занимается? Кара скривилась: - Разными вещами. Ты же знаешь Магистра Рала. Он любит бывать на свежем воздухе. Кэлен глянула на нее и увидела, что лицо Кары стало' почти такого же цвета, как ее алое одеяние. - Что же это на сей раз? Кара кашлянула. - Он приручает бурундуков. - Он - что? Я не расслышала! Кара нетерпеливо махнула рукой. - Стало тепло, и бурундуки проснулись. Он их приручает. Прикармливает. - Она раздраженно поморщилась. Кэлен улыбнулась, представив себе, как Ричард, ее возлюбленный, человек, ставший владыкой Д'Хары и взявший власть почти над всеми Срединными Землями, которые отныне едят из его рук, развлекается тем, что приучает бурундуков брать корм с ладони. - Что ж, звучит довольно невинно - прикармливает бурундучков. Они прошли между двумя д'харианскими стражниками. Кара снова сжала кулак. - Он приручает бурундуков, - сквозь стиснутые зубы выдавила она, - брать корм с рук Бердины и Райны. А эти две дуры хихикают! - Удрученно глядя в пол. Кара всплеснула руками. - Морд-Сит - хихикают! Кэлен зажала ладошкой рот, чтобы не расхохотаться. Кара перебросила длинные светлые волосы на грудь и погладила их жестом, который вызвал у Кэлен неприятные воспоминания. Так ведьма Шота гладила своих змей. - Ну, - сделала Кэлен попытку охладить пыл возмущенной Морд-Сит, - быть может, они это делают не по своей воле. Они ведь связаны с Ричардом узами. Возможно, он приказал им, и они вынуждены подчиниться приказу. Кара бросила на нее недоверчивый взгляд. Кэлен знала, что каждая из трех Морд-Сит будет защищать Ричарда до самой смерти - они уже доказали свою готовность без колебаний пожертвовать жизнью ради него, - и все же Морд-Сит, хотя и были связаны с ним волшебными узами, порой отказывались выполнять его приказания, если считали их неправильными или малозначительными. Даркен Рал, прежний Владыка Д'Хары, отец Ричарда, убил бы любую из них в мгновение ока, лишь заподозрив, что она хотя бы подумала о том, чтобы не выполнить его приказ, каким бы дурацким он ни был. Но Ричард сам даровал им свободу и был не вправе требовать от них слепого повиновения. - Чем скорее ты выйдешь за Ричарда" тем лучше. Тогда вместо того чтобы приучать бурундуков есть из рук Морд-Сит, он сам будет есть из твоих. Кэлен радостно засмеялась, представив себя женой Ричарда. Теперь уже осталось недолго ждать. - Ричард, конечно, получит мою руку - но тебе следовало бы знать, как и всем прочим, что есть из моих рук он не станет... Да я и сама этого не захочу. - Когда к тебе вернется здравый смысл, приходи ко мне, и я научу тебя, как это делать. После этих слов Кара перевела внимание на д'харианских солдат; они проверяли каждый коридор, заглядывали в каждую дверь и в каждый угол. Можно было не сомневаться, что это делается по требованию Кары. - Иган тоже с Магистром Ралом. Ему ничто не грозит, а мы пока позаботимся об этом человеке. Веселое настроение Кэлен сразу же улетучилось. - Но как же он все-таки сюда попал? Прошел с другими просителями? - Нет. - В голосе Кары вновь зазвучал профессиональный холод. - Но я это выясню. Насколько мне удалось узнать, он просто подошел к часовым у Зала Совета и спросил, как ему найти Магистра Рала. Можно подумать, любой может вот так запросто войти во дворец и потребовать встречи с Владыкой Д'Хары, как будто это мясник, у которого каждый может заказать кусок мяса по вкусу. - И только тогда стражники спросили, зачем он хочет видеть Ричарда? Кара кивнула: - Мое мнение - его надо убить. Кэлен вдруг поняла, в чем дело, и по спине у нее пробежал холодок. Кара строит из себя сурового телохранителя, которому ничего не стоит пролить чью-то кровь, но на самом деле она боится. Боится за Ричарда. - Я хочу знать, как он сюда попал. Стражники увидели его уже во дворце, а ведь он вообще не должен был войти внутрь. Быть может, в системе охраны дворца имеется брешь. Не лучше ли найти прежде, чем кто-то еще пролезет сюда незваным? - Мы это выясним, если ты дашь мне действовать моими методами. - У нас недостаточно сведений. К тому же он может умереть до того, как мы что-нибудь выясним, и тогда опасность, грозящая Ричарду, лишь возрастет. - Хорошо, - вздохнув, согласилась Кара. - Пусть будет по-твоему - но только до тех пор, пока ты понимаешь, что у меня есть приказ, который я должна выполнять. - Какой приказ? - Магистр Рал приказал нам охранять и защищать тебя, как его самого. - Тряхнув головой, Кара перебросила волосы за спину. - Я разрешила ему оставить тебя себе. Но если ты не будешь проявлять осторожность, Мать-Исповедница, и своими запретами поставишь под угрозу жизнь Магистра Рала, я заберу назад свое разрешение. Кэлен рассмеялась. Но ее смех умер, потому что Кара даже не улыбнулась. Кэлен никогда не могла понять, когда Морд-Сит шутят, а когда говорят всерьез. - Сюда, - сказала она. - Так короче, и к тому же, учитывая появление нашего необычного гостя, я хочу взглянуть на просителей, которые ждут аудиенции. Возможно, его использовали для того, чтобы отвлечь наше внимание от кого-то другого. Того, кто на самом деле представляет опасность. Кара сердито сдвинула брови. Казалось, ее оскорбили эти слова. - А зачем, по-твоему, я приказала закрыть Зал Прошений и выставила вокруг гвардейцев? - Надеюсь, ты проделала это не слишком заметно, чтобы не вызвать паники. - Офицеры получили указание не пугать людей без необходимости, но наша первейшая обязанность - защищать Магистра Рала. Кэлен кивнула. Спорить с этим она не могла. Двое стражников перед дверью - а также еще два десятка солдат в коридоре - склонились перед Кэлен, а затем распахнули тяжелые, обитые медью створки. Каменные перила на толстых ромбовидных балясинах бежали между белыми мраморными колоннами - но этот барьер, отделяющий Зал Прошений от галереи, был скорее символическим, чем настоящим. Льющийся с тридцатифутовой высоты солнечный свет освещал зал, но не достигал галереи, где приглушенно мерцали золотистые огоньки ламп, подвешенных под потолком. По древнему обычаю, сюда, в Зал Прошений, приходили люди с разными просьбами - от разногласий по поводу прав пешеходов собираться на перекрестках до требования военного вмешательства в пограничный спор между соседними странами. Дела, которые могли решить городские власти, направлялись в соответствующие инстанции, а вопросы, касающиеся политики, если они не подлежали разрешению иным способом, представлялись на обсуждение Совету Срединных Земель. В Зале Прошений чиновники определяли порядок и очередность подачи прошений. Когда Даркен Рал, отец Ричарда, напал на Срединные Земли, погиб Сол Витеррин, начальник Протокольного отдела; вместе с ним погибли и почти все его подчиненные. Ричард нанес поражение Даркену Ралу и сам как наследник, владеющий волшебным даром, стал Владыкой Д'Хары. Он положил конец разобщенности между странами Срединных Земель, заставив их капитулировать перед Д'Харой, чтобы заново сплотить их в единую силу, способную противостоять угрозе, которая надвигалась из Древнего мира в лице Имперского Ордена. Кэлен чувствовала себя крайне неловко, оказавшись Матерью-Исповедницей, которая правит после того, как Срединные Земли перестали существовать как единое целое, как союз суверенных государств. Но она понимала, что наипервейшая ее обязанность - сохранить жизнь людям, а не традициям. Если его не остановить, Имперский Орден поработит весь мир, и жители Срединных Земель превратятся в его имущество. Ричард сумел сделать то, что не удалось его отцу, но поступил он так по совершенно иным причинам. Кэлен любила Ричарда и понимала, что он захватил власть, лишь заботясь о благе людей. Скоро они поженятся, и в результате этого брака Срединные Земли мирным путем навсегда объединятся с Д'Харой. И это будет апофеозом их любви - они тоже станут единым целым. Кэлен не хватало Сола Витеррина: он был бы хорошим помощником. Теперь, когда советники погибли и Срединные Земли стали частью Д'Хары, некому стало следить за соблюдением протокола. Несколько растерянных д'харианских офицеров суетились возле барьера, безуспешно пытаясь навести порядок среди просителей. Войдя, Кэлен внимательно оглядела толпу ожидающих в попытке определить, с какими вопросами эти люди сегодня пришли во дворец. Судя по одежде, в основном это были жители пригородов Эйдиндрила: рабочие, лавочники и торговцы. Она увидела нескольких ребятишек, с которыми познакомилась в тот день, когда Ричард взял ее посмотреть, как играют в джа-ла. В тот день Кэлен впервые увидела эту игру и Порадовалась, глядя, как играют и веселятся дети. Ребята скорее всего хотят позвать Ричарда на следующий матч. Он с одинаковым азартом "болел" за каждую команду - впрочем, Кэлен сомневалась, что, даже если бы Ричард отдал предпочтение какой-нибудь одной, это имело бы какое-то значение. Дети тянулись к Ричарду инстинктивно, чувствуя его доброту. Кэлен узнала нескольких дипломатов из небольших стран, которые, как она надеялась, примут предложение Ричарда капитулировать и признать владычество Д'Хары. Она знала правителей этих стран и надеялась, что они поймут необходимость объединиться в борьбе за свободу. Она мысленно пожалела, что Ричард не носит одежд, более соответствующих его нынешнему положению. Простая охотничья куртка и штаны хорошо служили ему, но теперь ему требовался наряд повнушительнее. Ведь он уже не обычный лесной проводник. Кэлен правила людьми почти всю свою жизнь и понимала, что облик правителя должен отвечать ожиданиям его подданных. Это сильно облегчает взаимопонимание - и не только для того, кто облечен властью. Кэлен сильно сомневалась, что кто- нибудь нанял бы Ричарда проводником, не будь он одет как проводник. Конечно, в какой-то степени Ричард и был проводником в этом коварном мире ненадежных союзников и новых врагов. И все же он часто спрашивает ее совета - придется поговорить с ним и насчет одежды. Когда собравшиеся увидели Мать-Исповедницу, разговоры смолкли; все опустились на одно колено и склонили головы. Кэлен была необычно молода для своей должности. Авторитет Матери-Исповедницы в Срединных Землях никем не оспаривался. Мать-Исповедница - это Мать-Исповедница, независимо от ее возраста или внешности. Люди кланялись не столько женщине, сколько древней власти, которую она воплощает. Для жителей Срединных Земель Исповедницы были загадкой; но они выбирали Мать-Исповедницу - а для них возраст не имел значения. Кэлен была избрана, чтобы защищать свободу и права всех народов Срединных Земель, но люди редко смотрели на это с такой точки зрения. Для большинства людей правитель есть правитель. Одни лучше, другие хуже. В качестве правителя правителей Мать-Исповедница поощряла хороших и наказывала дурных. Если правитель оказывался чересчур скверным, в ее власти было его устранить. Для этого, собственно, и существовала Мать-Исповедница. Впрочем, для большинства такое решение проблемы управления страной выглядело лишь обычным дворцовым переворотом. В наступившей тишине Кэлен остановилась и еще раз внимательно оглядела собравшихся. Молодая женщина у дальней стены смотрела, как люди вокруг опускаются на колени. Она бросила взгляд на Кэлен, потом вновь огляделась и только тогда тоже преклонила колено. Кэлен повела бровью. В Срединных Землях длина волос женщины соответствовала ее положению в обществе и той власти, которой она обладала. Даже королева не имела права носить волосы такой длины, как у Исповедниц, и ни у одной Исповедницы волосы не могли быть длиннее, чем у Матери-Исповедницы. Пышные каштановые волосы этой женщины почти не уступали в длине волосам Кэлен. В Срединных Землях Кэлен знала практически всех людей, облеченных властью. Это была ее обязанность, и она относилась к ней весьма ответственно. Но эту женщину она видела в первый раз. - Встаньте, дети мои, - произнесла Кэлен. Зашуршали одежды; люди вставали, не поднимая глаз - одни из уважения, другие от страха. Неизвестная женщина тоже встала, теребя в руках простенький платочек, потом, как и остальные, опустила взгляд своих карих глаз. - Кара, - прошептала Кэлен, - как по-твоему, не может ли вон та женщина с длинными волосами быть родом из Д'Хары? Кара тоже не сводила глаз с незнакомки. У нее самой волосы были почти такими же длинными, как у Кэлен, но она ведь д'харианка. В Д'Харе другие обычаи. - Для д'харианки она слишком курносая. - Я серьезно. Кара оглядела женщину повнимательней. - Сомневаюсь. Наши женщины не носят платьев в цветочек, и покрой другой. Но, быть может, она сменила одежду, чтобы не выделяться. Платье женщины не было похоже и на те, что носят в Эйдиндриле. Кэлен кивнула и. повернувшись к стоящему неподалеку капитану, жестом велела ему подойти. Офицер приблизился, и Кэлен тихонько сказала: - Слева от меня у дальней стены стоит женщина с длинными каштановыми волосами. Видите? - Симпатичная такая, в синем плаще? - Да. Вы знаете, зачем она здесь? - Сказала, что хочет поговорить с Магистром Ралом. Кэлен нахмурилась и заметила, что Кара тоже сдвинула брови. - О чем? - Она сказала, что ищет мужчину: Сай... что-то там. Имя мне не знакомо. Говорит, что он исчез с прошлой осени, и ей сказали, что Магистр Рал может ей помочь. - Ну надо же, - хмыкнула Кэлен. - А она не сказала, какое у нее дело к этому исчезнувшему мужчине? Капитан еще раз глянул на женщину. - Она сказала, что должна была выйти за него замуж. Кэлен кивнула. - Вполне возможно, что она благородного происхождения, но если это так, то я вынуждена признать, что не знаю ее имени. Капитан просмотрел список и на обороте нашел нужное имя. - Ее зовут Надина. Титула не назвала. - Что ж, тогда позаботьтесь, пожалуйста, чтобы леди Надину препроводили в отдельные апартаменты, и проследите, чтобы ей там было удобно. Скажите ей, что я приду поговорить с ней и, возможно, смогу ей помочь. Пусть ей принесут ужин и все, что потребуется на ночь. Передайте ей мои извинения и скажите, что у меня есть дело первостепенной важности, но потом я обязательно нанесу ей визит. И добавьте, что я желаю сделать все возможное, чтобы помочь ей. Кэлен могла понять чувства женщины, которую разлучили с возлюбленным; она сама не раз их испытывала. - Я займусь этим немедленно, Мать-Исповедница. - И еще одно, капитан. - Кэлен смотрела, как женщина мнет в пальцах платочек. - Объясните госпоже Надине, что в Эйдиндриле сейчас неспокойно из-за войны с Имперским Орденом, и ради ее безопасности мы настоятельно просим ее не покидать своих апартаментов. Поставьте у дверей надежную охрану. И лучников по обе стороны коридора. Если она попытается выйти, вежливо уговорите ее вернуться обратно и ждать. Если понадобится, скажите, что таков мой приказ. Но если она все равно попытается уйти, - Кэлен взглянула во внимательные голубые глаза капитана, - убейте ее. Капитан поклонился, и Кэлен двинулась дальше по галерее. Кара шла за ней по пятам. - Так-так, - произнесла Морд-Сит, как только они вышли из Зала Прошений. - Наконец-то к Матери-Исповеднице вернулся здравый смысл. Я знала, что не ошиблась, разрешив Магистру Ралу оставить тебя. Ты будешь ему достойной женой. Кэлен свернула в коридор, который вел к комнате, где стража держала незнакомца. - Мое мнение не изменилось, Кара. Просто, учитывая появление нашего странного гостя, я даю леди Надине возможность сохранить жизнь. Но ты ошибаешься, если полагаешь, что я буду колебаться хотя бы мгновение, когда потребуется защитить Ричарда. Кроме того, что я люблю его больше собственной жизни, без него и Д'Хара, и Срединные Земли потеряют свободу. Имперский Орден это понимает и пойдет на все, чтобы добраться до него. На сей раз улыбка Кары была искренней. - Я знаю, что и он любит тебя не меньше. Именно поэтому мне не нравится, что ты хочешь разговаривать с этим человеком. Магистр Рал мне голову оторвет, если решит, что я позволила тебе подойти к опасности ближе, чем нужно. - Ричард волшебник по рождению. Я тоже родилась с магическим даром. Когда Даркен Рал убивал Исповедниц, он посылал за каждой целый квод, потому что один мужчина не представляет для Исповедницы ни малейшей угрозы. Вспомнив о гибели Исповедниц, Кэлен ощутила знакомую, но уже приглушенную грусть. Приглушенную, потому что казалось, с тех пор прошло много времени, хотя на самом деле едва минул год. Первые месяцы были самыми ужасными - ей казалось, что, выжив, она предала своих сестер. Теперь она осталась последней. Шевельнув запястьем, Кара взяла эйджил в кулак. - Даже такой, как Магистр Рал? Волшебник с даром? - Да - и даже если он в отличие от Ричарда знает, как своим даром пользоваться. Ведь я не только сполна владею данной мне магией, но и обладаю немалым опытом. Я уже давным-давно потеряла счет... Кэлен замолчала, а Кара задумчиво покрутила в пальцах эйджил. - Пожалуй, в данном случае опасность еще меньше, поскольку я рядом. В коридоре, украшенном гобеленами и резными панелями, толпились солдаты со сверкающими мечами, боевыми топорами и пиками. Незваного гостя держали в маленькой элегантной приемной, расположенной рядом с куда более скромно обставленной комнатой, где Ричард обычно совещался со своими офицерами и изучал найденный в замке Волшебника дневник. Солдаты попросту затолкали чужака в ближайшее помещение до тех пор, пока начальство не решит, что с ним делать. Кэлен легонько тронула ближайшего солдата за локоть. Мускулы его обнаженной руки казались стальными, и пика, которую он держал в кулаке, с таким же успехом могла быть вмурована в камень. Не меньше десятка неподвижных пик были нацелены на дверь комнаты, откуда не доносилось ни звука. За копейщиками стояли солдаты, вооруженные мечами и боевыми топорами. Солдат, почувствовав прикосновение, чуть повернул голову. - Дай-ка пройти, солдат, - велела Кэлен. Он шагнул в сторону. Остальные оглянулись и тоже начали расступаться. Кара шла впереди Кэлен, плечом расталкивая солдат, которые весьма неохотно давали дорогу - но не от недостатка уважения, а из-за таящейся за дверью опасности. Они продолжали держать оружие наготове и не спускали глаз с прочной дубовой двери. В тускло освещенной комнате, лишенной окон, пахло кожей и потом. Худощавый высокий мужчина сидел на корточках, привалившись спиной к табурету, расписанному цветами. Он выглядел довольно безобидным, и даже странным казалось, что его охраняют столько солдат. Увидев белое платье Кэлен, он поднял голову и с интересом уставился на Мать-Исповедницу. Один из стражников ткнул его в спину носком сапога. - На колени, ты, ничтожество! Юноша, одетый в мундир, который был ему явно велик, глянул на Кэлен, потом на солдата, который его толкнул, и прикрылся рукой, ожидая следующего удара. - Хватит, - властно произнесла Кэлен. - Нам с Карой нужно с ним побеседовать. А вы будьте любезны подождать снаружи. Солдаты не проявили ни малейшего желания выполнить приказание. - Вы слышали, - сказала Кара. - Выйдите все. - Но... - начал офицер. - Ты думаешь, что Морд-Сит не в состоянии справиться с этим костлявым дылдой? Подождите снаружи. Кэлен была удивлена, что Кара не повышает голоса. Морд-Сит было не обязательно повышать голос, чтобы заставить людей выполнить их приказания, но, учитывая опасения Кары по поводу этого юноши, было странно, что она говорит так спокойно. Стражники начали отступать к двери, не сводя глаз с юноши. Костяшки пальцев офицера на рукояти меча побелели. Он вышел последним и аккуратно прикрыл за собой дверь свободной рукой. Юноша взглянул на двух женщин, стоящих над ним: - Вы пришли, чтобы меня убить. - Мы пришли с тобой поговорить, - ответила Кэлен. - Я - Кэлен Амнелл, Мать- Исповедница... - Мать-Исповедница? - Он поднялся на колени, и по-мальчишески улыбнулся. - Ух ты, какая красавица! Никогда не думал, что вы такая красивая. Он начал вставать; эйджил Кары немедленно взвился в воздух. - Оставайся на месте. Юноша замер, глядя на алый стержень у своего лица, а потом снова опустился на ковер. Две лампы на панелях из красного дерева осветили его худое лицо. Он был еще совсем мальчишка. - Нельзя ли мне получить обратно мое оружие? Мне нужен меч. Или, на худой конец, кинжал. Кара раздраженно вздохнула, но Кэлен заговорила первой: - Ты попал в неприятное положение, парень. Мы сейчас не в том настроении, чтобы терпеть твои шалости. Он поспешно кивнул: - Я понимаю. Но это совсем не игра. Честное слово. - Тогда повтори нам то, что ты сказал солдатам. Он вновь ухмыльнулся и махнул рукой в сторону двери: - Ну, как я уже говорил этим ребятам, когда меня... Сжав кулаки, Кэлен шагнула вперед: - Повторяю тебе - это не игрушки. Ты жив только благодаря моей милости! Я хочу знать, что ты здесь делаешь, и немедленно! Повтори, что ты им сказал! Юноша моргнул. - Я - убийца, посланный императором Джеганом. Я пришел убить Ричарда Рала. Не могли бы вы меня к нему проводить? Глава 2 Ну, - спросила Кара с угрозой в голосе, - теперь мне можно его убить? Дико было слышать от этого безобидного на вид мальчика, стоящего на коленях на вражеской территории, окруженного сотнями жестоких д'харианских солдат, такое откровенное признание в своих намерениях. Не может быть, чтобы это была просто глупость. Кэлен сама не заметила, как отступила на шаг. Она пропустила вопрос Кары мимо ушей и снова обратилась к юноше: - И как же ты собираешься выполнить свою задачу? - Ну, - сказал он довольно развязно, - я думал пустить в ход меч или, если придется, кинжал. - Он опять улыбнулся, но улыбка была уже не мальчишеской. Сталь, блеснувшая в его глазах, не вязалась с юным лицом. - Поэтому я хочу, чтобы мне их вернули, понимаете? - Тебе их не вернут. Он презрительно дернул плечом. - Ну и пусть. Я найду другой способ его убить. - Ты не убьешь Ричарда, даю тебе слово. Твоя единственная надежда самому остаться в живых - это сотрудничать с нами и рассказать все о своем задании. Как ты сюда проник? Он издевательски ухмыльнулся: - Прошел. Прошел прямо внутрь. Никто на меня не обратил внимания. Они не слишком умны, ваши люди. - Им хватило ума взять тебя под стражу, - заметила Кара. Юноша даже не обернулся к ней. Он по-прежнему смотрел на Кэлен. - А если мы не вернем тебе меч и нож, - спросила она, - что тогда? - Тогда все будет гораздо сложнее. Ричарда Рала ждут мучительные страдания. Поэтому император Джеган меня и послал - предложить ему милость быстрой смерти. Император милосерден и не хочет никого истязать понапрасну. Он человек миролюбивый, сноходец - но при этом отнюдь не обделен решительностью. Боюсь, Мать-Исповедница, мне придется убить и тебя, чтобы избавить от страданий, которые неизбежны, если ты будешь сопротивляться. Должен признать, однако, что мне не хотелось бы убивать такую прекрасную женщину. - Его улыбка стала еще шире. - Хоть и никчемную. Кэлен почувствовала, что его самоуверенность растет на глазах. Когда он заявил, что сноходец - человек милосердный, ее чуть не вывернуло наизнанку. Она- то знала... - Какие страдания? - осведомилась она. Он развел руками: - Я всего лишь песчинка. Император не делится со мной своими планами. Я просто послан выполнить его волю. Он повелел устранить тебя и Ричарда Рала. Если ты не позволишь мне убить его милосердно, он все равно умрет, но смерть его будет ужасна. Почему бы тебе не позволить мне закончить это дело сейчас? - Да ты, видно, спишь и видишь сны, - сказала Кара. Он перевел взгляд на Морд-Сит: - Сплю? Может быть, это вы видите сну? А я - ваш самый жуткий кошмар. - У меня не бывает кошмаров, - хмыкнула Кара. - Я сама их насылаю. - Да ну? - с издевкой протянул он. - В этой дурацкой одежке? Не много ли ты на себя берешь? Или ты так вырядилась, чтобы отпугивать птиц с огорода? Кэлен поняла, что он не знает, кто такие Морд-Сит, и одновременно поразилась себе - как она умудрилась принять его за несмышленого юнца? Его манера держаться указывала на зрелый возраст и немалый жизненный опыт. Этот человек - не мальчишка. В воздухе запахло опасностью. Но Кара, как ни странно, лишь улыбнулась. У Кэлен перехватило дыхание, когда она сообразила, что мужчина стоит, а она даже не заметила, когда и как он поднялся на ноги. Он сузил глаза, и одна лампа погасла. Оставшаяся лампа горела, тускло освещая половину его лица, но Кэлен сразу поняла, в чем тут дело. Этот человек владеет даром. Ее намерение избежать ненужной жестокости мгновенно исчезло, сметенное горячим желанием защитить Ричарда. Чужаку была дарована возможность спасти себя, но он ею не воспользовался и теперь скажет все, что знает. Он будет исповедоваться Исповеднице. Ей нужно только коснуться его - и все. Над телами женщин и детей, убитых по приказу Джегана в Эбиниссии, она поклялась в вечной мести Имперскому Ордену. А этот человек - приспешник Имперского Ордена и враг всех свободных людей. Он выполняет волю сноходца. Кэлен сосредоточилась, призывая свою магию. Магия Исповедниц действовала быстрее мысли, и не было заклинания, способного опередить эту молнию, которая рождалась внутри самой Кэлен и была своего рода вспышкой инстинкта. Все Исповедницы не испытывали удовольствия, разрушая магией разум людей, но в отличие от некоторых Исповедниц Кэлен не испытывала ненависти к своему призванию и жила в мире с тем, что она есть и что должна делать. Ричард был первым, кто сумел за магией разглядеть человеческую сторону ее существа, и любил Кэлен, несмотря на ее могущество. Он не боялся ее магии; он принимал и любил ее такой, какая она есть, с даром Исповедницы и со всем остальным. И только поэтому он мог оставаться с ней, только поэтому ее магия не могла причинить ему вреда. В эту минуту Кэлен особенно ценила свой дар, потому что с его помощью она могла спасти Ричарда. Ей нужно лишь коснуться этого человека - и угроза исчезнет. Возмездие этому приспешнику Джегана в ее руке в буквальном смысле этого слова. Не сводя глаз с волшебника, Кэлен погрозила Каре пальцем: - Он мой. Предоставь его мне. Но когда тот, прищурившись, перевел взгляд на вторую лампу, Кара вклинилась между ним и Кэлен и наотмашь ударила его по лицу. Кэлен чуть не зарычала, возмущенная этим вмешательством. От удара мужчина упал на ковер. Из его рассеченной губы текла кровь. Кара нависла над ним: - Как твое имя? Кэлен не верила своим глазам: Кара, которая постоянно твердила, что боится магии, казалось, нарочно злит этого человека, минуту назад доказавшего, что у него есть дар. Мужчина перекатился и присел на корточки. Он ответил Каре - но смотрел при этом на Кэлен: - У меня нет времени на придворных шутов. Улыбнувшись, он перевел взгляд на лампу, и комната погрузилась во тьму. Кэлен нырнула туда, где предположительно был этот новоявленный волшебник. Стоит только коснуться его, и все. Но ее рука поймала лишь воздух. Кэлен отчаянно шарила в темноте; надо только слегка коснуться волшебника, и его уже ничто не спасет. Она ухватила чью- то руку и едва удержала свою магию, в последнее мгновение сообразив, что под ее пальцами - кожаная одежда Кары. - Где ты? - прорычала Морд-Сит. - Тебе все равно отсюда не выбраться. Сдавайся! Кэлен поползла по ковру. Магия магией, но без света не обойтись. Она наткнулась на книжный шкаф и двинулась вдоль него, пока не различила слабую полоску света, льющегося из-под двери. Солдаты по ту сторону с криками колотили кулаками в дверь, не понимая, что происходит. Нащупав ручку, Кэлен начала подниматься, но наступила на собственный подол и упала, больно ударившись локтями. В следующее мгновение какой-то тяжелый предмет врезался в дверь над ее головой и, упав, придавил Кэлен. В темноте раздался мужской смех. Кэлен нащупала ножки кресла и после нескольких неудачных попыток сумела перевернуть его набок и освободиться. Она услышала, как охнула Кара, налетев на книжный шкаф в конце комнаты. Солдаты из коридора пытались открыть дверь, но у них почему-то это не получалось. Из шкафа на пол посыпались книги; Кэлен вскочила на ноги и нашарила дверную ручку. Яркая вспышка отбросила Кэлен назад, и она повалилась на спину. От дверной ручки во все стороны летели искры, как от разворошенного костра. Пальцы Кэлен онемели после соприкосновения с волшебным щитом; неудивительно, что солдаты не могли открыть дверь. Немного придя в себя, Кэлен, поднялась. Искорки, медленно опускающиеся на пол, немного рассеяли темноту, и Кара незамедлительно этим воспользовалась. Схватив книгу, она швырнула ее в волшебника, который стоял посреди комнаты, и когда тот пригнулся, быстрая словно молния подскочила к нему и ударила его ногой в челюсть. Он отлетел назад, и Кэлен побежала к нему, чтобы успеть добраться до него прежде, чем погаснут последние искры и снова станет темно. - Ты сдохнешь первой! - яростно крикнул волшебник Каре. - Хватит мешаться мне под ногами! Испытай на себе мою силу! На кончиках его пальцев заплясали огоньки. Он не сводил глаз с Кары. Кэлен понимала, что должна действовать быстро, пока ситуация не стала еще хуже. Но она не успела. Рыча от бешенства, волшебник выбросил руку в сторону Кары. Кэлен не сомневалась, что в следующее мгновение Кара рухнет на пол. Но вместо этого с криком боли рухнул волшебник. Он попытался встать, но тут же снова упал, схватившись за живот, будто ему выпустили кишки. Последние искры погасли. Кэлен кинулась обратно к двери, надеясь, что, ошеломленный неожиданной болью, волшебник перестал поддерживать щит. Заранее скривившись от предполагаемой боли, Кэлен схватилась за ручку. Щит исчез. Облегченно вздохнув, она распахнула дверь. Из-за спин столпившихся у порога солдат в комнату полился свет. Стражники устремились в приемную. Кэлен совершенно не нужна была комната, битком набитая солдатами, идущими на верную смерть в попытке спасти ее от опасности, природу которой не понимают. Она оттолкнула ближайшего стражника. - У него дар! Не вмешивайтесь! - Кэлен знала, что д'харианцы боятся магии. Сражаться с магией - дело Магистра Рала. Д'харианские воины, как они сами частенько твердили, это сталь против стали. А Магистр Рал - это магия против магии. - Дайте мне лампу! Два солдата одновременно сняли со стены и протянули Кэлен две лампы. Она взяла одну и ударом ноги захлопнула дверь. Ей было совершенно ни к чему, чтобы у нее под ногами путались вооруженные до зубов крепкие парни. В свете лампы Кэлен увидела, что Кара присела на корточки рядом с лежащим на ковре волшебником. Он сжимал руками живот, и его рвало кровью. Скрипнув кожей, Кара уперлась локтями в колени. Он ждала, катая в пальцах свой эйджил. Когда волшебник затих, она схватила его за волосы и наклонилась к нему. - Это была большая ошибка. Очень большая ошибка, - ласково произнесла она. - Нельзя использовать магию против Морд-Сит. Сначала ты действовал правильно, но потом позволил мне разозлить тебя настолько, что ты прибег к волшебству. Кто из нас теперь дурак? - Что... такое... Морд-Сит? - с трудом выговорил волшебник. Кара оттянула ему голову назад с такой силой, что он взвыл от боли. - Твой самый жуткий кошмар. Предназначение Морд-Сит - уничтожать таких, как ты. Теперь я управляю твоей магией. Она принадлежит мне, и ты, мой воспитанник, ничего не можешь с этим поделать, в чем скоро убедишься на собственном опыте. Тебе надо было попробовать меня задушить. Или забить до смерти. А лучше всего - убежать. Но никогда, ни при каких обстоятельствах не пробовать бороться со мной с помощью магии. Как только ты применил магию против Морд-Сит, она стала моей. Кэлен окаменела. Именно так в свое время одна Морд-Сит поймала Ричарда. Кара ткнула волшебника эйджилом. Он затрясся от боли. Его куртка пропиталась кровью. - Отныне, когда я задаю вопрос, то желаю получить ответ немедленно, - спокойным и властным тоном сказала Кара. - Ты понял? Волшебник молчал. Кара повернула эйджил. Кэлен поморщилась, услышав, как треснуло ребро. Парень дернулся снова. От боли у него перехватило дыхание, и он не мог даже кричать. Кэлен стояла как изваяние, не в силах шевельнуть и пальцем. Ричард рассказывал, что Денна, та Морд-Сит, что поймала его, обожала ломать ему ребра. Каждый вдох, каждый крик превращался в пытку - а кроме того, жертва становилась еще беспомощнее. Кара выпрямилась. - Встань. Волшебник, шатаясь, поднялся. - Скоро ты поймешь, почему я ношу кроваво-красную одежду. С гневным криком Кара ударила его в лицо кулаком в перчатке с шипами. Кровь брызнула на книжный шкаф. Волшебник упал, и Кара встала над ним, сжав ногами в кожаных сапогах его бедра. - Вижу-вижу, что ты затеваешь, - сказала она. - Вижу, что ты хочешь со мной сделать. Скверный мальчишка. - Она поставила ногу ему на живот. - Этот удар - мелочь в сравнении с тем, что ждет тебя за такие мысли. Советую тебе больше не думать о сопротивлении. Ясно? Наклонившись, она ткнула эйджилом ему в пах. - Ясно? Парень заорал так, что Кэлен похолодела. Ее мутило от этого зрелища. Она сама однажды испытала на себе действие эйджила и, что еще хуже, знала, что Ричард когда-то прошел через эти мучения. И все же Кэлен не сделала попытки помешать Каре. Она предлагала этому человеку возможность сохранить жизнь. Если бы ему удалось, он бы убил Ричарда. Ее саму он тоже хотел убить, но сейчас Кэлен не останавливала Кару именно потому, что он собирался убить Ричарда. - Итак, - прошипела Кара, снова прижав эйджил к его ребрам, - как твое имя? - Марлин Пикар! - Волшебник пытался сморгнуть слезы. Его лицо блестело от пота. Он тяжело дышал, изо рта у него текла кровь. Кара повернула эйджил, и Марлин скорчился от нового приступа боли. - В следующий раз, когда я задам вопрос, не заставляй меня ждать ответа. И ты должен называть меня "госпожа Кара". - Кара, - спокойно произнесла Кэлен. Она мысленно видела Ричарда на месте этого парня. - Нет необходимости... Ответом ей был лишь ледяной взгляд синих глаз. Кэлен отвернулась и дрожащим пальцем смахнула со щеки слезу. Подняв колпачок висящей на стене лампы, она зажгла ее от лампы, которую держала в руке. Взгляд Морд-Сит испугал Кэлен. У нее щемило сердце при мысли, что Ричард месяц за месяцем видел точно такой же ледяной взгляд, когда молил о пощаде. Она снова повернулась к Каре: - Нам нужны ответы, и больше ничего. - А я и получаю ответы. Кэлен кивнула: - Я понимаю, но зачем вместе с ответами слушать и крики? Мы не пытаем людей. - Пытаем? Я даже еще и не начинала его пытать. - Кара выпрямилась и глянула на Марлина, съежившегося у ее ног. - А если бы он убил Магистра Рала? Тогда бы ты тоже хотела, чтобы я его не трогала? - Да, - твердо сказала Кэлен, глядя Морд-Сит прямо в глаза. - А потом сама сделала бы с ним кое-что более страшное. Это было бы куда хуже, чем все, что ты можешь себе вообразить. Но он не причинил Ричарду вреда. Губы Кары скривились в жестокой улыбке. - Но собирался. А согласно канону духов, намерение причинить зло есть вина. И если ты потерпел неудачу, пытаясь исполнить свои намерения, это не уменьшает вины. - Но духи все же отмечают разницу между намерением и деянием. Мое намерение было покончить с ним своим способом. А твое - воспрепятствовать моему приказу? Кара отбросила волосы за спину. - Я хотела защитить тебя и Магистра Рала. И мне это удалось. - Я же сказала - предоставь его мне. - Малейшее колебание могло стать причиной твоей гибели... или гибели тех, кто тебе дорог. - По лицу Кары пробежала тень. Впрочем, она быстро овладела собой, и ее лицо снова стало бесстрастным. - Меня научили не знать колебаний...... - Поэтому ты старалась его разозлить? Чтобы он атаковал тебя магией? Кара стерла тыльной стороной ладони кровь со щеки - она порезалась, когда Марлин швырнул ее о книжный шкаф, - и подошла к Кэлен. - Да. - Не сводя глаз с Кэлен, она слизнула кровь с руки. - Морд-Сит может захватить чужую магию только тогда, когда подвергается магическому нападению. - Я думала, вы боитесь магии. Кара пожала плечами: - Так оно и есть - если только ее не используют, чтобы нас уничтожить. В этом случае мы обретаем над ней власть. - Ты все время говорила, что ничего не понимаешь в магии, а тем не менее теперь ты управляешь ею. Ты ведь сейчас пользуешься его магией? Кара посмотрела на Марлина, который стонал на полу. - Нет. Я не могу пользоваться ею так, как это делает он, но в состоянии обратить ее против него самого. Чтобы его собственная магия причиняла ему страдания. - Она выгнула бровь. - Иногда мы способны немного чувствовать магию, но не понимаем ее так, как Магистр Рал ее понимает. Поэтому мы не можем в полной мере ею воспользоваться. Только лишь для того, чтобы причинить боль. Кэлен не могла постичь этого противоречия. - Как? Она поразилась тому, насколько выражение лица Кары в эту минуту напоминало выражение лица Исповедницы - то самое выражение, которому Кэлен обучала ее мать. Непроницаемая маска бесстрастности, скрывающая любые чувства по поводу того, что необходимо сделать. - Наши разумы связаны через магию, - объяснила Кара. - Поэтому я чувствую его мысли, когда он думает о том, чтобы причинить мне боль, оказать сопротивление или просто ослушаться, потому что это противоречит моим желаниям. Поскольку наши разумы связаны его же собственной магией, мое желание причинить ему страдания воплощается в жизнь. - Она посмотрела на Марлина. Тот внезапно заорал от боли. - Видишь? - Вижу. А теперь хватит. Если он откажется отвечать, тогда ты... сделаешь то, что потребуется, но того, что для защиты Ричарда не обязательно, я делать тебе не позволю. - Кэлен отвела взгляд от Марлина и посмотрела в ледяную синеву глаз Кары. - Ты знала Денну? - Вопрос сорвался с языка прежде, чем она успела подумать. - Все мы знали Денну. - А она... умела мучить людей так же хорошо, как и ты? - Как я? - рассмеялась Кара. - В этом деле никто не мог сравниться с Денной. Именно поэтому Даркен Рал сделал ее своей фавориткой. Я глазам своим не верила, когда видела, что она делает с мужчинами. О да, она могла... - Глянув на эйджил на шее у Кэлен - эйджил Денны, - Кара осеклась. - Это все в прошлом. Мы были связаны узами с Даркеном Ралом и выполняли его приказы. А теперь мы связаны с Ричардом. Мы никогда не причиним ему вреда и отдадим жизнь за Магистра Рала. - Ее голос понизился до шепота. - Но Магистр Рал не только убил Денну - он простил ей те мучения, которые она ему причинила. - Он-то простил, - кивнула Кэлен. - Но я не простила. Хотя я понимаю, что она делала то, чему ее обучили, и выполняла приказ, а ее дух помог и мне, и Ричарду, хотя я ценю те жертвы, которые она принесла ради нас, но в душе я не могу простить ей те страдания, которые она причинила моему возлюбленному. Кара посмотрела Кэлен в глаза долгим и пристальным взглядом. - Понимаю. Если бы ты причинила боль Магистру Ралу, я бы тебе тоже этого никогда не простила. И не помиловала бы. Кэлен твердо выдержала взгляд Морд- Сит. - Я могу сказать тебе то же самое. И между прочим, для Морд-Сит нет смерти хуже, чем от руки Исповедницы. Кара медленно растянула губы в улыбке. - Мне об этом уже говорили. - К счастью, мы с тобой на одной стороне. Как я уже сказала, есть вещи, которые я не могу и не хочу прощать. Я люблю Ричарда больше жизни. - Любая Морд-Сит знает, что самую сильную боль могут причинить лишь те, кого мы больше всех любим. - Ричарду не стоит бояться такой боли. Кара задумалась, подбирая слова. - Это Даркену Ралу не нужно было бояться такой боли. Он никогда не любил ни одной женщины. А Магистр Рал любит. Я давно заметила, что там, где замешана любовь, все может измениться в любую минуту. Теперь стало ясно, к чему она клонит. - Кара, я точно так же, как ты, не могу причинить Ричарду боль. Я скорее умру. Я люблю его. - Я тоже, - кивнула Кара. - Не так, как ты, но не менее сильно. Магистр Рал освободил нас. На его месте любой другой предал бы смерти всех Морд-Сит, а он вместо этого предоставил нам возможность жить так, как нам хочется. Кара переступила с ноги на ногу. Взгляд ее потеплел. - Быть может, Ричард - единственный из людей, кто понял то, о чем говорят добрые духи: человек не в состоянии полюбить по-настоящему, пока не простит другим самое тяжкое зло, которое они причинили ему. Кэлен почувствовала, что щеки у нее пылают. Она и не думала, что Морд-Сит так глубоко способны проникнуть в суть сострадания. - Денна была твоей подругой? - Кара кивнула. - И сердце твое простило Ричарду, что он убил ее? - Да, но это другое дело, - ответила Кара. - Я понимаю, какие чувства у тебя вызывает Денна, и не могу тебя винить. На твоем месте я чувствовала бы то же самое. Кэлен уставилась в пространство. - Когда я сказала Денне - то есть ее духу, - что не могу ее простить, она ответила, что все понимает, и единственное прощение, которое ей было нужно, ей уже было даровано. Она сказала мне, что любила Ричарда и что даже в смерти продолжает его любить. - Так же как когда-то Ричард сумел разглядеть в Кэлен за ее магией Исповедницы просто женщину, точно так же за устрашающей оболочкой Морд-Сит он увидел в Денне личность. Кэлен прекрасно понимала, что почувствовала Денна, когда кто-то наконец сумел увидеть ее истинную сущность. - Возможно, единственное, что имеет значение в жизни, - это получить прощение от тех, кого любишь. Только это может излечить твою душу и сердце. - Кэлен смотрела на свой палец, обводя им резьбу, украшающую крышку стола. - Но я никогда не смогу простить тех, кто причинил страдания Ричарду. - А меня ты простила? - За что? - изумленно вскинула глаза Кэлен. Кара стиснула эйджил. Кэлен знала, что Морд-Сит больно держать эйджил в руке - этим они отчасти расплачивались за боль, которую причиняли другим. - За то, что я Морд-Сит. - А почему я должна тебя за это прощать? Кара отвела взгляд: - Потому что, если бы Даркен Рал приказал мне, а не Денне, захватить Ричарда, я была бы не менее беспощадна. И Бердина тоже, и Райна. И все остальные. - Я ведь уже говорила тебе, что духи разграничивают то, что могло произойти, и то, что случилось на самом деле. Так и я. Нельзя винить тебя в том, что с тобой сделали другие, как и меня в том, что я родилась Исповедницей, а Ричарда - в том, что этот убийца Даркен Рал зачал его. Кара по-прежнему не поднимала глаз. - Но будешь ли ты когда-нибудь действительно нам доверять? - Вы уже сполна доказали свою верность и Ричарду, и мне. Ты не Денна и не отвечаешь за ее поступки. - Кэлен пальцем стерла запекшуюся кровь со щеки Кары. - Кара, если бы я не доверяла тебе, вам всем, то разве позволила бы Берлине с Райной, двум Морд-Сит, остаться сейчас с Ричардом? Кара снова поглядела на эйджил Денны. - Во время битвы с Защитниками Паствы я видела, как ты сражалась за Магистра Рала. Морд-Сит лучше других понимают, что иногда приходится быть безжалостным. Ты не Морд-Сит, но я видела, что ты тоже это понимаешь. Ты - досойный защитник Магистра Рала. И ты - единственная женщина из всех, что я знаю, которая достойна носить эйджил. Быть может, для тебя это не предмет гордости, но в моих глазах носить эйджил - большая честь. Потому что его основное предназначение - защищать нашего хозяина. Кэлен улыбнулась, и эта улыбка была искренней. Теперь она понимала Кару чуть лучше, чем прежде. Интересно, какой она была до того, как ее схватили и сделали из нее Морд-Сит? Ричард рассказывал, что обучение самих Морд-Сит так ужасно, что не сравнится ни с какими муками, которые выпали на его долю. - Для меня носить эйджил - тоже большая честь, потому что его мне дал Ричард. Я - его защитник, так же как и вы. Так что мы некоторым образом сестры по эйджилу. Кара кивнула и улыбнулась. - Означает ли это, что ты разнообразия ради будешь выполнять наши приказы? - поинтересовалась Кэлен. - Я всегда выполняю приказы. Криво усмехнувшись, Кэлен покачала головой. Кара кивком указала на лежащего на полу Марлина: - Как я и обещала, он ответит на твои вопросы, Мать-Исповедница. Я не стану применять к нему мои навыки больше, чем необходимо. Кэлен сжала локоть Кары в знак сочувствия и сожаления об ее исковерканной жизни. - Спасибо, Кара. Кэлен снова повернулась к Марлину: - Попробуем еще разок. Какие у тебя были планы? Марлин испуганно посмотрел на нее. Кара ткнула его носком сапога. - Отвечай правду, или мой эйджил поищет у тебя на теле самые мягкие и чувствительные местечки. Понял? -Да. Кара выразительно помахала эйджилом у Марлина перед носом: - Да. госпожа Кара. Неприкрытая угроза в ее голосе, казалось, свела на нет все ее обещания. Даже Кэлен испугалась. С расширившимися от ужаса глазами Марлин судорожно сглотнул. - Да, госпожа Кара. - Вот так-то лучше. А теперь отвечай на вопрос Матери-Исповедницы. - Я уже рассказал вам о моих планах: убить Ричарда Рала и вас. - Когда Джеган дал тебе такой приказ? - Около двух недель назад. Что ж, вполне может быть. Джеган должен был погибнуть во Дворце Пророков, когда Ричард его разрушил. Во всяком случае, они на это надеялись. Вероятно, он отдал приказ перед смертью. - Что еще? - спросила Кэлен. - Больше ничего. Я должен был использовать свой волшебный дар, чтобы проникнуть сюда и убить вас обоих. Это все. Кара ударила его ногой по сломанному ребру. - Не смей нам лгать! Кэлен тихонько отстранила ее и опустилась рядом с Марлином на колени. - Марлин, не принимай мое отвращение к пыткам за недостаток решимости. Если ты не расскажешь мне все, что я хочу знать, - прошептала она, - то я отправлюсь на длительную прогулку, потом пойду ужинать, а тебя оставлю здесь наедине с Карой. Она сумасшедшая, но я все равно тебя с ней оставлю. А если, когда я вернусь, ты по-прежнему будешь думать, будто можешь что-то от меня утаить, то я воспользуюсь своей магией. Ты даже представить себе не можешь, насколько это хуже, чем все, что с тобой сделает Кара. Она умеет лишь пользоваться твоей магией и твоим разумом, а я могу уничтожить и то, и другое. Ты этого хочешь? Прижимая ладонь к сломанному ребру, Марлин затряс головой. - Пожалуйста, - взмолился он, заливаясь слезами, - не надо! Я отвечу на все вопросы... Но я действительно ничего не знаю. Император Джеган приходит ко мне во сне и говорит, что нужно делать. Я знаю, что меня ждет в случае неудачи. Я выполняю приказ. - Он всхлипнул. - Император приказал мне... приказал прийти сюда и убить вас обоих. Приказал найти мундир и оружие и убить вас. Он заставляет волшебников и колдуний выполнять его приказы. Кэлен встала. Он была озадачена словами Марлина. Тот, казалось, опять превратился в мальчишку. В головоломке недоставало какого-то кусочка, но она никак не могла сообразить, какого именно. На первый взгляд, ничего удивительного - Джеган подослал убийцу, но все же тут что-то не вяжется. Кэлен присела на краешек стола и потерла виски. - Что с тобой? - подойдя к ней, озабоченно спросила Кара. Кэлен махнула рукой: - От волнения голова разболелась, только и всего. - Попроси Магистра Рала, чтобы он поцеловал тебя, и все пройдет. Кэлен негромко хмыкнула. - Да, это наверняка поможет. - Она тряхнула головой, словно отгоняя назойливые мысли. - Бессмыслица какая-то... - Сноходец подсылает к врагам убийцу - где же тут бессмыслица? - Посуди сама. - Кэлен через плечо взглянула на Марлина. От его глаз, даже теперь, когда в них плескался ужас и он смотрел в сторону, у нее по спине бежал холодок. Повернувшись к Каре, она понизила голос. - Джеган наверняка понимал, что один человек, будь он трижды волшебник, не справится с этой задачей. Ричард сразу почует того, кто владеет волшебным даром. Кроме того, здесь много других людей, которые будут только рады убить чужака. - И все же, раз он владеет волшебным даром, этот план мог сработать. Джегану наплевать, если его человек при этом погибнет. В его распоряжении людей сколько угодно. У Кэлен разбегались мысли. Она отчаянно пыталась попять, что же именно так ее беспокоит. - Даже если бы ему удалось при помощи магии убить нескольких солдат, их тут все равно слишком много. С Ричардом не смогла справиться целая армия мрисвизов. Он сразу чувствует человека с магическим даром и заранее считает его опасным. Он не умеет управлять своей магией, примерно так же, как ты не понимаешь, как управлять магией Марлина, и умеешь с ее помощью только причинять боль. Все, что может Ричард, это инстинктивно им защищаться. Поэтому он постоянно настороже. Так что это все же бессмыслица. Джеган далеко не глуп. За этим скрывается что-то еще. У него есть какой-то план, и мы не можем понять его целиком. Кара заложила руки за спину и глубоко вздохнула. - Марлин, - повернулась она к волшебнику, - в чем заключается план Джегана? - Чтобы я убил Ричарда Рала и Мать-Исповедницу. - А еще? - вступила Кэлен. - Что еще входит в его план? Глаза Марлина расширились. - Я не знаю. Клянусь! Я рассказал все, что он мне приказал. Я должен был раздобыть солдатский мундир и оружие, чтобы смешаться с толпой, а потом убить вас обоих. Кэлен провела ладонью по лицу. - Мы задаем неправильные вопросы. - Не знаю, что еще можно сделать. Он признался в самом худшем. Рассказал нам о своей цели. Что тут еще может быть? - Не знаю, но что-то продолжает меня беспокоить. - Кэлен разочарованно вздохнула. - Быть может, Ричард сумеет во всем разобраться. В конце концов, он ведь Искатель Истины. Он сообразит, что это значит. Ричард сумеет задать правильные вопросы, чтобы... Кэлен внезапно подняла голову, и глаза ее стали круглыми. Она шагнула к Марлину. - Марлин, а не приказывал ли Джеган тебе сообщить нам, кто ты и зачем явился сюда? - Да. Я должен был сразу объявить о цели своего прихода, как только попаду во дворец. Кэлен замерла. Потом, схватив Кару за руку, она подтащила Морд-Сит поближе и зашептала ей на ухо, не сводя глаз с Марлина: - Может, нам не стоит рассказывать Ричарду об этом? Это слишком опасно. - Магия Марлина принадлежит теперь мне. Он беспомощен. Кэлен почти не слушала Кару; она смотрела в пространство. - Надо упрятать его в надежное место. Эта комната не годится. Она нервно провела рукой по волосам. - Эта комната не менее надежна, чем любая другая, - нахмурилась Кара. - Отсюда ему не выйти. Здесь он никому не угрожает. Кэлен опустила руку и посмотрела на Марлина, который сидел на полу и раскачивался от боли. - Нет, нужно найти место ненадежнее. Кажется, мы со-. вершили большую ошибку. И здорово влипли... Глава 3 Давай его просто убьем, - предложила Кара. - Мне достаточно коснуться его в нужном месте эйджилом, и у него остановится сердце. Это не больно. Сначала Кэлен всерьез задумалась, не принять ли это уже ставшее традиционным предложение. Но, хотя ей и раньше приходилось убивать людей и приговаривать к смерти, Кэлен погасила этот порыв. Надо все хорошенько обдумать. Пока она поняла только, что план Джегана, вероятно, был именно таков, как говорит юноша, хотя никак не могла уяснить, что это могло ему дать. Но у сноходца наверняка были какие-то веские основания, чтобы отдать Марлину такой приказ. Император отнюдь не дурак. Он должен был понимать, что Марлина схватят. - Нет, - ответила наконец Кэлен. - Мы еще слишком мало знаем. Может статься, что подобное решение окажется наихудшим из всех возможных. Прежде чем предпринимать какие бы то ни было дальнейшие шаги, нужно как следует все обдумать. Мы и так уже влезли в болото, не удосужившись посмотреть, что у нас под ногами. Услышав в очередной раз отказ. Кара только вздохнула. - Ну и что тогда ты намерена делать? - Еще не знаю. Джеган должен был понимать, что Марлина схватят, и тем не менее послал его сюда. Почему? В этом следует разобраться. А до тех пор упрячем Марлина в надежное место, чтобы он не убежал и никому не причинил вреда. - Мать-Исповедница, - подчеркнуто терпеливо произнесла Кара, - он не может убежать. Я полностью управляю его магией. Поверь мне. В этих делах у меня богатый опыт. Без моего согласия он ни на что не способен. Вот смотри. Кара распахнула дверь настежь. Солдаты сразу же схватились за оружие. В свете, льющемся из коридора, Кэлен впервые увидела, во что превратилась приемная. Угол книжного шкафа был залит кровью, ковер тоже пропитан ею, и алый ручеек вытекал из-под золотой канвы по краю. Лицо Марлина представляло собой кровавое месиво. Его бежевая куртка потемнела от пота и крови. - Ты, дай-ка мне меч, - приказала Кара светловолосому солдату, и тот немедленно протянул ей оружие. - А теперь слушайте меня, вы все! Сейчас я покажу Матери-Исповеднице, какова сила Морд-Сит. Если кто-нибудь посмеет мне помешать, то пожалеет об этом. Как он, - кивнула она на Марлина. Солдаты поглядели на него и закивали, выражая согласие. - Если он, - Кара указала мечом на Марлина, - сумеет добраться до двери и выйти, вы его пропустите. Это будет означать, что он свободен. Раздался недовольный ропот. - Не сметь спорить! Солдаты сразу умолкли. Морд-Сит и без того очень опасны, а уж когда они захватывают чью-то магию, с ними вообще лучше не связываться. Ни у кого не было ни малейшего желания совать руку в котел черной магии, которую помешивала разъяренная Морд-Сит. Кара подошла к Марлину и протянула ему меч рукоятью вперед: - Бери. Марлин заколебался, но, увидев, что Кара нетерпеливо нахмурилась, схватил оружие. Кара посмотрела на Кэлен: - Мы всегда оставляем нашим пленникам их оружие - чтобы не забывали, что даже с оружием они против нас бессильны. - Знаю, - тихо ответила Кэлен. - Мне Ричард рассказывал. Кара жестом велела Марлину встать. Тот снова замешкался, и она ткнула его сапогом в сломанное ребро. - Чего ждешь? Поднимайся! И встань вон там. - Кара завернула край ковра и, указав на открывшийся пол, щелкнула пальцами. Марлин послушно подошел туда, шипя от боли при каждом шаге, и остановился. Кара пригнула ему голову: - Плюнь. Марлин закашлялся кровью и плюнул себе под ноги. Кара рывком поставила его прямо, схватила за воротник и притянула к себе. - А теперь слушай внимательно. - Она скрипнула зубами. - Ты уже знаешь, какую боль я могу тебе причинить, если ты меня огорчишь. Или тебе напомнить? - Нет, госпожа Кара, - отчаянно замотал головой Марлин. - Хороший мальчик! Далее, когда я велю тебе что-то сделать, это значит, что я хочу, чтобы ты это сделал. Если ты ослушаешься, нарушишь мой приказ, не выполнишь мое пожелание, то твоя собственная магия скрутит твои кишки в жгут. И чем дольше ты будешь сопротивляться, тем сильнее будет боль. Я не позволю магии тебя убить, хотя ты сам будешь желать смерти. Ты будешь умолять о ней - но я не дарую смерти своим воспитанникам. Лицо Марлина стало пепельно-серым. - А теперь встань на свой плевок. - Марлин послушно встал на кровавый сгусток. Кара схватила волшебника за подбородок и поднесла эйджил к его лицу. - Я хочу, чтобы ты стоял вот здесь, на своем плевке, пока я не отменю этого приказа. Отныне и впредь ты и пальцем не тронешь ни меня, ни кого-то другого. Таково мое желание. Ты понял? Хорошо понял, чего я хочу? Марлин кивнул, насколько позволяла рука Морд-Сит. - Да, госпожа Кара. Я никогда не причиню вам вреда. Клянусь. Вы хотите, чтобы я стоял на плевке, пока вы не отмените приказа. - Слезы снова брызнули у него из глаз. - Я не тронусь с места, клянусь. Пожалуйста, не надо меня мучить. Кара оттолкнула его. - Ты мне противен. Мужчины, которые ломаются так быстро, как ты, мне омерзительны. Даже девчонки, бывало, держались дольше под моим эйджилом, - пробормотала она и, кивком показав на солдат, продолжала: - Эти люди тебя не тронут. И не станут тебя останавливать. Если ты вопреки моей воле сумеешь дойти до двери, то получишь свободу и боли больше не будет. - Она метнула грозный взгляд на солдат. - Все меня хорошо слышали? Если этот человек дойдет до двери, он свободен. - Солдаты закивали. - Если сумеет убить меня, он тоже свободен...... На сей раз солдаты не спешили с согласием, и Каре пришлось вновь прорычать приказ. Потом она обратила пылающий взор на Кэлен: - Тебя это тоже касается. Если Марлин меня убьет или сможет добраться до двери, он свободен. Хотя Кэлен и сомневалась в подобном исходе, все же согласиться с такими правилами игры она не могла. Марлин хотел убить Ричарда. - Зачем ты это делаешь? - Потому что тебе необходимо понять. Ты должна верить моим словам. - Продолжай, - выдавила Кэлен, ничем не подтвердив, впрочем, своего согласия с условиями. Кара повернулась к Марлину спиной и скрестила на груди руки. - Тебе известна моя воля, воспитанник. Если хочешь свободы, рискни. Доберись до двери - и ты получишь свободу. Если ты хочешь убить меня за то, что я с тобой сделала, то и такая возможность у тебя сейчас есть. Знаешь, - добавила она, - на мой вкус, я еще мало видела твоей крови. Когда мы покончим с этими глупостями, я заберу тебя в какое-нибудь укромное местечко, где не будет Матери-Исповедницы, чтобы за тебя заступиться. И я до утра буду наказывать тебя эйджилом просто потому, что у меня такое настроение. Я заставлю тебя пожалеть, что ты вообще родился на свет. Разве что, - пожала она плечами, - ты убьешь меня или доберешься до двери. Солдаты молчали. В комнате повисла гнетущая тишина, а Кара безмятежно стояла, скрестив руки. Марлин осторожно огляделся, бросил взгляд на солдат, на Кэлен, потом долго смотрел в спину Кары. Он крепче сжал меч. Глаза его сузились. Он решился. Не сводя глаз со спины Кары, Марлин нерешительно сделал шажок в сторону. Со стороны казалось, будто невидимая дубина с размаху ударила его по животу. Охнув, он согнулся пополам. Из его горла вырвался низкий стон. Вскрикнув, он кинулся к двери. И тут же с воплем рухнул на пол, обхватив руками живот. Потом, царапая скрюченными от боли пальцами пол, начал ползти к двери, но с каждым дюймом боль становилась сильнее. Кэлен оглохла от его криков. Наконец отчаянным усилием Марлин снова схватил меч, встал, согнувшись пополам, и поднял клинок над головой. Кэлен напряглась. Даже если он не сумеет нанести удар рукой, то вполне может просто упасть и заколоть Кару. Риск был слишком велик. Кэлен шагнула вперед как раз в то мгновение, когда Марлин взревел и попытался обрушить меч на Кару. Кара увидела движение Кэлен и погрозила ей пальцем. Кэлен остановилась. Меч выпал из руки Марлина; волшебник с воем рухнул на пол и забился, как рыба, выброшенная на берег. Было ясно, что боль, терзающая его, с каждым мгновением становится все невыносимее. - Что я тебе сказала, Марлин? - спокойно проговорила Кара. - Каково было мое желание? Марлин ухватился за эти слова, как утопающий за спасательный круг. Мутным взглядом он обшарил пол, нашел то место, куда плюнул, и пополз туда со всей скоростью, какую позволяла ему боль. Наконец он поднялся на ноги, дрожа всем телом и вскрикивая. - Обеими ногами, Марлин, - небрежно бросила Кара. Опустив голову, он увидел, что стоит на плевке лишь одной ногой, и немедленно приставил вторую. Потом он обмяк и через некоторое время затих. Кэлен тоже почувствовала большое облегчение. Он стоял с закрытыми глазами, тяжело дыша и обливаясь потом. Его все еще трясло от пережитого испытания. - Поняла? - подняла бровь Кара. Кэлен ответила сердитым взглядом. Кара подняла меч и направилась к двери. Солдаты немедленно расступились перед ней. Морд-Сит протянула меч рукояткой вперед. Владелец оружия нехотя принял его. - Вопросы есть, господа? - ледяным тоном осведомилась Кара. - Отлично. И больше не барабаньте в двери, когда я занята. Она захлопнула дверь у них перед носом. Марлин не мог отдышаться. С каждым выдохом нижняя губа оттопыривалась, обнажая зубы. Кара приблизила к нему свое лицо. - Не припоминаю, чтобы давала тебе разрешения закрыть глаза. Ты слышал, чтобы я тебе это позволяла? Парень немедленно широко распахнул веки. - Нет, госпожа Кара. - Так почему же тогда они были закрыты? - Простите, госпожа Кара. - Голос Марлина звенел от ужаса. - Пожалуйста, простите меня. Этого больше не повторится. - Кара! Морд-Сит повернулась с таким видом, будто забыла о присутствии Кэлен. - Что? - Нам надо поговорить, - сказала Кэлен. - Видела? - спросила Кара, подходя к ней. - Поняла, что я имела в виду? Он ничего не может сделать. Никому не удавалось убежать от Морд-Сит. Кэлен выгнула бровь: - Ричарду удалось. Кара шумно вздохнула: - Магистр Рал другой. А этот человек - не Магистр Рал. Морд-Сит тысячи раз доказывали свою непогрешимость. Никто, кроме Магистра Рала, не сумел убить свою госпожу, вернуть себе магию и сбежать. - Ну, как бы то ни было, Ричард доказал, что и Морд-Сит можно одолеть. Меня не интересует, скольких Морд-Сит смогли покорить. А вот то, что по крайней мере один сумел бежать, означает, что такая вероятность существует. Кара, я не сомневаюсь в твоих возможностях. Просто мы не можем рисковать. Что-то здесь не так. Зачем Джегану отправлять этого ягненка в волчье логово? Да еще и приказывать, чтобы он объявил о своем приходе? - Но... - Возможно, Джеган погиб - он вполне мог умереть, и тогда нам ничто не грозит, - но если он все-таки жив и с Марлином что-то пойдет не так, за это придется расплачиваться Ричарду. Или ты настолько упряма, что готова подвергнуть его опасности, лишь бы не пострадала твоя гордость? Кара задумчиво почесала шею. Затем бросила взгляд на стоящего с широко распахнутыми глазами Марлина. С кончика носа у него капал пот. - Что ты предлагаешь? Здесь нет окон. Мы можем запереть его и забаррикадировать дверь снаружи. Где у нас более надежное место, чем эта комната? Кален ощутила острую боль под грудью и прижала руку к животу. - В яме. Дойдя до металлической двери, Кэлен сцепила пальцы рук. Марлин, похожий на испуганного щенка, тихо стоял чуть дальше по коридору. Его окружали д'харианские солдаты. - В чем дело? - спросила Кара. Кэлен вздрогнула: - Что? - Я спросила, в чем дело. У тебя такой вид, будто ты боишься, что дверь тебя укусит. Кэлен расцепила пальцы и заставила себя опустить руки. - Ничего. Она повернулась и сняла связку ключей с крюка на стене. Кара понизила голос: - Не ври сестре по эйджилу. Кэлен изобразила быструю виноватую улыбку. - Яма - это место, где приговоренные ждут казни. У меня есть единокровная сестра, Цирилла. Она была королевой Галей. Когда Эйдиндрил оказался под властью Ордена, ее бросили сюда вместе с десятком убийц. - Есть единокровная сестра? Значит, она осталась жива? Кэлен кивнула. Воспоминания нахлынули на нее. - Но ее продержали здесь несколько дней. Принц Гарольд, ее родной брат, спас Цириллу, когда ее везли на казнь, но с тех пор она стала другой. Словно ушла в себя. В редких случаях просветления она говорила, что народу нужна королева, способная править, и настаивала, чтобы я стала королевой Галеи вместо нее. Я согласилась. - Кэлен помолчала. - С тех пор, увидев мужчину, она начинает кричать. Кара, заложив руки за спину, молча ждала продолжения. - Меня тоже швырнули туда. - Кэлен показала на дверь. У нее так пересохло во рту, что ей пришлось дважды сглотнуть, прежде чем она смогла продолжать. - К тем ублюдкам, которые изнасиловали Цириллу. - Кэлен быстро взглянула на Кару. - Но со мной у них этого не получилось. Она не стала говорить, насколько близки они были к осуществлению своих намерений. Губы Кары раздвинулись в хищной ухмылке. - И многих ты убила? - Как-то не удосужилась сосчитать, когда убегала. - На лице Кэлен мелькнула улыбка и тут же растаяла. - Но я перепугалась до смерти, когда была там, внизу, одна среди этих скотов. При воспоминании об этом сердце Кэлен отчаянно забилось, а ноги едва не подкосились. - Может, ты хочешь подыскать Марлину другое место? - поинтересовалась Кара. - Нет. - Кэлен сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться. - Послушай, Кара, прости мне мое поведение. - Она быстро взглянула на Марлина. - Что-то не так с его глазами. Какие-то они странные... - Кэлен вновь посмотрела на Кару. - Прости. Обычно я не такая пугливая. Ты знаешь меня недавно. Поверь, я не отличаюсь излишней впечатлительностью. Просто... Наверное, это потому, что последние дни были такими спокойными. Мы с Ричардом долго были в разлуке, и теперь я счастлива оттого, что мы вместе. Мы так надеялись, что Джеган погиб и война скоро кончится... - Быть может, он и погиб. Марлин сказал, что прошло уже две недели с тех пор, как Джеган отдал ему приказ. Магистр Рал говорил, что Джеган желал завладеть Дворцом Пророков. Он скорее всего был со своим войском, когда штурмовали дворец, и наверняка погиб. - Хотелось бы верить. Но я так боюсь за Ричарда... Наверное, это отражается на моей способности рассуждать, потому что теперь, когда все встало на свои места, я до смерти боюсь, что опять что-то случится. Кара пожала плечами в знак того, что Кэлен не нужно извиняться. - Мне понятны твои чувства. После того как Магистр Рал даровал нам свободу, нам тоже есть что терять. Может, поэтому и мне малость не по себе. Можно поискать другое место. - Кара махнула на дверь. - Найдется же во дворце другое надежное помещение, которое не вызывает у тебя болезненных воспоминаний. - Нет. Безопасность Ричарда - превыше всего. Яма - самое надежное место, где можно держать этого пленника. Сейчас она пуста. Сбежать из нее невозможно. А болезненные воспоминания я как-нибудь переживу. - Невозможно сбежать? - Кара подняла бровь. - Но ты ведь сбежала. Воспоминания рассеялись, и Кэлен, улыбнувшись, шутливо хлопнула Кару по животу. - Марлин - не Мать-Исповедница. - Она посмотрела на волшебника. - Но есть в нем что-то... Что-то странное, не пойму, что именно. Он пугает меня, а учитывая, что ты контролируешь его дар, не пойму, что в нем может быть пугающего. - Ты совершенно права, и не о чем беспокоиться. Я полностью держу его в подчинении. Ни одному воспитаннику не удавалось выйти из моего подчинения. Никогда. Кара взяла у Кэлен ключи и отперла дверь. Ржавые петли скрипнули, и дверь распахнулась с глухим треском. Снизу потянуло затхлой сыростью. От этого запаха и вызванных им воспоминаний Кэлен едва не стошнило. Кара непроизвольно отшатнулась. - Там... Там ведь нет крыс? - Крыс? - Кэлен заглянула в темный провал. - Нет. Они туда не могут попасть. Крыс там нет. Сама увидишь. Повернувшись к солдатам, которые стерегли Марлина, Кэлен жестом велела им принести длинную лестницу, стоявшую у стены. Как только лестницу установили на место, Кара, щелкнув пальцами, подозвала к себе Марлина. - Бери факел и спускайся вниз, - приказала она. Марлин послушно взял факел и начал спускаться по лестнице. Кэлен предложила Каре спуститься за ним, и та, недоуменно пожав плечами, полезла вниз. Кэлен повернулась к солдатам. - Сержант Коллинз, - сказала она, - вы со своими людьми подождете нас здесь. - Вы уверены, Мать-Исповедница? - спросил сержант. - А вам, сержант, хочется тоже спуститься туда и оказаться в тесном помещении вместе с разозленной Морд-Сит? Сунув пальцы за пояс с оружием, тот заглянул в колодец. - Мы подождем здесь, как вы приказали. - Все будет в порядке. Кэлен начала спускаться. Гладкие камни стены были так плотно пригнаны друг к другу, что буквально не за что было зацепиться даже ногтями. Оглянувшись, Кэлен увидела Марлина с факелом в руке и Кару, поджидавшую ее футах в двадцати внизу. Кэлен осторожно ставила ноги на перекладины, опасаясь наступить на подол и упасть. - И зачем мы спустились с ним? - спросила Кара, когда Кэлен ступила на дно ямы. Кэлен отряхнула руки и, взяв у Марлина факел, направилась к противоположной стене. Поднявшись на цыпочки, она вставила факел в подставку. - Потому что по пути я подумала, что мы задали ему не псе вопросы. Кара посмотрела на Марлина и указала на пол: - Плюй. Он плюнул, и она велела: - Вставай на плевок. Марлин поспешно наступил на плевок обеими ногами. Кара оглядела пустой подвал, пристально изучая затененные углы. Кэлен подумала, уж не проверяет ли она действительно, нет ли здесь крыс. - Марлин, - обратилась она к волшебнику. Тот нервно облизал губы, ожидая вопроса. - Когда ты в последний раз получал приказ от Джегана? - Как я уже говорил, примерно две недели назад. - И с тех пор он к тебе не обращался? - Нет, Мать-Исповедница. - Если он умрет, тебе станет это известно? - Не знаю. - Марлин ни секунды не колебался с ответом. - Он либо приходит ко мне, либо нет. И я ничего о нем не знаю и не могу знать в промежутке между его появлениями. - А как он к тебе приходит? - Во сне. - И с вашей последней встречи около двух недель назад он больше к тебе не приходил? - Нет, Мать-Исповедница. Кэлен задумчиво прошлась взад-вперед. - Когда ты меня впервые увидел, ты меня не узнал. - Марлин покачал головой. - А Ричарда ты бы узнал? - Да, Мать-Исповедница. - Каким образом? - нахмурилась Кэлен. - Откуда ты его знаешь? - По Дворцу Пророков. Я был там учеником. Ричарда туда привела сестра Верна. Я видел его во Дворце. - Учеником во Дворце Пророков? Значит, ты... Сколько тебе лет? - Девяносто три, Мать-Исповедница. Неудивительно, что он казался ей странным: иногда мальчишкой, а иногда совершенно взрослым человеком. Вот чем объясняется необычно мудрый взгляд его молодых глаз. Именно эта сквозившая в глазах зрелая мудрость не вязалась с юным обликом. Наверняка все объясняется именно этим. Во Дворце Пророков мальчиков обучали овладевать их волшебным даром. Дворец Пророков был окружен заклинанием, замедляющим время, чтобы сестры могли обучать их владению магией, поскольку старых волшебников, которые обучили бы их быстрее, в мире не осталось. Теперь все это было в прошлом. Ричард уничтожил Дворец и все пророчества, чтобы помешать Джегану завладеть ими. Иначе пророчества помогли бы сноходцу захватить мир, а магический купол Дворца дал бы ему возможность многие столетия править завоеванными народами. Кэлен почувствовала, что тревожное чувство исчезло. - Теперь я понимаю, что мне казалось в нем странным, - произнесла она, облегченно вздохнув. Кара же не успокоилась. - Зачем ты сообщил о цели своего прихода солдатам внутри дворца Исповедниц? - Император Джеган не объясняет своих приказов, госпожа Кара. - Джеган - из Древнего мира и наверняка не знает о Морд-Сит, - сказала Кара Кэлен. - Вероятно, он полагал, что волшебник сможет просто объявить о своих намерениях, посеять панику и ввергнуть страну в хаос. Кэлен обдумала это предположение. - Возможно. У Джегана в услужении сестры Тьмы, так что он легко мог получить сведения о Ричарде. Ричард пробыл во Дворце Пророков недостаточно долго, чтобы много узнать о своем волшебном даре. Должно быть, сестры Тьмы сообщили Джегану, что Ричард не знает, как пользоваться своей магией. Ричард - Hскатель и умеет обращаться с Мечом Истины, но не умеет пользоваться своим даром. Возможно, Джеган полагал, что у настоящего волшебника есть шанс осуществить задуманное. А если ничего не выйдет... что с того? У императора есть другие. А ты что думаешь, воспитанник? Глаза Марлина наполнились слезами. - Не знаю, госпожа Кара. Я не знаю. Он мне ничего не говорил. Клянусь. - У него задергался подбородок и задрожал голос. - Но это вполне возможно. Мать- Исповедница правильно говорит: ему безразлично, убьют нас или нет во время выполнения задания. Наши жизни ничего для него не значат. - Что еще? - повернулась Кара к Кэлен. Кэлен покачала головой: - Пока мне больше ничего в голову не приходит. Вернемся сюда позже, когда я хорошенько все обдумаю. Может быть, мне придут в голову вопросы, которые помогут решить эту задачу. Кара поднесла эйджил к лицу волшебника. - Останешься стоять там, где стоишь, пока мы не вернемся. Не важно, сколько времени пройдет, два часа или два дня. Если ты сядешь или хоть какой-то частью тела, кроме ступней, коснешься пола, то будешь здесь в одиночестве корчиться от боли. Понял? Марлин сморгнул пот с ресниц. - Да, госпожа Кара. - Кара, неужели это так необходимо... - Да. Я знаю свое дело. Не мешай. Ты же сама мне напомнила о том, что поставлено на карту, и о том, что мы не имеем права рисковать. - Хорошо, - уступила Кэлен. Кэлен шагнула на нижнюю перекладину лестницы. Но, взобравшись на вторую, остановилась и повернулась к волшебнику. Нахмурившись, она снова спрыгнула на пол. - Марлин, ты пришел в Эйдиндрил один? - Нет, Мать-Исповедница. - Что?! - Кара рванула его за ворот. - Ты был не один?! - Да, госпожа Кара. - Сколько людей с тобой было? - Только один человек, госпожа Кара. Сестра Тьмы. Кэлен тоже ухватила волшебника за шиворот. - Как ее имя? Напуганный, он попытался отодвинуться, но ему не дали. - Не знаю! - захныкал он. - Клянусь! - Сестра Тьмы из Дворца Пророков, где ты прожил чуть ли не целое столетие, и ты не знаешь ее имени? - рявкнула Кэлен. Марлин провел языком по пересохшим губам. Он в страхе переводил взгляд с одной женщины на другую. - Во Дворце Пророков сотни сестер. Там существуют жесткие правила. У каждого из нас были свои учителя, во Дворце были места, куда нам запрещали заглядывать, и многие сестры с нами даже не разговаривали, например, те, кто управлял делами Дворца. Я не знал всех сестер, клянусь. Эту, правда, я видел во Дворце, но не знаю ее имени, а она мне его не сказала. - Где она сейчас? - Не знаю! - Марлин трясся от ужаса. - Я не видел ее уже несколько дней, с тех пор как пришел в город. Кэлен скрипнула зубами. - Как она выглядит? Марлин опять облизал губы. - Не знаю. Я не знаю, как ее описать. Обычная девушка. Наверное, совсем недавно была послушницей. Выглядит очень молодо, как вы, Мать-Исповедница. Красивая. На мой взгляд, красивая. У нее длинные волосы. Длинные каштановые волосы. Кэлен с Карой переглянулись. - Надина! - хором воскликнули они. Глава 4 Госпожа Кара? - позвал снизу Марлин. Кара обернулась, держась одной рукой за перекладину. В другой руке она несла факел. - Что? - А как я буду спать, госпожа Кара? Если ночью вы не вернетесь, а мне захочется спать, как мне это сделать? - Спать? Это меня не касается. Я же сказала тебе: ты должен стоять, стоять на своем плевке. Сойдешь с него, сядешь или ляжешь - и очень пожалеешь об этом. Останешься наедине с болью. Понял? - Да, госпожа Кара, - послышался из тьмы внизу слабый голос. Едва оказавшись наверху, Кэлен наклонилась и взяла Кары факел, чтобы Морд- Сит поднималась быстрее. Потом она сунула факел сержанту Коллинзу, который при их появлении явно испытал огромное облегчение. - Коллинз, вы останетесь здесь. Заприте дверь и никуда не отлучайтесь. Что бы ни случилось. И никому не позволят сюда приближаться. - Слушаюсь, Мать-Исповедница. - Коллинз поколебался. - Значит, это опасно? Кэлен хорошо понимала причину его тревоги. - Нет. Кара полностью контролирует его дар. Он не способен прибегнуть к магии. Она прикинула, сколько солдат в коридоре. Что-то около сотни. - Не знаю, вернемся ли мы сюда еще раз сегодня, - сказала она сержанту. - Вызовите остальных ваших людей. Разбейте их на отделения и позаботьтесь о том, чтобы не меньше одного отделения постоянно дежурило возле двери. Псе проходы, ведущие сюда, перекройте. И поставьте в обоих концах коридора лучников. - Мне показалось, вы сказали, что беспокоиться нет оснований. Он не может воспользоваться своей магией. - Понравится ли вам объясняться с Карой, - улыбнулась Кэлен, - если кто-то проскользнет сюда и утащит ее Воспитанника у вас из-под носа? Глянув на Кару, сержант потер подбородок. - Я понял, Мать-Исповедница. Никто не подойдет к этой двери на расстояние выстрела. - Все еще мне не доверяешь? - поинтересовалась Кара, Когда они отошли подальше от солдат и оказались за пределами слышимости. Кэлен дружелюбно улыбнулась: - Моим отцом был король Вайборн. То есть сначала он стал отцом Цириллы, а потом уже моим. Это был великий воин. Так вот, он не раз говорил мне, что, когда дело касается охраны пленных, никакие меры предосторожности не бывают излишними. Они прошли мимо факела. Факел чадил и потрескивал. - Да нет, я не обижаюсь, - пожала плечами Кара. - Меня это ничуть не задевает. Только сейчас его магией управляю я. Он абсолютно беспомощен. - Я по-прежнему не могу взять в толк, как ты можешь бояться магии и в то же время управлять ею. - Я же тебе говорила, что это происходит только в том случае, если на меня нападают с помощью магии. - А как ты захватываешь над ней контроль? Как заставляешь чужую магию подчиняться тебе? Кара на ходу поигрывала висящим на цепочке эйджилом. - Сама не знаю. Мы просто это делаем. Магистр Рал лично принимал участие в обучении Морд-Сит. Именно тогда мы обретали эту способность. Вероятно, эта магия не рождается внутри нас, а передана нам извне. Кэлен покачала головой: - Итак, на самом деле ты не знаешь, что делаешь. И все же это работает. Положив руку на перила. Кара в прыжке повернула и двинулась следом за Кэлен вверх по каменной лестнице. - Для того чтобы магия работала, совершенно не обязательно знать, что ты делаешь. - Что ты имеешь в виду? - Магистр Рал однажды сказал, что ребенок - это тоже магия. Магия Творения. Зачать ребенка может и тот, кто не понимает, что именно он сейчас делые. Однажды одна девушка - очень наивная девушка лет четырнадцати, дочка служанки в Народном Дворце, - рассказала мне, что Даркен Рал, Отец Рал, как он любил, чтобы его называли, дал ей розовый бутон. Бутон распустился прямо у нее в руке, а Даркен Рал улыбаясь смотрел на нее. Она уверяла, что именно таким образом она забеременела - с помощью его волшебства. - Кара мрачно улыбнулась. - И она действительно была уверена, что ее ребенок появился именно от этого. Она так никогда и не сообразила, что это случилось потому, что она раздвинула для него ноги. Понимаешь, о чем я? Девушка сотворила чудо, родив сына, но совершенно не понимала, что она для этого сделала, Кэлен замерла на лестничной площадке. Она схватила Кару за локоть и тоже заставила ее остановиться. - Вся семья Ричарда погибла. Даркен Рал убил его отчима, мать умерла, когда он был еще ребенком, а сводный брат Майкл предал Ричарда... из-за него Денна взяла Ричарда в плен. После смерти Даркена Рала Ричард даровал Майклу прощение, но приказал казнить за предательство. Я знаю, как много семья значит для Ричарда. Он будет счастлив познакомиться с единокровным братом. Не могли бы мы послать весточку в Д'Хару, в Народный Дворец, чтобы мальчика привезли сюда? Ричард был бы... Кара покачала головой и отвела взгляд. - Выяснилось, что мальчик не обладает даром. А Даркену Ралу был нужен наследник, владеющий магией. Остальных он считал бесполезными. - Понятно... - Повисла пауза. - А девушка... Мать?.. Кара тяжело вздохнула. Она понимала, что Кэлен не отстанет, пока не услышит все. - У Даркена Рала был скверный характер. Очень скверный. Он свернул девушке шею собственными руками после того, как заставил смотреть, как он... одним словом, как он убивает ее сына. Кэлен выпустила локоть Кары. Морд-Сит посмотрела на нее. Взгляд ее снова стал спокойным. - Та же участь постигла и многих Морд-Сит. К счастью, я ни разу не забеременела, когда он выбирал меня для забавы. Кэлен поторопилась прервать возникшее молчание. - Я рада, что Ричард освободил вас от уз с этой тварью. Кара кивнула. Такого ледяного взгляда Кэлен никогда прежде у нее не видела. - Для нас он не просто Магистр Рал. Любой, кто причинит ему зло, ответит перед Морд-Сит. Ответит передо мной! Кэлен внезапно в новом свете поняла слова Кары о том, что она позволит Ричарду "оставить" ее себе. Это было самое доброе, что Морд-Сит могла для него сделать: разрешить, чтобы рядом с ним была любимая женщина, несмотря на опасность, грозящую в этом случае его сердцу. - Тебе придется встать в очередь, - заметила она. Кара наконец ухмыльнулась: - Давай помолимся добрым духам, чтобы нам с тобой никогда не пришлось оспаривать первенство. - У меня есть предложение лучше: давай позаботимся о том, чтобы беда его миновала. Но помни: нам пока не известно точно, кто такая Надина. Если она сестра Тьмы, то очень опасна. Но мы не знаем наверняка. Возможно, она просто какая-то дворянка. Женщина, занимающая высокое положение. Быть может, богатый папаша прогнал ее нищего возлюбленного, и теперь она его ищет. Я не хочу, чтобы ты причинила зло невинному человеку. Надо сохранять трезвую голову. - Я не чудовище, Мать-Исповедница. - Знаю. И не собиралась говорить, что ты чудовище. Я просто не хочу, чтобы в стремлении защитить Ричарда ты потеряла голову. Ко мне это тоже относится. А теперь пошли в Зал Прошений. - Зачем? - Кара нахмурилась. - Почему бы сразу не пойти в апартаменты Надины? Кэлен двинулась вверх по лестнице, шагая через две ступеньки. - Во дворце Исповедниц двести восемьдесят восемь покоев для гостей, расположенных в шести разных крыльях дворца. Я забыла дать стражникам четкое указание, куда ее поместить. Придется спросить. Кара плечом толкнула дверь и вошла в холл первой - в целях предосторожности. - Бестолковая планировка. Зачем разделять гостевые покои? Кэлен жестом указала на левый коридор: - Здесь короче. Она чуть замедлила шаг, давая возможность двум стражникам расступиться, потом снова быстро пошла дальше по застеленному синим ковром коридору. - Покои гостей разнесены по разным крыльям дворца, потому что сюда с официальными визитами приезжали много дипломатов из разных стран - и если у них оказывались неудачные соседи, они могли повести себя весьма недипломатично. Поддерживать добрые отношения между союзниками - дело непростое и требует осторожности. Даже из-за элементарных удобств иногда возникают споры. - Но на Королевском Ряду полно дворцов для этих самых дипломатов. - Это входит в игру, - хмыкнула Кэлен. Когда они вошли в Зал Прошений, все присутствующие снова опустились на колени. Кэлен ответила официальным приветствием и лишь потом заговорила с капитаном стражников. Гот сообщил, какие апартаменты были предоставлены Надине, и Кэлен уже пошла прочь, когда один из мальчишек, игроков в джа-ла, что жались у стенки, вдруг сдернул мятую шапку с взъерошенной головы и кинулся к ней. Капитан стражников увидел его и улыбнулся: - Он ждет Магистра Рала. Скорее всего хочет, чтобы Магистр Рал пришел на очередной матч. Я разрешил ему подождать, но предупредил, что Магистр Рал может и не появиться. - Он пожал плечами. - Чего уж там! Вчера я был на матче и благодаря этому парнишке и его команде выиграл три серебряные монеты. Сжимая в кулачке шапку, паренек опустился на колено по другую сторону балюстрады. - Мать-Исповедница, мы бы хотели... Ну, если это не трудно... Мы... - Он смущенно замолк и только тяжело дышал. Кэлен улыбнулась ему: - Не бойся. Как тебя зовут? - Йоник, Мать-Исповедница. - Прости, Йоник, но Магистр Рал не сможет прийти сегодня на матч. Мы очень заняты. Может быть, завтра. Нам обоим очень понравилась игра, и мы с удовольствием придем опять, но в другой раз. - Дело не в этом, - покачал головой Йоник. - Я насчет моего брата Кипа. - Он крепче сжал шапку. - Кип заболел. И я подумал... Ну, что Магистр Рал поколдует немножко, и моему брату станет лучше. Кэлен ласково положила руку мальчику на плечо: - На самом деле Ричард - волшебник другого рода.; Почему бы тебе не сходить к какому-нибудь целителю на улице Глашатаев? Расскажи ему, чем брат болен, и целитель даст нужные травы, чтобы он выздоровел. - У нас нет денег, - уныло проговорил Йоник. - Поэтому я и надеялся... Кип правда очень болен. . Кэлен выпрямилась и многозначительно поглядела на капитана. Тот посмотрел на нее, потом на мальчика, снова на Кэлен и прокашлялся. - Знаешь, Йоник, я вчера видел, как ты играл, - пророкотал он. - Здорово! И вся твоя команда играла просто отлично. - Еще раз поглядев на Кэлен, капитан сунул руку в карман и извлек монетку. Перегнувшись через балюстраду, он сунул монетку в ладонь пареньку. - Я знаю твоего брата. Он... Был отличный бросок, когда он забросил тот мяч. Возьми деньги и купи ему нужные травы, как советует Мать-Исповедница. Йоник ошарашенно смотрел на монетку. - Насколько я слышал, травы не стоят так много... - Ну, у меня нет более мелкой монеты, - отмахнулся капитан. - А на сдачу купи своей команде какое-нибудь угощение в честь победы. А теперь катись отсюда. У нас есть срочные дела. Йоник поднялся и прижал кулак к груди, отдавая салют. - Слушаюсь, сэр. - И побольше тренируйся, - крикнул ему вслед капитан. - Удар правой у тебя сыроват. - Обязательно! - прокричал Йоник на бегу. - Спасибо. Кэлен смотрела, как он забрал друзей и все мальчишки дружно направились к выходу. - Очень любезно с вашей стороны, капитан?.. - Харрис, - подмигнул офицер. - Благодарю вас, Мать-Исповедница. - Пошли, Кара, навестим леди Надину. Кэлен надеялась, что у капитана, вставшего по стойке "смирно" в конце коридора, не было неприятностей за время дежурства. - Пыталась ли леди Надина выйти, капитан Нэнс? - Нет, Мать-Исповедница, - поклонившись, ответил офицер. - Она, кажется, очень рада, что вы проявили внимание к ней. Когда я объяснил, что в Эйдиндриле сейчас неспокойно, и попросил ее оставаться в комнате, госпожа не стала спорить, - Он глянул на дверь. - Она сказала, что не хочет, чтобы у меня были неприятности, и сделает так, как я прошу. - Спасибо, капитан. - Кэлен на мгновение задержалась, прежде чем открыть дверь. - Если она выйдет из комнаты без нас, убейте ее. Не задавая никаких вопросов и без предупреждения. Пусть лучники сразу стреляют. - Капитан недоуменно приподнял бровь, и Кэлен добавила: - Если госпожа Надина выйдет одна, это будет означать, что она владеет магией и убила меня и Кару. Капитан Нэнс побелел как полотно, но отсалютовал в знак того, что готов выполнить приказание. Гостиная была декорирована в красных тонах. Темно-алые стены, украшенные золотыми полосками, дверные рамы и плинтусы из розового мрамора, на полу - огромный расшитый золотом ковер с цветочным орнаментом. Столик с мраморной крышкой и обитые красным бархатом кресла были украшены таким же узором. На взгляд Кэлен эти апартаменты были верхом безвкусицы, но многие дипломаты, приезжая во дворец Исповедниц, требовали, чтобы им предоставили именно их. Они утверждали, что такая обстановка создает самое подходящее настроение перед переговорами. Кэлен всегда с большим подозрением выслушивала аргументы и просьбы тех, кто по своей воле выбирал красные покои. В гостиной Надины не оказалось. Дверь в спальню была прикрыта. - Чудесные комнаты, - прошептала Кара. - Можно мне здесь поселиться? Кален шикнула на нее. Она прекрасно поняла, зачем Морд-Сит понадобилась красная комната. Кэлен осторожно открыла дверь в спальню. Кара дышала ей в ухо. Спальня еще сильнее била по чувствам, чем гостиная, - если это вообще возможно. Здесь красный цвет был повсюду: красные вкрапления в ковре, расшитое красным по алому покрывало, огромная коллекция вышитых алых подушек и камин, облицованный розовым мрамором. Кэлен вдруг подумала, что если Каре захочется спрятаться, то в своей алой одежде она может просто сесть в этой комнате, и ее никто не заметит. Почти все лампы в спальне были погашены. В вазах из дымчатого стекла на столике и на камине плавали лепестки роз; воздух был наполнен приторной смесью их аромата и запаха горящего в светильниках масла. Скрипнули дверные петли. Лежащая на кровати женщина открыла глаза, увидела Кэлен и мгновенно вскочила. Кэлен, готовая при малейшей угрозе освободить свою магию Исповедницы, отвела руку и затаила дыхание. Кару она вперед не пускала. Если эта женщина тоже прибегнет к волшебству, Кэлен должна оказаться быстрее. Надина торопливо протерла заспанные глаза и сделала реверанс. Реверанс вышел неловким - она явно была не благородного происхождения. Впрочем, это отнюдь не означало, что она не может быть сестрой Тьмы. Бросив быстрый взгляд на Кару, Надина поправила платье на узких бедрах и обратилась к Кэлен: - Простите меня, королева, но я проделала долгий путь и прилегла отдохнуть. Боюсь, я уснула и не слышала, как вы стучали. Меня зовут Надина Брайтон, королева. Надина сделала еще один неумелый реверанс, а Кэлен быстро осмотрела комнату. Кувшином с водой и тазиком для умывания никто не воспользовался. Сложенные полотенца не тронуты. Рядом с кроватью лежит простенькая дорожная сумка - единственный посторонний предмет, не считая одежной щетки и крошечной чашки на туалетном столике. В спальне было прохладно, но Надина не укрылась одеялом, когда легла. возможно, подумала Кэлен, чтобы оно не стесняло движений, если потребуется мгновенно вскочить. Кэлен не стала извиняться за то, что вошла без стука. - Мать-Исповедница, - поправила она, с легкой угрозой намекая на магию, которой владеет. - Королева - это один из моих наименее значительных... скажем так, титулов. Я более известна как Мать-Исповедница. Надина покраснела так сильно, что веснушки на ее щеках и аккуратном носике стали почти незаметны. Она смущенно потупилась - у нее были огромные карие глаза - и неловко провела рукой по густым каштановым волосам. Гостья была чуть ниже Кэлен и на вид казалась одного возраста с ней, может, на год моложе. Очень красивая молодая женщина; на первый взгляд она не представляла опасности, но свежее личико и невинное поведение ничуть не успокоили Кэлен, жизнь преподала ей немало тяжелых уроков. Марлин, например, тоже казался лишь неловким юнцом. В прекрасных глазах этой женщины, впрочем, не было того особенного выражения, которое так тревожило Кэлен во взгляде Марлина, но делать какие-то выводы было пока рано. Надина повернулась и начала торопливо расправлять смятое покрывало. - Простите меня, Мать-Исповедница, я не хотела пачкать вашу красивую постель. Я почистила платье, потому что оно запылилось в дороге, и собиралась лечь на пол, но кровать выглядела так заманчиво, что я не смогла устоять. Надеюсь, я никого не обидела. - Разумеется, нет, - заверила ее Кэлен. - Я сама предложила вам воспользоваться этой комнатой, как вашей собственной. Не успела она договорить, как Кара вышла вперед. Среди Морд-Сит не существовало каких-либо рангов, но Бердина и Райна всегда прислушивались к мнению Кары, а у солдат авторитет Морд-Сит, особенно Кары, вообще был непререкаем, хотя Кэлен ни разу не слышала, чтобы об этом говорилось вслух. Просто если Кара говорила "Плюй!", человек плевал. Увидев Морд-Сит в алой одежде, Надина выпучила глаза от изумления. - Кара! Морд-Сит не обратила внимания на оклик. - Твой приятель Марлин сидит у нас в яме. И скоро ты к нему присоединишься. Кара ткнула Надину пальцем под ложечку и заставила плюхнуться на стул возле кровати. - Ой! - взвизгнула Надина, глядя снизу вверх на Кару. - Больно же! Она хотела встать, но Кара схватила ее за горло и выразительно покачала эйджилом перед широко раскрытыми карими глазами Надины. - Я еще и не начала делать тебе больно. Кэлен протянула руку и рванула Кару за воротник. - Тем или иным способом я научу тебя выполнять приказы! - крикнула она. С изумленным видом Кара повернулась, не отпуская Надину. - Оставь ее в покое! - продолжала Кэлен. - Я сказала тебе, что сама ею займусь! И пока она не сделала ничего предосудительного, изволь не трогать ее, иначе ты отправишься в коридор и будешь ждать там. Кара резко отпустила Надину, и та шлепнулась обратно на стул. - От нее не жди ничего хорошего. Я это чувствую. Лучше дай мне ее убить! Кэлен упрямо сжала губы, и Кара, закатив глаза, нехотя отодвинулась. Надина встала - на этот раз гораздо медленнее. Она закашлялась, потирая шею; в глазах у нее блестели слезы. - Зачем вы так? Я же ничего вам не сделала! Ничего не сломала и ничего не испачкала! Таких плохо воспитанных женщин я еще не встречала! - Она погрозила Кэлен пальцем. - Нельзя так обращаться с людьми! - Совсем наоборот, - отрезала Кэлен. - Сегодня во дворец явился один вполне безобидный на вид юноша; он тоже мечтал увидеть Магистра Рала. На поверку он оказался убийцей. И только благодаря этой женщине. Каре, нам удалось его остановить. Возмущение Надины сразу исчезло. - Ой! - Но это еще не самое худшее, - продолжала Кэлен. - Он признался, что у него есть сообщник. Вернее, сообщница. Симпатичная молодая женщина с длинными каштановыми волосами. Надина перестала тереть шею и поглядела сначала на Кару, потом на Кэлен. - О! Что ж, кажется, я вижу причину ошибки... - Вы тоже попросили аудиенции у Магистра Рала. И эта просьба всех несколько встревожила. Мы защищаем Магистра Рала. - Все ясно. Я не обижаюсь. - Кара принадлежит к числу личных телохранителей Магистра Рала, - добавила Кэлен. - Уверена, вы понимаете, чем вызвано ее столь воинственное поведение. Надина перестала потирать шею и уперла руку в бок. - Безусловно. Похоже, я растревожила осиное гнездо. - Но вся сложность в том, - продолжала Кэлен, - что вы по-прежнему не убедили нас в том, что вы не убийца. И ради вашей же безопасности вам лучше немедленно предоставить нам доказательства своей невиновности. Надина переводила взгляд с Кары на Кэлен. Облегчение, которое она только что испытала, снова сменилось тревогой. - Убийца? Но я ведь женщина! - Я тоже, - хмыкнула Кара. - Женщина, которая зальет твоей кровью эту комнату, если ты не расскажешь нам правду. Надина внезапно схватила стул и наставила его ножки на Кэлен и Кару. - Не подходите! Томми Ланкастер и его дружок Лестер как-то раз посмели мне угрожать мне и теперь едят без передних зубов! - Поставь стул, - угрожающе прошипела Кара, - иначе в следующий раз ты будешь есть в мире духов. Надина выронила стул, словно он обжег ей пальцы, и начала пятиться. Она пятилась, пока не уперлась в стенку. - Отстаньте от меня! Я ничего не сделала! Кэлен тронула Кару за руку. - Позволь сестре по эйджилу этим заняться, - прошептала она. - Я помню, что сказала "до тех пор, пока она не сделает ничего предосудительного", но стул вряд ли можно считать смертельной угрозой. Кара раздраженно скривила губы. - Ладно. Пока. Кэлен повернулась к Надине: - Я хочу услышать ответы на пару вопросов. Если ты скажешь правду и если ты никак не связана с этим убийцей, я принесу тебе искренние извинения и сделаю все, чтобы загладить наше негостеприимство. Но если солжешь и если намерена причинить вред Магистру Ралу, то имей в виду, что стражникам в коридоре приказано не выпускать тебя живой из этих покоев. Ты поняла? Надина, вжимаясь спиной в стенку, кивнула. - Ты просила аудиенции у Магистра Рала. - Надин снова кивнула. - Зачем? - Я ищу моего возлюбленного. Он пропал с прошлой осени. Мы собирались пожениться, и я его ищу. - Надина смахнула со лба прядь волос. - Но я не знаю, где он. Мне сказали, что я должна пойти к Магистру Ралу, и тогда я найду моего жениха. - В глазах у нее снова блеснули слезы. - Вот зачем я хотела поговорить с Магистром Ралом - спросить, не поможет ли он мне. - Ясно, - протянула Кэлен. - Вполне могу понять, что ты огорчена исчезновением своего возлюбленного. А как его имя? Надина достала из рукава носовой платок и вытерла слезы. - Ричард. - Ричард. А фамилия у него есть? Надина кивнула: - Ричард Сайфер. Кэлен пришлось напомнить себе, что надо дышать. Но все равно, открыв рот, она не смогла выговорить ни слова. - Кто? - переспросила Кара. - Ричард Сайфер. В Хартленде он был лесным проводником. Это в Вестландии, мы оба родом оттуда. - Что значит - вы собирались пожениться? - сумела наконец выдавить Кэлен. - Он дал тебе обещание? Надина комкала в пальцах мокрый платок. - Ну, он за мной ухаживал... И так было ясно... А потом он пропал. Пришла женщина и сказала, что мы с ним поженимся. Сказала, что ей об этом поведали небеса. Она какая-то предсказательница. Ей было все известно о моем Ричарде, какой он добрый и сильный, и еще много всего. И обо мне она тоже все знала. Она сказала, что мне суждено выйти за Ричарда, а ему - стать моим мужем. - Женщина? - Кэлен оказалась не в силах произнести больше одного этого слова. Надина кивнула: - Она сказала, что ее зовут Шота. Руки Кэлен сами собой сжались в кулаки. Вместе со злостью вернулся голос. - Шота, - ядовито повторила она. - Ас ней еще кто-нибудь был? - Да. Странное маленькое... существо. С желтыми глазами. Я испугалась его, но Шота сказала, что оно безобидное. Это Шота велела мне идти к Магистру Ралу. Она обещала, что Магистр Рал поможет мне найти Ричарда. Кэлен без труда узнала по описанию Самюэля, неизменного спутника Шоты. Голос Надины, называющей Ричарда "мой Ричард", звучал в ушах Кэлен словно удары грома. Чтобы успокоиться, она принялась вышагивать по комнате. - Надина, подожди, пожалуйста, здесь. - Хорошо, - согласилась Надина и приосанилась. - Теперь все в порядке? Вы ведь мне верите, да? Каждое мое слово - чистая правда. Кэлен не ответила и с остановившимся взглядом молча вышла из комнаты. Кара поспешила за ней и не забыла закрыть дверь. В гостиной Кэлен остановилась. Все окружающее вдруг слилось в одно расплывчатое алое пятно. - Мать-Исповедница, - шепнула Кара, - в чем дело? У тебя лицо такого же цвета, как моя кожаная одежда. Кто такая Шота? - Шота - это ведьма. Взгляд Кары сразу стал жестким. - И ты знаешь этого Ричарда Сайфера? Кэлен пришлось дважды сглотнуть, чтобы избавиться от комка в горле. - Ричарда вырастил отчим. И до того, как Ричард узнал, что его настоящий отец - Даркен Рал, все называли его Ричард Сайфер. Глава 5 Я ее убью, - хрипло прорычала Кэлен, глядя в пространство. - Голыми руками. Вырву ей сердце! Кара повернулась к спальне. - Я позабочусь об этом. У меня лучше получится. Кэлен едва успела ухватить Кару за руку: - Да не ее! Я говорю о Шоте. А эта, - Кэлен махнула рукой в сторону спальни, - здесь ни при чем. Ей ничего о Шоте не известно. - А ты, значит, с этой ведьмой знакома? - О да! - с горечью выдохнула Кэлен. - Еще как знакома! С самого начала она делает все, чтобы разлучить нас с Ричардом навсегда. - А зачем ей это нужно? Кэлен отвернулась от двери в спальню. - Понятия не имею. Каждый раз она объясняет по-разному, и порой я начинаю опасаться, что она сама не прочь залучить себе Ричарда. Кара нахмурилась: - Если Шота заставит Магистра Рала жениться на этой шлюшке, как это поможет ей его залучить? Кэлен махнула рукой. - Не знаю. Шота вечно что-то затевает. Эта ведьма на каждом шагу устраивала нам неприятности. - Она решительно стиснула кулаки. - Но на сей раз ничего у нее не получится! Я любой ценой положу конец ее проискам. А потом мы с Ричардом поженимся. Даже если мне придется коснуться Шоты магией Исповедницы и отправить в Подземный мир, я все равно положу конец ее проискам. - Кэлен говорила так, словно давала клятву, и голос ее упал до шепота. Скрестив руки на груди. Кара некоторое время размышляла. Вдруг она наклонила голову, словно прислушиваясь. - Магистр Рал идет. Способность Морд-Сит чувствовать Ричарда при помощи связывающих их волшебных уз раздражала Кэлен, чтобы не сказать - выводила ее из себя. Распахнулась дверь, и в комнату вошли Бердина и Райна, облаченные в такую же, как у Кары, облегающую кожаную одежду, только не алую, а коричневую. Обе они были ниже Кары, но не менее привлекательные. Кара была длинноногой и худощавой, а синеглазая Бердина обладала более пышными формами. Ее волнистые каштановые волосы, как и черные волосы Райны, были распущены. Лица всех трех женщин выражали одну и ту же жестокую самоуверенность. Острый взгляд темных глаз Райны скользнул по алой одежде Кары, но она промолчала. Ее лицо и лицо Бердины представляли собой одинаковые мрачные бесстрастные маски. Обе Морд-Сит встали по двум сторонам двери и развернулись лицом друг к другу. - Представляем Магистра Рала, - торжественно провозгласила Бердина, - Искателя Истины, Несущего смерть, Магистра Д'Хары, правителя Срединных Земель, главнокомандующего народа гаров, защитника свободных людей, истребителя зла и, - тут ее пронзительные глаза обратились на Кэлен, - жениха Матери-Исповедницы. Кэлен не могла понять, что происходит. Она видела Морд-Сит величественными, видела яростными, но столь церемонными - никогда. В комнату вошел Ричард. Его хищный взор упал на Кэлен. На какое-то мгновение мир замер. Не было ничего, кроме них двоих, связанных незримой нитью. Улыбка тронула его губы и осветила глаза. Улыбка, исполненная любви. Во всем мире остались только Кэлен и Ричард. Только его взгляд. Но потом... Кэлен почувствовала, что рот у нее сам собой открылся. Она в изумлении прижала руку к груди. Сколько она уже знала Ричарда, он все время носил простую одежду лесного проводника. А сейчас... Она узнала только его черные сапоги; голенища их теперь были стянуты черными кожаными ремешками с серебряными пряжками. В сапоги были заправлены черные шерстяные штаны, а поверх черной рубашки на Ричарде была черная куртка с разрезами по бокам и золотой полосой по краю, украшенной вышитыми на ней непонятными символами. Куртка была перехвачена широким поясом с серебряными эмблемами и двумя расшитыми золотом кармашками. На поясе висел маленький кожаный кошель, а через правое плечо Ричарда шла древняя перевязь из тисненой кожи, на которой висели золотые с серебром ножны Меча Истины. На руках у него были широкие ленты из посеребренной кожи, расшитые кольцами. На широкие плечи Магистра Рала был наброшен плащ, сделанный, казалось, из червонного золота. Ричард выглядел одновременно и величественно, и зловеще. Прекрасный и смертельно опасный. Король королей. Живое воплощение того, кем называли его в пророчествах: Несущий смерть. Кэлен не думала, что Ричард может быть более красивым, чем он был всегда. Более властным. Более представительным. Она ошибалась. Пока она открывала и закрывала рот, тщетно пытаясь найти слова, Ричард пересек комнату. Наклонившись, он поцеловал Кэлен в висок. - Отлично! - провозгласила Кара. - Ей это как раз нужно: у нее болит голова. Теперь лучше? - приподняв бровь, спросила она Кэлен. Кэлен, с трудом обретя дыхание, коснулась Ричарда рукой, будто желая понять, человек он или видение. Кару она и не услышала. - Нравится? - спросил Ричард. - Нравится? О добрые духи... - только и смогла вымолвить она. - Будем считать, что это означает да, - усмехнулся он. Больше всего Кэлен хотелось, чтобы все посторонние ушли. - Но, Ричард, что это? Где ты все это взял? Она не могла оторвать руки от его груди. Ей нравилось чувствовать его дыхание. Она слышала, как бьется его сердце. И еще она чувствовала, как бешено колотится ее собственное. - Ну, - сказал он, - я знал, что тебе хотелось бы меня приодеть... Оторвав взгляд от его тела, она посмотрела ему в глаза. - Что? Я ничего подобного не говорила. - Твои прекрасные зеленые глаза сказали это за тебя! - рассмеялся Ричард. - Каждый раз, когда ты смотрела на мою старую одежду, в твоем взгляде отражалось все, что ты о ней думаешь. - Где ты все это раздобыл? - Отойдя на шаг назад, Кэлен указала на его новый наряд. Он подбросил ладонью ее ладонь, а потом приподнял лицо Кэлен за подбородок, чтобы заглянуть ей в глаза. - Ты такая красивая. И будешь еще красивее в своем синем подвенечном платье. Мне хотелось выглядеть достойным Матери-Исповедницы на нашей свадьбе. Я приказал срочно сшить мне этот наряд, чтобы не откладывать церемонии. - Он заставил портних сшить ему этот наряд. Это сюрприз для тебя, - подтвердила Кара. - Я не выдала ей вашей тайны. Магистр Рал. Она очень старалась из меня ее вытянуть, но я ей ничего не сказала. Ричард засмеялся: - Спасибо, Кара. Готов поспорить, это далось тебе нелегко. Кэлен тоже рассмеялась: - Как это чудесно! И все это шила госпожа Веллингтон? - Ну, в общем, не все. Я объяснил ей, что мне нужно, и она с другими портнихами принялась за работу. По-моему, у них получилось неплохо. - Я выражу ей свое восхищение. - Кэлен пощупала ткань плаща. - Она хорошо постаралась. Никогда не видела такой красоты. Просто не верится, что госпожа Веллингтон могла это сшить. - Ну, строго говоря, нет, - признался Ричард. - Плащ и еще кое-что я принес из замка Волшебника. - Из замка! Что ты там делал? - В прошлый раз я наткнулся на комнаты, где раньше жили волшебники. И я вернулся туда, чтобы получше рассмотреть вещи, которые им принадлежали. - Когда ты успел? - Несколько дней назад. Ты тогда вела переговоры с нашими союзниками. - Волшебники древности носили вот это? - Кэлен, выгнув бровь, оценивающе оглядела плащ. - А я считала, что волшебники всегда носят простые балахоны. - Большинство - да. Но некоторые носили такое одеяние. - И какие же? - Боевые чародеи. - Боевые чародеи, - потрясение прошептала Кэлен. Хотя Ричард, в сущности, не умел пользоваться своим даром, тем не менее он был первым боевым чародеем, родившимся за последние три тысячи лет. Кэлен уже собралась обрушить на Ричарда град вопросов, но вспомнила, что есть более важные вещи, требующие обсуждения. Ее настроение сразу упало. - Ричард, - начала она, пряча взгляд, - тут кое-кто хочет тебя видеть... За ее спиной скрипнула дверь в спальню. - Ричард? - Стоя на пороге, Надина теребила в руках носовой платок. - Я слышала голос Ричарда. - Надина? Глаза Надины сделались огромными, как сандерийские золотые кроны. - Ричард! - Надина, - вежливо улыбнулся Ричард. Во всяком случае, улыбнулись его губы. В глазах его, впрочем, не было и намека на улыбку. Его равнодушный взгляд поразил Кэлен. Ей доводилось видеть Ричарда в гневе, в смертельной ярости, вызванной магией Меча Истины, когда магия опасно плясала в его глазах, видела его и в смертельном спокойствии, когда он делал клинок Меча Истины белым. В магической ярости и в магическом спокойствии Ричард мог выглядеть устрашающе. Но никогда его взгляд не приводил Кэлен в такой ужас, как сейчас. В его глазах не было ни смертельной ярости, ни смертельного спокойствия - только глубочайшее безразличие, которое было гораздо страшнее. Ужаснее этого для Кэлен был бы только этот взгляд, устремленный на нее. Если бы Ричард так на нее посмотрел, у нее мгновенно разбилось бы сердце. Но Надина, судя по всему, знала Ричарда гораздо хуже, чем Кэлен. Она не видела ничего, кроме улыбки у него на губах. - Ой, Ричард! Надина кинулась к нему и повисла у него на шее. Казалось, она не прочь обхватить его и ногами. Кара шагнула вперед, и Кэлен едва успела ее остановить. Кэлен понадобилась вся ее воля, чтобы не сдвинуться с места и промолчать. Она понимала - что бы ни связывало ее с Ричардом, в то, что происходит в эту минуту между ним и Надиной, она не имеет права вмешиваться. Это - прошлое Ричарда, и она понимала: многое из его прошлого - во всяком случае, то, что касается его личной жизни, - всегда оставалось для нее неизвестным. Правда, до сегодняшнего дня это прошлое Ричарда не имело для Кэлен никакого значения. Опасаясь сказать что-нибудь не то, Кэлен просто молчала. Ее судьба - в руках Ричарда и этой красивой женщины, чьи руки сейчас обвивают его шею, - но, что еще хуже, ее судьба, кажегся, снова в руках Шоты. Надина принялась осыпать поцелуями Ричарда, несмотря на все его старания отвернуться. Наконец, обхватив Надину за талию, он отстранил ее. - Что ты здесь делаешь, Надина? - Ищу тебя, дурачок, - счастливым голосом выдохнула она. - Дома все озадачены - да что там, места себе не находят, - с тех пор, как ты исчез прошлой осенью. Мой отец по тебе скучает, я тоже скучала по тебе. Никто не знал, что с тобой случилось. И Зедд куда-то пропал. Границы рухнули, а потом оказалось, что все исчезли. И Зедд. И твой брат. Я знаю, как ты переживал, когда твоего отца убили, но мы не думали, что ты убежишь... - Ее слова то и дело перемежались счастливыми вздохами. - Это долгая история, и я уверен, тебе она будет неинтересна. Надина, казалось, не слышала; она продолжала трещать: - Сначала мне пришлось о многом позаботиться. Пойти к Линди Гамильтон и договориться с ней, чтобы папе зимой приносили корешки. Он из себя выходил, когда ты исчез, и некому стало приносить ему те особые растения, которые умел находить только ты. Я старалась, как могла, но я не так хорошо знаю лес, как ты. Папа надеялся, что Линди справится, пока я не приведу тебя домой. Потом я долго решала, что взять с собой и как найти дорогу. Я пришла сюда, чтобы поговорить с каким-то Магистром Ралом в надежде, что он поможет найти тебя, но я и мечтать не могла, что найду тебя еще до того, как с ним поговорю. - Я и есть Магистр Рал. Эти слова Надина, похоже, тоже пропустила мимо ушей. Отступив, она оглядела его с ног до головы. - Ричард, почему ты так странно одет? Кого ты на сей раз изображаешь? Иди переоденься. Мы отправляемся домой. Теперь я тебя нашла, и все будет хорошо. Мы вернемся домой, и все станет как раньше. Мы поженимся и... - Что?! Надина моргнула. - Поженимся. Сыграем свадьбу, и у нас будет свой дом и все такое. Твой старый дом уже обветшал, но ты построишь новый. У нас будут дети. Много детей. Сыновья. Целая куча сыновей. Больших и сильных, как мой Ричард. - Она радостно улыбнулась. - Я люблю тебя, мой Ричард. Наконец-то мы поженимся! Улыбка Ричарда, какой бы фальшивой она ни была, исчезла совсем, сменившись выражением гнева. - Что за дикая мысль? Надина рассмеялась и игриво провела пальчиком по его лбу. Потом она огляделась. Никто, кроме нее, не улыбался. Ее смех замер, и она посмотрела Ричарду в глаза, ища поддержки. - Но, Ричард... Ты и я... Все к этому шло. Мы поженимся. Наконец-то. Мы же всегда об этом мечтали. Кара наклонилась к Кэлен и шепнула ей на ухо: - Надо было тебе позволить мне ее прикончить. Гневный взгляд Магистра Рала согнал ухмылку с губ Морд-Сит и заставил ее побледнеть. - С чего ты это взяла? - обратился Ричард к Надине. Надина снова оглядела его. - Ричард, в этой одежде у тебя дурацкий вид. Иногда я начинаю сомневаться, есть ли в тебе вообще здравый смысл. С какой стати ты вздумал изображать рядиться под короля? И где ты взял такой меч? Ричард, я знаю, ты в жизни ничего не украл, но у тебя отродясь не было таких денег, сколько стоит это оружие. Если ты его выиграл или что-то такое, то лучше его продать, чтобы мы... Ричард схватил ее за плечи и встряхнул: - Надина, мы с тобой никогда не были обручены, мы даже не говорили об этом. Как тебе пришла в голову эта Глупейшая мысль? Зачем ты пришла сюда? Под его гневным взглядом Надина наконец смутилась. - Ричард, я проделала долгий путь. Ты знаешь, я никогда раньше не уезжала из Хартленда. В пути я перенесла столько тягот! Неужели все это для тебя совсем не важно? Я бы ни за что не ушла из дому, только ради тебя. Я люблю тебя, Ричард! Улик, здоровенный д'харианец, тоже один из личных телохранителей Ричарда, пригнувшись, вошел в дверь. - Магистр Рал, если вы не заняты, генерал Керсон хотел бы обсудить с вами возникшие сложности. Ричард бросил на него испепеляющий взгляд: - Через минуту. Улик, не привычный к таким взглядам со стороны Ричарда и тону, с каким были произнесены эти слова, поклонился: - Я передам генералу, Магистр Рал. Надина озадаченно смотрела на гору мышц, скрывшуюся за дверью. - Магистр Рал? Ричард, о чем это, во имя духов, толкует этот человек? Во что ты опять вляпался? Ты всегда был таким неосторожным! Что ты наделал? Почему ты морочишь головы этим людям? За кого ты себя пытаешься выдать? Ричард, казалось, немного остыл и произнес уже спокойнее: - Это долгая история, Надина, и сейчас у меня нет настроения ее повторять. Боюсь, я уже не тот Ричард... С того дня, как я покинул дом, прошло немало времени. И много чего произошло. Мне очень жаль, что ты зря проделала столь долгий путь, но то, что было когда-то между нами... Кэлен ожидала, что он бросит виноватый взгляд в ее сторону. Но не дождалась. Надина сделала шаг назад и обвела взглядом людей, которые смотрели на нее: Кэлен, Кару, Берлину с Райной и молчаливого Игана, возвышающегося у двери. - Да что с вами со всеми?! - всплеснула она руками. - За кого вы его принимаете? Это же Ричард Сайфер! Мой Ричард! Он - лесной проводник, одним словом - никто! Простой паренек из Хартленда, который вздумал изображать важную персону. Так вот - никакая он не персона! Или вы все слепые дурни? Это мой Ричард, и мы с ним должны пожениться! Кара наконец нарушила молчание: - Нам всем прекрасно известно, кто этот человек. А вот тебе, очевидно, нет. Это Магистр Рал, Владыка Д'Хары и повелитель стран, которые прежде именовались Срединными Землями. Во всяком случае, тех, что к этому дню сдались ему на милость. Каждый в этой комнате, если не во всем городе, готов умереть за него. Мы обязаны ему не только верностью. Мы обязаны ему жизнью. - Человек может быть лишь тем, кто он есть, - сказал Ричард Надине. - Ни больше ни меньше. Когда-то мне это сказала одна очень мудрая женщина. Надина что-то недоверчиво прошептала, но Кэлен не разобрала слов. Ричард обнял Кэлен за талию. В этом нежном касании была любовь и надежность, и Кэлен вдруг испытала глубокую жалость к женщине, стоящей перед чужими людьми и обнажающей перед ними свое сердце. - Надина, - спокойно продолжил Ричард, - это Кэлен, та самая мудрая женщина, о которой я только что говорил. Женщина, которую я люблю, - Кэлен, а не Надина. Мы с ней скоро поженимся. Мы уедем отсюда, чтобы сыграть свадьбу в Племени Тины. И ничто в мире не сможет этому помешать. Казалось, Надина боится отвести взгляд от Ричарда, словно, если она сделает это, все происходящее станет правдой. - Племя Тины? Что это еще, во имя духов, за Племя Тины? Звучит омерзительно. Ричард, ты... - Казалось, она внезапно приняла решение. Поджав губы, Надина метнула на него сердитый взгляд и погрозила ему пальцем: - Ричард Сайфер, я не знаю, в какие дурацкие игры ты тут играешь, но меня не проведешь! Слушай меня, ты, пень здоровенный! Сейчас ты пойдешь и соберешь вещи. Мы едем домой! - Я дома, Надина. На сей раз она не нашла что сказать. - Надина, кто тебе напел... об этой женитьбе? - Вещунья по имени Шота, - окончательно потухнув, прошептала она. Услышав это имя, Кэлен вся подобралась. Шота в самом деле представляла собой нешуточную угрозу. Не имеет значения, что говорит сама Надина или что она хочет. Только Шота обладает могуществом, достаточным для того, чтобы причинить им с Ричардом уйму неприятностей. - Шота! - Ричард провел ладонью по лицу. - Шота. Я должен был догадаться. И тут Ричард сделал то, чего Кэлен никак не ожидала: он насмеялся. Он стоял и, запрокинув голову, хохотал во всю глотку. От его смеха все страхи Кэлен сразу рассеялись. Если Ричард смеется над происками Шоты, значит, о них и думать не стоит. Сердце Кэлен расцвело. Ричард только что сказал, что они сыграют свадьбу в Племени Тины, как и хотели, а то, что Шота стремится этому помешать, - просто забавная шутка. Ричард обнял ее еще крепче, и Кэлен почувствовала, что тоже улыбается. - Прости, Надина. - Ричард махнул рукой. - Я смеялся не над тобой. Дело в том, что Шота все время устраивает нам пакости. Очень жаль, что она так грязно тебя использовала, но такова ее натура. Она - ведьма. - Ведьма? - прошептала Надина. Ричард кивнул: - В прошлом ей удавалось обвести нас вокруг пальца своими маленькими спектаклями, но на этот раз у нее ничего не выйдет. Теперь я не стану обращать внимания на то, что Шота говорит. Больше в ее игры я играть не намерен. - Ведьма? - У Надины был озадаченный вид. - Магия? Она науськала меня с помощью магии? Но ведь она говорила, что ей небеса об этом сказали. - Да ну? А мне наплевать, хоть сам Создатель. - Она сказала, что за тобой охотится ветер. Я беспокоилась. Я хотела помочь. - Ветер охотится? Вечно она изобретет что-то новенькое. - Да, но как же мы... - Надина отвела взгляд. - Надина, никаких "мы" нет и не было. - Голос Ричарда вновь зазвенел. - И тебе лучше кого бы то ни было этом известно. Она возмущенно вздернула подбородок. - Не понимаю, о чем ты. Ричард долго смотрел на нее, как бы взвешивая, говорить ли еще что-то сверх того, что он уже сказал. - Пусть будет по-твоему, Надина. Впервые за весь разговор Кэлен стало неловко. Что бы ни означали эти последние фразы, у нее возникло такое чувство, будто она подслушивает. Ричарду, кажется, тоже было немного совестно. - Прости, Надина, но меня ждут дела. Если тебе нужна помощь, чтобы попасть домой, я сделаю все, что смогу. Ты получишь лошадь, еду на дорогу, одним словом, все, что потребуется. Расскажи в Хартленде, что со мной все в порядке и что я всем шлю наилучшие пожелания. Снова вошел Улик, и Ричард повернулся к нему: - Генерал Керсон здесь? - Да, Магистр Рал. Ричард шагнул к двери: - Пойду разберусь, что там у него за сложности. Но генерал Керсон, услышав свое имя, уже сам входил в комнату. С седыми висками, но мускулистый и подтянутый, он, хотя был на голову ниже Ричарда, все равно выглядел весьма внушительно в своих доспехах из толстой кожи. Короткие рукава оставляли открытыми белые полоски шрамов у него па плечах, обозначающие звание. Генерал прижал кулак к груди, приветствуя Ричарда. - Мне необходимо с вами поговорить, Магистр Рал. - Отлично. Слушаю. Керсон колебался. - Я имел в виду - наедине. У Ричарда было не то настроение, чтобы соблюдать церемонии. - Здесь нет шпионов. Говорите. - Речь идет о солдатах. Магистр Рал. Очень много больных. - Больных? Что с ними? - Ну, Магистр Рал, они... Это... - Выкладывайте! - нахмурился Ричард. - Магистр Рал... - Генерал Керсон посмотрел на женщин и откашлялся. - Половина армии совершенно небоеспособна. У солдат... понос. Ричард перестал хмуриться. - А! Ну что ж, мне очень жаль. Надеюсь, они скоро поправятся. По себе знаю, как это противно. - В армии это обычное дело - но не в таком масштабе. И поскольку больных очень много, нужно принимать какие-то меры. - Ну, давайте им больше пить. И сообщайте мне, как идут дела. - Магистр Рал, нужно принимать меры. Немедленно. Нельзя допустить эпидемии. - Вряд ли у солдат оспа, генерал. Генерал Керсон заложил руки за спину и терпеливо вздохнул. - Магистр Рал, генерал Райбих, прежде чем отбыть на юг, сказал нам, что вы желаете, чтобы мы, ваши офицеры, прямо высказывали вам свое мнение, если считаем, что это важно. Он предупредил, что, по вашим словам, вы можете рассердиться, если оно вам не понравится, но не станете наказывать нас за то, что мы его высказываем. Еще генерал Райбих добавил, что вы желаете знать наше мнение, потому что у нас больше опыта в командовании армией, чем у вас. Ричард потер подбородок. - Вы правы, генерал. Так, значит, это настолько важно - Видите ли, Магистр Рал, я считаюсь одним из героев битвы при Шиваноне. Это в Д'Харе. Мы подавляли мятеж. Я тогда был еще молодым лейтенантом. Нас было пять сотен, бунтовщиков - семь тысяч человек. Они засели в лесу. Мы напали на рассвете, и еще до захода солнца с бунтом было покончено. К закату в Шиваноне не осталось ни одного мятежника. - Весьма впечатляюще, генерал. - Ничуть, - пожал плечами генерал Керсон. - Почти все они были со спущенными штанами. Вы ни разу не пробовали сражаться, когда у вас кишки в узел скручиваются? - Ричард признал, что не пробовал. - Нас все называли героями, но, право же, нет никакого героизма в том, чтобы снести человеку голову, когда он настолько ослаб от поноса, что едва может стоять. Я не очень-то горжусь той битвой, но это был наш долг. И, воспользовавшись их состоянием, мы предотвратили гораздо большее кровопролитие, которое бы неизбежно произошло, будь их войско боеспособно. - Он повел рукой, обозначая окрестности Эйдиндрила. - У меня половина людей не может встать, а остальные еле ходят. Если на нас сейчас нападет мало-мальски крупное войско, нам не позавидуешь. Армия очень ослаблена, и мы рискуем потерять Эйдиндрил. Я был бы признателен, если бы вы подсказали, что нам предпринять, чтобы изменить ситуацию. - А почему вы просите совета у меня? Разве у вас не целителей? - Наши целители умеют лечить только раны. Мы обратились к целителям и травникам здесь, в Эйдиндриле, но они не справляются с таким количеством больных. - Генерал пожал плечами. - Вы - Магистр Рал. Я решил, вы знаете, что надо делать. - Вы правы, в нужном количестве лекарственных трав у здешних травников не найти. - Ричард задумчиво пожевал губами. - Чеснок может помочь, только его надо есть очень много. И брусника. Скормите солдатам кучу чеснока и брусники. Этого добра здесь должно быть в избытке. Генерал недоверчиво нахмурился: - Чеснок и брусника? Вы серьезно? - Мой дед учил меня разбираться в травах и готовить настойки. Поверьте, генерал, это поможет. А еще им нужно пить побольше отвара из коры скального дуба. Чеснок, брусника и отвар из дубовой коры. Верно, Надина? - оглянулся он на нее. Она кивнула: - Это сгодится - только проще дать им истолченные шейки раков. - Я о них тоже подумал, но в это время года мы раковых шеек не найдем, а у травников они вряд ли найдутся. - В истолченном виде их понадобится не так уж много, а помогают они гораздо лучше, - возразила Надина. - Сколько у вас больных, сэр? - По последнему рапорту - около пятидесяти тысяч, - ответил генерал. - А сейчас - кто его знает. Услышав эту цифру, Надина удивленно подняла брови: - Я в жизни не видела такого количества раковых шеек. Солдаты состарятся раньше, чем мы столько наберем. Тогда Ричард прав: чеснок, брусника и отвар из дубовой коры. Чай из окопника тоже подойдет, но его тоже много не соберешь. Так что лучше всего скальный дуб, но его трудно отыскать. А если они здесь не растут, то на худой конец сгодится и крушина. - Растут, - возразил Ричард, - я видел скальные дубы на верхних склонах, к северо-востоку от города. Генерал Керсон почесал затылок. - А что такое скальный дуб? - Это такая разновидность дуба. Та самая, что вашим людям, чтобы поправиться. У него есть желтая внутренняя кора, из которой и делают отвар. - Дерево... Магистр Рал, я на ощупь различаю десять сортов стали, но не смогу отличить одно дерево от другого, будь у меня даже вторая пара глаз. - Наверняка среди солдат есть те, кто в этом разбирается. - Ричард, - вмешалась Надина. - Это у нас в Хартленде мы называем его скальным дубом. По дороге я собирала знакомые растения, но здесь их называют не так, как у нас. Если твои люди выпьют отвар, приготовленный из другого дерева, это, может, и не принесет им вреда, но и пользы тоже. Чеснок с брусникой приведут в порядок кишечник, но больным нужно много пить, чтобы возместить потерю жидкости. Отвар для этого просто необходим. - Я знаю! - Ричард потер глаза. - Генерал, соберите человек пятьсот, приготовьте фургоны и вьючных лошадей случай, если где-то фургоны не пройдут. Я видел, где растут эти деревья, и проведу вас туда. - Он тихонько рассмеялся. - Лесной проводник - всегда проводник. - Солдаты оценят, что Магистр Рал лично заботится об их здоровье, - ответил генерал. - Во всяком случае, я точно это ценю. Магистр Рал. - Спасибо, генерал. Ступайте готовьте все необходимо а я скоро приду к конюшням. Мне бы хотелось добраться до склонов засветло, особенно учитывая, что у нас будут фургоны. Сейчас почти полнолуние, но вряд ли даже от полной луны. будет много проку. - Мы будем готовы прежде, чем вы покинете эту комнату. Магистр Рал. Быстро отсалютовав, генерал исчез. Ричард одарил Надину очередной ничего не выражающей улыбкой. - Спасибо за помощь. А затем перенес внимание на облаченную в алое Морд-Сит. Глава 6 Ричард взял Кару за подбородок, приподнял ей лицо и, чуть развернув его, принялся изучать порез у нее на щеке. - Что это? Кара покосилась на Кэлен. - Один человек отверг мои знаки внимания. Ричард отпустил ее и тоже посмотрел на Кэлен: - Что происходит? Дворец полон стражников, и они так сильно нервничают, что даже мне заступили дорогу, пока я шел. На лестничных пролетах - лучники... Я не видел такого количества оружия с тех пор, как Защитники Паствы штурмовали город. - Его взгляд снова стал хищным. - Кто сидит в яме? - Я тебе говорила, - шепнула Кара Кэлен. - Он всегда все может узнать. Кэлен велела ей не говорить о Марлине, опасаясь, что тот каким-то образом сможет нанести Ричарду вред. Но как только Марлин сообщил о своей сообщнице, все изменилось. Кэлен была обязана сказать Ричарду, что где-то рядом рыщет сестра Тьмы. - Во дворец проник убийца, который намеревался убить тебя. Вот эта маленькая волшебница, - Кэлен кивнула на Кару, - нарочно разозлила его, чтобы он атаковал ее магией и она могла захватить власть над даром этого парня. Мы бросили его в яму, потому что оттуда ему не выбраться. Ричард бросил быстрый взгляд на Кару: - Значит, маленькая волшебница, да? А ты почему ей позволила? - Он сказал, что хочет убить тебя. Кара - твой телохранитель. Ричард повернулся к Каре: - Ты считаешь, было необходимо применять к нему дар? У нас тут целая армия. Один человек никак не смог бы меня добраться. - Еще он собирался убить Мать-Исповедницу. Лицо Ричарда потемнело. - В таком случае надеюсь, ты не стала демонстрировать ему свою доброту? - Не стала, Магистр Рал, - улыбнулась Кара. - Ричард, есть новости и похуже. Этот человек - волшебник из Дворца Пророков, - сообщила Кэлен. - И он сказал, что пришел сюда вместе с сестрой Тьмы. Ее мы пока не нашли. - Сестра Тьмы. Грандиозно! А как вы узнали, что этот человек - убийца? - Он сам об этом сказал, хочешь верь, хочешь не верь. Он заявил, что его послал Джеган убить тебя и меня и что ему было приказано рассказать обо всем, как только он проникнет во дворец Исповедниц. - Значит, истинный план Джегана вовсе не был рассчитан на то, что этот человек нас убьет. Джеган не дурак. Что эта сестра Тьмы делает в Эйдиндриле? Он не говорил - с тоже пришла сюда, чтобы убить нас, или у нее другая задач - Судя по всему, этого Марлин не знает, - ответа Кэлен. - А после того, что с ним сделала Кара, я склон ему верить. - Как зовут эту сестру? - Ее имени Марлин тоже не знает. - Готов поверить, - кивнул Ричард. - Сколько он пробыл в городе, прежде чем появился здесь? - Не знаю точно. Несколько дней. - А почему он не пришел во дворец сразу, как только Приехал? - Не знаю. Я... я его не спросила об этом. - Сколько времени он был вместе с сестрой Тьмы? Чем они здесь занимались после приезда в город? - Не знаю. - Кэлен заколебалась. - Кажется... Этого Я тоже не спросила. - Раз он пробыл какое-то время в ее обществе, она непременно должна была что-то ему говорить. Не сомневаюсь, что из них двоих она была главной. Что именно она ему говорила? - Не знаю. - Виделся ли этот Марлин с кем-нибудь еще, пока был в Городе? Встречался ли с кем-нибудь? Где он остановился? Это Искатель спрашивал ее, не Ричард. Хотя он ни разу не повысил голоса и в его интонации не было ничего угрожающего, у Кэлен запылали уши. - Я... я не догадалась об этом спросить. - Чем они занимались, пока были вместе? Несла ли она что-нибудь с собой? Покупали они что-нибудь, или она крала по дороге? Говорила ли с кем-нибудь, кто тоже мог бы оказаться их сообщником? Не приказывал ли им Джеган убить еще кого-нибудь, кроме нас? - Я... не... Ричард взъерошил волосы. - Совершенно очевидно, что ни один здравомыслящий человек не отправит убийцу во дворец, полный солдат, да еще при этом с приказом заявить о себе прямо с порога. Возможно, Джеган приказал этому человеку сделать еще что-то, прежде чем пойти во дворец, а сюда послал, чтобы мы сами его убили, лишившись, таким образом, возможности узнать, что происходит. А эта сестра Тьмы спокойно сделает свое дело. Джегану безусловно, глубоко наплевать, если он потеряет одну из свои марионеток: у него их навалом, а человеческая жизнь для него ничто. Кален за спиной ломала пальцы. Она чувствовала себя полной дурой. И нахмуренные брови Ричарда над его пронзительными серыми глазами отнюдь не улучшали ее самочувствие. - Ричард, я знала, что некая женщина просит у тебя аудиенции, точно так же как Марлин. Я понятия не имела, кто такая Надина. Марлин не знает имени сестры Тьмы, но он описал ее: молодая, красивая, с длинными каштановыми воло сами. Мы боялись, что это она и есть, поэтому оставили Марлина в яме и поспешили сюда. Нас в первую очередь заботила сестра Тьмы. Все эти вопросы мы зададим Марлину потом. Он никуда не денется. Хищный взгляд Ричарда смягчился. Он вздохнул, успокаиваясь, и наконец кивнул. - Вы все сделали правильно. И ты права насчет менее важных вопросов. Прости. Мне следовало бы сообразить, что ты поступишь наилучшим образом. - Ричард предостерегающе поднял палец. - А этого Марлина предоставьте мне. - Он грозно посмотрел на Кару. - Я запрещаю вам с Кален спускаться к нему! Понятно? Он может быть опасен. Кара не задумываясь отдала бы жизнь за своего Магистра Рала, но, видно, ей уже надоело, что в ее способностях сомневаются. - А сильно был опасен здоровенный сильный парень которого Денна водила на поводке по Народному Дворцу Д'Хары? Надо ли было ей делать что-то еще, чтобы продемонстрировать полную власть над своим воспитанником, кроме как сунуть конец тоненького поводка себе за пояс? Осмелился ли он хоть просто натянуть этот тонкий поводок? Упомянутым парнем на поводке был сам Ричард. Синие глаза Кары от возмущения метали молнии. Кэлен испугалась, что Ричард в гневе схватится за меч. Но ничего подобного не произошло. Он спокойно выслушал Морд-Сит и теперь невозмутимо ждал, не скажет ли она еще что-нибудь. Кэлен задумалась, боится ли Кара, что он ударит ее, или, наоборот, будет этому только рада. - Магистр Рал, он в моей власти. Ничего не случится. - Уверен, что это так. Я вовсе не сомневаюсь в твоих способностях, Кара. Просто не хочу без необходимости подвергать Кэлен риску, каким бы незначительным он ни был. Мы с тобой допросим Марлина, когда я вернусь. Я доверяю тебе мою жизнь, но не хочу ставить жизнь Кэлен в зависимость от какой-нибудь нелепой случайности. Джеган не предусмотрел способностей Морд-Сит - скорее всего потому, что он недостаточно знаком с Новым миром и даже не подозревает о вашем существовании. Он допустил ошибку. А я хочу, чтобы мы по возможности избегали ошибок. Договорились? Когда я вернусь, мы с тобой вместе допросим Марлина и выясним истинную подоплеку того, что происходит. Гнев Кары погас так же быстро, как вспыхнул, и буквально через мгновение уже казалось, что этой вспышки и не было. Кэлен едва сама не усомнилась в том, что только что слышала эти ужасные слова из уст Кары. Но лишь едва. Она корила себя за то, что не продумала как следует вопросы, которые нужно было задать Марлину. Все казалось так просто сейчас, когда Ричард их сформулировал. Наверное, она так тревожилась за него, что не могла трезво мыслить. Ошибка с ее стороны. Кэлен прекрасно понимала, что не должна позволять чувствам затмить разум, иначе она вполне способна стать причиной тех самых неприятностей, которых сама же боится. Ричард обнял Кэлен и нежно коснулся губами ее лба. - Хвала духам, ты не пострадала. Ты вбила себе в голову, что твоя жизнь ценнее моей, и это меня пугает. Не делай так больше, ладно? Кэлен улыбнулась, но никаких обещаний давать не стала, а предпочла сменить тему: - Меня беспокоит, что тебе придется покинуть надежно охраняемый дворец. Меня совершенно не радует мысль, что ты будешь слоняться по городу и окрестностям, когда эта сестра Тьмы бродит где-то неподалеку. - Со мной ничего не случится. - Прибыл посол Джариана и представители от Греннидона. У этих стран огромные армии. Кроме того, встречи с тобой ждут посланники маленьких стран - Мардонии, Пендизана и Тогрессы. Ричард заложил палец за пояс. - Послушай, они вполне могут сдаться и тебе. Либо они с нами, либо против нас. Им нет необходимости встречаться лично со мной, они должны просто согласиться с условиями капитуляции. Кэлен провела пальцем по его руке. - Но ведь ты - Магистр Рал, Владыка Д'Хары. Ты выдвинул эти условия. Они хотят увидеть тебя. - Значит, им придется подождать до завтра. Сначала я должен позаботиться о наших солдатах. Генерал Керсон прав: если солдаты не могут драться, то наше положение зыбко. Страх перед армией Д'Хары - вот что прежде всего заставляет эти страны капитулировать. Мы не можем быть слабыми, если хотим главенствовать. - Мне просто не хочется с тобой разлучаться, - прошептала Кэлен. - Знаю, - улыбнулся Ричард. - Мне тоже не хочется разлучаться с тобой, но это важно. - Обещай, что будешь осторожен! Его улыбка стала шире. - Обещаю. А ты знаешь, что волшебник всегда держит слово. - Ладно, только возвращайся скорее. - Постараюсь. А ты держись подальше от этого Марлина. Он повернулся к остальным: - Кара, вы с Райной останетесь здесь, и Иган тоже. Улик, извини, что накричал на тебя. Поэтому предоставляю тебе возможность отыграться, разрешив поехать со мной. Будешь все время смотреть на меня своими огромными синими глазами, чтобы я чувствовал себя виноватым. Бердина, поскольку я прекрасно понимаю, что ваша троица устроит мне скандал, если я не возьму с собой хотя бы одну из вас, ты тоже можешь меня сопровождать. - Я - фаворитка Магистра Рала! - ухмыльнулась Берлина Надине. Но на Надину это заявление не произвело должного впечатления. Она высокомерно поглядела на Ричарда. - Мне ты тоже станешь указывать? Я вижу, тебе нравится раздавать людям приказы? Ричард, вопреки опасениям Кэлен, не рассердился, а совершенно равнодушно ответил: - Много людей защищают нашу свободу, сражаются с Имперским Орденом, чтобы не дать ему поработить Срединные Земли, Д'Хару и, кстати, Вестландию. Я веду их в бой, потому что обстоятельства сделали меня их вождем. Я делаю это не потому, что жажду власти, или потому, что мне это нравится. Это мой долг. Моим врагам или тем, кто может стать моим врагом, я предъявляю ультиматум. А тем, кто мне верен, отдаю приказы. Но ты, Надина, не относишься ни к тем, ни к другим. Ты вольна делать что хочешь. Надина опять вспыхнула так, что пропали веснушки. Ричард проверил, легко ли выходит из ножен меч. - Бердина, Улик, идите готовьтесь. Встретимся в конюшне. - Он взял Кэлен за руку и подтолкнул ее к двери. - Мне надо поговорить с Матерью-Исповедницей. Наедине. Ричард увлек Кэлен подальше от коридора, битком набитого д'харианскими солдатами в кожаных доспехах и металлических кольчугах. Подтолкнув ее за угол, он развернул ее лицом к себе и кончиком пальца легонько нажал ей на кончик носа. - Я не мог уехать, не поцеловав тебя на прощание. - Не захотел целовать меня на глазах у старой подружки? - усмехнулась Кэлен. - Ты - единственная, кого я люблю. Единственная, кого я когда-либо любил. - Ричард огорченно сморщился. - Теперь ты можешь понять, каково было бы мне, появись один из твоих прежних дружков. - Нет, не могу. Мгновение его лицо не выражало ничего, потом он покраснел. - Прости. Я не подумал. У Исповедниц не бывает дружков. Прикосновение Исповедницы разрушает разум человека, он становится бездумно предан той, кто коснулась его своей властью. Исповеднице приходится постоянно сдерживать свою магию, чтобы случайно не уничтожить чью-нибудь личность. Как правило, это совсем не трудно: сила магии растет вместе с ней, и поскольку дар Исповедницы дается ей от рождения, то и способность контролировать для нее так же естественна, как способность дышать. Но в минуты страсти Исповедница не может сдерживать свою магию и невольно разрушает разум того, кто держит ее в объятиях. Исповедница, даже если бы она захотела, не может ни с кем подружиться. Люди боятся Исповедниц. Особенно мужчины. Мужчины обходят Исповедниц за милю. У Исповедниц не бывает любовников. Исповедница выбирает мужа, исходя из того, какие качества она желает видеть в своей дочери и хорошим ли отцом будет этот мужчина. Исповедница никогда не выходит замуж по любви, потому что это значит уничтожить того, кого она любит. Никто по своей воле не возьмет Исповедницу в жены. Она выбирает себе мужа и касается его своей властью еще до свадьбы. Мужчины пуще смерти боятся Исповедниц, которые еще не выбрали себе мужа. С точки зрения мужчин она - охотник, а они - ее добыча. Только Ричарду удалось победить магию Исповедницы. Он так сильно любил ее, что эта магия оказалась не властна над ним. Кэлен была единственной Исповедницей за всю историю мира, которую полюбил мужчина и которая смогла ответить взаимностью на эту любовь. Она и представить себе не могла, что ей выпадет счастье испытать самое прекрасное в человеческой жизни - любовь. Ей доводилось слышать, что настоящая любовь бывает только одна. И применительно к Ричарду это были не просто слова, а самая что ни на есть правда. Однако все это не имело значения. Она просто любила его, сильно и беззаветно. И до сих пор не могла поверить, что он тоже любит ее и что они могут быть вместе. Она провела пальцем по кожаной перевязи. - Значит, ты о ней никогда не думал? Никогда не мечтал, как?.. - Нет. Послушай, я знаю Надину с детства. Ее отец, Сесил Брайтон, продает лекарственные травы и настойки. Я время от времени приносил ему редкие растения, а он частенько просил меня найти травы, которые ему нужны. Я водил людей по лесу, а заодно и высматривал, где что растет. Нади-па всегда мечтала разбираться в травах, как отец, и продавать их у него лавке. Иногда мы с ней вместе отправлялись искать редкие травы. - Она ходила с тобой только для этого? - Ну, не совсем. Было и другое. Я... Ну, я, бывало, приходил в гости к ней и ее родителям. И гулял с ней, даже если ее отец ничего не просил меня принести. Танцевал с ней на празднике Середины лета. Она мне нравилась. Но я никогда не давал ей повода думать, что хочу жениться на ней. Кэлен улыбнулась и решила избавить его от смущения. Обвив руками шею Ричарда, она поцеловала его. На мгновение она вспомнила его последние слова, сказанные Надине, и подумала, что за ними скрывается? Но все мысли исчезли, когда его сильные руки обняли ее и теплые губы прижались к ее губам. Наконец Кэлен отстранилась. - Ричард, а как же Шота? - задыхаясь, проговорила она. - Вдруг она опять что-нибудь учинит? Ричард моргнул, пытаясь погасить горящее в его взгляде желание. - Пусть убирается в Подземный мир. - Но вспомни - раньше во всех ее действиях был определенный смысл. Она на свой лад пыталась сделать то, что необходимо было сделать. - Она не расстроит нашу женитьбу. - Я знаю, но... - Когда я вернусь, мы поженимся, и все тут. - Его улыбка затмила бы солнце. - Я хочу завлечь тебя в эту твою огромную постель, которую ты мне все время обещаешь. - Но как же мы можем пожениться прямо сейчас? Разве что сыграем свадьбу здесь. До Племени Тины путь неблизкий. Но мы обещали Птичьему Человеку, и Везелэн с Савидлином, и всем остальным, что поженимся по их обычаям. Чандален защищал меня, я ему обязана жизнью. Везелэн собственноручно сшила прекрасное синее подвенечное платье из ткани, на которую скорее всего ушли ее многолетние сбережения. Они приняли нас в свое племя. Племя Тины пошло ради нас на огромные жертвы. Я понимаю, что эта не та свадьба, о которой мечтают большинство женщин: полуголые, обмазанные грязью люди танцуют вокруг костров, призывая духов присоединиться к двоим из их племени. Много дней слушать эти их странные барабаны, смотреть ритуальные танцы... Но это будет самая искренняя, самая сердечная церемония, которая только может быть! И все же сейчас мы не можем покинуть Эйдиндрил и отправиться к Племени Тины просто потому, что нам этого хочется. От нас зависят другие люди. Идет война. Ричард ласково поцеловал ее в лоб. - Знаю. Я тоже хочу, чтобы мы поженились в Племени Тины. И так будет. Верь мне. Я ведь Искатель. Я много об этом думал, и у меня появились кое-какие мысли. - Он вздохнул. - Но сейчас мне надо идти. Позаботься обо всем, Мать-Исповедница. Я вернусь завтра. Обещаю. Кэлен обняла его так крепко, что стало больно рукам. Ричард заглянул ей в глаза. - Надо спешить, пока не стемнело. - Он помолчал. - Если... Если Надине что- нибудь понадобится, проследи, чтобы она это получила, ладно? Лошадь, еду, снаряжение. Все, что нужно в дороге. Она неплохой человек. И я не желаю ей зла. Она не заслужила того, что сделала с ней Шота. Кэлен кивнула и положила голову ему на грудь. Она слышала, как бьется его сердце. - Спасибо тебе за сюрприз. В этом наряде ты выглядишь еще красивее, чем всегда. - Кэлен прикрыла глаза, с болью вспомнив слова, прозвучавшие в красной комнате. - Ричард, а почему ты не рассердился, когда Кара говорила эти ужасные вещи? - Потому что я понимаю, что она пережила. Я сам побывал в этом безумном мире. Ненависть разрушила бы меня, и прощение в моем сердце было единственным, что меня спасло. Я не хочу, чтобы ненависть уничтожила их. И не позволю каким- то словам разрушить то, что я пытаюсь им дать. Я хочу, чтобы они научились доверять. А иногда ты можешь добиться доверия, лишь доверяя сам. - Возможно, тебе кое-что удалось сделать на этом пути. Кара сегодня говорила мне и другие слова - они заставляют меня думать, что твои Морд-Сит уже многое понимают. - Кэлен улыбнулась и попыталась внести в этот разговор шутливую нотку: - Я слышала, ты сегодня с Бердиной и Райной приручал бурундуков. - Приручить бурундуков легко. На самом деле у меня задача сложнее - я пытался приручить Морд-Сит. - Ричард говорил серьезным тоном, отчего создавалось впечатление, будто мысли его бродят где-то далеко. - Жалко, что ты не видела в эту минуту Бердину и Райну. Они хихикали, как девчонки. Я чуть не расплакался, глядя на них. Кэлен улыбнулась, представив себе эту сценку. - А я-то думала, что ты попусту тратишь время. Сколько Морд-Сит осталось в Народном Дворце Д'Хары? - Их там десятки. - Десятки... - Кэлен грустно покачала головой. - Что ж, во всяком случае, бурундуков полно. Ричард нежно погладил ее по волосам. - Я люблю тебя, Кэлен Амнелл. Спасибо тебе, что ты так терпелива. - Я тоже люблю тебя, Ричард Рал. - Она вцепилась в его куртку и прижалась к нему еще крепче. - Ричард, Шота по-прежнему меня тревожит. Обещай, что ты действительно на мне женишься! Тихонько рассмеявшись, он поцеловал ее в макушку. - Я люблю тебя так сильно, что словами не выразить. Не существует больше никого - ни Надины, ни любой другой женщины. Клянусь тебе в этом моим волшебным даром. Ты - единственная, кого я люблю и буду любить всегда. Обещаю. Кэлен ощутила биение крови в висках. Это было не то обещание, которого она просила. Ричард отстранил ее. - Мне пора. - Но... Он поглядел за угол. - Что? Мне надо идти. Кэлен оттолкнула его. - Иди. И поскорее возвращайся ко мне. Ричард быстро поцеловал ее и исчез. Прислонившись к стене, Кэлен видела, как растворяется в сумраке коридора его яркий плащ, и слышала звон кольчуг и топот сапог, когда солдаты двинулись за ним, своим Магистром Ралом. Глава 7 Кара и Райна вместе с Иганом ждали в красной гостиной. Дверь в спальню была закрыта. - Райна, Иган, я хочу, чтобы вы сопровождали Ричарда, - объявила Кэлен прямо с порога. - Магистр Рал приказал нам остаться с тобой, Мать-Исповедница, - ответила Райна. Кэлен выгнула бровь: - С каких это пор вы слушаетесь Магистра Рала, если речь идет о его безопасности? Райна ехидно улыбнулась - редкое зрелище. - Да мы-то не против. Только он очень рассердится, что мы оставили тебя одну. - У меня есть Кара, дворец, битком набитый солдатами, и еще целая армия вокруг города. Самая большая опасность, которая мне угрожает, - что кто-нибудь из этих здоровенных стражников отдавит мне ногу. А Ричард взял с собой лишь пятьсот человек и Бердину с Уликом. Я за него беспокоюсь. - А если Магистр Рал прикажет нам возвращаться? - Скажи ему... Скажи ему... Погоди-ка! Кэлен подскочила к конторке из красного дерева и достала из-под крышки бумагу, чернильницу и перо; обмакнув перо в чернильницу, она написала: Не простудись и спи в тепле. Весной в горах еще холодно. Люблю тебя. Сложив бумагу пополам, она протянула письмо Райне. - Езжайте вслед за отрядом, но держитесь на расстоянии. Дождитесь, пока они разобьют лагерь, и только тогда отдайте ему письмо. Еще скажите, что я просила передать - это очень важно. Поскольку уже стемнеет, назад он вас не отправит. Райна расстегнула две пуговки своего кожаного одеяния спрятала бумагу на груди. - Он все равно рассердится, но уже на тебя. - Я не боюсь этого громилы, - улыбнулась Кэлен. - Я знаю, как его утихомирить. Райна заговорщически ухмыльнулась. - Я заметила? - Оглянувшись на довольного Игана, она скомандовала: - Пошли выполнять наш долг и вручать послание Матери-Исповедницы Магистру Ралу. Нам еще надо выбрать самых неторопливых лошадей. Они отбыли; Кэлен покосилась на Кару, с настороженным видом стоящую у дверей, и постучала в спальню. - Войдите, - раздался приглушенный голос Надины. Кара вошла следом за Кэлен. Кэлен не стала препятствовать, прекрасно понимая, что Кара все равно не послушается, если ее попросить остаться в гостиной. Морд-Сит никогда не обращали внимания на приказы, если считали, что они противоречат их долгу защищать Кэлен и Ричарда. Надина укладывала вещи в потрепанную дорожную сумку. Она низко склонилась над ней, и густые волосы скрывали ее лицо. Кэлен заметила у нее в руке носовой платок. - С тобой все в порядке, Надина? Надина шмыгнула носом, но головы не подняла. - Если оказаться самой большой дурой, какую когда-либо видели добрые духи, значит быть в порядке, то, надо полагать, мне сейчас лучше всех. - Из меня Шота тоже делала дуру. Я понимаю, что ты чувствуешь. - Еще бы! - Тебе что-нибудь нужно? Ричард просил, чтобы я о тебе позаботилась. Он за тебя беспокоится. - А свиньи летают. Ему нужно только, чтобы я побыстрее убралась из ваших роскошных покоев и отправилась бы домой. - Это неправда, Надина! Он говорил, что ты очень хорошая. Надина наконец выпрямилась и отбросила волосы за спину. Она высморкалась и сунула платок в карман своего синего платья. - Простите. Вы, наверное, меня ненавидите. Только я вовсе не собиралась врываться сюда и красть у вас жениха. Я ничего не знала. Клянусь, я не знала, иначе ноги моей здесь бы не было. Я думала... Ну, я думала, что я ему... - Qлово "нужна" утонуло в потоке слез. Представив себе горе женщины, потерявшей любовь Ричарда, Кэлен испытала прилив сострадания. Она обняла Надину за плечи и усадила на кровать. Надина снова достала платочек и, всхлипывая, принялась утирать слезы. Кэлен села на кровать рядом с ней. - Почему бы тебе не рассказать мне обо всем? О тебе и о Ричарде? Может быть, тебе станет легче? Иногда помогает, если выговориться. - Я чувствую себя такой дурой. - Надина хлопнула себя по коленям и опять сделала попытку успокоиться. - Это я во всем виновата. Ричард мне всегда нравился. Он всем нравился. Он со всеми был добр. Но я никогда не видела его таким, как сегодня. Похоже, он и впрямь стал совсем другим человеком. - В некотором смысле так оно и есть, - кивнула Кэлен. - Он изменился даже по сравнению с прошлой осенью, когда мы с ним впервые встретились. Ему пришлось многое пережить. Пришлось пожертвовать прежней жизнью, пришлось преодолеть тяжелые испытания. Он вынужден был либо умереть, либо научиться сражаться. А еще смириться с тем фактом, что Джордж Сайфер - не родной его отец. - Джордж - не его отец? - несказанно изумилась Надина. - Тогда кто же? Какой-то Рал? - Даркен Рал, - кивнула Кэлен. - Владыка Д'Хары. - Д'Хары... Пока не рухнули границы, я всегда считала, что Д'Хара - это просто какое-то нехорошее место. - Так и было, - ответила Кэлен. - Даркен Рал был жестоким правителем, который хотел покорить мир при помощи убийств и страданий. Он взял Ричарда в плен и едва не замучил до смерти. Брат Ричарда, Майкл, выдал его Даркену Ралу. - Майкл? Что же, меня это почему-то не удивляет. Ричард любил Майкла. Майкл - большая шишка, но в нем есть гнильца. Если ему чего-то захочется, он по трупам пройдет, лишь бы добиться своего. Никто никогда не говорил об этом вслух, но мне кажется, что в Хартленде особо не огорчались, когда Майкл уехал и не вернулся. - Он погиб во время битвы с Даркеном Ралом. Эта новость, судя по всему, Надину ничуть не опечалила. Кэлен не стала говорить ей, что Ричард приказал казнить Майкла за то, что он предал тех, кого должен был защищать. За то, что на совести Майкла была смерть многих невинных людей. - Даркен Рал владел магией, которая помогла бы ему поработить всех живущих. Ричарду удалось бежать. Он убил своего настоящего отца и таким образом спас мир. Даркен Рал был могущественным волшебником. - Волшебником! И Ричард его сокрушил? - Да. Мы все в долгу перед Ричардом за то, что он избавил нас от судьбы, которую уготовил нам его отец. Ричард ведь тоже волшебник. Надина рассмеялась, будто услышала хорошую шутку. Но Кэлен даже не улыбнулась, а Кара сохраняла на лице каменное выражение. Глаза Надины стали круглыми. - Вы говорите серьезно, да? - Да. Зедд приходится Ричарду дедом. Зедд - волшебник, как и настоящий отец Ричарда. Ричард родился с волшебным даром, хотя пока не очень хорошо умеет им пользоваться. - А Зедд тоже исчез. - Вначале он пошел с нами. Мы вместе сражались, и он старался помочь Ричарду, но недавно, во время одной из битв, он пропал. Боюсь, его убили, там, наверху, в замке Волшебника, что в горах над Эйдиндрилом. Впрочем, Ричард отказывается верить, что Зедд погиб. - Кэлен пожала плечами. - Может, и правда он жив. Старик был самым могущественным волшебником, каких я встречала, не считая Ричарда. Надина вытерла нос платочком. - Ричард и этот сумасшедший старикан были большими друзьями. Вот, значит, что Ричард имел в виду, сказав, что его дед научил его разбираться в травах. К моему отцу все приходят за отварами. Папа знает о травах почти все, и я надеюсь, что когда-нибудь буду знать хотя бы половину того, что известно ему. А отец все время повторяет, что хотел бы знать хотя бы половину того, что знает старый Зедд. Но мне и в голову не могло прийти, что Зедд - дедушка Ричарда. - Никто этого не знал, даже сам Ричард. Это долгая история. Я расскажу тебе основное. - Кэлен посмотрела на свои руки, сложенные на коленях. - Ричард расправился с Даркеном Ралом, но потом сестры Света увезли его во Дворец Пророков, укрытый чарами, которые замедляют время. Они хотели научить его пользоваться своим даром, и Ричард должен был провести в этом Дворце не одно столетие. Мы уж решили тогда, что навсегда потеряли Ричарда. Но оказалось что во Дворце Пророков есть еще сестры Тьмы. Они хотели выпустить Владетеля из Подземного мира и пытались использовать Ричарда в своих целях, но он вывернулся и разрушил их планы. Во время этого были разрушены Башни Погибели, отделявшие Древний мир от Нового. И теперь императора Джегана, владыку Имперского Ордена из Древнего мира, ничто не сдерживает, и он пытается подчинить себе и наш мир. Джеган очень могуществен, у него огромная армия. Нас против воли втянули в войну, и мы вынуждены сражаться за свое будущее, за свободу. За само наше существование. И Ричард - наш вождь в этой войне. Зедд, используя свое право Волшебника первого ранга, назвал Ричарда Искателем Истины. Это очень древняя должность, установленная три тысячи лет назад, во время великой войны. Это высокое назначение даруется только в случае острой необходимости. Искатель - человек, который стоит над всеми законами, кроме своих собственных. Его власть подкреплена Мечом Истины и магией, заключенной в этом мече. Иногда судьба ведет всех нас путями, которые нам не всегда понятны, но порой мне кажется, что она мертвой хваткой вцепилась в одного Ричарда. Тут Надина, доселе молчавшая, наконец моргнула и спросила: - Ричарда? Но почему Ричарда? Почему все это происходит с ним? Он ведь обычный лесной проводник. Простой парень из Хартленда. - Да потому, что котята, родившись в овчарне, не становятся от этого ягнятами. Они вырастут и все равно будут убивать крыс. Такова их судьба. Ричард особый волшебник. Он - боевой чародей. Первый волшебник за последние три тысячелетия, который от рождения владеет обеими сторонами магии - и Магией Ущерба, и Магией Приращения. Ричард не выбирал своего предназначения. Но случилось так, что от него зависит наша свобода и жизнь, а Ричард - не тот человек, который может спокойно смотреть со стороны на человеческие страдания. Надина отвела взгляд. - Я знаю. - Она крутила в пальцах мокрый носовой платок. - Я вам тогда немного неправду сказала. - О чем? Надина вздохнула. - Ну, о Томми и Лестере. По моим словам выходило, будто это я выбила им зубы. А на самом деле мы тогда договорились с Ричардом встретиться, чтобы пойти за кленовой корой. И вот иду я по лесу, а навстречу мне Томми Ланкастер со своим дружком Лестером. Они охотились на горлиц. А как-то до этого Томми ко мне приставал, а я у всех на виду выставила его дураком. Обругала и, кажется, даже отвесила ему оплеуху. Так вот, он встретил меня в лесу и решил, что самое время со мной поквитаться. Заставил Лестера меня держать, а сам... Ну, он успел только стянуть с себя штаны, как появился Ричард. Томми прямо опешил. Ричард велел им убираться и пригрозил, что все расскажет их родителям. Но эти два дурака, вместо того чтобы послушаться и удрать, взялись за луки, чтобы отучить его вмешиваться в чужие дела. Вот поэтому у Томми с Лестером и нет теперь передних зубов. Ричард сказал - это им за то, что они собирались сделать со мной. А за то, что они ему угрожали, он сломал их драгоценные луки. И еще предупредил Томми, что если тот опять будет ко мне приставать, то Ричард ему отрежет... Ну, вы знаете что. Кэлен улыбнулась: - Очень похоже на того Ричарда, которого я знаю. Я нижу, в этом отношении он ничуть не изменился. Только сейчас томми и лестеры стали могущественнее и гораздо опаснее. Надина повела плечом. - Наверное. Она подняла глаза и увидела, что Кара протягивает ей чашку с водой. Надина сделала глоток. - Не могу поверить, что кто-то всерьез желает Ричарду смерти. Не представляю себе, как кому-то может прийти в голову мысль убить его. - Она хмыкнула. - Даже Томми и Лестер всего лишь хотели его проучить. - Она поставила чашку на колени. - Вы сказали, что Даркен Рал мучил Ричарда. Зачем? Кален быстро взглянула на Кару. - Это уже в прошлом. И мне очень не хочется ворошить воспоминания. - Простите. - Надина вспыхнула. - Я забыла, что он... Что вы... - Она стерла пальцами слезы со щеки. - Просто это нечестно. Вы... - Надина раздраженно всплеснула рукой. - У вас есть все. Эти покои, этот дворец. Я себе и представить не могла такого великолепия. Словно видение, дарованное духами. У вас столько прекрасных вещей, дорогая одежда, В этом платье вы сами похожи на доброго духа. - Надина поглядела Кэлен в глаза. - И вы такая красивая. Это нечестно. У вас такие замечательные зеленые глаза. А у меня - обычные карие. Должно быть, мужчины выстраивались в очередь у дворца, чтобы признаться вам в любви. У вас, наверное, было столько ухажеров, что и вообразить трудно. У вас есть все. Любой мужчина в Срединных Землях пал бы к вашим ногам... А вы выбрали моего земляка. - Любовь не всегда справедлива. Она просто приходит, и все. У тебя тоже чудесные глаза, Надина. - Кэлен сцепила руки на колене. - Что Ричард имел в виду, говоря: "Нет никаких "мы", и тебе лучше кого бы то ни было об этом известно"? Надина опустила ресницы и отвернулась. - Ну, дома, в Хартленде, о Ричарде мечтали многие девчонки, не только я. Он был не такой, как другие. Особенный. Помню, однажды, когда ему было лет десять-двенадцать, он сумел утихомирить двух взрослых мужчин, которые уже собирались подраться. Что-то в нем всегда было такое... Он их рассмешил, и они ушли из лавки моего папы в обнимку, Ричард всегда был необычным человеком. - Таковы все волшебники, - объяснила Кэлен. - Так, значит, у Ричарда было много подружек? - Да нет. Он был со всеми добр, вежлив. Всегда готов был помочь. Но никогда никому не отдавал особого предпочтения. Правда, от этого девушки, кажется, еще больше по нему сохли. Но у него не было возлюбленной. После того как Томми с Лестером хотели... - Тебя изнасиловать. - Угу. Я всерьез никогда не верила, что они способны на такие дурные поступки, но... Наверное, именно это они и хотели со мной проделать. Изнасиловать меня. Хотя некоторые называют это иначе. Иногда, когда парень делает это с девушкой, то говорят, что он предъявил на нее права, родители заявляют, что она сама его соблазнила, и женят их прежде, чем беременность станет заметной. У нас в Хартленде, особенно но деревням, обычно родители решают, кто на ком женится. Но бывает, что парню не нравится девушка, которую ему подобрали родители, и тогда он предъявляет права на ту, которую хочет, в надежде, что она "залетит" и ей придется за него выйти. Томми, по-моему, именно этого и добивался. Родители велели ему жениться на костлявой Рите Веллингтон, а он ее на дух не выносил. А порой девушка действительно сама соблазняет парня, потому что ей тоже не по душе родительский выбор, хотя обычно все покорно исполняют волю родителей. У меня, правда, все было по-другому. Мои ма и па никого для меня не выбирали. Они говорят, что родительский выбор с тем же успехом может не принести счастья, и считают, что я сама вполне способна определить, кто мне нужен. Так вот, после той истории с Томми Ричард стал вроде как присматривать за мной. И я вообразила, что он наконец-то обратил на меня внимание. Мне казалось, что он видит во мне женщину, а не только ребенка, которого защищает. Я была в этом совершенно уверена на празднике Середины лета в прошлом году. Он танцевал со мной больше, чем с другими девушками, и те зеленели от зависти, особенно когда он меня прижимал. И я хотела только его. Никого другого. Я думала, что после праздника он скажет мне, что я значу для него больше, чем прежде. Ждала, что он начнет всерьез за мной ухаживать. Но так и не дождалась. Одной рукой Надина придерживала на коленях чашку, другой терзала носовой платок. - Другие парни были не прочь за мной приударить, и не собиралась рисковать своим будущим, если Ричард так никогда и не соберется с духом, поэтому я решила немного его подхлестнуть. - Подхлестнуть? Надина кивнула. - За мной увивался и брат Ричарда, Майкл. Наверное, он делал это только из зависти к Ричарду, но тогда я ничего не имела против его ухаживаний. Я его плохо знала, но он уже приобрел у нас определенное влияние. А Ричард, я думала, так навсегда и останется лесным проводником. Я не к тому, что это плохо. Я ведь тоже ничего особенного собой не представляю. Ричард очень любил лес. - И сейчас любит, - улыбнулась Кэлен. - Уверена, если бы он мог, то охотно остался бы простым лесным проводником. Но он не может. Так что же было потом? - Ну, я подумала, что, если заставить Ричарда немножко поревновать, может, он выйдет из спячки и начнет шевелиться. Мама всегда говорила, что иногда мужчину требуется подтолкнуть. Ну, так я его хорошенько пнула. - Надина откашлялась. - Я подстроила так, чтобы он увидел, как я целуюсь с Майклом. И позаботилась сделать вид, что получаю от этого удовольствие. Брови Кэлен поползли вверх. Она глубоко вздохнула. Может, Надина и выросла вместе с Ричардом, но она его совершенно не знала. - Он не сердился на меня, не ревновал, остался, можно сказать, равнодушным, - продолжала Надина. - По-прежнему был со мной добр и продолжал присматривать за мной, только больше не приходил к нам в гости и не звал погулять по лесу. Я пробовала поговорить с ним, все объяснить, но бесполезно. Только выражение глаз у него стало таким, как было сегодня. - Надина уставилась в пространство невидящим взглядом. - Выражение, которое означает, что ему просто-напросто все равно. Я не понимала этого вплоть до сегодняшнего дня, когда вновь увидела у него этот взгляд. Наверное, он тогда действительно был неравнодушен ко мне и ждал, что я своей верностью докажу ему, что он мне тоже небезразличен. Но я его предала. Закусив губу, Надина тяжело вздохнула. - Шота сказала, что Ричард обязательно женится на мне, и я была так рада, что просто не хотела верить, когда он заявил, что этого никогда не случится. Не хотела верить этому выражению его глаз и поэтому притворилась, будто оно ничего не значит, но на самом деле значит, и очень много. - Я сожалею, Надина, - мягко сказала Кэлен. Надина встала и поставила чашечку на стол. По ее щекам текли слезы. - Простите, что я вот так сюда заявилась. Он любит вас, а не меня. Он никогда меня не любил. Я очень рада за вас, Мать-Исповедница, у вас хороший жених, который станет беречь вас и защищать и всегда будет к вам добр. Я знаю. Кэлен встала и ласково сжала руку Надины. - Кэлен. Меня зовут Кэлен. - Кэлен. - Надина по-прежнему избегала смотреть ей в глаза. - А он хорошо целуется? Мне всегда хотелось это знать. Я ночами лежала без сна и думала об этом. - Когда любишь кого-то всем сердцем, то поцелуи этого человека всегда приятны. - Наверное. Не знаю. Во всяком случае, меня никогда не целовали так, как я мечтала. - Надина провела рукой по подолу. - Я надела это платье, потому что Ричарду нравится этот цвет. Вам надо знать, что он любит синий. - Я знаю, - прошептала Кэлен. Надина придвинула к себе дорожную сумку. - Я жалуюсь на то, что уже в прошлом, и забываю о своей профессии. Порывшись в сумке, она достала бараний рог, заткнутый пробкой. Рог был расписан кругами и полосками. Вынув пробку, Надина обмакнула в содержимое рога палец и протянула руку к Каре. Морд-Сит отшатнулась. - Что это? - Это мазь из тысячелистника, окопника и подорожника. Она останавливает кровь, снимает воспаление и помогает заживлению ран. Порез у тебя на щеке кровоточит. У меня есть еще наперстянка, но, по-моему, она не понадобится. Мой па говорит, что важен не столько состав, сколько правильные пропорции каждого. В этом секрет врачевания. - Обойдусь, - заявила Кара. - Ты очень красивая. И ты же не хочешь, чтобы у тебя остался шрам, правда? - Шрамов у меня и так полно. Просто ты их не видишь. - А где они? Кара прожгла ее взглядом, но Надина не отступала, и Морд-Сит наконец согласилась. - Ладно, - буркнула она. - Давай мажь, только отстань от меня. Но я не собираюсь раздеваться, чтобы показать тебе мои шрамы. Надина уверенно улыбнулась и принялась втирать коричневую мазь в щеку Кары. - Она снимет боль. Запах неприятный, но он быстро выветривается. Кара и бровью не повела. Должно быть, это удивило Надину, поскольку та на секунду замерла и поглядела Каре в глаза, прежде чем продолжить свое занятие. Закончив, Надина заткнула рог и убрала его в сумку. - Никогда не видела такой красивой комнаты, - заметила она, оглядываясь вокруг. - Спасибо, что позволили мне ею воспользоваться. - Не за что. Тебе что-нибудь нужно? Покачав головой, Надина в последний раз вытерла нос и убрала платок в карман. Потом взяла со стола чашечку, выплеснула остатки воды и тоже убрала в сумку. - Путь неблизкий, но у меня есть немного серебра. Я не пропаду. Она положила руку на сумку и посмотрела на свои дрожащие пальцы. - Ни за что бы не подумала, что мое путешествие закончится так. В Хартленде все будут надо мной смеяться. - Надина сглотнула комок в горле. - И что скажет папа?.. - А ему Шота тоже сказала, что ты выйдешь замуж за Ричарда? - Нет. Я тогда еще не встретилась с Шотой. - То есть как это? Я думала, это она велела тебе найти Ричарда и выйти за него замуж. - Ну, - Надина криво улыбнулась, - дело было не совсем так. - Понятно. - Кэлен сложила ладони. - Ну и как же было на самом деле? - Это прозвучит глупо... Будто я какая-нибудь двенадцатилетняя дурочка... - Надина, просто расскажи мне, что и как было. Надина немного поразмыслила, потом вздохнула и наконец решилась. - Пожалуй, это уже не имеет значения. У меня началось... Ну, я не знаю, как это назвать. Я начала видеть Ричарда. То есть мне казалось, что я его вижу. Краешком глаза, и когда я поворачивалась, его уже не было. Однажды, к примеру, я видела его, когда собирала в лесу растения. Он стоял, прислонившись к дереву. Я остановилась, но он исчез. И чем дальше, тем больше я понимала, что нужна ему. Не знаю, почему я это знала, но я знала. Я знала, что это важно, знала, что с ним что-то случилось. Я никогда над этим не задумывалась. Родителям я сказала, что Ричард во мне нуждается и я должна к нему идти. - И они поверили? Поверили твоим видениям и так запросто тебя отпустили? - Ну, вообще-то про видения я ничего не объясняла. Сказала, что Ричард прислал мне весточку, что он просит моей помощи и я отправляюсь к нему. Пожалуй, ма и па решили, что я отлично знаю, куда мне надо идти. Кален начала понимать, что Надина никому ничего толком не объяснила. - И потом появилась Шота? - Нет. Потом я ушла. Я знала, что нужна Ричарду, и двинулась в путь. - Одна? Ты просто-напросто собиралась в одиночку обойти , все Срединные Земли в поисках Ричарда? Надина рассеянно пожала плечами. - Мне не приходило в голову задуматься над тем, как я стану его искать. Я знала, что нужна ему, и чувствовала, что это очень важно, вот и отправилась на его поиски. - Она улыбнулась, словно пытаясь успокоить Кэлен. - И пришла прямо к нему, как стрела летит. Все шло как по маслу, - ее щеки заалели, - кроме того, что я оказалась ему не нужна. - Надина, тебе не снились... странные сны? Тогда или уже здесь? - Странные сны? - Надина отбросила за спину густую прядь. - Нет, никаких странных снов. Я хочу сказать, более странных, чем любые другие сны. Самые обычные сны. - Что ты имеешь в виду под словом "обычные"? - Ну, вроде того, что ты снова маленькая и заблудилась в лесу, и ни одна тропинка не ведет к знакомым местам. Или снится, что никак не можешь найти ягоды для пирога и тебе приходится идти в пещеру, чтобы взять их у медведя, который умеет говорить. Что-то в этом роде. Просто сны. Снится, что умеешь летать или дышать под водой. Глупости всякие. Мне всегда это снилось. Ничего нового. - И ничего в твоих снах не изменилось сейчас? - Нет. Если я их утром помню, то они всегда того же рода. - Понятно. Пожалуй, и впрямь ничего необычного. Надина вытащила из сумки плащ. - Что ж, мне пора двигаться. Если повезет, буду дома к весеннему празднику. - Тебе повезет, если ты успеешь к празднику Середины лета, - нахмурилась Кэлен. - Да ну! - Надина рассмеялась. - Не может дорога обратно оказаться длиннее, чем сюда. Пару недель или около того. Я ушла, когда луна была в третьей четверти, а сейчас еще даже не полнолуние. - Две недели... - Кэлен непонимающе уставилась на нее. Чтобы зимой добраться сюда из Вестландии, да еще через горы Ранг-Шада, нужен был не один месяц. - Должно быть, у тебя крылатый конь. Надина засмеялась снова, но тут же замолкла. - Забавно, что вы это сказали. У меня нет лошади. Я шла пешком, но... - Пешком? - потрясение переспросила Кэлен. - Да. Но с тех пор, как я двинулась в путь, мне часто снилось, что я лечу на крылатом коне. Кэлен помолчала, пытаясь собраться с мыслями и представить, какие вопросы задал бы Ричард на ее месте. Ей до сих пор было стыдно, что она не смогла вытянуть из Марлина ничего ценного, когда у нее была такая возможность. Исповедницам нет необходимости владеть искусством вести допрос. После того как Исповедница коснется человека своей магией, ей нужно лишь велеть ему рассказать, действительно ли он совершил те преступления, в которых его обвиняют, и если ответ положительный - а он, как правило, таким и был, за исключением очень редких случаев, - приказывать преступнику выложить все подробности. Никого искусства здесь не было, да его и не требовалось, но Кэлен была решительно настроена не повторять ошибки с Марлином и задать Надине правильные вопросы. - Когда к тебе пришла Шота? Ты мне так еще и не сказала. - Ой! Ну, вообще-то она не то чтобы ко мне пришла. Это я набрела на нее в горах. Издали ее дворец очень красивый, хотя внутри я не была. Я недолго там задержалась. Я спешила добраться до Ричарда. - И что Шота тебе сказала? Какими точно были ее слова? ' - Сейчас вспомню... - Надина, задумавшись, потеребила губу. - Она со мной поздоровалась. Предложила чаю. Сказала, что ждала меня. Потом усадила рядом с собой. Велела Самюэлю оставить в покое мою сумку, когда тот попытался ее утащить, и сказала мне, чтобы я его не боялась. Спросила, куда я направляюсь, и я ответила, что иду к моему Ричарду, что он во мне нуждается. Тогда она рассказала мне о прошлом Ричарда, вещи, которые знала и я. Я удивилась, что ей так много о нем известно, и подумала, что она, должно быть, с ним хорошо знакома. А потом она рассказала мне обо мне самой, причем такие вещи, о которых она никак знать не могла. О моих желаниях и мечтах, о том, что я хочу стать целительницей, и все такое. Вот тогда я и сообразила, что она провидица. Точных ее слов я не помню, но она сказала, что Ричард действительно нуждается во мне. Сказала, что мы с ним поженимся. Ей небеса об этом поведали. - Надина отвела взгляд от Кэлен. - Я была сама не своя от счастья. Наверное, никогда в жизни я не была так счастлива. - Небеса поведали. Ясно. И что было дальше? - Дальше она сказала, что не хочет меня задерживать. Предупредила, что за Pичардом охотится ветер - я, правда, не поняла, что это значит, - и мне следует поспешить. Потом пожелала мне удачи - и все. - Все? Она наверняка сказала еще что-то! - Нет, больше ничего. - Надина застегнула сумку. Разве что, по-моему, помолилась за Ричарда. - Что ты имеешь в виду? Что она сказала? Повтори в точности ее слова. - Ну, она повернулась и направилась во дворец, а я встала, чтобы идти дальше, и услышала, как она прошептала очень торжественно: "Да будут духи милосердны к его душе". Руки Кэлен под длинными рукавами ее белого платья покрывались мурашками. Она вспомнила, что нужно дышать, лишь когда легкие загорелись огнем. Надина подхватила сумку. - Ну, я и так уже причинила вам достаточно огорчений. Будет лучше, если я двинусь домой. - Послушай, Надина, - Кэлен ухватила ее за руку, - почему бы тебе не остаться здесь еще на какое-то время? - Зачем? - изумилась Надина. Кэлен отчаянно искала предлог. - Ну, я бы с удовольствием послушала рассказы о детстве Ричарда... Об историях, в которые он попадал... - Кэлен выжала из себя улыбку. - Правда, мне этого хочется. Надина покачала головой: - Ричарду не нужно, чтобы я здесь оставалась. Он рассердится, если вернется и обнаружит, что я еще здесь. Ты не видела выражения его глаз. - Надина, Ричард не вышвырнет тебя отсюда, не дав отдохнуть перед дорогой. Он совсем не такой. Он велел предоставить тебе все, что нужно перед дальней дорогой. А я считаю, что больше всего тебе нужно отдохнуть несколько дней. Надина снова покачала головой: - Нет. Вы и так уже были добры ко мне гораздо больше, чем я заслуживаю. Вы с Ричардом принадлежите друг другу. И я тут совершенно лишняя. Но все равно спасибо за предложение. Такая доброта и великодушие редко встречаются. Неудивительно, что Ричард вас любит. Любая другая на вашем месте приказала бы обрить меня наголо и вывезти из города в телеге золотаря. - Надина, я действительно хочу, чтобы ты осталась. Кэлен провела языком по губам. - Пожалуйста, - услышала она свой собственный голос. - Я не хочу, чтобы из-за меня вы с Ричардом ссорились. Я не такая мегера. - Если бы такая опасность была, я бы тебя не просила. Оставайся. Хотя бы на несколько дней. Хорошо? Можешь жить в этих покоях, которые тебе так понравились. Я... Мне в самом деле очень хочется, чтобы ты осталась. Надина посмотрела Кэлен в глаза долгим пристальным Взглядом. - Вы хотите, чтобы я осталась? Правда хотите? - Да. - Кэлен почувствовала, как ногти впиваются в ладони. - Правда. - Ну, откровенно говоря, мне не очень-то хочется торопиться домой, чтобы признаться там в собственной глупости. Хорошо, раз вы действительно этого хотите, я останусь ненадолго. Спасибо. Несмотря на то что у Кэлен были веские причины не отпускать Надину, она все равно чувствовала себя бабочкой, летящей в огонь. Глава 8 Вот и отлично. - Кэлен выдавила улыбку. - Будет очень... приятно видеть тебя здесь. Мы с тобой еще поговорим. О Ричарде. Я имею в виду, что с удовольствием послушаю твои рассказы о его детстве... Сообразив, что несет околесицу, она замолчала. Надина же расцвела на глазах. - И мне можно спать на кровати? - Не будь глупышкой. Разумеется, можно. Где же еще тебе спать? - У меня есть подстилка, я могу расстелить ее на ковре и... - Нет, я этого не допущу. Я пригласила тебя остаться и хочу, чтобы ты чувствовала себя здесь как дома. - Тогда мне придется спать на ковре, - хихикнула Надина. - Потому что дома o сплю на матрасе, который лежит прямо на полу. - Ну а здесь ты будешь спать в кровати, - хмыкнула Кэлен и, поглядев на Кару, добавила: - Попозже я покажу тебе дворец, если хочешь. А сейчас устраивайся и отдохни немного. У нас с Карой есть одно важное дело. - Какое дело? - осведомилась Кара. Все это время она простояла молча, как статуя, мрачно подумала Кэлен, и вот именно сейчас ей приспичило задавать вопросы! - Марлин. - Магистр Рал приказал нам держаться подальше от, Марлина. - Марлин был послан, чтобы убить Ричарда. И есть кое-какие вещи, которые мне надо у него выяснить. - Тогда я с вами пойду, - встряла Надина. Ее взгляд перебегал с Кэлен на Кару и обратно на Кэлен. - Я хочу посмотреть, как выглядит человек, который хотел убить Ричарда. Хочу поглядеть ему в глаза. Кэлен отрицательно покачала головой. - Вряд ли тебе это понравится, - сказала она. - Мы будем его допрашивать, а это не слишком приятное зрелище. - Правда? - оживилась Кара, а Надина спросила непонимающе: - Почему? Что вы хотите этим сказать? - Хватит! - отрезала Кэлен. - Марлин опасен, и я не желаю, чтобы ты спускалась к нему. Ты - наша гостья. Так что, пожалуйста, соблюдай мои требования, пока гостишь в моем доме. Надина уставилась в пол. - Конечно. Прошу прощения. - Я предупрежу стражников, и если тебе что-то понадобится - постирать вещи, принять ванну или еще что-нибудь, - попроси, и они позовут прислугу. Я скоро вернусь, и мы пойдем ужинать. За ужином и поговорим. Надина повернулась к кровати, где лежала ее сумка. - Конечно. Я не собиралась совать нос не в свое дело и мешать вам. Кэлен нерешительно тронула ее за плечо: - Извини, если мои слова прозвучали как приказ. Просто я очень переживаю из-за того, что Ричарду угрожает опасность. Прости мою резкость. Ты - гостья. Пожалуйста, будь как дома. - Я все понимаю, - бросила Надина через плечо. Спасибо. Она действительно была очень красива, и хотя Кэлен подозревала, что Надина сказала ей не всю правду, во всем ее облике сквозила чистота и невинность молодости. Неудивительно, что когда-то Ричард был ею увлечен. Кэлен задумалась над тем поворотом судьбы, который соединил Ричарда с ней, а не с этой женщиной. Она была благодарна добрым духам за то, что все сложилось именно таким образом, и мысленно возносила молитвы, чтобы так все и было впредь. Больше всего на свете Кэлен хотелось, чтобы этот коварный "подарок" Шоты исчез раз и навсегда. Она мечтала о том, чтобы эта соблазнительная, красивая и опасная молодая женщина оказалась как можно дальше от Ричарда, и ей не терпелось отослать Надину прочь. Если бы это зависело от ее желания... Предупредив охрану о том, что Надина - гостья, Кэлен с Карой пошли к Марлину. Как только они спустились по лестнице на один пролет и оказались одни. Кара схватила Кэлен за руку. - Ты что, спятила?! - сказала Кара. - О чем ты? Скрипнув зубами, Морд-Сит наклонилась к Кэлен: - Какая-то ведьма присылает твоему мужчине свадебный подарок - невесту, а ты приглашаешь ее остаться погостить! Кэлен провела пальцем по деревянному шарику, украшавшему балясину. - Мне не оставалось ничего другого. Разве неясно? - Мне ясно, что ты должна была согласиться с тем, что предлагала эта потаскуха: обрить ее наголо и выслать из города в фургоне золотаря! - Но ведь Надина тоже жертва. Она всего лишь пешка в игре Шоты. - Ее языку не по вкусу правда. Она по-прежнему жаждет заполучить твоего мужчину. И если ты не прочла этого в ре глазах, значит, я заблуждалась насчет твоей мудрости! - Кара, я доверяю Ричарду. Я знаю, что он меня любит Самым важным для него всегда будут честность и верность. И я знаю, что могу вверить его защите свое сердце. Что бы он обо мне подумал, если бы я, как ревнивая жена, отослала Надину прочь? Если я ему не доверяю, значит, я недостойна того, чтобы он был мне верен. Я не могу даже видом своим выразить недоверие. Сердитый взгляд Кары не смягчился. - Для меня твои доводы - пустой звук. Может, оно так, только ты вовсе не поэтому попросила Надину остаться. Тебе не меньше моего хочется ее удавить, я это вижу по твоим зеленым глазам. Кэлен улыбнулась и попыталась разглядеть свое отражение в полированной поверхности перил. Но увидела лишь расплывчатое пятно. - Трудно обмануть сестру по эйджилу. Ты права. Мне пришлось попросить Надину остаться, потому что я чувствую какую-то опасность. Происходит что-то непонятное. И опасность не исчезнет, если я просто отошлю Надину прочь. Рукой в печатке Кара отбросила со лба прядь длинных светлых волос. - Опасность? Какая? - В том-то и беда: я не знаю. И даже думать не смет причинить ей вред. Мне необходимо выяснить, что происходит на самом деле, а для этого мне может понадобиться Надина. И мне бы не хотелось потом ее искать, когда я могу с самого начала держать ее под рукой. Попробуй взглянуть на это с другой точки зрения: разве правильно было бы отослать Марлина прочь, когда он заявился сюда и сообщил, что хочет убить Ричарда? Разве это избавит нас от неприятностей? Зачем мы его здесь держим? Чтобы выяснить, что происходит на самом деле, вот зачем. Кара стерла со щеки мазь, словно это была полоска присохшей грязи. - По-моему, ты сама напрашиваешься на неприятности. Кэлен моргнула, пытаясь избавиться от внезапного жжения в глазах. - Знаю. У меня тоже такое чувство. Самое очевидное, что нужно сделать, что мне не терпится сделать, - это отослать Надину прочь отсюда на самом быстром коне, какой только здесь найдется. Но таким путем ничего не решить, особенно тех проблем, которые создает Шота. - Ты имеешь в виду те слова, что Шота сказала Надине? О ветре, который охотится на Магистра Рала? - Отчасти. Я не знаю, что это значит. Но не похоже, чтобы Шота просто придумала этот ветер. Но хуже всего ее молитва: "Да будут духи милосердны к его душе". Не знаю, что она хотела этим сказать, но эти слова приводят меня в ужас. Эти слова и то, что я, возможно, совершила самую большую ошибку в своей жизни. Но что мне еще оставалось делать? В один и тот же день объявляются двое. Одного послали убить Ричарда, другую - выйти за него замуж. Не знаю, что опаснее, но зато я прекрасно понимаю, что от каждой из этих проблем нельзя просто отмахнуться. Когда кто-то пытается вонзить тебе в спину нож, ты, конечно, можешь просто закрыть на опасность глаза, но тебя это не спасет. Кара смягчилась, и на ее лице появилось выражение, свойственное обычной женщине, которая понимает опасения другой женщины. - Я тебя прикрою. Если она залезет в постель Магистра Рала, я вышвырну ее оттуда прежде, чем он ее обнаружит. - Спасибо! - Кэлен сжала руку Кары. - Теперь пошли в яму. Кара не тронулась с места. - Магистр Рал сказал, что не желает, чтобы ты туда ходила. - А с каких это пор ты стала подчиняться приказам? - Я всегда подчиняюсь его приказам. Особенно тогда, когда он требует их беспрекословного исполнения. Этот приказ был отдан в таком тоне. - Отлично. Тогда можешь присмотреть за Надиной, а пока схожу к Марлину. Кэлен не успела сделать шаг, как Кара резко схватила за локоть. - Магистр Рал не хочет, чтобы ты подвергалась опасности. - А я не хочу, чтобы опасности подвергался он, Кара! чувствовала себя полной дурой, когда Ричард начал задавать мне вопросы, которые мы не додумались задать Марлину. И теперь я хочу получить на них ответ. - Магистр Рал сказал, что сам его допросит. - Но он вернется только к завтрашнему вечеру. Мало что может произойти за это время? Вдруг в эту самую секу что-то происходит, и когда он вернется, будет уже поздно что-либо предпринимать? Что, если Ричард погибнет лишь потому, что мы сидели сложа руки, подчиняясь его приказу? Ричард боится за меня и поэтому не может мыслить здраво. Марлин знает, что происходит, и, пока мы теряем время, угроза растет. Что ты мне говорила? О том, что колебания могут оказаться для тебя роковыми. Или для тех, кто тебе дорог. Лицо Кары окаменело, но она промолчала. - Ричард мне дорог, и я не собираюсь рисковать его жизнью, предаваясь колебаниям. Я получу ответы на вопросы. Кара наконец улыбнулась: - Мне нравится ход твоих мыслей, Мать-Исповедница. К тому же ты мне сестра по эйджилу. Приказ был неверным, если не глупым. Морд-Сит подчиняются глупым приказам Магистра Рала лишь тогда, когда под угрозой его мужская гордость, а не жизнь. Мы немного побеседуем с Марлином и получим ответы на все эти вопросы и на некоторые другие тоже. Когда Магистр Рал вернется, мы сможем предоставить ему все необходимые сведения - если вообще к этому времени не покончим с возникшей угрозой. Кэлен хлопнула по перилам ладонью: - Вот теперь узнаю Кару! Они пошли вниз. По мере того как они спускались, коридоры, украшенные панелями и коврами, сменились узкими каменными туннелями, в которых горели только тусклые лампы, еще ниже ходы были освещены факелами и пахло сыростью и плесенью. Кэлен приходилось ходить по этим мрачным туннелям гораздо чаще, чем хотелось бы. Здесь она принимала признания осужденных. Именно здесь она впервые применила свою волшебную силу Исповедницы, когда допрашивала человека, который жестоко надругался над дочерьми своего соседа и убил их. Конечно, каждый раз ее сопровождал волшебник. И вот теперь она идет допрашивать волшебника. Когда они прошли мимо солдат, охраняющих переход между двумя лестничными пролетами, и собирались повернуть за угол, к последнему коридору, где было полно солдат, Кэлен взглянула на Морд-Сит. Кара была красавицей, но грозной красавицей, и в ее глазах была сейчас только холодная настороженность. - Кара, можно я задам тебе личный вопрос? Кара заложила руки за спину, но не замедлила шага. - Ты сестра по эйджилу. Спрашивай. - Ты тогда сказала, что колебания могут стоить жизни тебе или тем, кто тебе дорог. Ты ведь говорила о том, что уже однажды произошло с тобой, да? Кара остановилась. Даже в тусклом свете факелов Кэлен увидела, что Морд- Сит побелела. - Вот уж действительно очень личный вопрос. - Ты вовсе не обязана мне ничего рассказывать. То есть то не приказ, а просто женское любопытство. Мне стало интересно. Ты столько обо мне знаешь, а я знаю о тебе только то, что ты Морд-Сит. - Я не всегда была Морд-Сит, - прошептала Кара. Угрожающее выражение исчезло с ее лица, и она вдруг стала похожа на маленькую испуганную девочку. Кэлен поняла, что сейчас Кара видит не пустой коридор, а что-то совсем другое. - Почему бы мне и не рассказать. Ты ведь сама говорила, что меня нельзя винить за то, что со мной сделали другие. Это не моя вина. Каждый год в Д'Харе отбирали девочек которых обучали мастерству Морд-Сит. Известно, что самая большая жестокость произрастает из самой большой доброты. За имена девочек, отвечающих необходимым требованиям, выплачивалась награда. Я была единственным ребенком, отвечала всем требованиям, и возраст был подходящим. Девочку забирают вместе с родителями, и во время подготовки Морд-Сит родителей убивают. Мои родители не знали, что нас продали охотникам. Голос Кары звучал бесстрастно, лицо не выражало никаких эмоций, будто она говорила о прошлогоднем урожае. Сами слова, а вовсе не интонация, выражали все ее эмоции. - Мы с отцом были во дворе, резали цыплят. Когда за нами пришли, я и понятия не имела, что это значит. Но отец знал. Он увидел, как охотники спускались с холма, и напал первым. Но он увидел не всех, или их было слишком много, они стали его теснить. "Кари, нож! - кричал он мне. Кари, возьми нож!" Я послушалась. Отец удерживал троих охотников. Мой папа был очень большой. "Кари, режь их! снова закричал он мне. - Режь их! Быстро!" Кара поглядела Кэлен в глаза: - Но я просто стояла. Колебалась. Я не хотела никого убивать. Не хотела причинять никому боль. Я даже цыплят резать не могла, их резал отец. Кэлен на знала, станет ли Кара продолжать рассказ. В повисшем мертвом молчании она решила про себя, что если Кара не станет продолжать, то она больше не будет ее расспрашивать. Кара глядела в пространство, погрузившись в свои видения. Затем она продолжила: - Кто-то подошел ко мне. Никогда этого не забуду. Я подняла голову и увидела женщину. Очень красивую женщину, красивей которой я никогда не видела, с огромными голубыми глазами и роскошными светлыми длинными волосами. Солнечные блики плясали на ее алом кожаном одеянии. Она с улыбкой склонилась надо мной и забрала у меня нож. В ее улыбке было что-то змеиное. С тех пор мысленно я ее только так и называла - Змея. Выпрямившись, она произнесла: "Ну разве это не прелестно? Крошка Кари не хочет никого резать. Твои колебания только что сделали тебя Морд-Сит, Кара. Начало положено". Кара стояла неподвижно словно статуя. - Меня посадили в крохотную каморку с маленьким лазом в нижней части двери. Я не могла выйти. Но крысы вползать могли. Ночью, когда я не выдерживала и засыпала, крысы пробирались в каморку и кусали меня за пальцы. Змея избила меня до полусмерти, когда я загородила лаз. Крысы любят кровь. Она их будоражит. Я научилась спать, свернувшись в тугой клубок, стиснув руки в кулаки и прижимая их к животу, чтобы крысы не могли добраться до пальцев. Но они всегда добирались до пальцев ног. Я снимала с себя рубашку, чтобы прикрыть ею ноги, но тогда, если я не спала на животе, они кусали соски. Лежать полуголой на холодном полу, пряча под живот руки, уже само по себе было пыткой, но это помогало мне дольше не уснуть. Если крысы не могли добраться до пальцев ног, то кусали за уши, за нос, за икры, пока я не просыпалась и не отгоняла их. Ночью я слышала, как кричат другие девочки, когда их будит крысиный укус. Я постоянно слышала, как кто-нибудь из них плачет по ночам и зовет маму. Иногда я сознавала, что слышу свой собственный голос. Порой я просыпалась от того, что крысиные коготки царапали мне лицо, усики щекотали щеки, а холодные носы тыкались в губы, вынюхивая остатки пищи. Я решила перестать есть и оставлять похлебку и кусок хлеба крысам в надежде, что они оставят меня в покое. Но ничего не вышло. Еда только привлекла полчища крыс, а потом... После этого я съедала до последней крошки все, что приносила мне Змея. Иногда она поучала меня: "Не надо колебаться. Кара, не то крысы съедят твой ужин". И я понимала, что она имеет в виду, говоря "не надо колебаться". Она напоминала мне, во что обошлись мои колебания мне и моим родителям. Когда они у меня на глазах замучили до смерти маму. Змея сказала: "Видишь, к чему привели твои колебания, Кара? К чему привела твоя нерешительность?" Нас учили, что Даркен Рал - "Отец Рал". Что у нас нет другого отца, кроме него. Когда меня ломали в третий раз, приказав замучить моего настоящего отца до смерти, Змея велела мне не колебаться. И я не колебалась. Отец молил меня о пощаде. "Кари, пожалуйста, - рыдал он, - Кари, не будь такой, какой они хотят тебя сделать". Но я не колебалась ни секунды. А после этого моим единственным отцом был Отец Рал. Кара взяла в руку эйджил и посмотрела на него. - Этим я заслужила свой эйджил. Тот самый эйджил, при помощи которого меня учили. Я заслужила звание Морд-Сит. Кара взглянула Кэлен в глаза, и хотя их разделяло каких-то два шага, казалось, что она смотрит откуда-то издалека. С другой стороны безумия. Того безумия, в которое ее повергли другие. Кэлен показалось, что она сама превращается в камень при виде того, что таилось в самой глубине этих голубых глаз. - Я сама была Змеей. Я стояла в лучах солнца над маленькими девочками и забирала у них из рук нож, когда они колебались, не желая никому причинять боль. Кэлен всегда ненавидела змей. И сейчас возненавидела еще больше. По щекам ее ручьями лились слезы. - Мне так жаль. Кара, - прошептала она с щемящим чувством в груди. Больше всего ей хотелось обнять эту женщину в алой одежде, но она не могла даже пошевелиться. Потрескивали факелы. Издалека доносились приглушенные голоса стражников. Взрыв хохота прокатился по коридору. Со стены капала вода, образуя неглубокую лужицу. Стук капель гулко отдавался под сводами. Но Кэлен слышала только удары собственного сердца. - Магистр Рал даровал нам избавление. Кэлен вспомнила слова Ричарда о том, что он чуть не расплакался, видя, как две Морд-Сит кормят бурундучков и хихикают, словно девчонки. Кэлен понимала, что для этих женщин умение просто по-человечески радоваться - огромное достижение. Ричард понимал, в какую пучину безумия они были погружены, и Кэлен знала - если у Морд-Сит есть возможность когда-нибудь вынырнуть из этой пучины, то лишь благодаря ему. Лицо Кары снова стало жестким. - Пошли выясним, каким именно образом Марлин намеревался убить Магистра Рала. И не жди, что я буду уступчивой, если он хоть на секунду замешкается с ответом. Под бдительным взглядом сержанта Коллинза один из д'харианских солдат снял ржавый замок и быстро отошел, будто убрал единственную преграду, отделяющую всех людей во дворце от злой магии, притаившейся внизу, в колодце. Двое других солдат без особых усилий подтащили тяжелую лестницу. Кэлен уже хотела открыть дверь, но услышала приближающиеся голоса и шаги. Все повернулись на шум. Это была Надина в сопровождении четверых стражников. Потирая руки, словно они у нее мерзли, Надина протолкалась сквозь плотное кольцо солдат. Она улыбалась, но Кэлен не ответила на ее улыбку. - Что ты здесь делаешь? - Ну, вы же сами сказали, что я ваша гостья. Какими бы прекрасными ни были мои покои, мне захотелось прогуляться. Я попросила охранников проводить меня вниз. Я хочу увидеть этого убийцу. - Я велела тебе ждать наверху. И ясно сказала, что не желаю, чтобы ты спускалась сюда. Густые брови Надины сошлись на переносице. - Мне начинает надоедать, что со мной обращаются как с деревенской дурочкой. - Она вздернула свой изящный носик. - Я целительница. И там, откуда я родом, меня уважают. Люди прислушиваются к моим словам. Когда я кому-то приказываю что-то сделать, меня слушаются беспрекословно Если я велю советнику принимать настойку три раза в день лежать в постели, он будет принимать лекарства трижды в день и не вставать, пока я не разрешу. - Мне совершенно не интересно, кто там у вас в Хартленде тебя слушается, - отрезала Кэлен. - Здесь ты будешь слушаться меня. Понятно? Поджав губы, Надина уперла руки в бока. - А теперь ты послушай! По дороге сюда я замерзла, изголодалась и натерпелась страху. Из меня сделали дуру люди которых я и знать не знаю. Я занималась своими делами жила, как хотела, пока меня не отправили в это бессмысленно путешествие лишь для того, чтобы потом, в благодарность за то, что я поспешила прийти на помощь, со мной обращались как с прокаженной. Меня подозревали в пособничестве убийце, и парень, с которым я вместе выросла, меня унизил. Я мечтала выйти замуж за человека, которого любила, но его у меня отняли. Он любит тебя, а не меня. Что же, пусть так. Но теперь кто-то пытается убить человека, ради которого я проделала весь этот длинный путь, а ты заявляешь, что меня это не касается! - Она погрозила Кэлен пальцем. - Ричард Сайфер спас мою честь. Если бы не Ричард, я бы сейчас была замужем за Томми. Eсли бы не он, я, а не Рита Веллингтон, ходила бы с вечно подбитым глазом и нянчила отпрысков этого свиномордого тупицы; Томми смеялся над тем, что я собираю травы, чтобы лечить людей. Он говорил, что это дурацкое занятие для девчонки. Говорил, что моему отцу надо было обзавестись сыном, если он хочет, чтобы у него был помощник в лавке. У меня не было бы ни малейшей надежды стать целительницей, если бы не Ричард. И то, что не мне суждено быть его женой, вовсе не означает, что он мне не дорог. Я с ним выросла, он мой земляк. А у нас принято заботиться о своих, даже если они не члены семьи. И я имею право знать, какая опасность ему грозит! Я имею право увидеть того человека из вашей страны, который хочет убить парня, с которым я вместе выросла! У Кэлен не было настроения спорить. Если она хочет увидеть, пусть смотрит, а потом пеняет только на себя. Она вгляделась в карие глаза Надины, пытаясь увидеть в них, действительно ли она не оставила своих надежд в отношении Ричарда, но ничего не смогла прочесть в ее взгляде. - Ты желаешь видеть человека, который хочет убить Ричарда и меня? - Кэлен открыла дверь. - Хорошо. Твое желание исполнится. Она жестом велела солдатам установить лестницу, а когда они это сделали, сняла со стены факел и протянула его Каре. - Пошли покажем Надине то, что она так жаждет увидеть. Кара внимательно посмотрела на Кэлен и, поняв, что ее решение неколебимо, начала молча спускаться по лестнице. Кэлен жестом пригласила Надину лезть следом: - Добро пожаловать в мой мир, Надина. Добро пожаловать в мир Ричарда. Надина заколебалась лишь на мгновение, а потом решительно ступила на лестницу и стала спускаться за Карой. Кэлен повернулась к стражникам: - Сержант Коллинз, если он вылезет из подвала раньше нас, нельзя выпустить его отсюда живым. Он хочет убить Магистра Рала. - Слово д'харианского солдата, Мать-Исповедница, опасность и не коснется Магистра Рала. По сигналу Коллинза солдаты взяли оружие на изготовку. Лучники натянули тетивы; в полумраке блеснули лезвия боевых топоров. Кэлен удовлетворенно кивнула, взяла со стены еще один факел и начала спускаться в колодец. Глава 9 Влажный спертый воздух колодца ударил ей в нос, и Кэлен порадовалась, что запах горящей смолы хотя бы отчасти заглушает вонь, стоящую в яме. Когда она спустилась с нижней ступеньки. Кара устанавливала факел в подставку на правой стене. Кэлен укрепила свой слева. Надина стояла не двигаясь и ошарашено смотрела на залитого кровью мужчину в центре камеры. Кэлен обошла ее и встала рядом с Карой. Кара нахмурилась, глядя на Марлина. Тот стоял, свесив голову и закрыв глаза. Дыхание его было ровным и глубоким. - Он спит, - шепнула Кара. - Спит? - Брови Кэлен взлетели. - Как он может спать стоя? - Не знаю... Мы всегда заставляем новых воспитанников стоять, иногда целыми сутками. При этом им не с кем поговорить и остается только размышлять о своей судьбе. Это весьма изощренная форма пытки, она любого лишает желания сопротивляться. У меня бывали мужчины, которые умоляли, чтобы их били, но не оставляли стоять в одиночестве час за часом. Марлин тихонько похрапывал. - А кто-нибудь засыпал, как он? Кара потеребила губу. - Разумеется - но они тут же падали и просыпались. От боли, конечно, потому что сходили с плевка. Нарушение приказа влечет за собой боль вне зависимости от того, рядом я или нет. Но мне ни разу не доводилось слышать, чтобы кто-то уснул и остался при этом стоять. Кэлен поглядела на длинную лестницу и на светлый круг наверху. Там маячили головы солдат, но ни один из этих здоровенных д'харианцев не осмеливался заглянуть в колодец, потому что они все панически боялись магии. Надина просунула голову между Кэлен и Карой. - Может быть, заклинание? Волшебство какое-нибудь, - предположила она, но ответом ей были только сердитые взгляды, и Надина убрала голову. Скорее из любопытства, чем желая разбудить Марлина, Кара слегка толкнула его в плечо. Потом ткнула пальцем ему в грудь и в живот. - Твердый как камень! Его мышцы будто застыли. - Должно быть, поэтому он и стоит. Может, волшебников учат этому фокусу. Кара с сомнением покачала головой и неуловимым движением схватила эйджил. Боль, которую, как знала Кэлен, она при этом испытывала, никак не отразилась на ее лице. Как всегда. Кэлен перехватила запястье Кары. - Не надо. Просто разбуди его. Не причиняй ему боли до тех пор, пока это не станет действительно необходимо. До тех пор, пока я тебе не скажу. На лице Кары появилось недовольное выражение. - Я считаю, это уже необходимо. И я должна использовать свою власть над ним без колебаний. - Кара, между колебаниями и осторожностью огромная разница. Эта история с Марлином с самого начала какая-то странная. Так что давай делать все постепенно. Ты сказала, что он полностью в твоей власти. Давай не будем спешить. Он ведь в твоей власти, не так ли? - О да, он полностью в моей власти, можешь не сомневаться, - медленно улыбнулась Кара. - Но если ты настаиваешь, я разбужу его так, как мы иногда будим наших воспитанников. Кара наклонилась, обняла Марлина за шею и нежно поцеловала его в губы долгим поцелуем. Кэлен почувствовала, что краснеет. Она знала, что таким образом Денна порой будила Ричарда для того, чтобы снова начать его мучить. Удовлетворенно хмыкнув, Кара выпрямилась. Марлин распахнул веки, как проснувшийся кот. В его взгляде опять появилось нечто - то самое нечто, что пугало Кэлен до глубины души. Но сейчас она увидела больше, чем в прошлый раз. В этих глазах отражался не только возраст. Эти глаза никогда не ведали страха. Окинув трех женщин медленным оценивающим взглядом, он вытянул связанные за спиной руки и выгнул спину, потягиваясь. Губы его растянулись в довольной ухмылке, и в ней внезапно проявилось что-то зловещее, как кровь выступает на белом полотне. - Так. Значит, мои дорогуши вернулись. - Его пугающие глаза, казалось, видели и знали больше, чем глаза обычного смертного. - И привели с собой еще одну сучку. Раньше голос Марлина был звонким, как у мальчишки. Теперь он стал низким и глубоким, будто принадлежал мужчине вдвое крупнее. Мужчине, обладающему непререкаемой властью и авторитетом. Кэлен никогда прежде не слышала столь угрожающего голоса. Она отступила на шаг и потянула за собой Кару. - Кара... - Вытянув руку назад, Кара заставила Надину отступить и сама отошла еще на шаг. - Кара, скажи мне, что он в твоей власти. Кара, раскрыв рот, смотрела на Марлина. - Что?.. Внезапно она рванулась вперед и с размаху ударила его рукой в стальной перчатке в лицо. Такой удар должен был сбить его с ног. Марлин посмотрел на нее, улыбаясь окровавленным ртом, и выплюнул выбитый зуб. - Неплохой удар, дорогуша, - прокомментировал он. - Но я перехватил контроль над узами, связывающими тебя с Марлином. Кара всадила эйджил Марлину в живот. Он вздрогнул всем телом, руки задергались. Но угрожающее выражение не исчезло из его глаз. Он продолжал смотреть на Морд-Сит, по-прежнему ухмыляясь. Кара отступила на пару шагов. - Что происходит? - прошептала Надина. - Что случилось? Ты ведь говорила, что он беспомощен. - Убирайся! - Кара подтолкнула Кэлен назад. - Немедленно! - Она поглядела на лестницу. - Я с ним справлюсь. Запри дверь. - Уже хотите уйти? - скрежещущим голосом поинтересовался Марлин, когда они двинулись к лестнице. - Так скоро? И не желаете со мной побеседовать? Я наслаждался разговором между вами двумя. И так много открыл. Раньше я ничего не знал о Морд-Сит. Теперь знаю. Кэлен резко остановилась: - О чем это ты? Хищный взгляд переместился с Кары на Кэлен. - Я узнал о твоей трогательной любви к Ричарду Ралу. Очень любезно было с твоей стороны поведать об ограниченности его дара. Я это подозревал, и ты подтвердила мои подозрения. Также ты подтвердила мою догадку, что он умеет чувствовать тех, кто обладает волшебным даром. Впрочем, даже ты сумела углядеть несоответствие в глазах Марлина. - Кто ты? - спросила Кэлен, подталкивая Надину к лестнице. Марлин утробно рассмеялся: - Как это кто? Не кто иной, как ваш самый жуткий кошмар, дорогуши! - Джеган? - недоверчиво прошептала Кэлен. - Верно? Ты Джеган? Утробный хохот разнесся по колодцу и эхом отразился от стен. - Ты меня застукала. Признаюсь. Это я, сноходец собственной персоной. Я позаимствовал разум этого бедолаги, чтобы нанести вам визит. Кара ткнула эйджилом ему в шею, но Марлин вялым движением отбросил ее назад. Кара опять подскочила к нему и ударила его по почкам. Он даже не шелохнулся. Двигаясь, как марионетка, он схватил ее за шнуровку платья и швырнул об стенку, как соломенную куклу. Кара упала на пол лицом вниз, и ее светлые волосы окрасились кровью. Кэлен толкнула Надину к лестнице. - Убирайся отсюда! - Что ты будешь делать? - спросила Надина, взявшись за перекладину. - С меня достаточно. Я уже насмотрелась. Пора с этим кончать. Немедленно. Кэлен двинулась к Марлину, или Джегану, или кем он там был. Она собиралась коснуться его магией Исповедницы. Надина с криком пронеслась мимо Кэлен по полу, будто скользила по льду. Марлин поймал ее, крутанул и схватил за горло. Надина, выпучив глаза, судорожно хватала ртом воздух. Марлин предостерегающе погрозил пальцем, и Кэлен замерла. - Тс-с! Я сверну ей шею. Кэлен отступила. Марлин слегка ослабил хватку, и Надина с хрипом втянула в легкие воздух. - Одна жизнь взамен многих? И ты думаешь, что Мать-Исповедница не сможет сделать выбор? Услышав слова Кэлен, Надина задергалась, отчаянно пытаясь разжать пальцы Марлина. Даже если Марлин не свернет ей шею, если Кэлен коснется его своей властью, то Надине тоже конец. - Возможно. Но разве тебе не хочется узнать, дорогуша, что я здесь делаю? И судьбу, уготовленную мной твоему возлюбленному, великому Магистру Ралу? Кэлен повернулась и крикнула: - Коллинз! Закройте дверь! Заприте ее! Дверь наверху сразу захлопнулась. Теперь колодец освещали только факелы на стенах. Кэлен повернулась к Марлину. Не сводя с него глаз, она начала медленно обходить камеру. - Кто ты? - Ну, вообще-то это довольно сложный философский вопрос, и трудно ответить - него понятными для тебя словами. Сноходец способен проникать в промежутки времени между мыслями, когда личность как таковая просто не существует, и захватить разум человека. То, что ты видишь перед собой, - это Марлин, моя послушная комнатная собачонка. А я - блоха у него на спине, которую он принес в ваш дом на себе. Он лишь марионетка, которую я собирался использовать для... некоторых целей. Надина продолжала бороться, и Марлин сильнее сжал пальцы. Кэлен велела ей не брыкаться. Если она будет продолжать сопротивляться, то в конечном итоге ее задушат. Надина затихла и смогла наконец вдохнуть. - Твоя марионетка скоро станет мертвой марионеткой, - заметила Кэлен. - Он одноразового использования. И, к твоему несчастью, я его уже использовал. Кэлен покосилась на лежащую Кару и начала подбираться к ней. - Что это значит? Что он сделал? - Как - что? Марлин привел тебя сюда. Конечно, впереди у вас еще много страданий, но он справился со своей задачей. И мне посчастливилось присутствовать при этой победе. - Что ты натворил? Что ты делаешь здесь, в Эйдиндриле? Джеган хохотнул: - Развлекаюсь, что же еще! Вчера я даже ходил смотреть, как играют в джа- ла. Ты там тоже была. И Ричард Рал был. Я видел вас обоих. Мне не понравилось, что он заменил брок на более легкий. Превратить такую хорошую игру в игру слабаков. В нее должны играть тяжелым мячом, и только самые сильные и жестокие. Те, кто действительно жаждет победы. Кстати, ты знаешь, что значит "джа-ла", дорогуша? Кэлен покачала головой, мысленно прикидывая варианты развития событий и что нужно сделать в первую очередь. Под номером один в списке значилось при помощи магии Исповедницы остановить этого человека прежде, чем он сбежит отсюда, - но перед этим нужно как можно больше выяснить, чтобы помешать его планам. Один раз она уже сделала ошибку и не имеет права потерпеть неудачу дважды. - Это на моем родном языке. Полное название - Джа-Ла Д'Иин - Игра Жизни. И мне не нравится, что Ричард Рал ее испортил. Кэлен уже почти добралась до Кары. - Значит, ты занял разум этого человека, чтобы посмотреть детскую игру? А я думала, что у великого и могучего императора Джегана есть дела поважней. - О, разумеется, есть. Гораздо важнее. - Его ухмылка просто бесила Кэлен. - Видишь ли, вы считали, что я умер. И мне хотелось дать вам знать, что вам не удалось убить меня во Дворце Пророков. Меня там тогда не было. В ту минуту я наслаждался прелестями одной молодой особы. Одной из моих новых рабынь. - Значит, ты жив. Мог бы послать письмо, а не утруждать себя визитом. Ты пришел сюда по какой-то иной причине. Ты прибыл сюда с сестрой Тьмы. - Сестра Амелия должна выполнить небольшое мое поручение, но, боюсь, она уже больше не является сестрой Тьмы. Она нарушила свою клятву Владетелю, чтобы помочь мне избавиться от Ричарда Рала. Кэлен коснулась ногой лежащей Кары. - Почему ты не рассказал нам этого раньше, когда мы только поймали Марлина? - Просто мне нужно было дождаться, когда вернется Амелия с тем, за чем я ее посылал. Я не из тех, кто рискует, знаешь ли. - И что же она сперла для тебя в Эйдиндриле? - О, вовсе не в Эйдиндриле, дорогуша! - хохотнул Джеган. Кэлен присела на корточки рядом с Карой. - А почему она больше не служит Владетелю? Не то чтобы меня это очень огорчало, но все же - почему она изменила клятве? - Потому что я поставил ее перед выбором. Либо она отправляется к своему господину, чтобы вечно страдать в его беспощадных руках за неудачу с твоим возлюбленным, либо предает Владетеля и на время избавляется от этой участи - правда, лишь для того, чтобы потом он обрушился на нее с еще большим гневом. И на самом деле, дорогуша, меня бы на твоем месте это огорчало. Потому что это означает падение Ричарда Рала. - Пустая угроза! - заставила себя проговорить Кэлен. - Мои угрозы не бывают пустыми. - Улыбка Марлина стала еще шире. - Зачем, по-твоему, я все это затеял? Для того чтобы быть здесь, когда произойдет то, что должно произойти, и сообщить вам, что это я, Джеган, творец вашей судьбы. Мне не хотелось, чтобы вы считали это простой случайностью. Кэлен вскочила и шагнула к нему: - Говори, ты, ублюдок! Что ты натворил?! Пальцы Марлина сжались. Надина сдавленно охнула. - Осторожно, Мать-Исповедница, - или ты не хочешь услышать все остальное? - Кэлен отошла назад, и Надина судорожно вдохнула. - Вот так гораздо лучше, дорогуша. Видишь ли, Ричард Рал полагал, что, уничтожив Дворец Пророков, он помешает мне завладеть хранящимися там пророчествами. - Марлин покачал пальцем. - Он ошибался. Они отнюдь не были уникальны. Пророки были и в других местах, соответственно, и пророчества там тоже остались. Здесь, например, есть пророчества - в замке Волшебника. В Древнем мире тоже их немало. Я нашел несколько пророчеств, когда велел раскопать древний город, разрушенный во время великой войны, и среди них обнаружил одно, которое возвещает конец Ричарда Рала. Это чрезвычайно редкая разновидность пророчеств, именуемая взаимосвязанной развилкой. Его жертва попадает в двойную зависимость. Я начал осуществлять это пророчество. Кэлен не имела ни малейшего представления, о чем он говорит. Она присела и приподняла голову Кары. - Дура! - едва слышно прошептала Кара. - Со мной все в порядке! Получи ответы. Потом дай знак, и я воспользуюсь своей властью, чтобы убить его. Кэлен опустила голову Кары, встала и начала медленно двигаться к лестнице. - Ты несешь чепуху, Джеган. - Она пошла быстрей, надеясь, что Джеган решит, будто она нашла Кару мертвой. Кэлен была уже на полпути к лестнице, но она вовсе не намеревалась убегать. Она собиралась обрушить на Джегана свою магию. И наплевать на Надину. - Я ничего не смыслю в пророчествах. Твои слова для меня - пустой звук. - Проще говоря, дорогуша, Ричард Рал может пустить пророчество по одному пути, сделав попытку остановить то, что я тут затеял, но тогда он пропадет. Он может махнуть на это рукой и тогда умрет вместе со всеми. В любом случае он погибнет. Понимаешь? Он не может победить, независимо от того, какой сделает выбор. Третьего не дано. В его власти выбрать что-то одно, но, что бы он ни предпочел, ему конец. - Ты дурак. Ричард не выберет ни то, ни другое. Джеган взревел от хохота. - О, выберет непременно! С помощью Марлина я уже напустил пророчество. А запущенное пророчество с взаимосвязанной развилкой остановить нельзя. Но тешь себя заблуждениями, если тебе так хочется. От этого нанесенный удар будет еще сильней. Кэлен приостановилась. - Я тебе не верю! - Поверишь. О да! Еще как поверишь! - Пустые угрозы! Какие у тебя есть доказательства? - Скоро появятся и доказательства - вместе с красной луной. - Такой луны не бывает. Это только слова. - Она ткнула в него пальцем. Ее страх растворился в приступе бешеной ярости. - Но я хочу, чтобы ты услышал -мою угрозу, Джеган, и она отнюдь не пустая! В Эбиниссии, над трупами женщин и детей, убитых по твоему приказу, я поклялась в вечной мести Имперскому Ордену. Даже пророчества не помешают мне уничтожить тебя! Она хотела его разозлить настолько, чтобы он пересказал пророчество. Если они с Ричардом будут его знать, то, возможно, сумеют и преодолеть. - Так что это мое пророчество лично тебе, Джеган! В отличие от твоего выдуманного пророчества оно хотя бы облечено в слова! Его утробный смех разнесся по подвалу. - Выдуманного? Тогда позволь мне тебе его показать. Рука Марлина поднялась, и в подземелье сверкнула молния. Кэлен зажала уши руками и пригнулась. Осколки камня полетели во все стороны. Один распорол ей руку, второй ударил в плечо. Кэлен почувствовала, как по рукаву течет теплая кровь. А под потолком плясали молнии, выбивая на камне буквы, которые Кэлен могла рассмотреть даже сквозь ослепительные вспышки. Потом вновь наступила темнота, и пыль медлен начала оседать. - Вот оно, дорогуша. Кэлен, щурясь, посмотрела на стену. - Абракадабра какая-то. - Это на древнед'харианском. Согласно записям, во время последней войны мы взяли в плен волшебника, пророка, и, поскольку он был верен Дому Ралов, мои предки сноходцы, естественно, не имели доступа к его разуму. Поэтому его просто пытали. В бреду, потеряв половину кишок, он выдал это пророчество. Пусть Ричард Рал тебе его переведет. - Он наклонился к ней и насмешливо сплюнул. - Хотя я сильно сомневаюсь, что он захочет рассказать тебе, что оно гласит! Он приник к шее Надины хищным поцелуем. - Что ж, путешествие было весьма увлекательным, но, боюсь, Марлину пора удалиться. Вам остается только жалеть,, что здесь нет Искателя с его мечом. Тогда Марлину пришел бы конец. - Кара! - Кэлен метнулась к нему, мысленно моля добрых духов простить ее за то, что ей сейчас придется сделать с Надиной. Кара вскочила. С невероятной силой Джеган поднял Надину и швырнул ее на Кэлен. Надина завопила, а Кэлен, охнув, рухнула спиной на каменный пол. Из глаз у нее посыпались искры. На мгновение она перестала чувствовать собственное тело и испугалась, что у нее сломан позвоночник. Но ощущения вернулись вместе с острой болью, когда она повернулась на бок и попыталась сесть. Кара в дальнем конце подземелья пронзительно закричала и рухнула на колени. Пока Кэлен с Надиной пытались откатиться друг от друга, Марлин подбежал к лестнице и с кошачьей ловкостью полез наверх. Факелы погасли, и яма погрузилась во тьму. Джеган хохотал, поднимаясь к двери. Кара кричала так, будто кто-то вырывал ей ребро за ребром. Кэлен наконец отпихнула Надину и поползла туда, откуда доносился издевательский смех Джегана. По ее рукаву на пол стекала кровь. Оглушительный взрыв сорвал с петель железную дверь. Наверху послышались крики. Из пролома на лестницу упал луч света. Кэлен встала, но, схватившись за перекладину, вскрикнула от боли. В плече у нее застрял острый осколок камня. Кэлен выдернула его, и из раны ручьем хлынула кровь. Со всей скоростью, на какую была способна, Кэлен полезла вверх вдогонку за Марлином. Она обязана его остановить. Больше никто этого сделать не сможет. Ричарда нет, и, значит, она должна сражаться магией против магии за своих людей. Раненую руку при каждом движении пронзала острая боль. - Быстрее! - раздался снизу голос Надины. - Он уходит! Крики Кары буквально сводили с ума. Однажды Кэлен лишь на долю секунды ощутила боль от эйджила. Морд-Сит испытывают ее всякий раз, когда берут его в руку, но при этом даже не морщатся. Они живут в мире боли. Годы пыток приучили их не замечать ее. Кэлен даже представить себе не могла, что может заставить Морд-Сит так истошно кричать. Но она не сомневалась - что бы это ни было, оно сейчас убивает Кару. Кэлен поскользнулась на перекладине и больно ушибла ногу. Выругавшись, Кэлен снова упрямо полезла вверх и вывалилась в коридор прямо в груду кишок. На нее смотрели мертвые глаза сержанта Коллинза. Из-под кожаных доспехов торчали обломки ребер. Туловище сержанта было разворочено от шеи до живота. На полу корчились в агонии солдаты; другие лежали неподвижно, мертвые. Мечи были по рукоятку вбиты в каменные стены. Топоры тоже торчали из стен, как из мягкого дерева. Волшебник прорвался сквозь заслон, но не без потерь. Кэлен увидела отрубленную по локоть руку и по остаткам рукава поняла, что это рука Марлина. Пальцы отрубленной руки сжимались и разжимались. Кэлен встала и, ухватив Надину за запястья, помогла ей выбраться в коридор. - Осторожно! При виде кровавого месива Надина ахнула. Кэлен подумала, что она сейчас упадет в обморок или истерично завопит. Но этого не произошло. Из левого коридора бежали солдаты с пиками, мечами и топорами на изготовку. Коридор справа был пуст, темен и тих. Там горел лишь единственный факел. Кэлен двинулась направо. Надина, надо отдать ей должное, пошла следом. Крики на дне колодца не утихали. Глава 10 За последним чадящим факелом коридор исчезал во тьме. У стены кучей грязного белья валялся мертвый солдат. Почерневший клинок его меча был закручен спиралью. Кэлен остановилась и прислушалась. Тишина. Марлин мог быть где угодно, мог спрятаться в любом боковом коридоре, притаиться за любым углом, с самодовольной улыбочкой Джегана на губах поджидая ее во тьме. - Останься здесь, Надина. - Нет. Я же сказала тебе - мы защищаем своих. Он хочет убить Ричарда. И я не позволю ему выйти сухим из воды! Ни за что, пока у меня есть хоть малейшая возможность помочь вам с ним справиться. - Единственная возможность, которая у тебя сейчас есть, - это погибнуть. - Все равно я пойду с тобой! У Кэлен не было ни времени, ни желания спорить. Если Надина хочет идти, пусть идет - может, действительно пригодится. Например, Кэлен нужно было освободить обе руки. - Тогда бери факел! Надина выхватила факел из подставки и замерла, ожидая. - Я должна прикоснуться к нему, - объяснила Кэлен. - Если я до него дотронусь, он умрет. - Кто? Марлин или Джеган? Сердце Кэлен бешено колотилось. - Марлин. Если Джеган способен проникнуть в его разум, то, надо полагать, он с тем же успехом может оттуда и выбраться. Впрочем, кто знает? Но, во всяком случае, его марионетка умрет наверняка. И тогда этому безобразию придет конец. Пока. - Так вот что ты хотела сделать там, в колодце? А что ты имела в виду, говоря о выборе между жизнью одного человека и многих? Кэлен схватила ее за щеки и крепко стиснула. - Послушай, ты! Это тебе не какой-то там Томми Ланкастер, который рвется тебя изнасиловать! Этот человек хочет убить нас всех! Я должна ему помешать. И если кто-то будет соприкасаться с ним в то мгновение, когда я до него дотронусь, этот человек погибнет вместе с ним. Но я не стану колебаться, будь это ты или кто-то другой. Поняла? Я не могу позволить себе колебаний. Слишком многое поставлено на карту. Надина кивнула. Кэлен отпустила ее и почувствовала, как по пальцам стекает кровь. Левая рука почти не слушалась, а правая ей нужна, чтобы коснуться Марлина. Хорошо хоть Надина будет держать факел. Кэлен надеялась, что не совершила ошибки, взяв Надину с собой. А еще она надеялась, что берет Надину с собой не по другим причинам. Надина взяла правую руку Кэлен и прижала ее к левому плечу. - Сейчас нам некогда заниматься твоей раной. Зажми ее как можно крепче и держи, пока тебе не понадобится свободная рука. Иначе ты потеряешь слишком много крови и не сможешь выполнить свою задачу. Кэлен поморщилась, но рану зажала. - Спасибо. Раз уж ты не хочешь остаться, держись за мной и просто освещай мне дорогу. Если солдатам не удалось его остановить, то у тебя тем более не получится. Я не хочу, чтобы ты пострадала напрасно. - Поняла. Пойду за тобой. - Помни, что я сказала, и не стой у меня на пути. - Кэлен взглянула на солдат, столпившихся за Надиной. - Стреляйте из луков или пользуйтесь копьями, если дотянетесь, но держитесь у меня за спиной. И принесите еще факелы. Мы должны обложить его со всех сторон. Несколько солдат побежали за факелами, а Кэлен двинулась вперед. Надина держала факел над головой, освещая дорогу. По коридору разносились топот сапог, бряцанье кольчуг, звон стали и треск факелов. Но в голове Кэлен, перекрывая все эти звуки, по-прежнему звенели крики Кары. Кэлен остановилась на пересечении коридоров, перевела дыхание и огляделась. - Сюда! - Надина указала на капли крови на полу. - Он пошел в эту сторону! Кэлен посмотрела в темный коридор. Он вел к лестничной клетке и вверх, во дворец. Второй коридор, направо, шел к расположенному под дворцом лабиринту складов, туннелей для проверки состояния фундамента и дренажным каналам для отвода грунтовых вод. Эти каналы на выходе были оборудованы тяжелыми каменными шлюзами, которые пропускали воду, но не давали никому проникнуть внутрь. - Нет, - возразила Кэлен. - Сюда - направо. - Но кровь! - возразила Надина. - Он пошел туда! - До сих пор мы капель крови не видели. Он просто хочет сбить нас со следа. Левый коридор ведет во внутренние помещения дворца, а Джеган пошел сюда, вправо, где нет людей. Кэлен двинулась по правому коридору, и Надина пошла следом. - Да что ему до людей? Он же перебил и ранил кучу солдат! - А они оттяпали ему руку. Джегану глубоко наплевать, убьем мы Марлина или нет, но, с другой стороны, если ему удастся сбежать, его можно использовать, чтобы причинить еще больше вреда. - Да какой вред он может причинить, кроме как убить еще кого-то? - Есть еще замок Волшебника, - объяснила Кален. - Сам Джеган не владеет никакой иной магией, за исключением своих способностей сноходца, зато может использовать человека, владеющего волшебным даром. Хотя, насколько я успела заметить, он пока не очень-то искушен в том, как пользоваться чужой магией. Те штучки, которые он здесь вытворяет, - это простейшее применение воздуха и тепла. Грубая сила. И в этом наше преимущество. Я бы на его месте попыталась добраться до замка и воспользовалась имеющейся там магией, чтобы нанести максимально возможный ущерб. Кэлен свернула к старой лестнице, вырубленной в камне, и помчалась по ней, прыгая через ступеньки. Внизу в туннеле коридор опять разветвлялся. Она повернулась к бегущим следом за ней солдатам: - Разделитесь на два отряда - по одному на каждый коридор. Это самый нижний уровень. На пересечениях перекрывайте все ходы. Запоминайте, куда и когда сворачиваете, иначе рискуете проплутать здесь несколько дней. Вы уже видели, на что он способен. Если обнаружите его, не пытайтесь поймать. Поставьте часовых на случай, если он попытается прорваться, и шлите гонцов ко мне. - А как мы вас найдем? -- спросил один из солдат. Кэлен посмотрела в правый коридор. - На каждой развилке я буду поворачивать вправо. А теперь торопитесь. Он, без сомнения, пытается выбраться из дворца. Его нельзя упустить. Если он доберется до замка, то сможет пройти сквозь те щиты, через которые не могу пройти я. В сопровождении Надины и второго отряда солдат Кэлен побежала по сырому коридору. На каждой развилке она ставила часовых и поворачивала в правое ответвление. - А что такое замок Волшебника? - спросила Надина, задыхаясь от бега. - Твердыня, где жили волшебники. Он древнее дворца Исповедниц. - Кэлен ткнула пальцем, указывая на дворец над ними. - В стародавние времена почти каждый человек рождался с волшебным даром. Но за последние три тысячи лет человечество практически утратило магию. - А что там, в замке? - Жилые комнаты, давно заброшенные, библиотеки, склады. Разные помещения. H там хранится много волшебных вещей. Книги, оружие и все такое. Самые важные и опасные части замка ограждены волшебными щитами. Тот, кто не владеет магией, вообще не может пройти сквозь них. Я наделена ею от рождения, но и то способна пройти далеко не все. Замок очень большой. По сравнению с ним дворец Исповедниц - крошечная избушка. Во время великой войны, три тысячи лет назад, замок был битком набит волшебниками. Ричард говорит, что это было место, полное веселья и жизни. В те времена волшебники владели и Магией Ущерба, и Магией Приращения. - А сейчас нет? - Нет. Только лишь Ричард родился с обеими сторонами волшебного дара. В замке есть места, куда ни я, ни волшебники, которые жили там, когда я была маленькой, не могли попасть: щиты очень мощные. В замке есть помещения, где люди не бывали тысячелетиями, потому что они отгорожены щитами, сотканными и из Магии Приращения, и из Магии Ущерба. Никто не в состоянии был проникнуть сквозь эти щиты. Но Ричард может. И Марлин, я боюсь, тоже. - Жутковатое местечко! - Я провела там немало лет, изучая различные языки и книги в библиотеках. И привыкла считать замок чем-то вроде, родного дома. - А где эти волшебники сейчас? Они не могут нам помочь? - Они все покончили с собой в конце прошлого лета, во время войны с Даркеном Ралом. - Покончили с собой?! Какой ужас! Зачем они это сделали? Кэлен некоторое время молчала, продолжая двигаться вперед во тьму. Воспоминания казались ей чем-то вроде сна о какой-то другой жизни, - Нам необходимо было найти Волшебника первого ранга, чтобы он назвал Искателя Истины, который мог бы остановить Даркена Рала. Зедд - Волшебник первого ранга, но он жил в Вестландии, по ту сторону границы. А граница была связана с Нижним миром, миром смерти, поэтому никто не мог ее пересечь. Даркен Рал тоже охотился за Зеддом. Потребовалась сила всех волшебников, чтобы переправить меня через границу к Зедду. Если бы Даркен Рал взял волшебников в плен, он мог бы при помощи злых чар заставить их рассказать все, что им известно. Чтобы этого не случилось, волшебники покончили с собой. Но Даркен Рал все же послал за мной убийц. Именно тогда я впервые и встретила Ричарда. Он меня защитил. - На Тупой горе... - проговорила Надина. - Тогда там нашли у подножия трупы четырех людей в кожаной одежде. И кучу оружия. У нас такого отродясь никто не видел. - Да, это они. - И что там случилось? Кэлен искоса глянула на нее. - Что-то вроде твоей истории с Томми Ланкастером. - И Ричард тебя защитил? Ричард убил их всех? - Двоих, - кивнула Кэлен. - Одного я коснулась своей магией, и он убил последнего. Наверное, впервые в жизни Ричард встал тогда на чью-то защиту против людей, которые хотели не просто его поколотить. С того дня Ричарду не раз приходилось делать тяжелый выбор. Казалось, они движутся по вонючим темным коридорам уже несколько часов, хотя Кэлен прекрасно понимала, что прошло от силы минут двадцать. Каменные плиты здесь были больше, чем наверху, и обработаны грубее - но пригнанные друг к другу не менее тщательно, чем везде во дворце. А еще здесь было очень влажно, со стен сочилась вода, собираясь в лужицы на полу и в канавках, ведущих к водостокам. Некоторые водостоки были забиты обломками, и на их месте образовались маленькие прудики. И повсюду было полно крыс. Заслышав шум, они с писком ныряли в водосток или убегали вперед по коридору. Кэлен снова подумала о Каре. Жива ли она? Было бы слишком жестоко, если она умрет прежде, чем у нее появится возможность узнать жизнь, которая существует за пределами того безумия, в котором она жила раньше. В конце концов с Кэлен, кроме Надины, остались всего двое солдат. Коридоры настолько сузились, что они вынуждены были продвигаться гуськом, а потолки стали такими низкими, что приходилось сгибаться в три погибели. Следов крови Кэлен не видела - вероятно, Джеган, контролирующий разум Марлина, остановил кровотечение, - но она заметила, что в некоторых местах слизь со стен стерта. В этих узких коридорах не зацепиться за стену было невозможно, и эти следы наверняка оставил Марлин-Джеган. Кэлен испытала одновременно и облегчение, что все же его догоняет, и ужас перед схваткой с этим чудовищем. Коридор стал еще уже, а потолок - ниже. Им пришлось двигаться едва ли не ползком. Дым от факелов ел глаза. Проход пошел вниз. Надина упала и ободрала локоть, но факел не выпустила. Кэлен замедлила шаг, а один из солдат помог Надине встать. Впереди послышался шум воды. Узкий проход заканчивался широким круглым туннелем. По этому туннелю, который был частью дренажной системы дворца, с шумом бежала вода. Кэлен остановилась. - Что теперь, Мать-Исповедница? - спросил один из солдат. - Будем придерживаться нашего плана. Мы с Надиной пойдем направо, вниз по течению. А вы двое - налево. - Но если он хочет выбраться, то наверняка пошел направо, - заметил солдат. - К отверстию, откуда вытекает вода. Мы должны идти с вами. - Если только он не знает, что мы его догоняем, и не пытается направить нас по ложному следу. Вы двое идете налево. Пошли, Надина. - Сюда? Да тут воды по пояс! - Даже повыше, я бы сказала. Сейчас весна. Обычно, здесь глубина не больше двух футов. По центру этого русла идут высокие камни. Они сейчас под водой, но по ним можно пройти. Кэлен потянулась, разминая спину, и шагнула в поток. Нащупав ногой камень, она оперлась на руку Надины и перескочила на него. Вода доходила до щиколотки, и ее сапожки мгновенно промокли. Вода была ледяной. - Видишь? - Голос Кэлен эхом разнесся по туннелю, и она понадеялась, что Марлин-Джеган все же не услышит. - Только будь осторожна: дорожка не сплошная. Кэлен шагнула на следующий камень и протянула Надине руку. Солдаты уже ушли, и свет их факелов растворился во тьме. Кэлен с Надиной остались одни. - Осторожнее! - еще раз предупредила она Надину. Надина приложила ладонь к уху: шум воды заглушал голос. Кэлен наклонилась поближе и повторила предупреждение. Кричать она опасалась, чтобы не насторожить Джегана, если он где-то поблизости. Даже если бы их единственный факел горел ярче, вряд ли бы это им помогло: канал причудливо изгибался, убегая вниз к выходу из дворца. Кэлен держалась рукой за склизкую холодную стену, чтобы не потерять равновесия. Порой канал резко уходил вниз, и камни, по которым они шли, превращались в ступеньки посреди ревущего потока. Брызги ледяной воды висели в воздухе, и обе женщины промокли насквозь. Рана у Кэлен в плече снова начала кровоточить. Внезапно Надина вскрикнула и рухнула в воду. - Не вырони факел! - завопила Кэлен. Надина, стоя по грудь воде, подняла факел высоко над головой. Кэлен ухватила ее за запястье, а та свободной рукой пыталась нашарить камень. Найдя, она вцепилась в него и с помощью Кэлен начала выбираться наверх. - Ох, добрые духи! Вода ледяная! - Я же сказала тебе - осторожнее! - Меня что-то задело за ногу. Крыса, наверное, - объяснила Надина, пытаясь отдышаться. - Наверняка дохлая. Я видела, как их уносит течением. Впредь будь аккуратнее. Надина смущенно кивнула. Ее снесло течением, и она теперь оказалась впереди. Кэлен сомневалась, что им удастся поменяться местами на крошечном камне, поэтому она велела Надине двигаться вперед. Надина повернулась, и в это мгновение из черных глубин выскочила человеческая фигура. С Марлина ручьем стекала вода. Уцелевшей рукой он схватил Надину за щиколотку. Надина завизжала и снова упала в поток. Глава 11 Падая, Надина попала факелом Марлину прямо по переносице. Он выпустил ее и начал отчаянно стирать с лица горячую смолу. Течение снесло его вниз. Кэлен схватила Надину за руку и во второй раз помогла ей выбраться на камень. Прижавшись к стене, они тяжело дышали, дрожа от испуга. - Ну что же, - выговорила наконец Кэлен. - По крайней мере теперь мы точно знаем, каким путем он пошел. Надину после второго купания бил сильный озноб. Мокрые волосы облепили ее лицо и шею. - Я не умею плавать. И теперь понимаю, почему никогда не хотела учиться. Мне это не нравится. Кэлен улыбнулась. У этой женщины оказалось гораздо больше мужества, чем она думала. Но улыбка погасла, едва Кэлен вспомнила, почему Надина оказалась в Эйдиндриле и кто ее сюда отправил. - Пусти меня вперед. Надина взяла факел обеими руками и подняла над головой. Кэлен обхватила ее за талию, и они на цыпочках развернулись. Надина была холодной, как рыба зимой. Впрочем, и сама Кэлен была не намного теплее. Пальцев ног она уже не чувствовала. - А вдруг он проплывет вверх по течению и убежит? - стуча зубами, спросила Надина. - Сомневаюсь, что с одной рукой это возможно. Наверное, он понял, что мы его догоняем, и держался за камень, поджидая нас, чтобы утопить. - А если он еще раз это сделает? - Теперь я пойду первой. Он схватит меня, и это будет его последней ошибкой. - А если он тебя пропустит и снова схватит меня? - Тогда двинь ему посильней, чем в тот раз! - Я и так врезала ему со всей силы! Кэлен улыбнулась и ободряюще сжала Надине локоть. - Я знаю. Ты молодец. И очень храбрая! Они медленно продвигались вперед, несколько раз вернулись, потому что им показалось, будто в воде мелькнуло лицо Марлина. Но это оказался всего лишь какой-то мусор. Факел чадил все больше и грозил скоро погаснуть. В детстве Кэлен исследовала водостоки и туннели под дворцом, но тогда они казались ей бесконечными. Она не знала их протяженности и только молилась добрым духам, чтобы выход был уже близко. Шум воды изменился, но что это значит, Кэлен не знала. Канал впереди уходил вправо. Кэлен резко остановилась, даже не услышав что-то, а скорее почувствовав. Жестом она велела Надине замереть и молчать. Влажные стены впереди осветились. Послышался нарастающий гул. Из-за поворота вырвался огненный шар. Желто-синий сгусток пламени, заполнивший все пространство туннеля, с ревом летел прямо на них. Жидкий огонь, возвещающий смерть. Огонь Волшебника. Кэлен схватила Надину за волосы. - Задержи дыхание! И вместе с ней нырнула в воду, буквально на мгновение опередив ревущий клубок огня. Вода была такой ледяной, что она едва не захлебнулась от шока. Кэлен открыла глаза и увидела над головой пылающий ад. Надина отчаянно рвалась на поверхность. Кэлен, вцепившись левой рукой в камень, правой прижимала ее к себе. Надина, которая боялась утонуть, сопротивлялась. Постепенно Кэлен тоже начала овладевать паника. Когда наверху вновь стало темно, Кэлен, с горящими от нехватки кислорода легкими, вынырнула на поверхность и вытолкнула Надину. Кашляя и задыхаясь, Надина хватала ртом влажный воздух. По туннелю понесся еще один огненный шар. - Вдохни глубже! - крикнула Кэлен. Они снова нырнули. У Кэлен мелькнула мысль, что Надина предпочла бы сгореть, нежели утонуть, но сама умирать она не собиралась. Волшебный огонь пылал со смертельной непреклонностью, подчиняясь воле волшебника, который его произвел. Кэлен понимала, что долго так продолжаться не может. Вода ледяная, и даже если они не утонут, холод в конце концов убьет их так же верно, как волшебный огонь. Сквозь пламя им до Джегана не добраться. Значит, остается одно - двигаться ниже пламени. Под водой. Кэлен подавила страх утонуть, убедилась, что держит Надину крепко, и отпустила камень, за который держалась. Течение завертело их и стремительно понесло вперед. Кэлен сразу же потеряла всякое представление о том, где верх, а где низ. Стукнувшись о камень раненым плечом, она чуть не взвыла, но вовремя задавила крик, чтобы не потерять драгоценный воздух. Только когда от нехватки кислорода у нее в глазах начало зеленеть, Кэлен решила вынырнуть. Здоровой рукой она продолжала держать Надину, а второй ухитрилась ухватиться за камень. Боль в плече была страшной, но Кэлен вцепилась крепко и, сориентировавшись, оттолкнулась от камня и всплыла на поверхность. Свет. Футах в двадцати виднелась каменная решетка. Сквозь псе пробивались лучи послеполуденного солнца. Едва голова Надины показалась над водой, Кэлен мгновенно зажала ей рот ладонью. На камне рядом с решеткой стоял Марлин. Он смотрел в другую сторону, и Кэлен увидела, что из его спины торчат обломанные стрелы, делая его похожим на диковинного ежа. Он покачнулся, переходя на следующий камень, и Кэлен поняла, что долго марионетке Джегана не протянуть. Обрубок его левой руки не кровоточил. Ох, если бы Кэлен могла быть уверена, что Марлин умрет раньше, чем доберется до замка! Джеган, судя по всему, упорно гнал раненого волшебника вперед. Кэлен представления не имела, далеко ли распространяются способности сноходца управлять чужим разумом, как ему удается поддерживать в Марлине жизнь и наставлять двигаться, но понимала - император заставит его вынести любые муки, лишь бы исполнить свое желание. Марлин выставил перед собой руку и развел пальцы. Кэлен выросла среди волшебников и знала: он заклинает воздух. Раздался взрыв, взметнулись обломки и пыль. В пролом полился солнечный свет. Течение сразу стало сильнее. Кэлен, измотанная и раненая, не удержалась и отпустила и камень, и руку Надины. Вода стремительно понесла ее к пролому. Кэлен барахталась, ища, за что можно зацепиться, но тщетно. Набрать в грудь воздуха она не успела и быстро начала задыхаться. У самого края пролома ее пальцы нашарили острый камень, но водоворот затянул Кэлен на дно, и она ударилась головой о нижнюю кромку решетки. Едва не теряя сознание, она вытащила себя на поверхность и стала жадно дышать. Ей казалось, что она вдыхает больше воды, чем воздуха. Потом Кэлен поглядела наверх и встретила злобную ухмылку Джегана. Он стоял всего в нескольких шагах. Течение постепенно втягивало ее в пролом, и у Кэлен не хватало сил сопротивляться напору. Как бы она ни старалась, добраться до Джегана ей, не удастся. Все силы уходили на то, чтобы хотя бы дышать. Кэлен оглянулась - и ее дыхание, за которое она так боролась, едва не оборвалось. Они находились в восточной части дворца, где фундамент был самым высоким. Вытекающая из водостока вода разбивалась о камни футах в пятидесяти внизу. - Ну-ну, дорогуша! Как мило с твоей стороны зайти посмотреть, как я убегаю. - Куда ты собрался, Джеган? - сумела выдавить Кэлен. - Я думаю, надо подняться в замок. Кэлен вдохнула, но вместо воздуха хлебнула воды и закашлялась. - Зачем тебе в замок? Что тебе там понадобилось? - Дорогуша, ты обманываешь себя, если полагаешь, то я расскажу тебе то, что тебе знать ни к чему. - Что ты сделал с Карой? Джеган улыбнулся, но не ответил. Подняв руку, он потоком воздуха вышиб еще кусок решетки. Камень, за который цеплялась Кэлен, раскололся. Кэлен, успела ухватиться за уцелевшую часть решетки буквально в последнее мгновение. Глянув вниз, она увидела камни у подножия фундамента. Вокруг гремела вода. Кэлен отчаянно старалась пролезть обратно за остатки решетки. Страх придал ей сил, и она сумела отодвинуться от самого края, но дальше пробраться не смогла. Вода накрепко придавила ее к камню. - Не получается, дорогуша? Кэлен хватала воздух ртом, борясь с напором воды. Она понимала, что должна остановить Джегана, но не могла придумать, как это сделать. Она подумала о Ричарде. Джеган снова поднял руку своей марионетки. Надина выскочила из воды прямо у него за спиной. Одной рукой она держалась за камень, а во второй по-прежнему сжимала погасший факел. Взгляд у нее был безумный. Широко размахнувшись, она ударила Марлина факелом по ногам. Он рухнул в воду, и течение подтащило его прямо к Кэлен. Единственной рукой он ухватился за сломанную решетку и отчаянно попытался выбраться из потока. Судя по всему, он и не предполагал, что канал может кончаться большим водопадом. Раненой рукой Кэлен крепко вцепилась в камень. Другой рукой она схватила Марлина за горло. - Так-так! - прошипела она сквозь зубы. - Поглядите-ка, кого я поймала: сам великий и всемогущий император Джеган. Он ухмыльнулся, показав сломанные зубы. - Вообще-то, дорогуша, - произнес он скрежещущим голосом, - ты поймала Марлина. Она придвинулась ближе к нему. - Ты так полагаешь? А знаешь ли ты, что магия Исповедниц быстрее мысли? Именно поэтому у человека, которого я касаюсь, нет никакой надежды. Ни малейшей. Волшебные узы, связывающие меня с Ричардом Ралом, не позволяют тебе проникнуть в мой разум. Итак, теперь разум Марлина - наше с тобой поле битвы. Представь, что моя магия действует быстрее мысли. Как ты считаешь? Не кажется ли тебе, что я могу захватить и тебя вместе с Марлином? - Два разума в одном? - хмыкнул он. - Сомневаюсь, дорогуша. - Посмотрим. Надеюсь, тебя я тоже достану. Надеюсь, мы покончим с войной и Имперским Орденом прямо здесь и сейчас. - Дорогуша, ты очень глупа! Человеку суждено освободить мир от оков магии. Даже если ты сумеешь убить меня здесь и сейчас - а это тебе не удастся, - ты не покончишь с Орденом. Он переживет любого человека, даже меня, потому что это битва всего человечества во имя того, чтобы унаследовать этот мир. - И ты действительно думаешь, будто я поверю, что ты делаешь все это не ради себя самого? Ты просто стремишься к власти! - Отнюдь. Я наслаждаюсь властью. Но на самом деле я всего лишь оседлал коня, который уже мчался во весь опор. И он вас затопчет. Ты дура, которая цепляется за умирающую религию волшебства. - Дура, которая держит тебя за глотку. Великий Джеган, провозглашающий, что желает только победы человека над магией, сам то и дело прибегает к этой самой магии! - Пока. Но когда магия умрет, я стану просто человеком у которого хватит отваги и силы править. Без магии. Кэлен захлестнула бешеная ярость. Этот человек приказал убить тысячи ни в чем не повинных людей. Палач Эбиниссии, И теперь он собирается поработить весь мир. Он хочет убить Ричарда. В тишине ее разума, в сердцевине ее волшебной силы не было ни холода, ни усталости, ни страха. В ее распоряжении было сколько угодно времени. Джеган не делал попыток вырваться - впрочем, даже если бы он попытался, ничего бы не "kh+.. Он в ее власти. Кэлен сделала то, что делала сотни раз, - освободила свою силу. На какой-то неуловимый промежуток времени она почувствовала что-то иное. Сопротивление там, где его никогда раньше не было. Стена. Как раскаленная сталь прорезает стекло, магия Кэлен про. ломила стену. И сокрушила разум Марлина. Грянул беззвучный гром. Камни содрогнулись. Кэлен и Марлина накрыла стена каменной крошки и водяной пыли. Надина, которая оказалась слишком близко от всплеска магии Исповедницы, закричала от боли. Челюсть Марлина безвольно отвалилась. Как только магия Исповедницы разрушает разум человека, тот становится ее рабом и нуждается в ее приказах. Впрочем, Марлин избежал этой судьбы. Из его ушей и носа хлынула кровь. Голова упала на плечо. Мертвые глаза уставились в пустоту. Кэлен отпустила его шею; тело Марлина скользнуло в пролом и полетело на камни внизу. Кэлен знала: она почти достала Джегана, но все же не смогла. Сноходец опередил магию Исповедницы. К ней наклонилась Надина: - Хватайся за мою руку! Я не могу держаться за камень иечно! Кэлен уцепилась за ее руку. После магического удара даже Кэлен, Мать- Исповедница и, возможно, самая могущественная из всех существовавших когда-либо Исповедниц, могла только через несколько часов снова пользоваться своим волшебством. А на то, чтобы восстановить физические силы, времени требовалось еще больше. Она была совершенно измотана и больше не в состоянии бороться с течением. Если бы не Надина, она бы уже отправилась вслед за Марлином. С помощью Надины Кэлен добралась до камней. Дрожа от холода, они вылезли из воды. От пережитого ужаса Надина всхлипывала. У Кэлен не было сил зарыдать, но она понимала, что сейчас чувствует Надина. - Я не касалась его, когда ты освободила свою магию, но мне показалось, что у меня трещат все кости. Со мной... Мне ведь твоя магия ничего не сделала, да? Я не умру? - Не умрешь, - успокоила ее Кэлен. - Тебе просто больно, потому что ты была слишком близко, и все. Вот если бы ты его касалась, было бы намного хуже. Тебе пришел бы конец. Надина молча кивнула. Кэлен обняла ее и шепотом поблагодарила. Надина улыбнулась сквозь слезы. - Нам надо вернуться к Каре, - сказала Кэлен. - И мы должны поспешить. - Как? Факела у нас больше нет. Наружу не выйти, а если пойдем той дорогой, которой пришли, то заблудимся в темноте. Надо дождаться солдат с факелами. - Нет ничего невозможного, - устало бросила Кэлен. - Мы все время сворачивали направо, так что теперь будем держаться левой рукой за стену и выберемся. Надина ткнула пальцем во тьму туннеля. - Может, это сработает в коридорах, но в водостоке мы запутались. Мы ни за что не найдем вход. - Вода в середине туннеля шумит иначе. Ты не заметила? Я помню этот звук. Надо попробовать. Каре нужна помощь. Надина какое-то время смотрела на нее, потом кивнула: - Ладно. Только подожди немного. - Она оторвала полоску от подола платья и как можно туже перевязала Кэлен рану в плече. - Пошли! И старайся меньше двигать рукой, пока я не смогу зашить тебе рану и не наложу припарку. Глава 12 Обратно они добирались убийственно медленно. Единственным утешением во время этого путешествия во тьме по склизким камням по щиколотку в ледяной воде было то, что теперь уже не приходилось бояться, что из воды выскочит Марлин. Услышав, что шум воды изменился, Кэлен протянула руку Надине и, нащупав ногой камень в середине туннеля, перешла на другую сторону, и они оказались в коридоре. На полпути им встретился отряд солдат с факелами, и дальше они шли при свете. У Кэлен не было в голове ни единой мысли. Ей требовались неимоверные усилия, чтобы хотя бы просто переставлять ноги. Больше всего на свете ей хотелось лечь, пусть даже на эти холодные мокрые камни. В коридоре у ямы толпились угрюмые солдаты с оружием на изготовку. Мечи и топоры по-прежнему торчали из стен, и Кэлен сомневалась, что даже магия поможет извлечь их оттуда. Мертвых и раненых унесли, но на полу остались лужи крови. Из колодца не доносилось ни звука. Навстречу Кэлен вышел капитан Харрис. - Кто-нибудь спускался на помощь к ней, капитан? - Нет, Мать-Исповедница. Он даже не стал делать вид, что ему стыдно. Д'харианцы боятся магии и не стесняются в этом признаваться. Бороться с ней - дело Магистра Рала, а они сражались только сталью против стали. И все тут. Кален не нашла в себе сил упрекнуть их в том, что они оставили Кару одну. Эти люди доказали свое мужество в бою с Марлином. А спускаться в колодец - совсем не то, что сражаться с тем, кто оттуда вылез. Они могли защищаться, но по собственной воле вступать в схватку с магией - не их задача. Свою часть договора - сражаться сталью против стали - д'харианские солдаты выполняли отважно и бились не на жизнь, а на смерть. И ждали, что Магистр Рал выполнит и свою часть - будет сражаться магией против магии. На Кэлен смотрели десятки тревожных глаз. - Тот человек, который сбежал из ямы, мертв. Все кончено. Вздохи облегчения раздались по всему коридору, но капитан продолжал озабоченно смотреть на Кэлен. - Вам нужен целитель, Мать-Исповедница. - Позже. - Кэлен двинулась к лестнице. Надина не отставала. - Давно она замолчала, капитан? - Около часа назад. - Значит, сразу, как умер Марлин. Спуститесь с нами и возьмите с собой пару солдат, чтобы вынести Кару наверх. Кара по-прежнему лежала в дальнем конце подвала, возле стены. Глаза ее были закрыты, и хотя она больше не кричала, ее била крупная дрожь. Она захлебывалась рвотой. Кэлен схватила ее за плечо и перевернула на бок. - Открой ей рот! Надина точным движением нажала Каре на челюсть и на подбородок. Кэлен сунула пальцы в рот Каре и прочистила горло. - Дыши! - закричала она. - Дыши же. Кара! Дыши! Надина хлопнула Морд-Сит по спине; Кара закашлялась и хотя слабо, но задышала. Но ее продолжала бить дрожь, и она не приходила в сознание. - Я пойду принесу мой вещи, - заявила Надина. - Что с ней? - Не знаю. Какой-то приступ, и его надо остановить. Может быть, мне удастся. У меня в сумке есть нужные травы. - Покажите ей дорогу! - приказала Кэлен солдатам. - И оставьте мне факел. Надина и двое солдат помчались к лестнице; по дороге один из солдат воткнул факел в подставку. - Мать-Исповедница, - обратился к Кэлен капитан Харрис. - Недавно в Зале Прошений появились Рауг'Мосс. - Что? - Рауг'Мосс. Из Д'Хары. - Я ничего не знаю о Д'Харе. Кто это такие? - Закрытая секта. О них даже мы знаем немного. Рауг'Мосс держатся замкнуто, и редко выходят... - Ближе к делу. Что ему нужно? - Это лично один из верховных жрецов Рауг'Мосс. Рауг'Мосс - целители. Он заявил, будто почувствовал, что Магистр Рал стал новым Владыкой Д'Хары, и пришел предложить свои услуги своему новому Магистру. - Целитель? Так что же вы стоите? Быстрее ведите его сюда! Может быть, он поможет. Капитан отсалютовал и побежал выполнять приказ. Кэлен положила голову Кары себе на колени и крепко обняла Морд-Сит. Она не знала, что еще можно сделать. Кэлен умела убивать людей, но понятия не имела, как их лечить. А ей так надоело убивать! Если бы она научилась лечить людей, как Надина. - Держись, Кара, - шептала она, баюкая дрожащую Морд-Сит. - Сейчас придет помощь. Держись! Она посмотрела на противоположную стену, где молнии Марлина высекли слова. Она знала почти все языки Срединных Земель - но представления не имела о древнед'харианском. Это был мертвый язык, и знали его единицы. Ричард учит древнед'харианский. Они с Бердиной вместе переводят с древнед'харианского дневник, найденный в замке - дневник Коло, как они его называют, - и написанный во время великой войны три тысячи лет назад. Ричард, наверное, сможет прочесть выбитое на стене пророчество. Уж лучше бы он не мог. Ей совсем не хотелось знать, о чем оно говорит. От пророчеств вечно одни неприятности. Она гнала от себя мысль, что Джеган напустил на них какие-то неведомые напасти, но оснований сомневаться в его словах не находила. Прижавшись щекой к волосам Кары, она закрыла глаза. Она боялась, что Кара умрет. Кэлен сама не понимала, почему эта женщина вдруг оказалась ей так дорога. Может, потому, что у Кары, кроме нее, больше никого нет? Вон солдаты даже не потрудились спуститься и посмотреть, почему она перестала кричать. Она могла бы захлебнуться рвотой. Умереть от такой ерунды, ни от какой-то там магии, - лишь потому, что ее соотечественники испугались. Или потому, что всем наплевать, умрет она или нет. - Держись, Кара. Ты мне дорога. -Кэлен нежно убрала волосы с разбитого лба Кары. - Ты дорога мне. Я хочу, чтобы ты жила. Кэлен сжимала ее в объятиях, словно пыталась вдавить в нее свои слова, свою заботу о ней. Она вдруг сообразила, что они с Карой очень похожи. Кару учили убивать людей, и Кэлен, если подумать, такая же. Она своей магией разрушает человеческий разум. Конечно, ради того, чтобы спасти других, но все равно убийство остается убийством. А Морд-Сит мучают и убивают людей ради того, чтобы помочь своему Магистру, ради того, чтобы оберегать его жизнь, - а он в свою очередь спасет жизнь жителям Д'Хары. О добрые духи, неужели она ничем не отличается от этой Морд-Сит, которую Ричард пытается вытянуть из пучины безумия? Обнимая Кару, Кэлен чувствовала, как вдавливается в грудь эйджил Денны. Может быть, они сестры по эйджилу не только из-за того, что обе носят его? Если бы Кара в самом начале убила Надину, переживала бы она, Кэлен, из-за этого? А Надина помогает людям, не убивает их. Неудивительно, что Ричарда к ней тянуло. Кэлен смахнула с лица слезы. Ее плечи поникли. Все тело болело. Больше всего в эту минуту Кэлен хотелось оказаться в объятиях Ричарда. Она понимала, что он рассердится, но все равно - он ей так сейчас нужен! Раненое плечо обжигало болью, но Кэлен по- прежнему крепко обнимала Кару. - Держись, Кари! Ты не одна. Я с тобой. Я тебя не покину. Я обещаю. - Ей не лучше? - спросила Надина, спустившись по лестнице. - Нет. Она по-прежнему без сознания, и ее все так же колотит. Надина бросила сумку и опустилась на колени рядом с Кэлен. В сумке глухо звякнули какие-то баночки. - Я велела вашим солдатам ждать наверху. Не стоит ее переносить, пока мы не снимем судороги, так что нечего им путаться под ногами. - Надина принялась извлекать из сумки кулечки, кожаные мешочки и заткнутые пробками рожки. - Dевясил, - бормотала она себе под нос, глядя на нацарапанные на одном из мешочков каракули. - Нет, вряд ли, к тому же ей придется пить его целыми мехами. - Она выудила еще несколько мешочков. - Тысячелистник обыкновенный. Может помочь, но как нам ее заставить вдыхать его? - Надина раздраженно вздохнула. - Не пойдет. - Она взяла в руку рог. - Ячменник пахучий, - пробормотала она, откладывая рожок в сторону. - Донник? - Этот рожок она положила в подол. - Да, и буквица тоже может сгодиться. - Рог с буквицей Надина тоже положила в подол. Кэлен взяла один из рогов, которые она отложила, и вынула пробку. В нос ей ударил резкий запах аниса. Она заткнула рожок, положила на место и взяла другой - на нем были нацарапаны два круга, пересеченные горизонтальной полоской. Кэлен осторожно потянула пробку. - Не смей! - крикнула Надина и вырвала у Кэлен рог. - Прости! - удивленно проговорила Кэлен. - Я не собиралась рыться в твоих вещах. Я просто... - Да дело не в этом! - Надина отложила рог подальше. - Просто это истолченный канинский перец. Он очень жгучий. Если бы он попал тебе на кожу или, еще того хуже, в глаза, ты бы сейчас каталась по полу, ослепленная и задыхающаяся, и думала, что умираешь. Я уж хотела дать его Каре, чтобы ее обездвижить и таким образом прекратить судороги, но решила, что лучше не стоит. Потому что он может остановить дыхание. Он жжет глаза так, что они вылезают из орбит. Кажется, что сердце вот-вот разорвется, и дышать невозможно. Человек становится совершенно беспомощным. А если попробовать его смыть, то будет только хуже, потому что он маслянистый и только размазывается по телу. Особого вреда от него не бывает и все довольно быстро проходит, но до тех пор человек ни на что не способен. Сомневаюсь, что Кару стоит обездвиживать таким способом. Она и так еле дышит. - А ты знаешь, как ей помочь? Знаешь, что нужно делать, да? - спросила Кэлен, стараясь, чтобы в ее голосе не прозвучало недоверие. Надина на мгновение замерла. - Ну... Наверное. Случай непростой, с уверенностью сказать сложно, но я о таком слышала. Отец мне как-то рассказывал. Кэлен такое заявление не успокоило. Надина меж тем извлекла из сумки маленькую бутылочку и поднесла ее к свету. Открыв один рог, она капнула в него из бутылочки. - Подними ей голову. - Что это? - спросила Кэлен, приподнимая голову Кары. Надина принялась натирать Каре виски получившейся смесью. - Лавандовое масло. Помогает при головной боли. - По-моему, у нее не только болит голова. - Знаю, но пока я не найду ничего другого, оно хотя бы уменьшит боль и поможет снять судороги. Я вообще сомневаюсь, что в данном случае можно ограничиться каким-то одним средством. Придется придумывать сочетания. Вся сложность в том, что, пока у нее судороги, мы не можем влить в нее никакой микстуры или настойки. Валериана и пустырник обычно успокаивают, но как заставить ее их выпить? Мелисса помогает от рвоты, но ее нужно пить по пять чашек в день, а как в таком состоянии влить в нее хотя бы одну? Можно попробовать заставить ее проглотить немного донника. Но есть одна вещь, которую, надеюсь, я... Махнув волосами, Надина повернулась и начала рыться в сумке. Наконец она извлекла на свет еще одну бутылочку. - Благодарение духам! Она у меня с собой! - А что это? - Сушеница топяная. Сильное снотворное и болеутоляющее. Папа еще говорил, что она снимает нервную дрожь. Наверное, он имел в виду что-то вроде судорог. Это экстракт, так что достаточно капнуть Каре на язык несколько капель, и все. Кара вдруг забилась сильнее. Кэлен обняла ее покрепче и держала, пока судороги не утихли немного. Кэлен не очень хотелось полагаться на "наверное" Надины, но другого выхода она не видела. Надина принялась отковыривать ногтем запечатанную воском крышечку пузырька, но в это время дверной проем наверху закрыла чья-то тень. Кэлен и Надина одновременно подняли головы. В дверях молча стоял какой-то мужчина и, казалось, внимательно разглядывал всю компанию. Потом он, шурша плащом, начал спускаться по лестнице. В повисшей тишине, нарушаемой лишь потрескиванием факела, Кэлен рассеянно поглаживала Кару по волосам, наблюдая за человеком в плаще с опущенным капюшоном. Глава 13 Надина перестала колупать пробку. - Кто... - Это какой-то целитель, - шепотом объяснила Кэлен. - Из Д'Хары. Мне сказали, что он пришел предложить свои услуги Ричарду. Он - верховный жрец. Надина хмыкнула: - Да что он может сделать без трав? - Она наклонилась поближе. - У него и нет с собой ничего! Кэлен шикнула на нее. Мужчина ступил на пол и повернулся. Под его ногами скрипнула каменная пыль, и этот звук эхом разнесся по подвалу. Медленным размеренным шагом мужчина приблизился. Факел освещал его со спины, и Кэлен не могла разглядеть лица под глубоким капюшоном. Длинный плащ почти касался пола. Мужчина был одного роста с Ричардом и такой же широкоплечий. - Морд-Сит, - произнес он. Голос у него был спокойным и властным и тоже напоминал голос Ричарда. Он жестом приказал Кэлен положить Кару. Она послушно отпустила ее. Сейчас не было времени на официальные представления. Кэлен просто хотела, чтобы Каре скорее была оказана помощь. - Что с ней случилось? - спросил незнакомец. - Она управляла человеком, который... - У него был дар? Она была связана с ним? - Да, - кивнула Кэлен. - Именно так она это называла. - Незнакомец негромко хмыкнул. - Но оказалось, что этот человек был во власти сноходца, и... - Что такое "сноходец"? - Если я правильно понимаю, это человек, способный захватывать чужой разум, проникая в промежутки между мыслями. Он завладел разумом того волшебника, с которым она была связана. Мужчина на мгновение задумался. - Понятно. Продолжай. - Мы пришли сюда, чтобы его допросить... - То есть пытать? Кэлен раздраженно вздохнула: - Нет. Я сказала Каре, что мы просто зададим ему несколько вопросов. Он был подослан, чтобы убить Магистра Рала, но если бы он отказался отвечать, тогда Кара добилась бы от него признания своими методами. Ради безопасности Магистра Рала. Но до этого не дошло. Мы обнаружили, что им управляет сноходец. Им самим и его магией. С ее помощью он написал пророчество на стене у вас за спиной. Целитель и не подумал оглянуться. - И что потом? - А потом он решил удрать и начал убивал людей. Кара попыталась остановить его... - При помощи уз? - Да. Но вдруг начала кричать - я никогда прежде не слышала такого крика - и упала на пол, зажимая уши. Надина, - Кэлен мотнула головой, - и я побежали за ним. К счастью, он убит. А когда мы вернулись, то обнаружили, что Кара бьется в конвульсиях. - Вам не следовало оставлять ее одну. Она могла захлебнуться рвотными массами и умереть. Кэлен поджала губы, но промолчала. Мужчина просто стоял и спокойно смотрел, как Кара корчится в судорогах. Наконец Кэлен не выдержала: - Это - одна из личных телохранительниц Магистра Рала. И он высоко ее ценит. Вы собираетесь ей помочь или так и будете стоять? - Спокойнее, - бесстрастно обронил он. - Сперва надо разобраться, а потом действовать. Иначе можно причинить больше вреда, чем пользы. Кэлен метнула сердитый взгляд в скрытое капюшоном лицо. Наконец целитель опустился на колени. Взяв широкой ладонью запястье Кары, он просунул палец между перчаткой и рукавом ее кожаного облачения. Свободной рукой он указал на лежащие на полу предметы. - А это что? - Это мое, - ответила Надина, вздернув подбородок. - Я целительница. Не выпуская запястья Кары, д'харианец взял кожаный мешочек, посмотрел на него и положил обратно. Потом он сгреб оба рога с колен Надины. - Донник, - сказал он и бросил один рог обратно в ее подол. - Буквица. - Второй полетел следом за первым. - Ты не целительница, - сказал мужчина. - Ты - знахарка. - Да как вы смеете... - Ты давала ей что-нибудь, кроме лавандового масла? - Откуда вы... Я не успела больше ничего дать. - Отлично! - провозгласил он. - Лавандовое масло ей не поможет, но хотя бы и вреда не причинит. - Ну конечно, я знаю, что это не остановит судороги. Я натерла ей виски, чтобы уменьшить боль. А от судорог я собиралась дать ей немного вытяжки сушеницы топяной. - Да ну? В таком случае ей очень повезло, что я вовремя пришел. Надина воинственно скрестила руки на груди. - Это почему же? - Потому что вытяжка сушеницы скорее всего ее убила бы. Взгляд Надины потемнел. - Сушеница - сильнейшее успокоительное. И скорее всего прекратила бы судороги. Не вмешайтесь вы, я бы к этому моменту ее уже вылечила. - В самом деле? А ты щупала ей пульс? - Нет. - Надина помолчала. - А зачем? Что бы от этого изменилось? - Пульс у нее слабый, прерывистый и нитевидный. Эта женщина изо всех сил заставляет свое сердце биться. Дай ты ей сушеницы, и трава подействовала бы именно так, как ты сказала, - усыпила бы ее. И тогда бы ее сердце остановилось. - Я... я не понимаю, каким образом... - Даже простой знахарке следовало бы знать, что нужно быть крайне осторожным, когда имеешь дело с магией. - Магия... - Надина вздрогнула. - Я из Вестландии. И никогда прежде не сталкивалась с магией. Я понятия не имела, что магия может воздействовать на лечебные травы. Мне очень жаль. Не ответив на ее извинения, он приказал: - Расстегни ее и обнажи ей грудь. - Зачем? - спросила Надина. - Делай что говорят! Или ты желаешь посмотреть, как она умрет? Она и так едва держится. Надина принялась расстегивать крошечные алые пуговки кожаной одежды Кары. Когда она закончила, целитель жестом приказал ей обнажить Каре грудь. Надина глянула на Кэлен. Кэлен кивнула, и Надина откинула кожаный отворот, открыв грудь Кары. - Могу я узнать твое имя? - спросила Кэлен. - Дрефан. - Не задавая встречного вопроса, он приложил ухо к груди Кары и прислушался. Быстро осмотрев кровавую рану над ухом, он, вероятно, счел ее неопасной и принялся методично ощупывать основание шеи. Кэлен видела лишь край капюшона, но лица мужчины разглядеть не могла. К тому же единственный факел давал недостаточно света. Наклонившись, Дрефан сжал руками груди Кары. - Что это ты делаешь? - немедленно насторожи Кэлен. - Осматриваю ее. - Ты так это называешь? - Потрогай ее груди. - Он сел на пятки, - Зачем? - Чтобы узнать то же, что узнал я. Кэлен наконец отвела взгляд от его капюшона и легонько коснулась пальцами левой груди Кары. Она не собиралась хватать, как он. Грудь оказалась горячей. Кэлен дотронулась до правой. Ледяная. Подчиняясь жесту Дрефана, Надина проделала то же самое. - Что это значит? - спросила она. - Не стану ничего утверждать, пока не завершу осмотр, но это скверный признак. Он прижал пальцы к шее Кары, снова проверяя пульс. Затем провел большими пальцами по лбу. Принюхался к ее дыханию. Осторожно приподняв голову Кары, он слегка повертел ее в разные стороны. Потом, широко разведя ей руки, он стащил кожаное облачение Кары еще ниже, обнажив торс, прощупал живот и под ребрами. Сосредоточение склонив голову, он на секунду прижал пальцы к ключицам Кары, затем с двух сторон к шее, к основанию черепа, к вискам, в нескольких местах на ребрах и, наконец, нажал на какие-то точки на внутренней стороне ладоней. Кэлен начала терять терпение. Пока что все, что она видела - это ощупывание, простукивание и никакого лечения. -Ну? - Ее аура серьезно повреждена, - заявил он и просунул руку Каре за пояс. С немым изумлением Кэлен смотрела, как его рука спускается к лобку Кары. Они видела, как он согнул пальцы под обтягивающей кожаной одеждой Кары и просунул их во влагалище. Кэлен изо всех сил нажала ему на болевую точку на плече. От боли он отшатнулся и со стоном опустился на пол, прикрыв рукой больное место. - Я же сказала тебе, что эта женщина - не простая! Как ты смеешь вот так ее лапать! Я этого не допущу, ясно? - Вовсе я ее не лапал! - прорычал он. - Да? И как же это, по-твоему, называется? - Кэлен была в ярости. - Я пытался определить, что с ней сделал этот сноходец. Он серьезно повредил ее ауру, ее энергетические потоки, нарушил контроль мозга над телом. На самом деле у нее не конвульсии, а неконтролируемые мышечные спазмы. И я проверял, не растревожил ли он ту часть ее мозга, которая отвечает за возбуждение. Я хотел убедиться, что он не вверг ее в состояние непрерывного оргазма. Мне нужно знать, какие именно зоны он блокировал или, наоборот, задействовал, чтобы понять, как привести все в нормальное состояние. Надина, распахнув глаза, наклонилась к нему: - Магия может такое сотворить? Заставить человека испытывать постоянный... Дрефан кивнул, потирая руку. - Если знать, с какой стороны к этому подойти. - А ты можешь это сделать? - спросила она. - Нет. У меня нет волшебного дара. Я не владею магией, но умею лечить... Если повреждения не слишком сильные. - Капюшон повернулся к Кэлен. - Ну, мне продолжать, или ты желаешь посмотреть, как она умрет? - Продолжай. Но если ты еще раз сунешь туда свою лапу, то станешь одноруким целителем. - Я уже выяснил все, что мне нужно. - И что, она... - Надина снова наклонилась поближе. Нет. - Он раздраженно отмахнулся. - Разуй ее. Надина поспешно повиновалась. Дрефан чуть развернулся к Кэлен, словно разглядывая ее из глубины капюшона. - Ты знала, на какую точку у меня на руке нужно жать, или тебе просто повезло? Кэлен посмотрела в затененную глубь капюшона, тщетно пытаясь разглядеть глаза. - Меня специально обучали такого рода вещам. Защищаться и защищать других. - Впечатляет. С таким знанием нервной системы ты могла бы научиться лечить, а не калечить. - Он повернулся к Надине: - Нажми на третий внутренний узел седалищного нерва. Надина сделала гримасу. - Что? Он указал рукой: - Между сухожилием на тыльной стороне лодыжек и косточками с обеих сторон. Сожми это место большим и указательным пальцем. На обеих лодыжках. Надина сделала, как он сказал, а Дрефан нажал мизинцами Каре за ушами, одновременно надавив большими пальцами в основание ключиц. - Сильнее, женщина! - Он положил ладони одну поверх другой на живот Каре. - Второй меридианный, - пробормотал он. - Что? - Сдвинься на полдюйма ниже и нажми опять. Обе лодыжки. - Он осторожно передвинул пальцы Каре на череп. - Отлично. Первый меридианный. - Еще на полдюйма ниже? - уточнила Надина. - Да, да! Быстрее! Он двумя пальцами ухватил брови Кары и оттянул их вверх. Наконец он со вздохом откинулся на пятки. - Просто поразительно! - пробормотал он себе под нос. - Плохо дело. - Что такое? - спросила Кэлен. - Ты хочешь сказать, что не можешь ей помочь? Он только отмахнулся. - Отвечай! - настаивала Кэлен. - Если я захочу, чтобы ты мне докучала, женщина, я скажу тебе об этом. Надина подалась вперед. - Да ты понимаешь, с кем ты разговариваешь? - Она подбородком указала на Кэлен. Дрефан ощупал ушные раковины Кары. - Судя по ее виду, какая-то уборщица. Которой к тому же не мешает искупаться. - Я только что выкупалась, - сквозь зубы проговорила Кэлен. - Лучше бы тебе проявить некоторое уважение, целитель, - негромко, но внушительно порекомендовала Надина. - Она - хозяйка этого дворца. Вообще всего тут. Это сама Мать-Исповедница. Он пробежал пальцами по внутренней стороне плеч Кары. - Вот как? Ну что ж, рад за нее. А теперь тихо, вы обе. - А еще она - невеста самого Магистра Ричарда Рала. Руки Дрефана замерли. Он весь как-то подобрался. - А поскольку Магистр Ричард Рал - Владыка Д'Хары, а ты - д'харианец, - продолжала Надина, - то, насколько я понимаю, он - твой господин. И на твоем месте я проявила бы гораздо больше уважения к будущей жене Магистра Ричарда Рала. Магистр Рал не любит, когда к женщинам относятся неуважительно. Я видела, как он вышибал зубы за недостаток уважения. У Дрефана ни один мускул не дрогнул. Кэлен подумала, что Надина излагает слишком уж прямолинейно, но ее слова явно произвели на Дрефана впечатление. - А помимо всего этого, - добавила Надина, - это она прикончила убийцу. С помощью магии. Дрефан наконец откашлялся. - Простите меня, госпожа... - Мать-Исповедница, - поправила Кэлен. - Нижайше прошу меня простить... Мать-Исповедница. Я не знал. И не хотел... - Я понимаю, - оборвала его Кэлен. - Тебя больше занимало лечение Кары, чем формальности. Меня тоже. Ты можешь ей помочь? - Могу. - Тогда, пожалуйста, продолжай. Дрефан немедленно вернулся к Каре. Кэлен, нахмурившись, следила за руками целителя, порхающими над телом женщины, не касаясь его. Иногда его руки замирали, пальцы дрожали от напряжения, выполняя какую-то невидимую задачу. Сидевшая в ногах Кары Надина снова скрестила руки на груди. - И ты называешь это лечением? Мои травы помогли бы гораздо больше, чем эта чепуха, да и намного быстрее. - Чепуха? - поднял он на нее взгляд. - Вот как? По-твоему, это просто какая-то ерунда? Да ты вообще представляешь себе, с чем мы тут имеем дело? - Это пароксизм. И его надо снять, а не молиться на него. Он встал на колени. - Я - верховный жрец Рауг'Мосс. И я не прибегаю к молитвам во время исцеления. Надина презрительно фыркнула. Дрефан кивнул, будто решил что-то для себя. - Значит, ты хочешь видеть, с чем мы имеем дело? Хочешь доказательств, которые доступны твоему пониманию? - Учитывая отсутствие результатов, -- сказала Надина, бросив на него косой взгляд, - немного доказательств не повредит. - Я видел там рог с тысячелистником, - сказал он. - Давай его сюда. И, полагаю, в твоей сумке найдется восковая свеча. Давай и ее тоже, только сперва зажги. Надина достала свечку и зажгла, а Дрефан распахнул плащ и достал несколько предметов из мешочка на поясе. Надина протянула ему свечу. Капнув немного воска на пол, Дрефан прикрепил свечку. Пошарив под плащом, Дрефан достал длинный нож с узким клинком. Нагнувшись, он легонько ткнул острием Каре между грудями. Выступила рубиновая капля крови. Отложив нож, Дрефан ложкой с длинным черенком осторожно подобрал капельку. Выпрямившись, он открыл поданный ему Надиной рог и насыпал в ложку немного порошка. - И ты называешь это тысячелистником? Положено сушить только бархатистую внутреннюю поверхность листьев! А ты растолкла весь лист целиком. - Это не важно. Тысячелистник есть тысячелистник. - Да, но очень низкого качества. Тебе следовало бы уметь пользоваться высококачественными травами. Что ты за травница такая? Надина возмущенно хмыкнула: - Он отлично действует. Или ты ищешь предлог, чтобы избежать демонстрации? Или собираешься свалить свою неудачу на качество тысячелистника? - Для моих целей его качество вполне удовлетворительно, а вот для твоих - нет, - сказал он наставительно. - В следующий раз очисти собранные листья и увидишь, что лекарство будет действовать намного эффективнее. Он подержал ложку над пламенем свечи, пока содержимое не загорелось, наполняя воздух тяжелым мускусным ароматом. Дрефан начал кругами водить дымящейся ложкой над животом Кары, пока ее не окутала дымка. Затем он протянул ложку Надине: - Держи между ее ступней. Прижав пальцы к вискам, он забормотал заклинание. - А теперь смотрите - и увидите то, что я вижу без кого дыма, - сказал он, опустив руки. Он нажал большими пальцами Каре на виски, а мизинцами - на горло. Плотное облако бурого дыма взвилось вверх. Кэлен ахнула, увидев, что все тело Кары обвивают струйки дыма. Дрефан убрал руки, и из этих струек образовалась устойчивая паутина линий. Некоторые тянулись от ее живота к грудям, плечам, бедрам и тазу. Целый пучок линий шел от ее головы к различным точкам по всему телу. - Видите вот эту? - Дрефан провел пальцем вдоль одной линии. - От ее левого виска к левой ноге? Смотрите. - Он прижал пальцы к основанию черепа слева, и струйка дыма переместилась к правой ноге. - Вот так. Здесь ей и полагается находиться. - Что это? - Изумлению Кэлен не было предела. - Ее меридианные линии. Потоки ее силы, ее жизни. Ее аура. Вообще-то все гораздо сложней, но в нескольких словах этого не объяснишь. То, что я вам показываю, можно сравнить с солнечным лучом, в котором видны пляшущие пылинки. Надина сидела с отвисшей челюстью. Ее рука с дымящейся ложкой замерла. - А как ты передвинул эту линию? - Приложив в нужном месте свою жизненную силу в сочетании с целительной энергией. - Значит, ты владеешь магией! - выдохнула Надина. - Нет, только опытом. Сожми ей лодыжки, как в первый раз. Надина отложила ложку и сжала лодыжки Кары. Переплетение линий, идущих вдоль ног Морд-Сит, задрожало и превратилось в ровные полосы от бедер до пяток. - Вот, - произнес Дрефан. - Ты только что привела в порядок ей ноги. Видишь, как замерли полоски? - Я? - недоверчиво переспросила Надина. - Да. Но это было самое легкое. Взгляни сюда. - Он указал на паутину линий, идущих от головы Кары. - Здесь сноходец нанес самые опасные повреждения. Их необходимо исправить. Эти линии показывают, что она не в состоянии контролировать свои мышцы. Не может говорить и не видит. И вот еще. Видите линию от ушей ко лбу? Эта - единственная правильная. Она слышит и понимает все, что мы говорим. - Она нас слышит? - ошеломленно переспросила Кэлен. - Каждое слово. Будьте уверены, она знает, что мы пытаемся ей помочь. А теперь я должен сосредоточиться. Эти клубки надо распутать, иначе мы ее потеряем. Кэлен всплеснула руками. - Ну конечно! Делай все, что считаешь нужным. Дрефан принялся водить руками над телом Кары, нажимая пальцами или ладонями на те или иные участки. Иногда он пользовался ножом, но ни разу не пролил больше одной капли крови. И почти после каждого его движения линии перемещались. Одни просто двигались вдоль тела, а другие сначала выгибались, а потом перескакивали на нужное место. Когда он надавил на точку между большим и указательным пальцами Кары, линии, идущие вдоль ее рук, выпрямились; со стоном облегчения Кара покрутила головой и повела плечами. Первое нормальное движение за все это время. Дрефан ткнул кончиком ножа в верхнюю часть лодыжек. Кара охнула и задышала ровно и глубоко. Кэлен почувствовала облегчение и надежду. Наконец Дрефан занялся головой Кары. Он нажимал большими пальцами ей на переносицу и на лоб. Кара лежала спокойно, она перестала дрожать. Грудь ее вздымалась и опускалась безо всяких усилий. Дрефан коснулся кончиком ножа ее переносицы. - Это должно ее излечить, - пробормотал он под нос. Голубые глаза Кары открылись; она увидела Кэлен. - Я слышала твои слова, - прошептала она. - Спасибо тебе, сестра моя. Кэлен улыбнулась счастливой улыбкой. Она поняла, что имеет в виду Кара. Она ведь слышала, как Кэлен говорила ей, что она не одна. - Я достала Марлина. Кара улыбнулась: - Я горжусь, что служу вместе с тобой. И сожалею, что тебе пришлось впустую затратить столько усилий, чтобы меня излечить. Кэлен нахмурилась, не понимая, что значит это "впустую". Кара откинула голову и посмотрела на Дрефана. Ее брови сошлись на переносице; в глазах появилось недоуменное выражение, граничащее с ужасом. - Магистр Рал? - недоверчиво спросила она. - Нет, я Дрефан. Он обеими руками откинул капюшон. Глаза Кэлен округлились. Глаза Надины - тоже. - Но моим отцом тоже был Даркен Рал. Я - единокровный брат Магистра Рала. Кэлен смотрела на него как зачарованная. То же телосложение, такие же мощные мускулы, как у Ричарда. Но волосы светлые, как были у Даркена Рала, хотя короче и не такие прямые. Волосы Ричарда темные и волнистые. И глаза у Дрефана были пронзительно голубые, как у отца, а у Ричарда - серые. Правда, взгляд у обоих братьев был одинаково хищным и острым. Дрефан унаследовал точеные, скульптурные черты лица Даркена Рала. Ричард этого жесткого совершенства не получил. Одним словом, Дрефан напоминал и отца, и брата, но больше был похож на Даркена Рала. И хотя никто не спутал бы Дрефана с Ричардом, то, что они - братья, не вызывало ни малейшего сомнения. Кэлен не могла понять, как Кара могла ошибиться. И тут увидела эйджил в руке Морд-Сит. Когда Кара произносила "Магистр Рал", она имела в виду совсем не Ричарда. Кара приняла Дрефана за Даркена Рала. Глава 14 Ричард постукивал ногтем по рукоятке меча, и это был единственный звук, нарушающий мертвую тишину. Другой рукой он подпирал голову и задумчиво потирал пальцем висок. Он был в ярости. На сей раз они перешли все границы и сами это хорошо понимали. Мысленно он перебрал разные виды наказания, но отмел все до единого. Не потому, что они были слишком суровы, а потому что толку от них никакого. В конце концов он выбрал истину. Нет ничего суровее истины, и она подействует на них сильнее всего. Перед ним стояли Бердина, Райна, Улик и Иган. Каждый вытянулся в струнку, устремив взгляд в какую-то точку над его головой. Дело происходило в приемной, и из окна на Ричарда сурово взирал с вершины горы замок Волшебника. Ричард вернулся в Эйдиндрил час назад и уже успел выяснить, что случилось накануне вечером. Четверо его телохранителей вернулись еще до рассвета. Он приказал им возвращаться в Эйдиндрил, как только Райна с Уликом приехали в лагерь. Они полагали, что он не отправит их назад среди ночи. Они ошибались - и при всей их самостоятельности ни один из четверых не посмел возразить против этого приказа, увидев выражение глаз Ричарда. Ричард и сам вернулся гораздо раньше, чем собирался. Он показал солдатам, как выглядит скальный дуб, объяснил, как срезать желтую внутреннюю кору, и еще до восхода солнца помчался в Эйдиндрил. Ночь преподнесла ему сюрприз, и после этого он не мог спать и хотел одного - вернуться в город как можно быстрей. Барабаня пальцами по столу, Ричард смотрел на своих телохранителей. Бердина с Райной еще были в коричневой кожаной форме; их длинные волосы после долгой скачки были спутаны и покрыты пылью. Улик с Иганом возвышались над обеими Морд-Сит. Толстые кожаные нагрудники обтягивали их словно вторая кожа, подчеркивая рельеф мускулатуры. На нагрудниках красовалась большая буква "Р", символ Дома Ралов, а под ней - два скрещенных меча. Чуть выше локтей оба солдата носили металлические обручи с острыми как бритва шипами - оружие для рукопашного боя. Ни один д'харианец, кроме личных телохранителей Магистра Рала, не имел права носить такие обручи. Они служили не просто оружием; это был редкий и очень почетный знак отличия, но Ричард не имел ни малейшего понятия, за что им награждают. Он унаследовал власть над народом, чьи обычаи оставались для него тайной за семью печатями, а надежды были понятны лишь отчасти. Вернувшись, эти четверо тоже узнали о том, что произошло с Марлином прошлой ночью. Они понимали, зачем Магистр Рал созвал их, но Ричард пока не сказал ни единого слова. Пока. Потому что сначала хотел совладать с обуревающим его гневом. - Магистр Рал? - Да, Райна? - Вы на нас сердитесь? За то, что мы вас ослушались и поехали за вами с письмом от Матери-Исповедницы? Письмо было всего лишь предлогом, и все это хорошо понимали. Ричард продолжал барабанить по рукояти. - Это все. Можете идти. Все четверо. Они встали свободнее, но не двинулись с места. - Можем идти? - переспросила Райна. - И вы не накажете нас? - На ее губах появилась улыбка. - Не пошлете нас чистить конюшни целую неделю или не придумаете еще что-то в этом роде? Ричард откинулся на стуле и скрипнул зубами. У него было не то настроение, чтобы слушать их шуточки. Он встал. - Нет, Райна, наказания не будет. Можете идти. Обе Морд-Сит заулыбались. Бердина наклонилась к Райне и прошептала нарочито громко, чтобы услышал Ричард: - Он понимает, что лучше нас никто не сможет его защитить. Все четверо дружно направились к двери. - Прежде чем вы уйдете, - проговорил Ричард, - я хочу сказать вам одну вещь. - Какую? - спросила Бердина. Ричард прошелся перед ними, заглядывая каждому в глаза. - Вы меня разочаровали. Райна скорчила рожицу. - Мы вас разочаровали? Вы не будете ругаться или наказывать нас? Вы просто разочаровались? - Вот именно. Разочаровался. Я думал, что могу вам доверять. Я ошибался. - Ричард отвернулся. - Свободны! Бердина откашлялась. - Магистр Рал, мы с Уликом поехали с вами по вашему приказу. - Вот как? Значит, если бы я оставил вас, а не Райну с Иганом, охранять Кален, вы не покинули бы дворец? - Берлина промолчала. - Я рассчитывал на вас, а вы сделали меня дураком, потому что я вам доверял. - Он стиснул кулаки, чтобы не сорваться на крик. - Я бы дал Матери-Исповеднице другую охрану, если бы знал, что на вас нельзя положиться. Опершись на раму, Ричард уставился в окно. Четверо телохранителей у него за спиной неловко переминались с ноги на ногу. - Магистр Рал, - нарушила наконец молчание Бердина. - Мы за вас жизнь готовы отдать. - И позволить Кэлен погибнуть! - Ричард развернулся к ним и усилием воли заставил себя понизить голос. - Можете отдавать за меня жизнь сколько хотите. Играйте в любые игры, какие вам нравятся. Делайте вид, что занимаетесь важным делом. Изображайте моих телохранителей. Но не путайтесь под ногами у меня и у тех, кто помогает мне остановить Имперский Орден. Он хлопнул ладонью по столу. - Свободны! Берлина с Райной переглянулись. - Мы будем в коридоре. Магистр Рал, на случай если понадобимся вам. Ричард одарил их таким ледяным взглядом, что обе Морд-Сит побледнели. - Не понадобитесь. Мне не нужны люди, на которых я не могу положиться. Берлина сглотнула. - Но... - Но - что? Она снова сглотнула. - А как же дневник Коло? Вы не хотите, чтобы я помогала вам с переводом? - Сам справлюсь. Еще что-нибудь? Они покачали головами и побрели к двери. Райна, которая шла последней, остановилась и повернулась к нему. Ее темные глаза не отрывались от пола. - Магистр Рал, а вы поведете нас попозже кормить рундуков? - Я занят. Бурундуки прекрасно проживут и без вас. - Но... А как же Регги? - Кто? - Регги. Тот, у которого нет кончика хвостика. Он... Он... Он сидел у меня на ладони. Он будет нас искать. Ричард целую вечность молча смотрел ей в лицо. Он разрывался между желанием обнять Райну и желанием накричать на нее. Впрочем, он уже пытался их обнимать или сделать что-то подобное - и из-за этого едва не погибла Кэлен. - Может, в другой раз. Свободна. Она вытерла ладонью нос. - Слушаюсь, Магистр Рал. Райна тихонько прикрыла за собой дверь. Ричард снова уселся на стул и отбросил со лба волосы. Скрежеща зубами, он пальцем крутил и крутил на столе дневник Коло. Пока он искал деревья, Кэлен чуть не погибла. Потому что люди, которые должны были ее охранять, следовали своему распорядку. Ричард содрогнулся при мысли, что бы он сейчас натворил, если бы к его гневу присоединилась и магическая ярость Меча Истины. Впрочем, даже с мечом в руке он еще ни разу не пребывал в таком бешенстве. В голове у него с издевательской настойчивостью крутились слова пророчества, высеченного на стене ямы. Тихий стук в дверь прервал его размышления. Этого стука Ричард ждал уже давно. Он знал, кто пришел. - Входи, Кара. Высокая светловолосая Кара проскользнула в дверь и прикрыла ее за собой. Головы она не поднимала. Такой несчастной Ричард ее ни разу не видел. - Можно с вами поговорить, Магистр Рал? - Почему ты в алой одежде? Прежде чем ответить, она судорожно сглотнула. - Это... Так положено у Морд-Сит. Ричард не стал требовать объяснений. На самом деле его не интересовало. Именно. Кара была основной причиной его ярости. - Хорошо. Что тебе нужно? Кара подошла к столу и остановилась. Плечи ее поникли. Голова у нее была забинтована, но Ричард уже знал, что рана не опасная. Судя по кругам под глазами. Кара не спала всю ночь. - Как себя чувствует Мать-Исповедница? - Когда я оставил ее, она отдыхала. Но она поправится. Ее раны не так серьезны, как могли бы быть. Учитывая все, что случилось, ей просто повезло, что она осталась жива. Учитывая, что прежде всего она вообще не должна была спускаться к Марлину, учитывая, что я запретил вам обеим допрашивать этого человека. Кара прикрыла глаза. - Магистр Рал, это полностью моя вина. Это я уговорила Мать-Исповедницу. Мне хотелось допросить Марлина, а она настаивала, что этого делать не нужно, как вы велели. Не будь Ричард так зол, он бы рассмеялся. Даже если бы Кэлен не рассказала ему, как все было на самом деле, он достаточно хорошо знал свою невесту, чтобы понять: слова Кары - чистой воды выдумка. Но он знал и то, что Кара не приложила никаких усилий, чтобы отговорить Кэлен. - Я думала, что полностью контролирую его магию. Я ошиблась. - Я велел вам держаться от него подальше? Кара кивнула. Плечи ее опустились. Ричард в гневе ударил кулаком по столу. - Отвечать! Разве я не подчеркнул особо и персонально для тебя, что запрещаю вам обеим спускаться вниз?! - Да, Магистр Рал. - Мой приказ можно было истолковать как-то иначе? - Нет, Магистр Рал. Ричард откинулся на спинку стула. - Это была ошибка, Кара. Понимаешь ты это? Не в том, что на самом деле ты его не контролировала, это выше твоих возможностей. Но ты решила пойти вниз. Вот в чем твоя ошибка. Я люблю Кэлен, и для меня дороже нее нет ничего ни на этом свете, ни даже на том. Я доверил тебе защищать ее. Бьющие в окно лучи солнца играли на ее алой одежде, как на осенней листве. - Магистр Рал, - едва слышно проговорила Кара, - я полностью признаю всю тяжесть своего проступка и знаю, что это значит. Магистр Рал, могу я просить о милости? - Какой? Кара упала на колени и, низко склонив голову, протянула ему дрожащими руками свой эйджил. - Могу я сама выбрать себе казнь? - Что?! - Морд-Сит на казнь всегда надевает алые одежды. И если она раньше верно служила, ей позволяется самой выбрать, как умереть. - И каков же твой выбор? - Мой эйджил, Магистр Рал. Я знаю, как велика моя вина перед вами: я совершила непростительную ошибку. Но в прошлом я с честью служила вам. Разрешите, пусть я погибну от своего эйджила. Это единственное, о чем я прошу. Бердина или Райна сделают это. Они знают как. Ричард обошел вокруг стола. Присев на край, он посмотрел на склонившуюся перед ним Морд-Сит и скрестил на груди руки. - Отказано. Она всхлипнула. - Могу я спросить... Что выберет Магистр Рал? - Кара, посмотри на меня, - мягко приказал Ричард. Она подняла залитое слезами лицо. - Кара, я очень разгневан. Но как бы я ни был зол, я никогда - слышишь - никогда не отдам приказ казнить кого-то из вас. - Это ваш долг. Я виновата перед вами. Я ослушалась вашего приказа, и та, кого вы любите, едва не погибла. Я допустила непростительную ошибку. - А я и не знал, что бывают непростительные ошибки, улыбнулся Ричард. - Нельзя простить предательство, но не ошибку. Если бы людей казнили за ошибки, то, боюсь, я сам давно уже был бы покойником. Я ошибаюсь на каждом шагу. И часто очень серьезно. Глядя ему в глаза. Кара покачала головой. - Морд-Сит всегда знает, когда заслуживает казни. Я ее заслужила. - В ее голубых глазах Ричард увидел стальную решимость. - Или меня казните вы, или я сама оборву свою жизнь. Ричард помолчал, взвешивая силу чувства долга, на котором воспитывались Морд-Сит, и силу безумия в этих голубых глазах. - Ты хочешь умереть. Кара? - Нет, Магистр Рал. С тех пор, как вы стали нашим Магистром Ралом, - не хочу. Но именно поэтому я должна умереть. Я подвела вас. Жизнь и смерть Морд- Сит определяется кодексом верности их господину. Ни вы, ни я не в силах этого изменить. Моя жизнь кончена. Вы должны меня казнить, или я оборву ее сама. Ричард понимал, что она не разыгрывает спектакль, чтобы вызвать жалость к себе. Это не в привычках Морд-Сит. Если он каким-то образом не изменит ее взгляд на вещи, она выполнит обещание. Осознавая неизбежность единственного выбора, который у него был, Ричард сделал мысленный скачок из здравомыслия в безумие, в котором пребывала часть разума этой женщины и, как он сильно опасался, часть и его собственного разума. Бесповоротное, как биение сердца, решение было принято. Ричард достал меч, и мышцы сразу налились силой. Комната наполнилась чистым звоном стали. Это простое действие освободило магическую ярость меча. Врата, ведущие в мир смерти, открылись. Как всегда, возникло ощущение, будто он вдохнул горький ветер. Ярость взметнулась клубами. - Тогда твоим судьей и палачом будет магия, - сказал Ричард Каре. Она зажмурилась, - Смотри на меня! Ярость меча бушевала в нем, увлекая его за собой. Ричард с трудом сохранял над ней власть - так было всегда, когда он освобождал этот магический гнев. - Смотри мне в глаза, когда я буду тебя убивать! Кара подняла взгляд. Брови ее страдальчески искривились, по щекам ручьем текли слезы. Все хорошее, что она сделала, ее храбрость перед лицом любой опасности, все жертвы, на которые она пошла во имя долга, сведены на нет этим проступком. Ей даже отказано в чести принять смерть от собственного эйджила. Но только из-за этого, только из-за того, что ей отказали в последней милости, она сейчас плакала. Ричард провел лезвием по плечу, чтобы меч почувствовал вкус крови, затем коснулся клинком лба; холод стали соприкоснулся с теплом человеческого тела. - Будь сегодня справедлив, меч, - прошептал он свою обычную молитву. Из-за самонадеянности женщины, стоящей перед ним на коленях, он едва не потерял Кэлен. Едва не потерял все. Она смотрела, как он поднимает меч. Видела ярость, бушующую в его глазах. Видела танцующую в них магию. Видела танцующую в них смерть. Ричард с такой силой сжимал рукоять, что побелели костяшки пальцев. Он понимал, что не сможет пойти вопреки воли магии. Он доверил этой женщине самое дороге, что у него есть, а она изменила своему долгу, предала его доверие. И у Ричарда, и у Кары в глазах было одинаковое безумие - отражение того, что сейчас происходило, того, кем они стали. И оба понимали, что иного пути у них нет. Он разрубит ее надвое. Ярость меча требовала этого. На меньшее меч не согласится. И он получит то, что хочет. Ее кровь. С яростным воплем Ричард обрушил меч на голову Кары. Свистнул клинок. Со всей отчетливостью Ричард видел, как опускается сияющий в солнечных лучах меч. Видел, как блестят на солнце капли пота на лице Кары. Он мог бы их пересчитать. Видел, куда опустится меч. Она тоже видела, куда ударит клинок. Мышцы Ричарда стонали от усилия, а из горла рвался крик ярости. В дюйме от лица Кары меч остановился, будто натолкнувшись на непробиваемую стену. По лицу Ричарда градом катился пот. Руки тряслись. В комнате гремел его яростный крик. Наконец он убрал меч от лица Кары. Морд-Сит смотрела на него не моргая. - Казни не будет, - прохрипел Ричард. - Как... - прошептала она. - Как это могло случиться? Почему он остановился? - Мне жаль, Кара, но магия меча сделала выбор. Она решила, что ты будешь жить. И тебе придется смириться с ее решением. Она поглядела ему в глаза. - Вы действительно хотели... Вы хотели казнить меня. Ричард медленно вложил меч в ножны. -Да. - Тогда почему я не умерла? - Потому что так решила магия. Мы не можем оспаривать ее решений. Можем только повиноваться им. На самом деле Ричард был почти уверен, что магия меча не убьет Кару. Она не позволила бы ему уничтожить союзника. На это он и рассчитывал. Но все же сомнение было. Кара подвергла Кэлен смертельной опасности, хоть и сделала это непреднамеренно. И Ричард боялся, что это сомнение позволит мечу нанести удар. Вечно так с магией Меча Истины - никогда нельзя быть уверенным до конца. Вручая Ричарду Меч Истины, Зедд предупреждал его об этой опасности. Меч убивает врагов и не причиняет вреда друзьям, но его магия руководствуется не истиной, а лишь ощущениями Искателя. Зедд говорил, что сомнения могут стать причиной гибели друга или позволить врагу избежать смерти. Но Ричард знал - он должен был сделать все как положено, иначе Кара просто не поверила бы, что магия ее пощадила, и решила бы, что Ричард это подстроил. И тогда она, несомненно, убила бы себя, как обещала. У Ричарда скрутило живот. Задрожали колени. Запоздалый страх, что все пройдет так, как он задумал. Хуже того, он не был полностью уверен, что, пощадив Кару, не совершил ошибки. Ричард взял ее за подбородок. - Меч Истины сделал свой выбор. Он оставил тебя в живых, дал тебе возможность исправиться. И ты должна смириться с его решением. - Да, Магистр Рал, - кивнула Кара. Ричард помог ей подняться. Он сам едва держался на ногах и сомневался, что на ее месте смог бы встать с такой легкостью. - Впредь этого не повторится. Магистр Рал. На мгновение Ричард прижал ее голову к своему плечу - сделал то, что ему очень хотелось сделать. Она благодарно обвила его шею руками. - Только этого я и прошу. Кара. Она пошла к двери, но Ричард окликнул ее. Кара обернулась. - Но ты по-прежнему должна понести наказание. Она опустила глаза: - Да, Магистр Рал. - Завтра после обеда. Ты будешь учиться кормить бурундуков. Кара вскинула голову. - Магистр Рал? - Ты хочешь кормить бурундуков? - Нет, Магистр Рал! - Значит, это послужит для тебя наказанием. И возьми с собой Берлину и Райну, Им тоже не повредит небольшая экзекуция. Закрыв за Карой дверь, Ричард прислонился к ней спиной и закрыл глаза. Ярость меча поглотила его гнев. Он чувствовал себя опустошенным и слабым. Его так трясло, что он едва. стоял на ногах. Вспомнив выражение глаз Кары, когда меч летел на нее, Ричард почувствовал тошноту. Он сам был готов к тому, что в следующее мгновение брызнет фонтан крови. Крови Кары. Человека, который ему дорог. Он сделал то, что должен был сделать. Ради того, чтобы спасти ей жизнь. Но какой ценой? Пророчество звенело у него в голове, и в приступе внезапного ужаса он в холодном поту упал на колени. Его мутило. Глава 15 Солдаты, которых Ричард расставил в коридорах возле покоев Матери- Исповедницы, приветствовали его ударами кулака в грудь. Ричард рассеянно отвечал на салют и быстро проходил мимо. Золотой плащ развевался у него за спиной. Солдаты скрестили пики перед тремя Морд-Сит и Уликом с Иганом, которые следовали за ним на почтительном расстоянии. Выставляя охрану, Ричард дал солдатам очень короткий список людей, которых можно сюда пропускать. Пятеро его личных телохранителей в него не входили. Оглянувшись, Ричард увидел в руках Морд-Сит эйджилы. Он встретился взглядом с Карой, и три женщины неохотно выпустили оружие. Пятеро личных телохранителей Магистра Рала осмелились снова бросить вызов своему господину и организовали перед солдатами собственный пост. Подчиняясь сигналу Кары, Райна с Уликом исчезли в коридоре. Можно было не сомневаться, что она отправила их искать путь в обход стражников. Свернув в коридор, ведущий к комнате Кэлен, Ричард увидел Надину, сидящую на колченогом стуле у стенки. Она болтала ногой, как ребенок, который скучает и мечтает вырваться на улицу поиграть с друзьями. Увидев Ричарда, она мгновенно вскочила. Надина выглядела чистенькой и свежей. Ее густые волосы блестели. Ричард приподнял бровь: платье облегало ее плотнее, чем накануне, и подчеркивало фигуру гораздо эффектнее. Но платье на ней было то же, что и вчера. Должно быть, ему померещилось. Но это зрелище напомнило ему о тех временах, когда... Она радостно улыбнулась ему, но при виде выражения его лица ее радость быстро растаяла. Когда Ричард остановился перед ней, она отступила к стене. - Ричард... - Их взгляды встретились. - Доброе утро. Я слышала, что ты уже вернулся. Я... - она кивнула на дверь в комнату Кэлен - это был явно предлог, чтобы отвести взгляд, - я пришла узнать, как себя чувствует Мать-Исповедница. Мне... мне нужно сменить ей припарку. Я ждала, когда она проснется, и... - Кэлен сказала мне, что ты ей помогла. Спасибо, Надина. Я ценю это больше, чем ты думаешь. Она пожала плечами: - Мы же с тобой земляки. - Повисло тяжелое молчание. Наконец Надина нарушила его: - Томми и тощая Рита Веллингтон поженились. Ричард смотрел на ее склоненную голову. - По-моему, все к этому шло. Так хотели их родители. Надина не поднимала головы. - Он ее все время бьет. Мне не раз приходилось ставить ей припарки и давать травы, когда он избивал ее до... Ну, ты понимаешь... До кровотечения снизу. А все говорят, что это их не касается, и делают вид, что ничего не знают. Ричард не понимал, к чему она все это говорит. Не поедет же он в Вестландию вправлять мозги Томми Ланкастеру! - В конце концов ее братья не выдержат и проломят ему башку, - сказал он. Надина по-прежнему не поднимала головы. - На ее месте могла оказаться я. - Она откашлялась. - И тогда бы он колотил меня. Я перед тобой в долгу, Ричард. К тому же ты - мой земляк... Я просто хотела тебе помочь. - Она снова пожала плечами. - Кэлен очень добрая. Другая женщина на ее месте... И она такая красивая... Не то что я. - Я никогда не думал, будто ты мне что-то должна, Надина. Я бы сделал то же самое, будь тогда на твоем месте кто-то другой. Но я искренне признателен тебе за то, что ты помогла Кэлен. - Ну да. С моей стороны было глупо подумать, будто ты тогда вмешался, потому что... Она готова была вот-вот разразиться слезами, и Ричард понял, что ведет себя неправильно. Он ласково положил ей руку на плечо. - Надина, ты тоже красивая женщина. Она взглянула на него с робкой улыбкой. - Ты правда считаешь меня красивой? - Она пригладила платье на бедрах. - На празднике Середины лета я не танцевал с тобой потому, что ты оставалась все той же неловкой малышкой Надиной. Она смущенно накручивала на палец прядку волос. - А мне нравилось с тобой танцевать. Знаешь, я вышила инициалы "Н.С." на своем приданом. Надина Сайфер. - Мне очень жаль, Надина. Майкл мертв. Она нахмурилась: - Майкл? Нет, он тут ни при чем. Я имела в виду тебя. Ричард решил, что разговор зашел слишком далеко. У него хватает других забот. - Теперь я Ричард Рал. Я не могу жить прошлым. А мое будущее - с Кэлен. Он двинулся дальше, но Надина ухватила его за рукав. - Прости. Я знаю, что поступила неправильно. С Майклом, я имею в виду. Ричард вовремя прикусил язык, чтобы не ляпнуть что-нибудь язвительное. Зачем? - Я благодарен тебе, что ты помогла Кален. Наверное, ты хочешь вернуться домой. Передай всем, что у меня все хорошо. И скажи, что я обязательно приеду погостить, когда... - Кэлен предложила мне остаться здесь на некоторое время. Эта новость застала Ричарда врасплох. Об этом Кэлен ему сообщить не соизволила. - Вот как? А ты что сказала? - Конечно, я согласилась. Если ты не возражаешь, естественно. Мне бы не хотелось... Ричард осторожно высвободил рукав из ее пальцев. - Ну и хорошо. Раз она тебя пригласила, то и я не имею ничего против. Надина просияла и сразу затараторила о другом: - Ричард, а ты видел ночью луну? Все просто ошарашены. Ты видел? Это действительно так необычно и удивительно, как все говорят? - Да, и даже больше того, - прошептал Ричард. Настроение его мгновенно испортилось. Прежде чем Надина успела вымолвить еще хоть слово, он удалился. На его тихий стук дверь открыла пухленькая женщина в одежде прислуги. - Магистр Рал! Нэнси как раз помогает Матери-Исповеднице одеваться. Она выйдет к вам через минуту. - Одеваться?! -рявкнул Ричард в уже закрытую дверь. -Она должна лежать в постели! Ответа не было, и он счел за лучшее подождать, а не устраивать сцены. Он посмотрел по сторонам, и Надина, которая подглядывала из-за угла, немедленно спряталась. Ричард нетерпеливо вышагивал перед тяжелой резной дверью, пока полненькая служанка наконец не открыла ее и не пригласила его войти. Ричард ступил в комнату с ощущением, будто входит в иной мир. Дворец Исповедниц сам по себе являлся средоточием роскоши и величия, но в покоях Матери-Исповедницы Ричард с особой остротой вспоминал, что он всего-навсего простой лесной проводник. Здесь он себя чувствовал не в своей тарелке. Покои Матери-Исповедницы, величественные и спокойные чертоги, как нельзя лучше подходили женщине, перед которой склонялись короли и королевы. Если бы Ричард увидел их до того, как познакомился с Кэлен, у него в жизни бы не хватило смелости хотя бы заговорить с ней. Даже теперь он смущался, вспоминая, как учил ее строить убежище и копать корешки, когда еще не знал, кто она на самом деле. Впрочем, то увлечение, с которым она тогда училась, до сих пор вызывало у него улыбку. И он благодарил духов, что сначала полюбил эту женщину, прежде чем узнал, какой пост она занимает и какой магией владеет. Он радовался, что Кэлен вошла в его жизнь, и молился, чтобы она оставалась с ним всегда. Кэлен была для него всем на свете. Все три мраморных камина в гостиной Матери-Исповедницы были разожжены. Тяжелые занавески на окнах десятифутовой высоты пропускали ровно столько света, чтобы не нужны были лампы. Надо полагать, в святилище не должно быть яркого солнца. В Хартленде едва ли нашлась хотя бы пара домов, которые не поместились бы в этой комнате целиком. На матовой крышке инкрустированного золотом столика из красного дерева стоял серебряный поднос с чаем, супом, бисквитом, порезанными грушами и хлебом. Еда напомнила Ричарду, что у него со вчерашнего полудня не было во рту маковой росинки, но аппетита не вызвала. Три женщины в серых платьях с белыми кружевными воротничками и такими же манжетами выжидательно смотрели на Ричарда, будто хотели увидеть, осмелится ли он пойти к Матери-Исповеднице или устроит другую скандальную выходку. Ричард бросил взгляд на дверь в дальней стене гостиной и поинтересовался: - Она одета? Служанка, которая открыла ему дверь, покраснела. - Иначе я бы не впустила вас, сир. - Ну, разумеется. - Он сделал несколько бесшумных шагов по толстому ковру и остановился. Женщины смотрели на него, как три совы. - Благодарю вас, дамы. Вы свободны. Поклонившись, они с большой неохотой удалились. Одна из них оглянулась у двери. Ричард понял, что они считают верхом неблагопристойности, когда обрученные мужчина и женщина остаются наедине в ее спальне. А для Матери- Исповедницы это вдвойне непристойно. Ричард раздраженно вздохнул. Стоило ему появиться возле покоев Матери- Исповедницы, каждую минуту появлялся кто-то из прислуги узнать, не требуется ли ей что-нибудь. Многообразие вещей, в которых она, по их мнению, могла ежеминутно нуждаться, не переставало его удивлять. Иногда он думал, не спросит ли кто-нибудь из слуг прямо - не нуждается ли она в защите ее добродетели? За пределами ее покоев служанки были вежливы и порой даже шутили с Ричардом, когда он их успокаивал или помогал поднести тяжелые вещи. Во дворце его боялись очень немногие. Но в покоях Матери-Исповедницы они все как одна превращались в орлиц, защищающих свое гнездо. В спальне возле отделанной панелями стены стояла широченная кровать с толстыми темными столбиками, похожими на колонны перед дворцом. Толстое вышитое покрывало стекало на нее как застывший радужный водопад. Солнечный луч рассекал темный дорогой ковер и освещал нижнюю половину кровати. Ричард помнил, как Кэлен описывала ему эту кровать, как говорила, что ей не терпится завлечь его туда, когда они поженятся. Ему тоже этого очень хотелось. С той ночи между мирами прошло уже много времени. Но он вынужден был признаться, что эта кровать его несколько смущает. Он опасался, что может легко ее там потерять, несмотря на все заверения Кэлен, что ему это не грозит. Кэлен стояла перед зеркальными дверьми, ведущими на широкий балкон, и смотрела на возвышающийся в горах замок Волшебника. При виде возлюбленной, облаченной в белое атласное платье, мягко облегающее ее точеную фигурку, у Pичарда перехватило дыхание. Он хотел ее до боли. И решил, что, пожалуй, кровать не такая уж страшная. Когда он коснулся ее плеча, Кэлен вздрогнула. Повернувшись, она расцвела в лучезарной улыбке. - Я думала, это Нэнси вернулась. - Почему ты подумала, что это Нэнси? Разве ты не знала, что это я? - Откуда я могла это знать? - Откуда? - Ричард пожал плечами. - Я всегда знаю, когда ты входишь. Мне не надо видеть. Она недоверчиво нахмурила брови. - Ты шутишь. - Ничуть. - Как же это у тебя получается? - У тебя особенный запах. И я знаю шум твоего дыхания, звук твоих шагов, шорох платья. Ошибиться нельзя. Она нахмурилась сильнее. - Ты серьезно? - Конечно. А ты разве не можешь узнать меня по звуку шагов? - Нет. Но ведь ты жил в лесу, наблюдая, принюхиваясь, прислушиваясь. - Она обняла его здоровой рукой. - И все-таки я не верю. - Так проверь как-нибудь. - Ричард провел рукой по ее волосам. - Как ты себя чувствуешь? Как рука? - Все в порядке. Когда Тоффалар ранил меня, было гораздо хуже. Помнишь? Ричард кивнул. - А почему ты не в кровати? Тебе было велено отдыхать. - Прекрати! - Кэлен шутливо ткнула его в живот кулачком. - Я здорова. - Она оглядела Ричарда с ног до головы. - А ты выглядишь великолепно. Поверить не могу, что ты сделал это ради меня. Вы настоящий властитель. Магистр Рал! Ричард нежно коснулся губами ее губ. Кэлен сделала попытку превратить поцелуй в более чувственный, но он отодвинулся. - Я боюсь сделать тебе больно. - Ричард, я совершенно здорова! Просто я была измотана, потому что прибегла к своей магии, а из-за этого все решили, что я пострадала больше, чем есть на самом деле. Ричард долго смотрел на нее, прежде чем наградить ее тем поцелуем, которого она добивалась. - Давно бы так! - выдохнула Кэлен и чуть отстранилась. - Ричард, ты видел Кару? Ты ушел так быстро и у тебя были такие глаза... Я не успела толком с тобой поговорить. Кара не виновата. - Знаю. Ты мне сказала. - Ты ведь не накричал на нее, да? - Мы поговорили. - Поговорили! - Кэлен скривилась. - Да разве она станет себя выгораживать? Она не пыталась рассказать тебе, что была... - Что тут делает Надина? Кэлен посмотрела на него и схватила за запястье. - Ричард, у тебя рука в крови! Что произошло? Ричард... Ты ведь не ударил ее, нет? - Она подняла его руку поближе к свету. - Ричард, это похоже... Так бывает, когда ты... - Она схватила его за воротник. - Ты ничего с ней не сделал?! Скажи мне, что ты ничего с ней не сделал! - Она решила, что ее надо казнить. И предоставила мне выбор - либо это сделаю я, либо она сама покончит с собой. Мне пришлось воспользоваться мечом, как тогда, со старейшинами Племени Тины. - С ней все в порядке? Она жива, да? - С ней все хорошо. Кэлен озабоченно заглянула ему в глаза. - А ты? Ты как? - Бывало и получше. Кэлен, что здесь делает Надина? - Просто гостит, и все. Ты уже видел Дрефана? Она хотела положить голову ему на грудь, но Ричард отстранился. - Что это за шутки? Зачем ты пригласила ее остаться? - Пришлось, Ричард. От того, что затеяла Шота, не так-то легко отмахнуться. Уж тебе это должно быть известно. Надо выяснить, что происходит, чтобы справиться с ее кознями. Ричард подошел к стеклянной двери и устремил взор на возвышающиеся над городом горы. Замок Волшебника взирал на него с вышины. - Мне это не нравится. - Мне тоже, - сказала Кэлен у него за спиной. - Но, Ричард, она меня выручила. Я не думала, что у нее хватит мужества, но ей его не занимать. Она тоже расстроена всей этой историей. Мы видим только часть того, что происходит, и надо хорошенько пораскинуть мозгами, а не прятаться под одеялом. Ричард тяжело вздохнул. - Мне все равно это не нравится, но ты права. Я женюсь только на сообразительных женщинах. Он слышал, как Кэлен позади него рассеянно оглаживает свое платье. Ее присутствие действовало на Ричарда успокаивающе. Глава 16 Кэлен почувствовала на щеках горячие слезы. - Ричард... - Она подавила всхлип. - Ричард, ты же знаешь, что я никогда... Ты ведь не веришь, что я могу... Жизнью клянусь! Я никогда... Ты должен мне верить... Она не выдержала и зарыдала. Ричард обнял ее, утешая. - Ричард, - всхлипывала она у его груди, - я никогда тебя не предам. Ни за что на свете. Даже ради избавления от вечных мук в лапах Владетеля. - Знаю. Конечно, я знаю. Тебе не хуже меня известно, что нельзя понять пророчество, исходя лишь из слов, которыми оно изложено. Не позволяй этому пророчеству причинить тебе боль. Именно этого добивается Джеган. Он даже не знает истинного значения пророчества. Он написал его лишь потому, что оно звучит так, как ему хочется. - Но... Я... - Кален никак не могла успокоиться. - Ш-ш-ш! - Ричард ласково прижал ее голову к своей груди. Это была истерика - следствие пережитого вчера и услышанного сегодня. Кэлен никогда не плакала в преддверии битвы, но сейчас, в его теплых надежных объятиях, она не могла с собой совладать. - Кэлен, не верь этому. Прошу тебя. - Но оно гласит... что я... - Послушай меня! Разве я не запретил тебе допрашивать Марлина? Разве не говорил, что сам им займусь? Разве не предупреждал, что это опасно и я не желаю, чтобы ты спускалась туда? - Да, но я боялась за тебя и просто хотела... - Ты нарушила мою волю. Не важно, по каким соображениям, но ты нарушила мою волю, так? - Кэлен кивнула. - Возможно, это и есть то предательство, о котором говорится в пророчестве. Ты была ранена, у тебя текла кровь. Ты предала меня, и ты была в крови. В твоей крови. - Я бы не назвала свой поступок предательством. Я сделала это ради тебя, потому что люблю тебя и боюсь за тебя. - Но разве ты не понимаешь? Смысл пророчеств глубже слов, которыми они изложены. Во Дворце Пророков и Уоррен, и Натан предупреждали меня, что пророчества нельзя воспринимать буквально. Слова - это лишь звуковое воплощение видений, способ передать их другому пророку, а для обычных людей они, как правило, значат совсем иное. - Но я не понимаю, как... - Я просто пытаюсь тебе объяснить, что все может оказаться гораздо проще. Нельзя допускать, чтобы пророчество вызвало у тебя страх и неуверенность. - Зедд мне тоже так говорил. Мол, есть пророчества, которые касаются меня, но он не станет мне их пересказывать, потому что словам верить нельзя. И сказал, что ты был прав, что не придавал им большого значения. Но на этот раз все иначе, Ричард. Оно гласит, что я тебя предам. - Я же только что объяснял тебе... - Молния - это не так уж и просто! Быть пораженным молнией - устойчивое выражение, оно означает "быть убитым". А может быть, это вообще конкретное указание на то, как ты погибнешь. Пророчество гласит, что я предам тебя и поэтому ты умрешь. - Нет, - ухмыльнулся Ричард. - Я хочу, чтобы она поработала с дневником Коло. - Зачем? - Знание - это оружие. -Он поцеловал ее в щеку. - И я намерен вооружиться до зубов. - Он глянул на Нэнси. - Вам не нужна моя помощь, чтобы снять с нее платье? Нэнси умудрилась одновременно покраснеть и одарить его испепеляющим взглядом. - Что ж, вижу, вы справитесь сами. - Уже в дверях Ричард повернулся к Кэлен: - Я подожду, пока вы закончите, а потом я собирался навестить этого Дрефана. У меня есть для него задание. И мне бы хотелось, чтобы ты пошла со мной. Когда дверь за ним закрылась, Нэнси отбросила со лба волосы и принялась помогать расстегивать Кэлен платье. - То платье, Мать-Исповедница, в котором вы были вчера, безнадежно испорчено. - Не сомневаюсь. - У Кэлен имелась целая коллекция платьев, причем совершенно одинаковых. Обычные Исповедницы носили черные платье, и только Мать- Исповедница - белые. Кэлен подумала о синем подвенечном платье, которое ей сшила Везелэн. - Нэнси, ты помнишь, как твой муж за тобой ухаживал? - Д-да, Мать-Исповедница, - не сразу ответила Нэнси. - Значит, ты должна помнить и чувства, которые испытывала, если кто-то врывался, когда вы были наедине. Нэнси спустила платье с плеча Кэлен. - Мать-Исповедница, до свадьбы мне ни, разу не позволили остаться с ним наедине.; Я была тогда молодой и глупой. И мои родители поступили правильно, не позволив поддаться юношеским порывам. - Нэнси, я взрослая женщина. Я - Мать-Исповедница. И мне совершенно не нужно, чтобы ты и другие служанки лезли в дверь, когда у меня Ричард. Уй! - Простите. То, что вы говорите, - неправильно, Мать-Исповедница. - Это мне решать. - Как скажете, Мать-Исповедница. Кэлен вытянула руку, чтобы Нэнси спустила рукав. - Вот я и говорю. Нэнси бросила взгляд на кровать. - На этой кровати вас зачали. Кто знает, сколько Матерей-Исповедниц до вас зачинали здесь своих дочерей. Такова традиция. Только замужние Матери- Исповедницы приводили в эту кровать мужчин, чтобы зачать дитя. - И ни одна из них - по любви. Меня зачали не по любви, Нэнси. А мой ребенок будет зачат по любви. - Тем важнее, чтобы это произошло с благословения добрых духов - в святости брака. Кэлен не стала рассказывать, что добрые духи уже как-то раз отнесли их с Ричардом в какое-то место между мирами и благословили их союз. - Добрые духи знают, что в наших сердцах. Для каждого из нас нет никого другого и никогда не будет. Нэнси занялась повязкой. - И вам не терпится. Как моей дочери с ее парнем. Если бы она знала, насколько не терпится... - Дело не в этом. Я просто сказала, что не желаю, чтобы вы заходили сюда, когда здесь Ричард. Мы скоро поженимся. Мы предназначены друг для друга судьбой. Любовь, знаешь ли, это не только постель. Иногда хочется просто обнять друг друга, почувствовать близость. Как ты не понимаешь? Я не могу ни поцеловать своего будущего мужа, ни дать ему возможность успокоить мои раны, потому что вы суетесь сюда каждые две минуты! - Да, Мать-Исповедница. В открытую дверь постучала Надина. - Можно войти? -- Да, конечно. Клади сумку на кровать. Дальше я сама справлюсь, Нэнси. Спасибо. Укоризненно покачивая головой, Нэнси закрыла за собой дверь. Надина, устроившись на постели рядом с Кэлен, закончила разбинтовывать ей плечо. Кэлен нахмурилась, поглядев на платье Надины. - Надина, это платье... Вчера на тебе было другое, верно? - То же самое. - По-моему... Надина оглядела себя. - Мне его постирали, но оно... Ой, я поняла, о чем ты! Оно порвалось, и швы кое-где разошлись. Пришлось его сузить. У меня не было особого аппетита с тех пор, как я ушла из дому, мечтая... Ну, я хочу сказать, что за время путешествия я немного похудела, поэтому смогла убрать платье по швам и таким образом его сохранить. Оно совсем не тугое. В самый раз. - Учитывая твою помощь, я прослежу, чтобы тебе дали другое платье, удобней этого. - Не стоит. Это сидит хорошо. - Я вижу. - Что ж, рана выглядит сегодня не хуже. Это обнадеживает. - Надина осторожно сняла старую припарку.- В коридоре я встретила Ричарда. У него был расстроенный вид. Надеюсь, вы не поссорились? Терпение Кэлен лопнуло. - Нет! Он огорчен совершенно другим! Надина достала из сумки рог и открыла его. Запахло хвоей. Кэлен поморщилась, когда Надина приложила припарку и начала бинтовать ей плечо. - Не стоит стесняться, - как бы невзначай бросила Надина. - Влюбленные иногда ссорятся. Это не означает конец отношений. Ричард опомнится. Со временем. - Вообще-то я ему сказала, что понимаю, что вас связывало, - сообщила Кэлен. - И знаю, что произошло. Поэтому он и расстроился. Надина на мгновение остановилась. - Что ты имеешь в виду? - Я передала ему твой рассказ о Майкле - о том, как вы с ним целовались. О том небольшом "пинке", что ты ему дала. Помнишь? Надина завязывала узел на повязке, и ее пальцы вдруг начали двигаться с бешеной скоростью. - А, это... - Да, это. Надина избегала смотреть Кэлен в глаза. Она опустила ей рукав, торопливо поправила на ней платье и бросила в сумку рог. - Все в порядке. Нужно будет сегодня еще раз сменить припарку. Кэлен молча смотрела, как Надина спешит к двери. Потом окликнула ее. Надина остановилась и оглянулась. - Похоже, ты мне соврала. Ричард рассказал, как все было на самом деле. Веснушки Надины исчезли под алой краской, залившей ей щеки. Кэлен встала и указала ей на обитый бархатом стул. - Не хочешь ли изложить мне свою точку зрения? Надина некоторое время молча стояла, потом уселась на стул и уставилась на сложенные на коленях руки. - Я же сказала тебе - мне нужно было дать ему пинка. - И ты называешь это пинком? Надина покраснела еще гуще. - Ну... - начала она, - Я знала, как парни теряют голову от... от похоти. Я решила, что это лучший способ заставить его... предъявить на меня права. Кэлен ничего не поняла, но виду не подала. - Только, похоже, для этого было уже поздновато. - Ну, не обязательно. Конечно, я была обречена выйти за кого-то из них после того, как Ричард застукал меня голой верхом на Майкле. Но Майкл - это была только игра, он должен был понимать. Брови Кэлен поползли вверх. - Как ты только додумалась до такого... - Я все подстроила. Ричард должен был увидеть, как я скачу на Майкле и кричу от удовольствия, и его должна была охватить похоть от этого зрелища. Тогда он потерял бы голову и тоже взял бы меня. Кэлен тупо смотрела на нее. - И ты думала после этого за него выйти? Надина кашлянула. - Ну да. Я была уверена, что Ричард получит со мной удовольствие. Уж я бы об этом позаботилась. Потом он опять захотел бы меня, и я не сказала бы "нет". Я бы его так ублажила, что он наверняка предъявил бы права на меня. Если бы Майкл сделал то же самое, мне бы пришлось выбирать - и, уж конечно, я выбрала бы Ричарда. Если бы Ричард не стал предъявлять на меня права, а я бы забеременела, то заявила бы, что ребенок его, и ему пришлось бы на мне жениться, потому что он не смог бы доказать, что это не так. Если бы я не залетела и Ричард не стал бы предъявлять на меня права, что ж - тогда оставался Майкл. Лишний вариант никогда не бывает лишним. Кэлен видела, как на виске Надины бьется жилка. Скрестив руки на груди, она ждала продолжения. Наконец Надина заговорила опять: - Вот такой у меня был план. И вроде довольно удачный. Но все получилось не так, как я задумала. Ричард вошел и застыл. Я улыбнулась ему через плечо и предложила присоединиться или прийти ко мне позже. Кэлен затаила дыхание. - И вот тогда я впервые и увидела у него это выражение глаз. Он не сказал ни слова. Повернулся и ушел. - Надина шмыгнула носом. - Я думала, что хотя бы получу Майкла. Но он лишь посмеялся надо мной, когда я потребовала, чтобы он предъявил на меня права. Просто рассмеялся. И после этого ни разу не захотел быть со мной. Он уже получил то, что хотел, и я была ему больше не нужна. Он занялся другими девушками. - Но раз уж ты хотела... Добрые духи, почему ты просто-напросто не соблазнила Ричарда? - Потому что боялась, что он этого ждет и может устоять. Он же не только со мной танцевал. Прошел слушок, что Бесс Праттер уже пыталась это провернуть и у нее ничего не вышло. Я боялась, что и у меня не получится. Мне казалось, что ревность - более сильное средство. Все говорят, что ничто так не подстегивает мужчину, как ревность и похоть. - Она обеими руками отбросила волосы за спину. - Поверить не могу, что Ричард тебе это рассказал. Вот уж не думала, что он вообще кому-то станет об этом рассказывать. - А он и не рассказывал, - прошептала Кэлен. - Ты сама это только что сделала. - Надина спрятала лицо в ладонях. - Может, ты и выросла вместе с Ричардом, но ты его не знаешь. Добрые духи, да ты о нем не знаешь вообще ничего! - Мой план вполне мог сработать, - упрямо заявила Надина. - Ты тоже знаешь о нем не так много, как тебе кажется. Ричард - простой парень из Хартленда, у которого сроду не было ничего, - вот у него и пошла кругом голова от красивых вещей и от того, что люди выполняют его приказы. Так что у меня все могло получиться. Потому что он просто-напросто хочет того, что видит. И я всего лишь пыталась показать ему то, что могу предложить. У Кэлен вдруг разболелась голова. Прикрыв глаза, она сдавила пальцами переносицу. - Надина, да будут мне свидетелями добрые духи, ты самая большая дура, какую мне доводилось видеть! - Думаешь, я такая уж дура? - Надина вскочила со стула. - Ты его любишь. И хочешь его. И ты знаешь, что испытываешь вот тут, - она постучала себя пальцем в грудь, - когда видишь его. Я хотела его не меньше, чем ты. И если бы судьба тебя заставила, ты сделала бы то же самое! Если бы думала, что это твоя единственная надежда, ты бы тоже не постеснялась. Представь - единственная возможность! Скажешь, не сделала бы?! - Надина, - спокойно проговорила Кэлен, - ты ничего не понимаешь в любви. Любовь - это не желание получить то, что ты хочешь. Любить - это значит желать счастья тому, кого любишь. - Ты бы сделала то же, что я! - со злостью выкрикнула Надина. В голове Кэлен пронеслись слова пророчества: "И на этом пути его поразит молния, ибо та, что в белом, его истинная любовь, предаст его..." - Ты ошибаешься, Надина. Я бы этого не сделала. Ни за что в мире я не причинила бы Ричарду боль. Ни за что. Я скорее соглашусь прожить жизнь одинокой и несчастной, чем причинить ему боль. И даже скорее соглашусь отдать его тебе, чем причинить ему боль. Глава 17 Бердина, сияя, подбежала к Кэлен, которая смотрела вслед уходящей по коридору Надине. - Мать-Исповедница, Магистр Рал приказал мне всю ночь не спать, а выполнять его поручение! Разве это не чудесно? Кэлен выгнула бровь: - Ну, раз ты так считаешь, Бердина... Бердина улыбнулась и унеслась по коридору, по которому ушла Надина. Ричард в противоположном конце говорил о чем-то солдатам. Чуть дальше несли охрану Иган и Кара. Увидев Кэлен, Ричард оставил солдат и пошел ей навстречу. Когда он подошел к ней, Кэлен схватила его за воротник и притянула к себе. -- Ответь мне на один-единственный вопрос, Ричард Рал, - прошипела она сквозь зубы. - Что такое? - с невинным видом спросил Ричард. - Как тебе вообще пришло в голову танцевать с этой сучкой?! - Кэлен, я никогда от тебя таких слов не слышал! - Ричард посмотрел туда, куда удалилась Надина. - Как тебе удалось ее разговорить? - Хитростью. - Ты сообщила ей, что я тебе все рассказал, верно? - улыбнулся Ричард. Кэлен кивнула, и его улыбка стала шире. - Я плохо на тебя влияю, - весело констатировал он. - Ричард, мне очень жаль, что я пригласила ее остаться. Но я же не знала. Попадись мне Шота, я ее удавлю! Прости меня за то, что я предложила Надине погостить во дворце. - Тебе незачем просить прощения. Чувства не мешают мне трезво смотреть на вещи. Ты правильно сделала, предложив ей остаться. - Ричард, ты уверен? - И Шота, и пророчество упоминают ветер. Надина играет во всем этом какую- то роль. Так что пусть пока побудет здесь. Я даже, пожалуй, приставлю к ней стражу, чтобы она не уехала. - Стража не понадобится. Она не уедет. - Почему ты так в этом уверена? - Стервятники не улетают. Они кружат и кружат, пока считают, что им может что-нибудь перепасть. - Кэлен оглянулась на пустой коридор. - У нее даже хватило наглости заявить, что в случае необходимости я сделала бы то же самое. - Мне ее даже немного жаль. В ней много хорошего, но я сомневаюсь, что она действительно когда-нибудь кого-то любила. Кэлен чувствовала жар его тела. - Как Майкл мог так с тобой поступить? И как ты мог его простить? - Он был моим братом, - прошептал Ричард. - Я простил бы ему все, что бы он мне ни сделал. Когда-нибудь я предстану перед добрыми духами, и мне бы не хотелось, чтобы они считали, будто я ничем не лучше его. Я не смог простить ему лишь того, что он сделал другим. Она ласково коснулась его руки. - Кажется, я понимаю, зачем тебе нужно, чтобы я пошла вместе с тобой к Дрефану. Тогда, с Майклом, духи испытывали тебя. Мне кажется, Дрефан будет тебе лучшим братом. Может, он несколько бесцеремонен, но он целитель. К тому же так не бывает, чтобы два раза не повезло в одном и том же. - Надина тоже целительница. - По сравнению с Дрефаном - нет. Его талант граничит с волшебством. - Ты думаешь, он владеет магией? - Сомневаюсь, но я не могу определить этого с точностью. - Зато я могу. Если он владеет магией, я это узнаю. Ричард дал указания стражникам, стоящим у покоев Матери-Исповедницы, и пошел с Кэлен по коридору. Возле Кары, которая вся подобралась при его приближении, Ричард остановился. Даже Иган с готовностью выпрямился. Кэлен подумала, что у Кары усталый и несчастный вид. - Кара, - произнес наконец Ричард, - я иду к целителю, который тебя вылечил. Я слышал, что он, как и я, незаконнорожденный сын Даркена Рала. Может быть, ты хочешь пойти со мной? Я бы не возражал, если бы рядом со мной был... друг. У Кары задрожали ресницы. - Если вам угодно, Магистр Рал. - Мне угодно. Ты тоже, Иган. Я сказал солдатам, что вам всем разрешен проход в эти покои. Пойдите и приведите Райну и Улика. - Они у вас за спиной, Магистр Рал. - На лице Игана появилась столь редкая для него улыбка. - Где поместили Дрефана? - спросила Кэлен. - Я приказал стражникам отвести его в гостевые покои в юго-восточном крыле. - В противоположном конце дворца? Почему так далеко? Ричард посмотрел на нее долгим взглядом. - Потому что хотел, чтобы он был как можно дальше от твоих покоев. Кара по-прежнему была в алой одежде. Переодеться она не успела. Солдаты, охранявшие юго-восточное крыло дворца Исповедниц, отсалютовав, окружили Ричарда, Кэлен, Улика с Иганом и облаченную в коричневый наряд Райну, но старались держаться на почтительном расстоянии от Кары. Ни один д'харианец в здравом уме не пожелает лишний раз привлечь к, себе внимание Морд-Сит, облаченной в алое. Пройдя по коридором, они подошли к двери, которую охраняли крепкие солдаты в кожаных мундирах и с оружием на изготовку. Ричард привычно проверил, легко ли выходит из ножен Меч Истины. - Он, наверное, напуган еще больше тебя, - шепнула Ричарду Кэлен. - Он же только целитель. И сказал, что пришел помогать тебе. - Он появился здесь в один день с Марлином и Надиной. Я не верю в совпадения такого рода. Кэлен узнала выражение глаз Ричарда: в них плескалась смертельная магия, хоть он и не достал своего меча. Все его тело, каждый напряженный мускул, каждое текучее движение излучали смерть. Не потрудившись постучать, Ричард распахнул дверь и вошел в крошечную комнатку, лишенную окон. Обстановка была скудной: кровать, маленький столик и два простых деревянных стула. Одна из самых скромных гостевых комнат. У йены стоял сосновый шкаф для одежды. Он был пуст. Крошечный камин из простого кирпича давал мало тепла; и в комнате было прохладно. Кэлен держала Ричарда за левую руку и шла на полшага позади него, чтобы не оказаться в случае чего на пути его меча. Иган с Уликом встали по бокам; их светловолосые головы едва не задевали низкий потолок. Кара с Райной вышли вперед, заслонив собой Кэлен и Ричарда. Дрефан стоял на коленях перед столом, на котором горели десятки свечей. Услышав шаги, он легко поднялся на ноги и повернулся к вошедшим. Его синие глаза смотрели только на Ричарда, словно больше никого в комнате не было. В полной тишине мужчины разглядывали друг друга, как бы оценивая противника. Потом Дрефан опустился на колени и поклонился. - Магистр Рал ведет нас, Магистр Рал наставляет нас, Магистр Рал защищает нас. В сиянии славы твоей - наша сила. В милосердии твоем наше спасение. Вся наша жизнь - служение тебе. Вся наша жизнь принадлежит тебе. Кэлен заметила, что телохранители Ричарда по привычке чуть было тоже не встали на колени, чтобы произнести слова посвящения. Ей не единожды доводилось видеть эту церемонию. Она стояла рядом с Ричардом, когда сестры Света клялись ему в верности. Ричард рассказывал, что, когда у власти был Даркен Рал, в д'харианском Народном Дворце люди дважды в день собирались на площадях и, отбивая поклоны, часами повторяли эти слова. Дрефан поднялся и встал в свободной, полной достоинства позе. На нем была белая, открытая на груди рубашка, высокие сапоги до колен и узкие темные брюки, настолько ясно подчеркивающие его мужское достоинство, что Кэлен покраснела и отвела взгляд. На широком кожаном поясе Дрефана болтались четыре больших кошеля с застежками из резной кости. С плеч свободно свисал широкий простой плащ, который Кэлен уже видела в яме. Дрефан был красив. Светлые волосы выгодно оттеняли его загорелое лицо, на котором смешались черты Ричарда и Даркена Рала. Ричард показал на свечи: - Что это? Дрефан по-прежнему не сводил с него глаз. - Я пребывал в молитве, Магистр Рал. Приводил свой внутренний мир в согласие с добрыми духами на случай, если я предстану перед ними сегодня. Его голос звучал уверенно, без малейшей неловкости. Он просто констатировал факт. Ричард глубоко вздохнул. - Кара, останься здесь. Райна, Улик, Иган, пожалуйста подождите снаружи, - велел он и добавил: - Я первый. Телохранители кивнули. Это был код: если первым из комнаты выйдет не Ричард, а Дрефан, они должны убить его на месте. - Я Дрефан, Магистр Рал. К вашим услугам, если вь сочтете меня достойным. - Он слегка поклонился Кален. - Мать-Исповедница. - Что ты имел в виду, говоря о присоединении к добрым духам? - спросил Ричард. Дрефан сунул руки в рукава плаща. - Это долгая история. Магистр Рал. - Вынь руки из рукавов и рассказывай. Дрефан послушно вынул руки. - Виноват. Он откинул мизинцем плащ, под которым оказался длинный узкий нож. Достав нож двумя пальцами, он подбросил его в воздух и поймал за лезвие. - Простите, что я не снял его перед вашим приходом. Не оборачиваясь, Дрефан бросил нож через плечо. Клинок глубоко вонзился в стену. Наклонившись, он вынул из голенища еще один нож и, снова не оборачиваясь, вогнал его в стену буквально в дюйме от первого. Потом Дрефан извлек со спины, из-под плаща, здоровенный изогнутый кинжал и отправил его к первым двум. - Еще есть оружие? - деловито осведомился Ричард. Дрефан выставил перед собой раскрытые ладони: - Мои руки. Магистр Рал, и мои знания. - Не опуская рук, он продолжал: - Хотя даже мои руки недостаточно быстры, чтобы победить вашу магию, Магистр Рал. Прошу вас, обыщите меня, если хотите убедиться, что я не вооружен. Ричард не воспользовался .предложением. - Рассказывай свою историю. - Я - незаконный сын Даркена Рала. - Я тоже, - хмыкнул Ричард. - Не совсем так. Вы - наследник Даркена Рала, обладающий даром. Это огромная разница, Магистр Рал. - Даром? Даркен Рал изнасиловал мою мать. И у меня часто были причины считать свой дар проклятием. Дрефан почтительно кивнул. - Как вам угодно. Магистр Рал. Но у Даркена Рала был иной взгляд на своих отпрысков. Он подразделял их на наследников и сорняков. Вы - наследник, а я - только лишь сорняк. Формальности, связанные с женитьбой, для Владыки Д'Хары значения не имели. Женщины... Они служили лишь для того, чтобы доставлять ему удовольствие и вынашивать его детей. Те, кто рождал недостойное дитя - ребенка, лишенного волшебного дара, - для Магистра были всего лишь мусором. Даже ваша матушка, несмотря на то что произвела на свет ценный плод, имела бы для него не больше значения, чем грязь на заднем дворе. - Кара говорила мне то же самое, - сказала Кэлен, сжимая руку Ричарда. - По ее словам, Даркен Рал... убирал тех, кто лишен дара. Ричард сверкнул глазами: - Он убивал моих братьев и сестер? - Да, Магистр Рал, - ответила ему Кара. - Но не методично, а так, походя или под настроение. - Мне ничего не известно о других его детях. До прошлой осени я вообще не знал что он - мой отец. Как тебе удалось уцелеть? - спросил Ричард Дрефана. - Моя мать не была... - Дрефан помолчал, подбирая слова. - С ней обошлись не так скверно, как с вашей уважаемой матушкой. Магистр Рал. Моя мать была скупой и тщеславной. Она видела в нашем отце средство добиться высокого положения. Как мне говорили, она была хороша собой, и он брал ее к себе в постель не единожды. Этой чести удостаивались немногие. Судя по всему, ей удалось пробудить в нем... аппетит. Одним словом, она была талантливой шлюхой. Она надеялась родить ему наследника с даром и тем возвыситься в его глазах. Но у нее ничего не вышло. - Дрефан скрипнул зубами. - Она родила меня. - Может, с ее точки зрения это и было неудачей, - спокойно заметил Ричард, - но для добрых духов все не так. В их глазах ты ничем не уступаешь мне. Дрефан улыбнулся краешком губ. - Благодарю вас. Магистр Рал. Как благородно с вашей стороны уступить добрым духам то, что всегда им принадлежало. Не все способны на это. "В мудрости твоей - наше смирение", - процитировал он слова посвящения. Дрефан умудрялся быть уважительным без подобострастия. Почтительным, не теряя достоинства. Он говорил вежливо, но тем не менее держался как настоящий Рал, и никакие поклоны не могли уменьшить его апломба. Как и Ричард, он обладал врожденной властностью. - И что было дальше? Дрефан глубоко вздохнул. - Она отвезла меня, еще совсем младенца, к волшебнику, чтобы тот проверил, есть ли у меня дар. Я уже упоминал, что ко всем ее прочим достоинствам моя мать была круглой дурой? Ричард промолчал, и Дрефан продолжал: - Ее надежды не оправдались: я родился без дара. Итак, вместо того чтобы произвести на свет залог богатой жизни, она родила того, кто должен был стать причиной ее смерти. Общеизвестно, что Даркен Рал вытягивал таким женщинам кишки - по дюйму. - Очевидно, тебе удалось избегнуть его внимания, - заметил Ричард. - Почему? - Об этом позаботилась моя дорогая матушка. Она отвезла меня к целителям, надеясь, что они вырастят меня в безвестности, чтобы у моего отца никогда не возникло повода приехать за мной и убить. - Наверное, ей было нелегко это сделать, - сказала Кэлен. Проницательный взгляд синих глаз Дрефана обратился на нее. - В связи с постигшим ее горем она попросила себе сильнодействующее лекарство, и целители ей его предоставили: цикуту. - Цикуту, - бесстрастно повторил Ричард. - Цикута - это яд. - Да. Он действует быстро, но причиняет изысканные страдания. - Целители дали ей яд? - недоверчиво переспросил Ричард. Хищный взгляд Дрефана переместился на него. - Задача целителя - дать необходимое лекарство. Иногда единственный рецепт - смерть. - Это расходится с моими представлениями о целителях. - Взгляд Ричарда тоже стал хищным. - Для умирающего, у которого нет надежды на выздоровление, нет лучшей помощи, чем прекращение мучений. - Твоя мать не умирала без надежды на выздоровление. - Если бы Даркен Рал отыскал ее, ей пришлось бы пережить неимоверные мучения, а смерть была бы неизбежна. Не знаю, как много вам известно о нашем отце, но он славился своей изобретательностью по части умения мучить людей и растягивать эти мучения. Она жила в постоянном страхе перед такой участью. Чуть с ума не сходила от ужаса. Шарахалась от каждой тени и впадала в истерику. Целители ничем не могли предотвратить грозящей ей участи. Если бы Даркен Рал нашел ее у целителей, он приказал бы убить и их за то, что они ее прятали. Она отдала свою жизнь за мою. Треснуло горящее полено. Кэлен вздрогнула, но ни Дрефан, ни Ричард и ухом не повели. - Мне очень жаль, - тихо проговорил Ричард. - Мой дед забрал свою дочь, мою мать, в Вестландию, чтобы укрыть ее от Даркена Рала. Наверное, он тоже понимал, какая опасность грозит ей. И мне. - Значит, мы с вами похожи, - пожал плечами Дрефан. - Оба сбежали от своего отца. Впрочем, вас бы он не убил. Ричард покачал головой: - Он пытался меня убить. Брови Дрефана удивленно поднялись. - Правда? Он так жаждал получить наследника с даром и все же пытался убить вас? - Он не знал, да я и тоже понятия не имел, что он мой отец, а я - его сын. - Ричард подумал, что они слишком далеко уклонились от первоначальной темы. - Так что ты говорил насчет того, что привел свой внутренний мир в согласие с добрыми духами на случай, если сегодня предстанешь пред ними? - Целители, вырастившие меня, никогда не скрывали от меня моего происхождения. Сколько я себя помню, я всегда знал, что являюсь незаконным сыном нашего Магистра, Отца Рала. И понимал, что он может в любой момент явиться и убить меня. И я каждый вечер молился, благодарил добрых духов за то, что они позволили мне прожить еще один день. Это вошло у меня в привычку. - А целители сами не боялись, что он перебьет и их за то, что они прячут тебя? - Может быть. Они никогда об этом не говорили. - Наверное, это была трудная жизнь. Дрефан повернулся к ним спиной и долго смотрел на горящие свечи, прежде чем снова заговорить. - Это была просто жизнь. Единственная жизнь, какую я знал. Но в конце концов я понял, что до смерти устал каждый день бояться его прихода. - Он мертв, - сказал Ричард. - Тебе больше не нужно его бояться. - Именно поэтому я здесь. Магистр Рал. Я почувствовал, что узы порвались, и, получив подтверждение его смерти, решил покончить со своим личным адом. Вы с первого момента моего появления приставили ко мне стражу, и я знаю, что не могу свободно покинуть эту комнату. Мне известна репутация воинов, которыми вы себя окружили. Но это - часть риска, на который я пошел, придя во дворец Исповедниц. Пусть новый Магистр Рал тоже захотел бы меня убить - я твердо решил покончить с этим смертным приговором, постоянно висящим над моей головой. Я пришел предложить свои услуги Магистру Д'Хары, если он пожелает их принять. А если нет - что ж, так или иначе все кончится. И я хочу, чтобы это кончилось, - сказал Дрефан Ричарду. Глаза у него были влажными. - Вот вы и услышали мою историю. Магистр Рал. Даруйте мне прощение или смерть. Я умоляю вас положить этому конец. Так или иначе. Его грудь тяжело вздымалась. Ричард в тяжелом молчании пристально изучал своего единокровного брата. Кэлен догадывалась, о чем сейчас думает Ричард - о тенях прошлого и луче надежды. Наконец он протянул руку: - Меня зовут Ричард, Дрефан. Добро пожаловать в обновленную Д'Хару. Д'Хару, которая сражается за свободу. Мы боремся за то, чтобы никто не жил в страхе, в котором довелось жить тебе. Мужчины обменялись рукопожатием. Их большие сильные ладони были совершенно одинаковыми. - Благодарю тебя, Ричард, - прошептал Дрефан. Глава 18 Мне говорили, ты спас Каре жизнь, - сказал Ричард. - Я хочу поблагодарить тебя. Наверное, тебе это было нелегко - ведь ты знал, что она Морд-Сит и может тебя убить... если ты покажешься ей врагом. - Я целитель. Это мое призвание... Ричард. Боюсь, мне будет сложно называть вас по имени. Магистр Рал. Во всяком случае, какое-то время. Я чувствую узы с вами, с вами - как Магистром Ралом. Ричард рассеянно пожал плечами. - А я все никак не привыкну, что меня называют Магистром Ралом. - Он потеребил губу. - А у нас... Ты не знаешь, у нас... есть еще единокровные братья или сестры? - Наверняка. Кто-то должен был уцелеть. До меня дошел слух, что у нас точно есть младшая сестра. - Сестра? - Ричард заулыбался. - Правда? Сестра? И где она может быть, как ты думаешь? Не знаешь, как ее зовут? - Мне очень жаль, Магистр... Ричард, но единственное, что мне о ней известно, это ее имя. Линди. Я слышал, что ей сейчас лет четырнадцать. Тот, кто назвал мне ее имя, сказал, что тоже больше ничего о ней не знает, кроме того, что она родилась в Д'Харе, на юго-западе от Народного Дворца. - Еще что-нибудь? - Боюсь, что нет. Вы услышали все, что мне известно. - Дрефан повернулся к Кэлен: - Как вы себя чувствуете? Эта травница, как там ее, зашила вам. рану? - Да, - ответила Кэлен. - Надина все сделала как надо. Немножко ноет, и еще у меня болит голова, наверное, от переживаний. Я плохо спала ночью из-за боли в плече, но этого следовало ожидать. Так что я в полном порядке. Он подошел к ней, и не успела она опомниться, как его пальцы сжали ей плечо. Он поднял Кэлен руку, поводил ею из стороны в сторону, потянул и при этом каждый раз спрашивал, где болит. Потом он зашел Кэлен за спину и нажал пальцами ей на основание черепа. По позвоночнику Кэлен прокатилась волна боли; комната закачалась. Он надавил ей под мышкой, затем снова на плечевой сустав. - Как теперь? Кэлен покрутила рукой и обнаружила, что боль стала значительно слабее. - Намного лучше! Спасибо. - Просто постарайтесь не делать резких движений. Я немного приглушил боль, но рана все равно должна зажить, прежде чем рука будет вас слушаться. Голова все еще болит? - Кэлен кивнула. - Позвольте я взгляну. Дрефан подвел ее к столу, усадил на стул и встал рядом, заслонив ее от Ричарда. Дрефан попросил ее вытянуть руки и начал массировать точки между большим и указательным пальцами. В его руках ее ладошки казались совсем детскими. Руки Дрефана были такие же большие и сильные, как у Ричарда, но ладони мягкие, а не загрубелые. Кэлен было больно, но она не жаловалась, полагая, что он знает, что делает. Он стоял прямо перед ней, и Кэлен приходилось смотреть вверх, иначе пришлось бы глядеть на его узкие штаны. Кэлен видела, как его пальцы мнут ее ладони, и вспомнила, как он ощупывал Кару. Ей живо представилось, как эти сильные пальцы забираются Каре под одежду и пробираются между ног. И шарят там. Кэлен резко вырвала руки. - Спасибо, уже гораздо лучше, - солгала она. Он улыбнулся, глядя на нее сверху вниз проницательным взглядом синих глаз Даркена Рала. - Я еще ни разу не снимал головную боль так быстро. Вы уверены, что вам лучше? - Да. Голова болела совсем чуть-чуть. Уже все прошло. Спасибо. - Рад был помочь. - Он посмотрел на нее долгим взглядом и слегка улыбнулся. Потом повернулся к Ричарду: - Мне сказали, что вы собираетесь жениться на Матери-Исповеднице. Вы совершенно иной Магистр Рал, нежели наш отец. Даркен Рал никогда не хотел жениться. Конечно, ему скорее всего не встречались такие красивые женщины, как ваша нареченная. Примите мои поздравления! Когда же свадьба? - Скоро! - вмешалась Кэлен. Она встала и подошла к Ричарду. - Верно, - кивнул Ричард. - Скоро. Хотя точной даты мы пока не назначили. Нам нужно еще... кое-что продумать. Слушай, Дрефан, мне может понадобиться твоя помощь. У нас много раненых, и некоторые в очень тяжелом состоянии. Их ранил тот же человек, который едва не убил Кару. Я был бы признателен, если бы ты их осмотрел. Дрефан извлек из стены ножи и привычным движением рассовал их по местам. - За этим я сюда и пришел. Чтобы помочь. Он направился к двери, но Ричард остановил его: - Лучше пропусти меня вперед. Ты умрешь, если выйдешь отсюда раньше меня. А нам это совсем не нужно. Ричард взял Кэлен за руку и повел за собой. Кэлен на мгновение встретилась глазами с Карой. Дрефан тогда сказал, что Морд-Сит все слышит. Значит, Кара слышала, как Кэлен приказала ему перестать ее лапать. Кара чувствовала, что делал Дрефан, но не могла ему помешать. При этих воспоминаниях щеки Кэлен вспыхнули. Отведя взгляд от Морд-Сит, она обняла Ричарда за талию, и они вышли из комнаты. Ричард оглядел коридор и, убедившись, что никого поблизости нет, прижал Кэлен к стене возле ее покоев и поцеловал. Кэлен была рада, что Дрефан снял боль в плече и она может крепко обнять любимого. Кэлен слегка застонала. За этот долгий день она ужасно устала, да и рука еще побаливала, но стонала она не от боли и усталости, а от наслаждения. Ричард обнял ее и развернул, чтобы прислониться спиной к стене. Поцелуй стал более страстным. Кэлен едва касалась ногами пола, повиснув на шее у Ричарда. Наконец, куснув Ричарда за нижнюю губу, Кэлен отстранилась, чтобы перевести дух. - Не могу поверить, что Нэнси или кто-нибудь из ее подчиненных нас не подстерегают, - хмыкнул Ричард. Охранников он оставил за углом в соседнем коридоре. Наконец-то они с Кэлен оказались наедине. Такая роскошь выпадала на их долю крайне редко. С детства Кэлен окружали служанки, но сейчас их навязчивое присутствие ее раздражало. Какое счастье - просто побыть одной. Кэлен коснулась губ Ричарда быстрым поцелуем. - Думаю, Нэнси нас не побеспокоит. - Правда? - хитро улыбнулся Ричард. - Как же так, Мать-Исповедница? Кто же станет охранять твою добродетель? - О духи! Никто, надеюсь! - Она снова коснулась губами его губ. И тут он вдруг сменил тему: - Что ты думаешь о Дрефане? К этому вопросу Кэлен не была готова. - А что ты о нем думаешь? - Хорошо, когда есть брат, которому можно доверять. Он целитель. На наших лекарей произвело большое впечатление его мастерство. Они говорят, что после его лечения у раненых гораздо больше шансов выжить. А Надину весьма заинтересовали некоторые снадобья, которые Дрефан носит В мешочках на поясе. Хорошо, когда твой брат помогает людям. Что может быть благороднее его ремесла? - Как по-твоему, он владеет магией? - Я не заметил никаких признаков. Не сомневаюсь, что, если бы он владел магией, я бы это сразу понял. Не могу объяснить, каким образом я чувствую магию, но вижу что-то вроде искр вокруг человека или отражение магии в его взгляде. У Дрефана я ничего не обнаружил. Думаю, он просто очень искусный целитель. Я благодарен ему за спасение Кары. Правда, это он утверждает, что спас ее. А вдруг бы она и сама оклемалась, после того как Марлин умер и ее связь с ним оборвалась? Кэлен такая мысль не приходила в голову. - Значит, ты ему не доверяешь? - Не знаю. Я просто не верю в совпадения. - Ричард раздраженно вздохнул. - Кэлен, мне нужно, чтобы ты была честной со мной и не позволяла мне впадать в ослепление. Он мой брат, и мне хочется ему верить, но известно, как плохо я разбираюсь в братьях. Так что если у тебя возникнет хоть тень сомнения, ты должна немедленно мне об этом сказать. - Ладно. Договорились. Ричард склонил голову набок. - Ну, например, можешь для начала объяснить, почему ты ему солгала. - О чем ты? - нахмурилась Кэлен. - О том, что головная боль прошла. Я же видел, что это неправда. Так почему ты сказала ему, что все прошло? Кэлен взяла его лицо в ладони. - Мне бы очень хотелось, чтобы у тебя появился брат, которым ты мог бы гордиться, Ричард, но хочу, чтобы это было по-настоящему. Наверное, то, что ты говорил насчет совпадений, меня насторожило, вот и все. - И больше ничего? Только мои слова о совпадениях? - Да. И надеюсь, ему удастся добавить в твою жизнь немного братской любви. Я молюсь, чтобы его появление в тот день оказалось всего лишь совпадением, а не чем-то еще. - Мне бы тоже этого хотелось. Кэлен ласково сжала ему руку. - Я знаю, что из-за него все мои служанки просто с ума посходили. Боюсь, скоро он начнет разбивать сердца. Обещаю, что, если замечу в его поведении что- нибудь странное, сразу же скажу тебе. - Спасибо. Ричард даже не улыбнулся ее словам о том, какое впечатление Дрефан произвел на женщин. Кэлен подумала, что он вспомнил историю с Майклом и Надиной, и пожалела, что невольно навела его на эти воспоминания. Запустив пальцы в ее волосы, Ричард снова поцеловал Кэлен. Она легонько оттолкнула его. - Зачем ты сегодня взял с собой Надину? - Кого? Он опять потянулся к ней, но Кэлен отстранилась. - Надину. Помнишь такую? Женщина в узком платье? - Ах, эту Надину... - Так, значит, ты обратил внимание на ее платье! - Кэлен ткнула его пальцем в ребро. Ричард недоуменно нахмурил брови: - А что, оно сегодня какое-то особенное? - О да, оно сегодня несколько иное! Так почему ты взял ее с собой? - Потому что она целительница. И она неплохой человек. Вот я и подумал: раз уж она торчит здесь, почему бы не приспособить ее к делу? Подумал, что она сама почувствует себя лучше, если займется чем-нибудь полезным. Я попросил ее проследить, чтобы дубовый отвар был приготовлен по правилам. По-моему, она была рада помочь. Кэлен помнила, как улыбнулась Надина, когда Ричард предложил ей пойти с ним. Да, безусловно, она была рада, но не только помочь. Эта улыбка была специально для Ричарда, и платье она заузила тоже ради него. - Значит, ты тоже считаешь Дрефана красивым? - спросил Ричард. Она считала, что у него слишком узкие штаны. Кэлен привлекла Ричарда к себе и поцеловала, в надежде, что он не заметит, как вспыхнули ее щеки. - Кого? - мечтательно проговорила она. - Дрефана. Помнишь такого? Мужчина в узких штанах. - Извини, что-то не припоминаю, - выдохнула Кэлен и поцеловала его в шею. И в эту минуту она действительно едва его помнила. Ей нужен был только Ричард и больше никто. В ее голове не осталось места для мыслей о Дрефане. Единственное, что в данный момент заполняло ее разум, это воспоминания о том месте между мирами, где они с Ричардом были вместе, по-настоящему вместе. И она снова хотела его. Хотела прямо сейчас. По тому, как жадно скользили его руки по ее спине и как жарки были его губы, Кэлен поняла, что он тоже хочет ее. Но знала, что Ричард очень не хочет, чтобы о нем думали, как о его отце. И не хочет, чтобы в ней видели всего лишь женщину Магистра Рала - простую игрушку Владыки Д'Хары. Исключительно поэтому он до сих пор не запретил служанкам мешать его с Кэлен уединению. Он ворчал, но послушно выходил, когда они выставляли его из покоев Матери-Исповедницы. И Морд-Сит, судя по всему, тоже оберегали ее, чтобы никто не подумал, будто она всего лишь любовница Владыки Д'Хары, а не его невеста. Каждый раз, когда Кэлен с Ричардом уединялись в комнате Ричарда - хотя бы для того, чтобы просто поговорить, - туда под разными предлогами постоянно врывались либо Кара, либо Бердина. И в ответ на сердитые взгляды Ричарда напоминали ему, что он сам приказал им охранять Мать-Исповедницу. И Ричард ни разу не отменил приказа. Но сегодня Ричард велел Каре с Райной охранять коридор, и те бесприкословно повиновались. Думая, что свадьба вот-вот состоится, Кэлен с Ричардом решили потерпеть; и хотя однажды они уже занимались любовью, тот эпизод в месте между мирами, где не было ни тепло, ни холодно, ни светло, ни темно, не было ни пола, ни потолка, казался каким-то ненастоящим. И все же Кэлен помнила свои ощущения. Она и Ричард сами были источником жара и света в том странном месте, куда их доставили добрые духи. И Кэлен так отчетливо помнила все, будто только сейчас ее пальцы касались груди и живота Ричарда. Она задыхалась, ей хотелось, чтобы он целовал ее всюду, и сама хотела его так целовать. - Ричард, - прошептала она ему на ухо, - пожалуйста, останься со мной на ночь. Под его руками она теряла остатки сдержанности. - Кэлен, я думал... - Прошу тебя, Ричард! Я хочу, чтобы ты был со мной в постели. Чтобы ты был во мне. От этих слов он беспомощно застонал в ее объятиях. - Надеюсь, я не помешала, - раздался голос. Ричард выпрямился. Кэлен повернулась. Из-за толстых ковров они не услышали шагов подошедшей Надины. - Надина, - все еще задыхаясь, проговорила Кэлен. - Что?.. Кэлен невольно убрала руки за спину, подумав - видела ли Надина, чем они сейчас занимались? Вспомнив, где были руки Ричарда, когда Надина вошла, Кэлен почувствовала, что заливается краской. Холодный взгляд Надины переходил с Ричарда на Кэлен и обратно. - Я не хотела мешать. Я просто пришла сменить тебе припарку. И извиниться. - Извиниться? - переспросила Кэлен. - Да. Я тебе тут наговорила всякого. Я была немного... не в себе. И кажется, сказала лишнего. Вот и решила, что должна извиниться. - Все в порядке, - ответила Кэлен. - Я понимаю, что ты тогда чувствовала. Надина приподняла свою сумку. - Так как насчет припарки? - До утра с рукой все будет нормально. Сменишь припарку завтра. - Повисла неловкая пауза. - Дрефан подлечил ее... На ночь этого хватит. - Конечно, - кивнула Надина и опустила сумку. - Значит, вы оба собрались спать? - Спасибо за заботу о Кэлен, Надина, - сдержанно произнес Ричард. - Спокойной ночи. Надина одарила его ледяным взглядом. - Не хочешь сперва поженится? Просто собираешься бросить ее на постель и предъявить на нее права, как на какую-нибудь девчонку, которую завалил на поляну? Довольно грубовато для великого и могущественного Магистра Рала, тебе не кажется? И еще прикидываешься, что ты лучше нас, простых смертных. - Она повернулась к Кэлен: - Я же говорила - он что завидит, того и хочет. Шота мне о тебе рассказывала. Я думаю, ты тоже отлично знаешь, что заводит мужчин. И, что ни говори, ты пойдешь на все, чтобы его заполучить. Я была права - ты ничуть не лучше меня. Она удалилась, сжимая в руке свою сумку. Кэлен с Ричардом стояли в неловком молчании. - Устами шлюхи... - произнесла наконец Кэлен. - Может быть, она и права. - Ричард провел ладонью по лицу. - Может быть, - нехотя согласилась Кэлен. - Ну что ж, тогда спокойной ночи. Крепких снов. - И тебе тоже. Я буду представлять, как ты лежишь в своей маленькой комнате. Ричард наклонился и поцеловал ее в щеку. - Я еще пока не буду ложиться. - А что же ты будешь? - Напьюсь до полного одурения в каком-нибудь закутке. Кэлен ухватила его за перевязь. - Ричард, боюсь, я этого долго не выдержу. Поженимся мы наконец, пока не случилось еще что-нибудь? - Мы разбудим сильфиду, как только убедимся, что во дворце все идет как надо. Обещаю тебе. - Что все? - Что солдаты поправляются, что... В общем, есть еще кое-что, о чем надо бы позаботиться. Я хочу убедиться, что Джегану не удалось осуществить свою угрозу. Еще пара дней - и солдаты начнут поправляться. Всего два дня. Обещаю. Кэлен с тоской посмотрела в его серые глаза. - Я люблю тебя, - прошептала она. - Через пару дней или через целую вечность - все равно. Я - твоя. Не важно, когда над нами произнесут слова обряда. Я твоя навсегда. - В наших сердцах мы с тобой и так единое целое. И добрые духи это знают. Они уже доказали, что хотят, чтобы мы были вместе, и не оставят нас своей милостью. Не волнуйся, нас с тобой обвенчают. Он собрался уйти, но вдруг снова обернулся к ней. В глазах промелькнула тень грусти. - Мне только очень хочется, чтобы на нашей свадьбе был Зедд. Добрые духи, как же мне этого хочется! И чтобы он сейчас был здесь и помог мне. Он пошел прочь, но в конце коридора оглянулся снова. Кэлен послала ему воздушный поцелуй, а потом побрела в свою пустую, одинокую спальню и бросилась на большую кровать. Ей припомнились слова Надины: "Шота мне о тебе рассказывала". Кэлен зарыдала от обиды. - Значит, вы сегодня не останетесь спать... там, - заметила Кара, когда Ричард проходил мимо. - Ас чего ты взяла, что я должен там остаться? - спросил Ричард. Морд-Сит пожала плечами: - Вы велели нам ждать за углом. - Может, я просто собирался поцеловать Кален на ночь, и мне не хотелось слушать, как вы обсуждаете мои способности. Кара с Райной улыбнулись. Впервые за весь день их лица осветились улыбкой. - Я уже видела, как вы целуете Мать-Исповедницу, - сообщила Кара. - Вы большой мастер по этой части. После ваших поцелуев она долго не может отдышаться, и видно, что ей хочется еще. Хотя настроение у Ричарда было неважное, он все же ухмыльнулся, потому что был рад видеть, что они улыбаются. - Это вовсе не означает, что я большой мастер. Просто она меня любит. - Меня тоже целовали мужчины, - хмыкнула Кара. - И я видела, как целуете вы. Так что со всей ответственностью могу заявить, что вы исключительно хорошо это делаете. Мы сейчас подсматривали за вами из-за угла. Ричард, хоть и покраснел, все же попытался напустить на себя возмущенный вид. - Я приказал вам оставаться здесь! - Наша обязанность - вас охранять. А для этого мы должны не спускать с вас глаз. Так что такой приказ мы выполнить не можем. Ричард только покачал головой. На это ему было трудно сердиться. Тем более что в данном случае своим неповиновением они не подвергали опасности Кэлен. - Лучше скажите, что вы думаете о Дрефане? - Он ваш брат. Магистр Рал, - ответила Райна. - Сходство бросается в глаза. - Я знаю. Я спрашиваю, каково ваше мнение о нем? - Мы его не знаем. Магистр Рал, - заметила Райна. - Я тоже его не знаю. Я не рассержусь, если вы откровенно скажете, что он вам не нравится. На самом деле мне бы даже хотелось услышать от вас именно это. Ну, Кара? Что ты о нем думаешь? - Я ни с одним из вас не целовалась, - пожала она плечами, - но, судя по тому, что видела, предпочла бы поцеловать вас. - И что это значит? - Вчера мне пришлось худо, а он мне помог. Но мне очень не нравится, что мастер Дрефан пожаловал именно тогда, когда во дворце появились Надина и Марлин. - Я тоже об этом подумал, - вздохнул Ричард. - Я всегда прошу людей не судить обо мне по моему отцу и тем не менее сам сужу о Дрефане исходя из того, что он сын Даркена Рала. Мне действительно хотелось бы ему доверять. Поэтому, если у вас возникнут хоть малейшие опасения или сомнения, не сочтите за труд, немедленно сообщите мне. - Ну, - Кара дернула плечом, - мне не нравятся его руки. - То есть? - У него руки, как у Даркена Рала. Мне уже довелось увидеть, как он ласкает льнущих к нему женщин. Даркен Рал тоже так делал. - Когда же это он успел?! - изумился Ричард. - Он же почти весь день был со мной! - Нашел время, когда вы разговаривали с солдатами; И когда вы с Надиной осматривали раненых. Ему и не потребовалось много времени. Женщины сами к нему пришли. Никогда не видела, чтобы с мужчиной сразу заигрывали столько женщин. Вы должны признать, что он очень красив. Ричард не находил во внешности Дрефана ничего особенного. - А кто-нибудь из этих женщин выразил возмущение? - Нет, Магистр Рал, - после долгой паузы ответила Кара. - Что ж, я видывал мужчин такого сорта. Среди них были мои друзья. Просто они любят женщин, а женщины любят их. И раз это делается по обоюдному согласию, не думаю, что мне стоит вмешиваться. Меня больше беспокоит другое. - Что? - Сам не понимаю. - Если окажется, что он сказал правду и пришел единственно потому, что желал вам помочь, то вы можете им гордиться, Магистр Рал. Ваш брат - очень значительная персона. - Разве? И в чем же его значительность? - Ваш брат - глава секты целителей. - Да? Мне он об этом не говорил. - Наверное, не хотел хвастаться. Смирение перед Магистром Ралом вообще свойственно д'харианцам и является одной из основных заповедей древней секты целителей. - Возможно. Значит, он - глава этих целителей? - Да, - кивнула Кара. Он верховный жрец Рауг'Мосс. - Что? - воскликнул Ричард. - Как ты их назвала? - Рауг'Мосс, Магистр Рал. - Ты знаешь значение этого слова? - Знаю, что оно означает "целители". - Кара пожала плечами. - А вы знаете точное значение, Магистр Рал? - Где Бердина? - В постели, надо полагать. Ричард побежал по коридору, на ходу отдавая распоряжения: - Кара, сегодня ночью ты охраняешь покои Кэлен. Райна, иди разбуди Берлину и скажи, что я жду ее у себя в кабинете. - Сейчас, Магистр Рал? - спросила Райна. - Так поздно? - Да, и поторопись. Ричард вбежал в кабинет, где на столе лежал дневник Коло, написанный на древнед'харианском. А на древнед'харианском "Рауг'Мосс" означает "священный ветер". В голове у него звучало предостережение Шоты, переданное через Надину - "ветер охотится за ним", - и слова пророчества, начертанные Джеганом на стене подземелья: "чтобы погасить пожар, он должен искать ответ у ветра". Глава 19 На сей раз, - предупредила Энн, - предоставь говорить мне. Ясно? Ее брови почти сошлись на переносице. Она придвинулась так близко, что Зедд почувствовал запах колбасы в ее дыхании. Она постучала ногтем по его ошейнику - еще одно предупреждение, хоть и безмолвное. Зедд невинно моргнул. - Если тебе это доставит удовольствие, пожалуйста. Только мои россказни всегда служили твоим интересам. - Ну да, конечно! А твои дурацкие шуточки - просто верх остроумия! Зедд счел, что ее издевательская улыбка - это уже лишнее; могла бы ограничиться одной этой саркастической похвалой. Всему на свете есть предел, и этой женщине давно пора научиться держаться в отведенных ей рамках. Зедд критическим взглядом окинул тускло освещенную дверь постоялого двора на противоположной стороне улицы. Между двумя складами висела небольшая вывеска: "Постоялый двор Джестера". Зедд понятия не имел, как называется этот довольно крупный город, куда они прибыли уже в темноте, зато отлично знал, что предпочел бы вообще сюда не заезжать. Постоялый двор Джестера выглядел так, будто его построили, чтобы заполнить пустоту на задворках или, что вероятнее, скрыть это заведение от внимания почтенной публики, а главное, от властей. Его посетители, как успел уже заметить Зедд, сильно смахивали либо на наемников, либо на разбойников с большой дороги. - Мне это не нравится, - пробормотал он себе под нос. - Тебе ничего не нравится, - рявкнула Энн. - Такого зануду я в жизни своей не встречала! Зедд в искреннем изумлении поднял брови. - Неужели? А мне всегда говорили, что я очень приятный спутник. У нас еще осталась колбаса? Энн закатила глаза. - Нет! Так что же тебе не нравится на сей раз? На другой стороне улицы подозрительного вида субъект воровато огляделся и, стараясь держаться в тени, двинулся к дверям "Постоялого двора Джестера". - Не понимаю, зачем Натану туда заходить? Энн бросила взгляд на постоялый двор и поправила выбившуюся из прически седую прядь. - Чтобы поесть горячего и передохнуть. - Она посмотрела на Зедда. - Вот зачем, если он вообще там. - Я же научил тебя ощущать волшебную нить, которая тянется от следящего облака. Ты же сама почувствовала ее, почувствовала Натана. - Верно, - согласилась Энн. - И вот теперь, когда мы наконец настигли его, тебе это не нравится. - Вот именно, - с отсутствующим видом проговорил Зедд. - Не нравится. Сердитый взгляд Энн сменился озабоченным. - Что тебя беспокоит? Посмотри на значок. Под названием. Две женские ножки, поднятые буквой "V". Энн уставилась на Зедда, как на сумасшедшего. - Зедд, этот человек просидел взаперти во Дворце Пророков почти тысячу лет! - Вот именно, взаперти. - Зедд постучал по ошейнику, называющемуся Рада- Хань. Ошейнику, который Энн нацепила на него, чтобы подчинить своей воле. - Натан не желает снова оказаться в ошейнике. Я уверен, он несколько столетий строил планы, как от него избавиться. Я с ужасом думаю, что он с помощью пророчеств влиял на события, чтобы подвести их к тому повороту судьбы, который позволит ему отделаться от ошейника. И ты надеешься убедить меня, что он пошел туда лишь потому, что ему захотелось шлюху? Не забывай, он прекрасно понимает, что ты его ищешь. Энн смотрела на него во все глаза. - Зедд, ты хочешь сказать, что Натан сознательно влиял на события - то есть пророчества, - чтобы отделаться от ошейника? Зедд, глядя через дорогу, покачал головой. - Я всего лишь хочу сказать, что мне это не нравится. - Не исключено, что ему после долгого воздержания просто очень захотелось женщину. - Ты знаешь Натана больше девятисот лет. Я познакомился с ним недавно. - Зедд наклонился к ней ближе. - Но даже я понимаю, что это чушь. Натан не дурак. Он необычайно талантливый волшебник. И ты делаешь серьезную ошибку, недооценивая его. Энн некоторое время смотрела ему в глаза. - Ты прав. Быть может, это ловушка. Конечно, убивать меня ради того, чтобы удрать, Натан не станет, но все остальное... Да, возможно, ты прав. Зедд фыркнул. - Зедд, - после долгого и неловкого молчания заговорила Энн, - нам очень важно поймать Натана. В прошлом он помогал мне, когда в пророчествах обнаруживалась опасность, но все же он остается пророком. А пророки опасны. Не потому, что они желают людям зла, а просто потому, что таковы свойства пророчеств. - Нет необходимости убеждать меня в этом. Мне известно, как опасны пророчества. - Мы всегда держали пророков в затворничестве, потому что, если оставить их без присмотра, может случиться катастрофа. Пророк несет опасность не только другим, но и себе самому. Людям свойственно мстить тем, кто говорит правду, словно знание истины и есть причина несчастья. Пророчества вредны для неподготовленных умов, для тех, кто не знает и не понимает магии, не говоря уже о самих пророчествах. Однажды мы привели к нему женщину - мы делали так иногда, если он просил... - Ты таскала к нему шлюх? - перебил Зедд, нахмурившись. Энн рассеянно пожала плечами. - Мы понимали, что ему одиноко. Готова признаться, что это был не самый лучший выход из положения, но да, мы время от времени приводили ему шлюх. Мы ведь не бессердечны. - Как великодушно с вашей стороны. Энн отвела взгляд. - Мы обязаны были не выпускать его из Дворца, но мы жалели его. Он же не виноват, что родился с даром пророка. Мы всегда предупреждали Натана, чтобы он не смел делать женщинам никаких предсказаний, но однажды он нарушил запрет. Та женщина вылетела из Дворца с криками ужаса. Мы так и не выяснили, как ей удалось убежать. Прежде чем удалось ее отыскать, она раззвонила об этом пророчестве всем. И вспыхнула смута. Погибли тысячи людей. Женщины и дети. Иногда я всерьез думаю, что Натан сумасшедший. Без сомнения, из всех неуравновешенных людей, которых я видела, он самый опасный. Натан видит мир не только таким, каким тот стоит перед его глазами, а через призму пророчеств, возникающих у него в голове. В тот раз я, разумеется, учинила ему допрос, но он заявил, что не помнит никакого пророчества и. ничего не говорил этой шлюхе. И только гораздо позже мне удалось увязать между собой несколько пророчеств, и я обнаружила, что один из мальчиков, погибших во время войны, был именно тем, кто упомянут в одном из пророчеств. Он должен был стать жестоким и кровавым правителем. Если бы он выжил, погибли бы сотни тысяч людей, но Натан своим поступком отсек эту опасную развилку. Я боюсь даже представить, сколько известно этому человеку и как много он от нас утаивает. Пророк с легкостью способен нанести колоссальный вред, и если он жаждет власти над миром, ему ничего не стоит ее получить. Зедд по-прежнему не сводил глаз с двери. - И поэтому вы держите их взаперти. -Да. Зедд выдернул ниточку из своего темно-бордового балахона и посмотрел сверху вниз на Аннелину. - Энн, я Волшебник первого ранга, и если бы я всего этого не понимал, я не помогал бы тебе. - Спасибо, - тихо сказала Энн. Зедд прикинул, какие у них есть варианты. Вариантов оказалось немного. - Если я правильно понял, ты пыталась мне втолковать, что не знаешь, в своем ли Натан уме, но даже если он и не сумасшедший, то все равно очень опасен. - Да, пожалуй. Но Натан часто помогал мне избавить людей от страданий. Несколько столетий назад он предупредил меня о Даркене Рале и сообщил о пророчестве, предвещающем рождение боевого чародея. Ричарда. Мы вместе приложили немало усилий, чтобы Ричард мог спокойно вырасти и чтобы у тебя было время воспитать из него человека, который воспользовался бы даром во благо людям. - За это прими мою признательность, - кивнул Зедд. - Но ты нацепила на меня ошейник, и это мне немного не по душе. - Я понимаю. Не думай, что я это сделала ради собственного удовольствия. Но отчаянные обстоятельства порой требуют отчаянных действий. Я сделала то, что должна была сделать, учитывая возможность весьма неприятных последствий. Чем скорее мы поймаем Натана, тем скорее ты освободишься от Рада-Хань. - И вон то мне тоже не нравится. - Зедд показал большим пальцем на небо у себя за спиной. Энн не стала смотреть туда, куда он указывал. Она и так знала, что там увидит. - Какое отношение имеет красная луна к Натану? Конечно, явление весьма необычное, но при чем тут она? - Я не говорил, что это имеет отношение к Натану. Мне просто это не нравится. Последние дни небо было затянуто облаками, и ночью они передвигались очень медленно из-за темноты и из-за того, что трудно было разглядеть следящее облако, которое Зедд повесил над Натаном. К счастью, они уже почти настигли пророка и чувствовали волшебную нить, даже не видя облака. Вообще то следящее облако и нужно было лишь для того, чтобы подвести преследователей на расстояние, где ощущается эта нить. Зедд знал, что Натан где-то неподалеку, буквально в нескольких сотнях футов. Такая близость к объекту преследования, магия нити, искажала все чувства Зедда и ухудшала его возможности пользоваться даром. На таком расстоянии магия становилась похожей на гончую, которая ничего не видит вокруг, кроме следа жертвы. Очень неудобная форма слепоты - добавочный повод для беспокойства. Зедд мог бы оборвать нить, но это было рискованно, пока они не оказались лицом к лицу с Натаном. Порванную нить уже нельзя восстановить без физического контакта с объектом. Снегопад тоже мешал продвижению; Зедд с Аннелиной продрогли и чувствовали себя несчастными. Но сегодня днем облака наконец рассеялись, и Зедд с Энн ждали восхода луны, чтобы приблизиться к Натану при ее свете. И оба замерли в немом изумлении, когда луна наконец взошла. Она взошла красной. Сначала они подумали, что это из-за какой-то дымки, но, когда она повисла у них над головами, стало ясно, что ее цвет совершенно не связан с обычными явлениями природы. Хуже того, из-за туч Зедд не знал, давно ли луна стала красной. - Зедд, - нарушила наконец томительное молчание Энн. - Ты знаешь, что это значит? Зедд глядел в сторону, делая вид, что изучает тени. - А ты? Ты прожила намного дольше меня. И наверх что-то слышала о подобном знамении. Он услышал шуршание: Энн поежилась под шерстяным плащом. - Ты ведь Волшебник первого ранга. И я склонна положиться на твое мнение в такого рода вопросах. - С чего это ты вдруг сочла мое мнение достойным внимания? - Зедд, не будем препираться. За мою жизнь это знамение не наблюдалось, но я припоминаю упоминание о красной луне в одном древнем тексте времен великой войны. Там не было сказано, что это значит конкретно, - говорилось только, что она сулит большую беду. Зедд присел на корточки, оперся спиной на стену и жестом предложил Аннелине устраиваться рядом. Та тоже села, забравшись поглубже в тень. - В замке Волшебника есть десятки библиотек. Обширнейших библиотек. Как правило, каждая не уступает по размеру книгохранилищу Дворца Пророков, а многие даже намного больше. И там тоже хранится огромное количество пророчеств. Среди этих пророчеств были и такие, которые считались настолько опасными, что их держали за мощными магическими щитами, ограждающими личные апартаменты Волшебника первого ранга. Даже старые волшебники, жившие в замке, когда Зедд был молод, не имели доступа к этим книгам. И даже Зедд, став Волшебником первого ранга, прочитал далеко не псе. Но те, что он успел прочитать, надолго лишили его сна. - Добрые духи! - продолжал он. - В замке такая уйма книг, что каждая библиотека в прежние времена обслуживалась целым штатом кураторов. Без них найти нужную книгу было почти невозможно. Каждый из них досконально знал свой участок и мог сказать, содержится ли в книгах, находящихся в его ведении, необходимая информация. Но еще когда я был молодым, в библиотеках оставалось лишь два куратора. А два человека не в состоянии охватить псе хранящиеся там знания. В этих книгах - уйма всяких сведений, но вот найти то, что нужно, - задачка не из простых. Можно умереть от старости, прежде чем это получится. В молодости мне показали наиболее важные книги по истории, магии и, разумеется, сборники пророчеств. Мое учение, собственно, этими книгами и ограничивалось. - Так что насчет красной луны? - не отставала Энн. - В книгах, которые ты прочитал, сказано что-то о ней? - Да. Но то, что я прочел, было довольно туманным, упоминалось о ней только вскользь. Жаль, что я тогда не исследовал этот предмет более внимательно, но, увы, в то время другие вещи требовали моего внимания. - И что же там говорилось? - Если я правильно помню - а я в этом не уверен, - то что-то о щели между мирами. В книге было написано, что в случае образования такой щели предупреждением об этом будет появление в течение трех ночей красной луны. - Три ночи. Учитывая непрерывную облачность в последние дни, она вполне может висеть уже третью ночь. А если бы облака не разошлись? Тогда бы ее никто не увидел. Зедд прищурился, припоминая. - Нет... Нет, там говорилось, что тот, кому это знамение предназначено, будет видеть красную луну все три ночи. - Не понимаю. Что за щель может образоваться между мирами? - Хотел бы я знать. - Зедд откинул седую голову на стенку. - Когда Даркен Рал открыл шкатулки Одена, тоже образовалась прореха в завесе, через которую в наш мир едва не проник Владетель, но тогда никакой красной луны не было. - Тогда, может быть, там было сказано не о щели. Может, ты не так вспомнил. - Возможно. Но я твердо помню, что она предвещали что-то весьма нехорошее. Энн сочувственно коснулась его руки - жест, которого раньше она себе не позволяла. - Зедд, как только Натан будет у нас в руках, я сниму с тебя Рада-Хань. Ты поспешишь в Эйдиндрил и выяснишь, в чем дело. Нет - мы все вместе туда отправимся. Я уверена, Натан поймет серьезность происходящего и согласится помочь. - По-моему, неплохая сделка. Я помогаю тебе поймать Натана, а вы мне - разобраться с красной луной. - Значит, договорились. Мы добровольно помогаем друг другу. Должна признаться, это приятная перемена в наших отношениях. - Неужели? - выгнул бровь Зедд. - Тогда почему бы тебе не снять с меня ошейник? - Сниму. Как только Натан будет у нас в руках. - Натан значит для тебя больше, чем ты готова признать. Некоторое время Аннелина молчала. - Так и есть. Мы работали вместе на протяжении сотен лет. Конечно, Натан - ходячее беспокойство, но у него благородное сердце человека. - Ее голос упал, и она отвернулась. Зедду показалось, что она смахнула слезу. - И мне очень дорог этот неисправимый, чудесный человек. Зедд поглядел из-за угла на закрытую дверь постоялого двора. - И все же мне это не нравится, - прошептал он. - Что-то здесь не так. И дорого бы я дал, чтобы узнать, что именно. - Ну, так что мы будем делать с Натаном? - наконец спросила Энн. - Мне показалось, в этот раз ты решила вести переговоры. - Ты убедил меня, что надо соблюдать осторожность. По-твоему, что нужно делать? - Я зайду туда и попрошу комнату. Ты подождешь снаружи. Если Натан там, я постараюсь застать его врасплох. Если он выйдет до того, как я его отыщу, или что-то... пойдет не так, его схватишь ты. - Зедд, Натан - волшебник. А я - всего лишь колдунья. Пока у него на шее нет Рада-Хань, мне с ним не справиться. Зедд задумался. Действительно, риск потерять Натана слишком велик. К тому же Энн могла пострадать. А потом им будет трудно снова отыскать Натана. Если он догадается о следящем облаке, то, вполне возможно, сумеет от него отделаться. Впрочем, последнее маловероятно. - Ты права, - наконец промолвил он. - Я сотку магическую сеть с внешней стороны двери. Он в ней увязнет, если попробует выйти, и ты застегнешь у него на шее этот поганый ошейник. - Неплохая мысль. И какого рода сеть ты намерен соткать? - Как ты сама сказала, мы не имеем права допустить промах. - Зедд пристально изучал ее глаза при тусклом ночном освещении. - Проклятие! Поверить не могу, что я это делаю! - пробурчал он. - Дай-ка мне его ошейник! Энн пошарила под плащом, и в свете красной луны мрачно блеснул Рада-Хань. - Это ошейник Натана? - уточнил Зедд. - Он носил его почти тысячу лет. Зедд хмыкнул. Взяв ошейник в руки, он направил в него свою магию, позволяя ей смешаться с магией Рада-Хань. Он чувствовал тепло Магии Приращения и ледяной холод Магии Ущерба - Рада-Хань был наделен ими обоими. - Я замкнул заклинание. - Зедд вернул ошейник Энн - Какое же? - подозрительно поинтересовалась она. Зедд оценивающе глянул на нее. - Заклинание пламени. Если он выйдет без меня... У тебя будет двадцать ударов сердца, чтобы надеть на него ошейник, иначе сеть вспыхнет. Если она не сумеет за это время надеть на пророка ошейник, то Натан сгорит. Без ошейника он не сможет спастись от заклинания пламени. А с Рада-Хань он избежит огня, но, попадет в руки Энн. Двойной капкан. В эту минуту Зедд был сам себе исключительно неприятен. Энн глубоко вздохнула. - На ком-то другом оно не сработает, верно? Зедд покачал головой. - Я привяжу к нему следящее облако. Заклинание узнаете только Натана. - Он угрожающе понизил голос: - Но если ты не успеешь надеть на него ошейник и сеть вспыхнет, то, кроме Натана, погибнут все, кто окажется слишком близко. И если ты по какой-то причине не сможешь надеть на него Рада-Хань, уноси ноги. Кроме того, он может и предпочесть смерть возвращению в рабство. Глава 20 Едва войдя, Зедд сообразил, что его темно-бордовый балахон с черными рукавами, расшитыми серебром, здесь совершенно не к месту. В тусклом свете ламп хорошо были видны три ряда серебряной вышивки на обшлагах, широкая золотая лента на груди и алый атласный кушак на поясе. Простые балахоны Зедда, которые для могущественного волшебника являются эквивалентом военного мундира, в свое время уничтожила Эди, старая колдунья - они ей не нравились, - и сама выбрала ему этот новый наряд. Зедд скучал по Эди и понимал, какую боль она испытывает, думая, что он мертв. Почти все считали его погибшим. Надо выбрать время, подумал он, и заставить Энн написать в своем дорожном журнале весточку для Эди. Но больше всего Зедд переживал за Ричарда. Внук нуждался в его помощи. Ричард - боевой чародей, но без должного обучения он беспомощен, как выпавший из гнезда орленок. Правда, на худой конец для защиты у него есть Меч Истины, а как только Энн получит своего Натана, он, Зедд, сразу помчится к Ричарду. Хозяин уставился на Зедда; он буквально пожирал глазами золотую пряжку его пояса. С лавок, стоящих у правой стены, на волшебника пялились тощие оборванцы - несомненно, завсегдатаи этого заведения. - Комнаты по серебряному талеру, - равнодушно бросил хозяин. - Если хотите компанию, это еще один талер. - Я вижу, на вас произвела впечатление моя одежда, - заметил Зедд. Дородный хозяин улыбнулся уголком губ и протянул мясистую ладонь. - Цена есть цена. Вам нужна комната или нет? Зедд уронил в протянутую руку монетку. - Третья дверь налево. - Хозяин кивнул в сторону коридора. - Компания нужна, старик? - Тебе придется делиться с дамой. А я подумал, прибыль тебе самому нужна. Крупная прибыль. Хозяин посмотрел на него с любопытством: - То есть? - Говорят, у тебя вроде бы остановился один мой старым добрый приятель. Мы с ним давненько не виделись. И если ты сможешь указать мне его комнату, я буду так рад нашей встрече, что сдуру расстанусь с золотым. Полновесным золотым. Хозяин окинул Зедда оценивающим взглядом. - А у этого твоего приятеля имя есть? - Ну, - понизил голос Зедд, - как и у многих твоих клиентов, у него нелады с именами. Он так плохо их запоминает, что каждый раз вынужден придумывать себе новое. Но я могу сказать тебе, что он высокий, пожилой, и у него длинные, до плеч, седые волосы. Хозяин пожевал губу. - Он... сейчас занят. Зедд достал золотой, но, когда хозяин потянулся за ним, быстро спрятал монету в кулаке. - Это ты так говоришь. Я бы предпочел сам судить, насколько он занят. - Тогда еще талер. Зедд заставил себя говорить тихо. - За что? - За время дамы и за ее общество. - Я не собираюсь заводить знакомство с дамой. - Это ты так говоришь. А как увидишь ее с ним, так настроение у тебя переменится, вспомнишь молодость... У меня правило - деньги вперед. Если она скажет, что ты ей только улыбнулся, получишь монету обратно. Зедд понимал, что с серебром придется проститься. Впрочем, сейчас деньги были не главное. Он полез во внутренний карман и достал серебряную монетку. - Последняя комната справа, - буркнул хозяин. - А в соседней комнате у нас гостья, которая не желает, чтобы ее беспокоили. - Я не потревожу твоих гостей. Хозяин хитро улыбнулся. - Уж на что она страшная, я все равно предложил ей компанию - за обычную цену, - но она заявила, что ежели кто потревожит ее покой, так она с меня шкуру заживо сдерет, Бабе, у которой хватило нахальства заявиться сюда в одиночку, я поверил. Ежели ты ее разбудишь, я верну ей монету из твоих денег. Ясно? Зедд рассеянно кивнул, размышляя, не перекусить ли заодно - он был голоден, - но, хоть и с большой неохотой, отказался от этой идеи. - А у вас тут нет черного хода на случай, если мне... захочется подышать ночным воздухом? - Зедд не хотел, чтобы Натан ускользнул через заднюю дверь. - Как я понимаю, это потребует дополнительной платы. - У нас с той стороны кузница, - флегматично сообщил хозяин. - Второго выхода нет. Последняя комната справа. Единственный выход. Что-то здесь не так. Натан не настолько глуп. И все же Зедд чувствовал, как потрескивает воздух от магии нити. Зедд сильно сомневался, что Натан специально позаботился о том, чтобы им было удобно, но все же двинулся по коридору. Он внимательно прислушивался, но услышал лишь старательные стоны женщины во второй комнате слева. В конце коридора горела одинокая свечка в деревянном подсвечнике на стене. Из предпоследней комнаты доносилось тихое посапывание той самой гостьи, которая не желала, чтобы ее тревожили. Зедд понадеялся, что все обойдется и она не проснется. Он приложил ухо к последней двери справа и услышал я негромкий женский смех. Если Натан начнет сопротивляться, женщина может пострадать или даже погибнуть. Можно, конечно, повременить - но, с другой стороны, если внимание Натана сейчас отвлечено, то это даже неплохо. В конце концов, Натан - волшебник, и Зедд понимал, что на его месте сам не очень бы стремился к возвращению в рабство. Это соображение оказалось решающим. Он не может позволить себе упустить удобный случай. Зедд ударом ноги распахнул дверь и одновременно зажег на ладони огонь. Двое обнаженных людей на кровати отпрянули друг от друга. Сгустком воздуха Зедд отбросил Натана от женщины, и пока тот охал и барахтался, схватил ее за руку и отшвырнул к стене. Она успела зацепить простыню, и, пока прикрывалась ею, Зедд накинул на нее волшебную сеть. В следующее мгновение он набросил сеть на мужчину - но не простую сеть, а такую, разорвать которую с помощью магии было очень опасно для того, кто попробовал бы это сделать. В темной комнате повисла тишина. Только свечка на полке тихо потрескивала. Зедд был доволен, что все прошло гладко и никто не пострадал. Он обошел кровать и склонился над мужчиной, застывшим на полу с раскрытом в немом крике ртом. Это был не Натан. Зедд не поверил своим глазам. Он чувствовал в комнате волшебную нить и знал, что гнался именно за этим человеком. Он наклонился ближе к мужчине: - Я знаю, что ты меня слышишь, так что слушай внимательно. Сейчас я сниму с тебя волшебные путы, но, если ты хотя бы пикнешь, я верну их обратно и уйду, а ты останешься так валяться, пока не помрешь. Так что хорошенько подумай, прежде чем звать на помощь. Как ты уже, наверное, догадался, я волшебник, и никто не сможет тебе помочь, если ты меня разозлишь. Зедд провел рукой над мужчиной, снимая сеть. Тот немедленно отполз к стене, но молчал. Он был пожилым, но не выглядел таким древним, как Натан. Волосы у него были седые, но волнистые, а не прямые, как у пророка. И не такие длинные. Впрочем, краткое описание, данное Зеддом, вполне ему подходило, поэтому хозяин постоялого двора запросто мог подумать, что Зедд ищет именно этого человека. - Ты кто такой? - спросил Зедд. - Вильям меня звать. А ты, наверное, Зедд. Зедд насторожился: - Откуда ты знаешь? - Мне сказал тот малый, которого ты ищешь. Штаны можно надеть? - Он указал на стул, где лежала его одежда. Зедд кивнул, разрешая Вильяму одеться. - Рассказывай, пока одеваешься. И помни, что я волшебник. Я знаю, когда мне лгут. И учти еще, что у меня вдруг сильно испортилось настроение. Насчет умения распознать ложь Зедд, конечно, слегка загнул, но насчет своего настроения не преувеличивал ни на йоту. - Я случайно наткнулся на того мужика, за которым ты гонишься. Он не сказал, как его звать. Зато предложил мне... - Натягивая штаны, Вильям, глянул на женщину. - Она может нас слышать? - Забудь о ней. Обо мне беспокойся. - Зедд скрипнул зубами. - Говори! - Ну, он предложил мне... - Вильям опять покосился на женщину. На ее веснушчатом лице застыло изумленное выражение. - Он предложил мне... вознаграждение, если я окажу ему услугу. - Какую услугу? - Займу его место. Он велел мне, пока не доберусь сюда, гнать коня так, будто за мной гонится сам Владетель. А тут, мол, могу передохнуть. Или остановиться надолго, если будет охота. Он сказал, что ты меня сам найдешь. - И он что, хотел, чтобы я тебя нашел? Вильям застегнул штаны, плюхнулся на стул и принялся натягивать сапоги. - Он сказал, что мне от тебя не отделаться, рано или поздно ты меня нагонишь. Но он хотел, чтоб это случилось не раньше, чем я доберусь хотя бы сюда. Я мчался без передышки и никак не думал, что ты уже наступаешь мне на пятки. Вот и решил, что вполне могу чуть-чуть поразвлечься. Вильям встал и сунул руку под шерстную коричневую рубаху. - Еще он просил передать тебе записку, старик. - Записку? Какую записку? Вильям порылся за пазухой, потом полез в карман штанов и достал туго набитый кожаный кошелек. - Я положил ее вместе с деньгами. Зедд выхватил у него кошелек. - Я сам посмотрю. В кошельке были в основном золотые монеты, и только несколько серебряных. Зедд потер один золотой между пальцами и почувствовал легкое покалывание магии. Надо полагать, изначально монеты, были медными, но Натан превратил их в золотые. А Зедд так надеялся, что Натан этого делать не умеет. Обращать медь в золото - опасное волшебство. Зедд прибегал к нему лишь в случае крайней необходимости. Среди монет лежал сложенный клочок бумаги. Зедд достал его и внимательно рассмотрел в тусклом свете свечи, опасаясь ловушки. - Вот это он мне дал, - сказал Вильям. - И велел отдать тебе, когда ты меня догонишь. - И это все? Он больше ничего не говорил? - Ну, когда мы уже расставались, он посмотрел на меня и сказал: "Передай Зедду - это не то, что он думает". Зедд некоторое время обдумывал услышанное. - В каком направлении он пошел? - Не знаю. Я уже сидел верхом, а он стоял. Он приказал мне уезжать и хлопнул коня по крупу. Я и поехал. Зедд бросил кошелек Вильяму. Следя за ним краем глаза, он развернул бумагу и, прищурившись, принялся читать. Прости, Энн, но у меня важное дело. Одна из наших сестер собирается сделать большую глупость. Я должен ее остановить. Если я погибну, хочу, чтобы ты знала, что я люблю тебя. Но, полагаю, ты и так это знаешь. Я не мог тебе этого сказать, пока был твоим пленником. Зедд, если, как я ожидаю, взойдет красная луна, значит, нам всем грозит смертельная опасность. Если луна будет красной три ночи подряд, это означает, что Джеган запустил пророчество с взаимосвязанной развилкой. Ты должен отправиться к Сокровищу Джокопо. Если вместо этого ты будешь попусту тратить время, охотясь за мной, мы все погибнем, а император добьется своего. Пророчество с взаимосвязанной развилкой удваивает свое воздействие на жертву. Зедд, мне очень жаль, но эта жертва - Ричард. Да смилуются духи над его душой. Если бы я знал это пророчество, я бы тебе его пересказал, но я не знаю - духи не допустили меня к нему. Энн, ступай с Зеддом. Ему понадобится твоя помощь. Да пребудут с вами обоими добрые духи. Зедд сморгнул слезу и тут нащупал в записке какое-то утолщение. Перевернув лист, он понял, что это остатки восковой печати. Послание было запечатано и вскрыто, но в полумраке он этого не заметил. Зедд поднял глаза и увидел в руках у Вильяма дубину. Он хотел увернуться, но не успел. Удар сбил его с ног. Вильям склонился над ним и приставил ему нож к горлу. - Где это сокровище Джокопо, старик? Говори, или я тебе глотку перережу! Перед глазами у Зедда все плыло. Комната вертелась и кружилась. Его охватил приступ дурноты, и он весь покрылся испариной. - Говори! - Бешеные глаза Вильяма сверлили его. - Говори, где сокровища! - Он вогнал нож Зедду в плечо. Чья-то рука схватила Вильяма за волосы. Женщина в темном плаще с поразительной силой отбросила его к стене, и он со стоном осел на пол. - Ты совершил огромную ошибку, старик, упустив Натана! - прошипела она Зедду. - Я следила за вами в надежде, что эта старая ворона сцапает мне пророка, - и кого же я вижу на твоем волшебном крючке вместо Натана? Этого дурака! Что ж, теперь пощады не жди. Мне нужен пророк! Она выбросила руку в направлении застывшей в углу шлюхи. Раздался гром, и черная молния разрезала ее пополам. На стены брызнула кровь. Верхняя часть туловища женщины упала на пол, как у разбитой статуи. Внутренности вывалились на пол, но нижняя часть осталась стоять как стояла. Колдунья опять повернулась к Зедду. Глаза ее искрились бешенством. - Если хочешь испытать на себе магию Ущерба, дай мне лишь повод. А теперь - записку, быстро. Зедд раскрыл ладонь. Она потянулась за бумагой. Зедд сосредоточился, борясь с туманом в голове, и, прежде, чем она успела схватить листок, поджег его. Записка исчезла в желтой вспышке огня. С яростным воплем она повернулась к Вильяму: - Что там было написано, ты, червяк? До этой минуты Вильям не мог и пальцем пошевелить от ужаса, но тут вскочил, метнулся в дверь и как заяц понесся по коридору. Колдунья рванулась вдогонку, угрожающе бросив Зедду: - Я вернусь и услышу ответ от тебя! Перед тем как умереть, ты расскажешь мне все! Когда она пробегала через дверной проем, Зедд почувствовал, как незнакомое ему сочетание магии ударило в щит, созданный им на скорую руку. Голова его взорвалась болью. Все чувства исчезли в этой ослепляющей муке. Зедд не был парализован, но никак не мог сообразить, как встать на ноги. Он беспомощно перебирал руками и ногами, как перевернувшаяся на спину черепаха. Все силы уходили на то, чтобы не потерять сознание. Зедд сжал голову руками, будто боялся, что она лопнет, если он не удержит ее. Он слышал собственное хриплое и судорожное дыхание. Внезапный толчок сотряс воздух и подбросил Зедда вверх. Ослепительная вспышка осветила комнату; крышу смело, но свист обломков и треск ломающихся перекрытий был заглушен громовым раскатом. Боль исчезла. Сработала огненная сеть. Зедд свернулся в клубок и прикрыл голову; на него сыпались доски и куски штукатурки. Казалось, над постоялым двором бушует смерч невиданной силы. Наконец грохот утих. Зедд убрал руки с головы и огляделся. Как ни странно, здание стояло на прежнем месте - претерпев, правда, некоторые изменения. Крышу снесло почти целиком, и ветер уносил клубы пыли. Стены смахивали на проеденную молью тряпку. Зедд ощупал себя и с изумлением обнаружил, что, учитывая обстоятельства, довольно легко отделался. Из раны на голове, нанесенной дубинкой Вильяма, текла кровь, и болело плечо, но, кроме этого, никаких повреждений Зедд не обнаружил. Могло быть и хуже, подумал он. Из коридора доносились стоны. Пронзительно вопила какая-то женщина. Зедд слышал, как мужчины разгребают обломки и выкрикивают имена, отыскивая тех, кого завалило. Внезапно дверь, повисшая на одной петле, распахнулась, и кто-то ворвался в комнату. Зедд облегченно вздохнул при виде знакомой фигуры. На раскрасневшемся лице Энн ясно читалась тревога. - Зедд! Зедд, ты живой? - Проклятие, женщина, по-твоему, я похож на труп? - По-моему, ты похож на полутруп! - Энн опустилась рядом с ним на колени. - У тебя голова в крови! Она помогла ему сесть, и Зедд охнул от боли. - Не могу выразить, как я счастлив видеть тебя живой и здоровой! Я боялся, что ты окажешься в радиусе действия заклинания. Она осторожно раздвинула его окровавленные волосы и осмотрела рану. - Зедд, это был не Натан. Я едва не нацепила на этого парня ошейник, когда он влетел в паутину. Но тут из дверей выскочила сестра Розлин и набросилась на него. Она кричала что-то о какой-то записке. Розлин - сестра Тьмы. Она меня не заметила. Ноги мои уже не те, что раньше, но я неслась быстрее лани, когда увидела, что она пытается снять заклинание с помощью Магии Ущерба. - Надо полагать, ей это не помогло, - пробормотал Зедд. - Думаю, ей никогда не доводилось иметь дело с заклинанием, созданным Волшебником первого ранга. Я не делал сеть такой большой, но, если к огню применить Магию Ущерба, его сила лишь возрастет. Боюсь, это стоило жизни невинным людям. - Во всяком случае, этой мерзкой бабе - точно. - Энн, вылечи меня, а потом поможем тем, кто был ранен. - Зедд, кто этот человек? Почему он запустил заклинание? Где Натан? Зедд раскрыл ладонь и направил магию на пепел. Он начал собираться в кучку, посерел - и через мгновение Зедд снова держал в руке целый лист бумаги. - Никогда такого не видела! - прошептала изумленная Энн. - Радуйся, что сестра Тьмы тоже не видела, иначе мы бы так легко не отделались. Быть Волшебником первого ранга - в этом есть свои преимущества. Энн взяла записку. Она начала читать, и на ресницах у нее блеснули слезы. - Добрый Создатель! - прошептала она наконец. Глаза Зедда тоже наполнились слезами. - Да, - шепнул он в ответ. - Зедд, а что такое сокровища Джокопо? Он моргнул. - Я думал, ты знаешь. Странно, что Натан велел нам защищать что-то, но при этом не соизволил уточнить, что это собой представляет. Где-то в глубине здания рухнула стена или уцелевшая часть крыши. Раненые стонали и звали на помощь. Было слышно, как мужчины с руганью разгребают завалы. - Натан все время забывает, что он другой. Ты помнишь, что было несколько десятков лет назад, а он измеряет время столетиями. - В этом смысле нам не повезло. - Зедд, его надо найти. И мы его найдем. У меня есть кое-какие мысли. А ты пойдешь со мной! - Она погрозила ему пальцем. - Мы еще не поймали Натана, и ошейник пока останется на тебе. Ты идешь со мной, ясно? И не хочу слышать никаких возражений! Зедд поднял руку и расстегнул Рада-Хань. Энн выпучила глаза. Зедд бросил ошейник ей в подол. - Нужно отыскать эти сокровища Джокопо, о которых говорит Натан. Он не стал бы шутить с такими вещами. Это очень серьезно. Я верю тому, что он написал. Мы здорово влипли. Я пойду с тобой, но теперь мы должны быть предельно осторожны. Я скрою магией наши следы. - Зедд, - выдавила наконец она, - как тебе удалось снять ошейник? Это же невозможно! При мысли о том, что Ричард пойман в ловушку пророчеством, Зедд едва не расплакался. Чтобы скрыть это, он сурово посмотрел на нее. - Как я уже сказал, быть Волшебником первого ранга - в этом есть свои преимущества. Лицо Аннелины стало пунцовым. - Ты только что... И давно ты можешь снять Рада-Хань? - Пару деньков пришлось поразмыслить. - Зедд пожал худыми плечами. - Но на третий день получилось. - И ты все равно шел со мной? Почему? - Наверное, мне нравятся женщины, способные на отчаянные поступки. Признак характера, знаешь ли. - Он сжал кулаки, чтобы она не заметила, что у него дрожат пальцы. - Ты веришь всему тому, что написал Натан? - Хотелось бы мне сказать - нет. Прости, Зедд. - Энн сглотнула комок в горле. - Он пишет "да смилуются духи над его душой". Натан не сказал "добрые духи", а просто -"духи". Зедд провел рукой по лицу. - Не все духи добрые. Есть и злые духи. Что ты знаешь о пророчествах с взаимосвязанной развилкой? - В отличие от твоего ошейника от такого пророчества не избавишься. Чтобы запустить его, нужно вызвать несчастье, о котором в нем говорится. И это уже случилось. Теперь у жертвы нет иного выхода, как выбрать одну из двух возможных развилок, а это значит выбрать способ, каким она предпочтет... Но ты же, наверное, все это знаешь? Должен знать, раз ты Волшебник первого ранга. - Я надеялся, ты скажешь мне, что я ошибаюсь, - прошептал Зедд. - И как жаль, что Натан хотя бы не написал это пророчество, чтобы мы знали, с чем имеем дело. - Радуйся, что он этого не сделал! Глава 21 Дрожа всем телом, Кларисса вцепилась в выщербленный каменный подоконник. Другую руку она прижимала к груди. Горячий дым ел глаза, но она все, равно не могла отвести взгляда от того, что творилось в городе и на площади у подножия башни аббатства. Шум стоял оглушительный. Звенела сталь. Свистели стрелы. Огненные шары с воем ударялись о каменные стены и взрывались. Заросшие волосами захватчики с боевым кличем вливались в проломы и наводняли улицы города. Языки пламени с ревом взмывали в небо. Члены магистрата рыдали, протягивая руки, и молили о милосердии, но их безжалостно убивали. Душераздирающе кричали женщины - их детей, мужей, братьев и отцов убивали у них на глазах. Запах гари тонул в запахе человеческой крови. Все произошло в точности так, как он говорил. Кларисса тогда посмеялась над ним - но теперь сомневалась, что когда-нибудь в жизни сможет не то что смеяться - хотя бы улыбаться. И при мысли о том, сколько у нее этой жизни осталось, у нее подогнулись колени. Нет. Об этом думать нельзя. Здесь она в безопасности. Они не осмелятся вторгнуться в аббатство. Она слышала крики и плач людей, укрывшихся в большом зале внизу. Здесь - священное место, место служения Создателю и добрым духам. Даже для этих зверей святотатство пролить кровь в святилище. Однако он говорил, что они это сделают. Внизу на улицах гибли последние защитники города. Они никогда не позволяли врагу ступить за стены Ренвольда и говорили, что город в такой же безопасности, как если бы его защищал сам Создатель. Не раз вражеские полчища накатывались на Ренвольд, но никому еще не удавалось его взять. Степные кочевники не могли разрушить могучие стены. Ренвольд всегда стоял крепко. Но сегодня, как он и предсказывал, Ренвольд пал. Защитники отказались сдать город без боя, и теперь их безжалостно убивали. Красная луна и впрямь оказалась плохим знамением. Добрые духи и сам Создатель отвернулись от жителей Ренвольда. Кларисса не представляла себе, чем провинились горожане, но, должно быть, их проступок был поистине ужасен, если кара оказалась такой жестокой. С башни аббатства она видела, как захватчики в латах поверх вывернутых мехом наружу безрукавок сгоняют горожан на площади. Потом они принялись сортировать мужчин, отводя в сторону ремесленников: кузнецов, бочаров, мясников, пекарей, пивоваров, мельников, каменщиков - всех, кто мог оказаться полезен. Их сковали друг с другом и увели прочь, как рабов. Стариков, маленьких мальчиков и тех, кто, на взгляд завоевателей, был бесполезен - слуг, конюхов, корчмарей, писарей и торговцев, - убивали на месте. Мечом по шее, копьем в грудь, ножом в живот, булавой по черепу - сноровисто и деловито. Кларисса вздрогнула, увидев, как один из захватчиков ломает дубиной череп мужчине, который никак не умирал. Это напомнило ей рыбака, бьющего о борт лодки пойманного ската - тук-тук-тук. Дикарь бил человека по голове так же спокойно, как рыбак оглушает рыбу. Дурачок Гас, несчастный юродивый, за еду, кров и разбавленный эль делавший для торговцев и пивоваров всякую черную работу, дернулся в последний раз и затих, когда его толстый череп наконец не выдержал и с отчетливым треском раскололся. Кларисса зажала трясущимися пальцами рот, чувствуя, что ее вот-вот стошнит. Всего этого нет, уговаривала она себя, ей просто снится. Это сон, это сон, это сон, вновь и вновь твердила она про себя. Но это был не сон. О Создатель, это был ад наяву. Захватчики между тем продолжали работу. Старух они убивали на месте. Женщин, которые, с их точки зрения, стоили внимания, сгоняли в кучу на другой стороне площади. Там их снова сортировали по возрасту и, судя по всему, по внешности. Захватчики методично переходили от женщины к женщине, протыкали им нижнюю губу тонкой иглой и вставляли туда кольцо. Стыки они зажимали собственными зубами. И об этом он ей тоже говорил: женщин таким образом обращали в рабство. Над этим она тоже тогда посмеялась. А почему бы и нет? В то время это казалось ей такой же чепухой, как бессвязная болтовня Гаса. Вглядевшись, Кларисса увидела, что захватчики вставляют женщинам в губы кольца разного цвета. Тем, что постарше, - медные. Тем, что помоложе, - серебряные. А самым красивым и юным - золотые. Этих было меньше всего, и они стояли, замерев от ужаса, окруженные толпой вражеских воинов. По их подбородкам стекала кровь и капала на красивые платья. Почти все эти девушки были Клариссе знакомы. Трудно не запомнить людей, которые постоянно тебя унижают. Клариссе было чуть за тридцать, но замуж ей выйти так и не удалось, и это служило неизменным поводом для насмешек. Особенно усердствовали эти юные красотки. Они брезгливо посматривали на нее и между собой называли старой девой и жабой - но говорили нарочно громко, чтобы она слышала. Кларисса никогда не думала, что останется незамужней до такого возраста. Ей всегда хотелось иметь собственную семью. Фигура у нее была не хуже, чем у других, и, глядя в зеркало на свое отражение, она не видела там уродины. Она понимала, что она не из тех красавиц, которых воспевают в балладах, но и дурнушкой ее тоже нельзя было назвать. И все же, когда женщин больше, чем мужчин, быть просто симпатичной явно недостаточно. Женщины постарше все понимали и были добры к Клариссе, но все равно в их глазах она была несчастной женщиной, и все сторонились ее, словно боялись подцепить неизвестную порчу, из-за которой Кларисса оставалась незамужней. А теперь она уже слишком стара. И ни один мужчина на нее уже не посмотрит. Время поймало в ловушку одинокую старую деву. У Клариссы осталась только работа - и она сама понимала, что это не лучшая замена семейному счастью. Но, как бы часто Кларисса ни желала насмешницам тоже пережить унижение, то, что сейчас с ними происходило, было слишком жестокой расплатой за издевательства над старой девой. - Благой Создатель! - всхлипывая, взмолилась Кларисса. - Прошу тебя, избавь их от этого. Благой Создатель, молю тебя о прощении за то, что когда-то желала им зла! Она увидела, как захватчики несут к аббатству таран, и через минуту здание вздрогнуло под его ударами. Крики и причитания внизу стали громче. Удар. Еще удар. Треснуло дерево. Они осквернили аббатство Создателя. Случилось то, о чем говорил пророк. Снизу послышались стоны умирающих и лязг оружия. Кларисса стянула ворот платья. Ее трясло. Скоро они поднимутся наверх и схватят ее. Что они сделают с ней? Вставят в губу кольцо и обратят в рабство? Достанет ли у нее мужества сопротивляться, предпочитая смерть этой участи? Нет. Она знала, что мужества ей не хватит. Даже несмотря на то что творится на площади, ей хочется жить. Смерти она боится больше, чем жизни. Дверь распахнулась, и Кларисса непроизвольно ахнула. В комнату влетел настоятель. Пожилой и толстенький, он задыхался после бега по лестнице. - Кларисса! - выдохнул он. - Книги! Нам надо бежать. Захвати с собой книги. Давай собери их! Она смотрела на него, тупо моргая. Чтобы упаковать все книги, потребовалось бы несколько дней, а чтобы вывезти их - много телег. И спрятать их негде. И бежать некуда. Он просто повредился рассудком от страха. - Нам не удастся от них сбежать, отец-настоятель. Он бросился к ней и схватил ее за руки. - Они нас не заметят. Мы прикинемся, будто идем по делам. Они не станут задавать нам вопросов. Кларисса не знала, что ответить на этот-бред, но ей не пришлось отвечать. B дверь ввалились три вражеских воина. У двоих были жирные длинные волосы, а третий был обрит наголо - но все трое носили густые бороды. У каждого в левой ноздре сверкало золотое кольцо. Бритоголовый схватил настоятеля за седые волосы и оттянул ему голову. Настоятель взвизгнул. - Ремесло? Ты владеешь каким-нибудь ремеслом? Настоятель, глядя в потолок, умоляюще протянул руки. - Я настоятель. Богослужитель. - Он провел языком по губам и выкрикнул: - И книги! Я отвечаю за книги! - Книги? Где они? - Архив в библиотеке. - Он вслепую ткнул пальцем. - Кларисса знает. Кларисса может вам показать. Она с ними работает. Она вам покажет. Она за них отвечает. - Ремесла, значит, нет? - Богослужитель! Я богослужитель! Я буду молиться Создателю и добрым духам за вас! Вот увидите. Я богослужитель. Не нужно пожертвований. Я помолюсь за вас. Даром! Бритоголовый еще сильнее оттянул настоятелю голову и длинным ножом перерезал ему горло. Теплая кровь брызнула Клариссе в лицо. - Нам не нужны богослужители, - спокойно сообщил бритоголовый мертвецу и отшвырнул тело настоятеля в сторону. С расширившимися от ужаса глазами Кларисса смотрела, как кровь расползается по коричневой рясе отца-настоятеля. Она знала его почти всю жизнь. Много лет назад он приютил ее, спас от голодной смерти и подыскал работу в библиотеке. Он сжалился над ней, потому что она не могла найти себе мужа и ничего не умела - только читать. Не многие умели читать, но Кларисса умела, и это умение обеспечило ее куском хлеба. А то, что приходилось терпеть прикосновения толстых пальцев отца- настоятеля и его слюнявые поцелуи, было бременем, которое она вынуждена была выносить, если не хотела умереть от голода. Гордость не сделает человека сытым. Это еще не самое страшное - многим женщинам приходится куда хуже. Отец- настоятель хотя бы ее не бил. Кларисса никогда не желала ему зла. Только хотела, чтобы он оставил ее в покое. Она никогда не желала ему зла. Он приютил ее, дал еду и работу. От других ей доставались только тычки. Бритоголовый подошел к ней. Он оглядел ее с ног до головы. Ощупал талию. Кларисса вспыхнула от унижения. - Вставь ей кольцо, - бросил он одному из других воинов. На мгновение Кларисса не поняла, о чем речь, но, когда длинноволосый дикарь подошел к ней, она задрожала. Кларисса боялась, что начнет кричать, и хорошо знала, что они сделают с ней, если она будет сопротивляться. Кларисса не хотела, чтобы ей перерезали глотку, как аббату. Или раздробили череп, как Гасу. Благой Создатель, она не хочет умирать! - Какое, капитан Маллок? Бритоголовый еще раз взглянул на Клариссу. - Серебряное. Серебряное. Не медное. Серебряное. Она едва не рассмеялась. Эти люди оценили ее выше, чем собственные соплеменники. Пусть в качестве рабыни, но они признали ее ценность. Не золото, сказала она себе. Конечно, не золото. Но и не медь. Ее сочли достойной серебряного кольца. Какая-то часть души Клариссы содрогнулась от отвращения к собственному тщеславию. Но что еще теперь у нее оставалось? Воин, от которого несло потом, кровью и копотью, продел ей в губу серебряное кольцо. Кларисса тихо охнула от боли. Наклонившись, он зажал кольцо кривыми желтыми зубами. Кларисса забыла даже стереть кровь с подбородка, потому что капитан Маллок снова поглядел ей в глаза: - Отныне ты - собственность Имперского Ордена. Глава 22 Кларисса подумала, что вот-вот упадет в обморок. Разве может человек быть чьей-нибудь собственностью? И тут со стыдом поняла, что всю жизнь, по сути, она была собственностью настоятеля. Конечно, он был добр с ней, но все равно считал ее своей собственностью. Только от этих зверей доброты ждать не приходится. Скоро бессильные потуги отца-настоятеля покажутся ей безоблачной жизнью. Но хотя бы не медь. Кларисса не понимала, почему для нее это так важно, но чувствовала, что это важно. - У вас тут есть книги, - сказал капитан Маллок. - Пророчества тоже? Отцу-настоятелю надо было держать рот на замке - но и Кларисса не собиралась умирать ради каких-то там книг. К тому же эти люди все равно их найдут. Ведь архив так и не спрятали. Все были уверены, что город выстоит. -Да. - Император желает, чтобы все книги были доставлены к нему. Ты покажешь нам, где они. Кларисса сглотнула. - Конечно. - Как жизнь, ребята? - раздался от двери дружелюбный голос. - Все в порядке? Похоже, вы знаете свое дело. Воины обернулись. В дверном проеме стоял могучий старик. Густые седые волосы свисали на широченные плечи. На нем были высокие сапоги, коричневые штаны и кружевная белая рубашка под расстегнутым темно-зеленым кафтаном. Толстый темно-коричневый плащ едва не касался пола. У бедра в изящных ножнах висел меч. Это был пророк. Капитан Маллок вперился в него взглядом: - Ты кто такой? - Человек, которому нужна рабыня. - Отодвинув одного из воинов плечом, пророк подошел к Клариссе. Он взял ее за подбородок своей огромной рукой и повертел ее голову из стороны в сторону. - Эта сгодится. Сколько вы за нее хотите? Капитан Маллок ухватил старика за камзол. - Рабы принадлежат Ордену! Они все - собственность императора! Пророк двумя пальцами убрал его руку. - Поосторожнее, дружище. У тебя руки грязные. - Сейчас они будут в крови! Ты кто? Какое у тебя ремесло? Один из воинов приставил нож к ребрам пророка. - Отвечай капитану или умри. Какое у тебя ремесло? - Оно для вас интереса не представляет, - отмахнулся пророк. - Ну, так сколько хотите за эту рабыню? Я могу хорошо заплатить. Я никогда не лишаю людей возможности заработать. - У нас и так хватает добычи. - Капитан посмотрел на воина, который вставил Клариссе кольцо. - Убей его. Пророк небрежно выставил руку. - Я не желаю вам зла, ребята. - Он наклонился к ним ближе. - Может быть, передумаете? Капитан Маллок открыл рот, но замер, не издав ни звука. Кларисса услышала, как в животах у всех троих воинов что-то забулькало. - В чем дело? - поинтересовался пророк. - Вы нездоровы? Ну, так как насчет моего предложения, парни? Сколько вы за нее хотите? Трое воинов страдальчески сморщились. Кларисса почувствовала неприятный запах. - Ну, - с заметным напряжением сказал капитан Маллок, - кажется... - Он скривился. - Нам надо идти. - О, премного благодарен, ребята! - Пророк поклонился. - Значит, договорились. Передайте привет моему другу, императору Джегану. - А что насчет него? - спросил один из воинов капитана, когда они направились к двери. - Сюда придет еще кто-нибудь и шлепнет его, - ответил тот, и все трое стремительно выскочили за дверь. Пророк повернулся к Клариссе и вперил в нее ястребиный взор. Его улыбка исчезла. - Ну, ты обдумала мое предложение? У Клариссы подкашивались ноги. Она не знала, кого боится больше - захватчиков или пророка. Захватчики причинили бы ей боль, но что сделает с ней пророк, она не знала. Он может сказать ей, как она умрет. Он ведь подробно описал, как погибнет Ренвольд, и именно это сейчас происходит. Она боялась, что, если он что-нибудь скажет, это непременно случится. Ведь пророки владеют магией. - Кто ты? - прошептала она. - Натан Рал. - Он театрально поклонился. - Я тебе уже говорил, что я пророк. Прости, но придется обойтись без церемоний. У нас не слишком много времени. Его пронзительные синие глаза пугали ее, но она заставила себя спросить: - Зачем тебе рабыня? - Во всяком случае, не для того, зачем рабы им. - Я не хочу... Он схватил ее за руку и подтащил к окну. - Смотри туда! Смотри! И тут Кларисса впервые потеряла самообладание и разрыдалась. - Благой Создатель... - Он тебя не услышит. Этих людей уже никто не спасет. Я могу помочь тебе, но только если ты согласишься помочь мне. Я не собираюсь рисковать своей жизнью и жизнью тысяч других людей, если у тебя не хватит твердости духа. Я найду другую, которая предпочтет пойти со мной, чем быть в рабстве у этих зверей. Она заставила себя смотреть ему прямо в глаза. - Это будет опасно? - Да. - Я погибну? - Может быть. А может, и выживешь. Но если погибнешь, то отдашь свою жизнь за то, чтобы спасти всех людей от участи более худшей, чем эта. - Ты можешь остановить то, что здесь происходит? - Нет. Что сделано, то сделано. Мы можем лишь направлять будущее, но не переделывать прошлое. Вам было дано предупреждение о грядущей опасности. Когда- то в вашем аббатстве жил пророк, и он записал некоторые свои пророчества. Он был не очень сильным пророком, но вы, по глупости, считали его пророчества проявлением высшей воли. А они ею отнюдь не являются. Это просто слова о том, что может случиться. Это приблизительно то же самое, если я скажу тебе, что в твоей власти выбрать свою судьбу. Ты можешь остаться армейской шлюхой, а можешь рискнуть жизнью ради свободы людей. Кларисса дрожала. - Я... Я боюсь... Взгляд пророка смягчился. - Кларисса, тебе станет легче, если я скажу, что сам в ужасе? - Ты? У тебя такой уверенный вид... - Я уверен лишь в том, что могу попытаться помочь. А теперь давай поспешим в архив, пока туда не добрались эти мерзавцы. Кларисса повернулась, радуясь, что нашелся предлог избежать его взгляда. - Вот сюда, вниз. Я покажу дорогу. Она повела его по каменным ступеням в дальнем конце комнаты. Этой винтовой лестницей пользовались нечасто, потому что она была слишком узкой. Пророк, который построил аббатство, был невысок и худ; ему эта лестница вполне подходила. Даже Кларисса протискивалась там с трудом и не могла представить, как пролезет Натан. Но он пролез. Оказавшись на темной площадке внизу, Натан зажег в ладони крошечный огонек. Кларисса изумленно остановилась, удивленная, что огонь не обжигает ему руку, и он поторопил ее. Низкая деревянная дверь выходила в короткий коридор, а оттуда еще одна лестница - вниз, а архив. За дверью в конце коридора был основной зал аббатства. И там сейчас убивали людей. Кларисса двинулась вниз, шагая через две ступеньки. Она поскользнулась, и Mатан, поддержав ее за локоть, беззлобно пошутил, что это не та опасность, о которой он ее предупреждал. Когда они спустились в темное нижнее помещение, пророк выбросил руку, и лампы на стенах вспыхнули. Оглядывая длинные ряды книжных полок, Натан хмурился все сильнее. Посередине архива стояли два больших письменных стола. Пророк пошел вдоль левого ряда полок, а Кларисса судорожно соображала, где можно спрятаться от захватчиков. Должно же такое место найтись! Рано или поздно армия Ордена уйдет, и тогда она спокойно выберется из укрытия и все будет как раньше. Пророка Кларисса боялась. Она не знала, чего он от нее ждет, но сомневалась, что у нее хватит мужества сделать то, что он потребует. Ей хотелось затаиться где-нибудь и переждать. Натан, продвигаясь вдоль полок, отбирал нужные ему книги. Он не раскрывал их, а просто складывал на пол в центре зала и шел дальше. Он брал только сборники пророчеств - и то далеко не все. - Почему я? - спросила Кларисса, наблюдая за ним. - Почему ты остановил свой выбор на мне? Пророк замер, положив руку на большой том в кожаном переплете, посмотрел на Клариссу, как коршун на мышь, и снял книгу с полки. Он положил ее к тем, которые уже отобрал, потом взял один из томов, которые отобрал раньше. Он раскрыл его и протянул Клариссе. - Прочти. Она взяла книгу и прочитала. Буде пойдет она добровольно, та, у которой кольцо в губе, сможет коснуться того, что давно доверено одним лишь ветрам. Давно доверено одним лишь ветрам. Одна лишь мысль о такой непонятной вещи вызывала желание бежать без оглядки. - Та, у которой кольцо в губе, - повторила она. - Это я? - Если ты согласишься пойти добровольно. - А если я предпочту остаться и спрятаться? Что тогда? - Тогда я найду другую. - Натан выгнул бровь. - Я сделал тебе первой свое предложение, руководствуясь личными мотивами и тем, что ты умеешь читать. Но уверен, что найдутся и другие, знакомые с грамотой. - А к чему должна прикоснуться "та, у которой кольцо"? Натан забрал у нее книгу. - Не пытайся понять значение слов. Я знаю, что вы, обычные люди, все время пытаетесь это сделать, но я пророк и могу заявить авторитетно, что эти потуги тщетны. Что бы вы ни вообразили себе, чего бы ни испугались, вы все равно ошибаетесь. Ее решимость таяла как снег под горячим солнцем. Несмотря на то что пророк спас Клариссу в башне, он все равно пугал ее. Человек, которому ведомо будущее, вселял в нее ужас. Захватчики вставили ей в губу серебряное кольцо. Не медное. Может, это значит, что с ней будут обращаться лучше, чем с другими? Во всяком случае, она останется жить. Они станут ее кормить, и она останется жить. И не придется бояться какой-то жуткой, неизвестной смерти. Пророк окликнул Клариссу, и она подскочила от неожиданности. - Поднимись наверх, - сказал он, - и приведи нескольких солдат. Скажи им, что тебя прислали за ними. - Зачем? - Делай что сказано. Скажи, что тебя послал капитан Маллок. В случае чего добавь, что он велел им тащить свои драные шкуры сюда немедленно, иначе сноходец нанесет им визит, о котором они сильно пожалеют. - Но если я выйду в зал... Под его взглядом она замолкла. - Скажи им эти слова, и все будет в порядке. Приведи их сюда. Кларисса открыла рот, чтобы спросить, зачем ему понадобились солдаты в архиве, но под взглядом пророка она проглотила язык. Она побежала по лестнице, радуясь, что с каждым шагом удаляется от этого страшного человека. Даже вражеские солдаты уже не так пугали ее, как он. Она может сбежать. Кларисса вспомнила отца-настоятеля. Нет, бежать некуда. Но у нее серебряное кольцо. Может, это не так уж и плохо? В конце концов, эти люди оценили ее достаточно высоко. Кларисса шагнула в зал и замерла с округлившимися глазами. Двойные двери на улицу разнесены вдребезги. Пол завален трупами тех, кто надеялся найти убежище в стенах аббатства. Огромный зал был полон солдат. Прямо возле окровавленных тел одни насиловали женщин, а другие ждали своей очереди. Самым большим спросом пользовались женщины с золотыми кольцами. И при виде того, что с ними вытворяли, Клариссу едва не стошнило. Зажав рот рукой, она заставила себя сглотнуть. Она стояла, одеревенев, не в силах отвести глаз от обнаженной Мэнди Перлин, одной из тех девиц, которые частенько изводили ее. Мэнди вышла замуж за богатого ростовщика средних лет - но теперь ее муж, Руперт Перлин, валялся тут же с перерезанным от уха до уха горлом. Увидев Клариссу, солдаты кинулись к ней. Один ухватил ее за волосы, другой - за бедра. Она даже не успела упасть, как они задрали ей платье. - Нет! - заорала она. Они смеялись над ней, как те, другие, смеялись над Мэнди. - Нет! Меня прислали! - Вот и отлично, - заявил один из солдат. - А то я уже устал ждать своей очереди. Она попыталась оттолкнуть его руки, но он отвесил ей такую оплеуху, что у нее зазвенело в ушах. У нее серебряное кольцо. Это что-нибудь да значит. У нее серебряное. Рядом с ней завизжала женщина, которую опрокинул на пол здоровенный солдат. Похоже, серебряное кольцо не принесло ей пользы. - Маллок! - взвизгнула Кларисса. - Меня послал капитан Маллок! Солдат прижался к ее губам грубым поцелуем. Рана заныла, и по подбородку снова потекла кровь. - Мои благодарности капитану Маллоку, - ухмыльнулся он. Кларисса судорожно пыталась вспомнить; что ей велел сказать пророк. - Поручение! - выкрикнула она. - Капитан Маллок прислал меня с поручением! Он приказал мне отвести вас в архив. И сказал, чтобы вы тащили туда свои драные шкуры немедленно, иначе сноходец нанесет вам визит, о котором вы пожалеете. Солдат грязно выругался и за волосы поставил Клариссу на ноги. Трясущимися руками она поправила платье. Столпившиеся вокруг солдаты захохотали. Один сунул руку ей между ног. - Ладно, нечего тут стоять, млеть от удовольствия, сука! Давай двигай! Показывай дорогу. Пророк встретил их в дверях, как будто собрался ужи уходить. - А, вот и вы! Давно пора! - раздраженно рявкнул он и указал на полки. - Начинайте паковать книги, пока ничего не случилось, иначе император поджарит нас на медленном огне. Солдаты растерянно переглянулись. В центре, куда на глазах Клариссы пророк складывал отобранные книги, лежала лишь кучка пепла. Пустые места на полках были заполнены, так что никто бы не догадался, что несколько томов изъято. - Пахнет дымом, - заметил один из солдат. - Дурак! - Пророк постучал пальцем ему по лбу. - Полгорода полыхает! А ты наконец почувствовал запах дыма? Принимайтесь за дело! А мне нужно доложить о книгах, которые я отыскал. Натан повел Клариссу к двери, но один из солдат ухватил ее за руку. - Оставь ее! Мы хотим поразвлечься. - Она грамотная, дурень! - сверкнул на них глазами пророк. - Она знает все книги. И у нас есть для нее более важное занятие, чем развлекать вас, ленивых олухов! Вам и так хватит женщин. Или вы хотите, чтобы я сообщил о вашем поведении капитану Маллоку? Солдаты толком не понимали, кто такой Натан, но все же решили взяться за работу. Натан захлопнул за собой дверь и подтолкнул Клариссу вперед. На лестнице она остановилась и привалилась к перилам. Ее мутило, в голове стоял звон. Натан погладил ее по щеке. - Кларисса, слушай меня. Дыши медленно. Сосредоточься. Дыши медленно, иначе упадешь в обморок. По ее лицу текли слезы. Она слабо махнула в сторону большого зала. - Я... я видела... - Я знаю, что ты видела, - мягко проговорил он. Она ударила его. - Зачем ты послал меня туда? Тебе же совсем не нужны были солдаты! - Ты надеешься, что сможешь спрятаться. Тебе не удастся. Они обшарят все щели в городе, а потом сровняют его с землей. От Ренвольда не останется ничего. - Но я... я могла бы... Я боюсь идти с тобой. Я не хочу умирать. - Я хотел, чтобы ты знала, какая участь тебя ждет, если ты останешься тут. Кларисса, ты красива и молода. Поверь мне, тебя ждет страшная жизнь. - Как они могут такое творить?! Как они могут?! - Война есть война. Нет иных правил, кроме тех, которые устанавливает захватчик. И остается либо сражаться, либо покориться. - А ты... ты можешь как-нибудь помочь этим людям? - Нет, - прошептал он. - Я могу помочь тебе, но не стану терять на это драгоценное время, если увижу, что ты не подходишь для моих целей. Люди, которые погибли здесь, умерли быстрой смертью. Это была ужасная смерть, но все- таки быстрая. Но других ждет смерть долгая и мучительная. Жителям вашего города я помочь уже не в состоянии, но могу попытаться помочь другим. Если я не сделаю этой попытки, ни моя жизнь, ни моя свобода ничего не будут стоить. И тебе пришло время решать, будешь ли ты мне помогать и стоит ли твоя душа милостей Создателя. Перед внутренним взором Клариссы пронеслись картины того, что происходит в аббатстве, на улицах, во всем ее родном городе. Ей казалось, что она уже умерла. И если ей представляется возможность начать жить заново, она должна ухватиться за нее. Это ее единственная надежда. Кларисса понимала это со всей отчетливостью. Она стерла слезы со щек и кровь с подбородка. - Да. Я помогу тебе. Душой клянусь - я сделаю то, чту ты попросишь, ради спасения жизни людей. И ради моей свободы. - Даже если попрошу тебя сделать что-то, чего ты боишься? Даже если ты будешь считать, что умрешь, выполняя мою просьбу? -Да. Его теплая улыбка воодушевила Клариссу. К ее изумлению, пророк привлек ее к себе и обнял, утешая. В последний раз ее так обнимала мать в далеком детстве. И Кларисса опять разрыдалась. Натан приложил пальцы к ее губам, и она почувствовала восстанавливающее тепло. Ее страх постепенно утих. Воспоминания об увиденном не исчезли, но теперь они лишь укрепляли решимость остановить тех, кто это сделал. Ее душа преисполнилась надежды, что она тоже может сделать что-то, что поможет другим людям оставаться свободными. Натан убрал руку. Кларисса ощупала губу. Она больше не ныла. Ранка вокруг кольца полностью зажила. - Благодарю тебя... пророк. - Натан. - Он погладил ее по волосам. - Нам надо спешить. Чем дольше мы тут задержимся, тем труднее нам будет выбраться. - Я готова, - кивнула Кларисса. - Еще нет. - Он взял в ладони ее лицо. - Нам придется пройти через весь город. Ты и так уже видела ужасов больше, чем нужно. И я не хочу, чтобы ты видела и слышала еще. Уж хотя бы от этого я тебя избавлю. - Но я не понимаю, как мы проберемся мимо солдат. - Предоставь мне об этом беспокоиться. А пока что я наложу на тебя заклятие. Ты ослепнешь, чтобы не видеть всего того, что творится вокруг, и оглохнешь, чтобы не слышать крики и стоны, царящие теперь в этом городе. "Наверное, - подумала Кларисса, - он просто боится, что я ударюсь в панику и из-за этого нас поймают". И она не была уверена, что он так уж неправ. - Как скажешь, Натан. Я сделаю все, что ты скажешь. Натан стоял на две ступеньки ниже, и их глаза были почти на одном уровне. Он тепло улыбнулся Клариссе. Несмотря на то что был глубоким стариком, он по-прежнему оставался чрезвычайно красивым мужчиной. - Я правильно выбрал женщину. Ты отлично справишься. И я молю добрых духов даровать тебе свободу за твою помощь. Рука пророка, за которую держалась Кларисса, оставалась ее единственной связью с миром. Она не могла видеть резню. Не слышала криков. Не чувствовала запаха гари. Хотя прекрасно понимала, что все это сейчас происходит вокруг них. Шагая в своем мире безмолвия, она молила добрых духов позаботиться о душах тех, кто сегодня умер, и даровать силы тем, кто выжил. Натан вел ее мимо руин и пожаров. И крепко держал, когда она спотыкалась об обломки. Казалось, что они шли по развалинам города несколько часов. Иногда они останавливались, и пророк выпускал ее руку. Тогда она одиноко стояла и ждала. Кларисса не могла ни видеть, ни слышать, поэтому не знала точно причин остановок, но подозревала, что Натан заговаривает кому-то зубы. Иногда задержки следовали одна за другой, и тогда у нее сердце уходило в пятки при мысли о невидимой опасности, которую устраняет Натан. Иногда после очередной остановки он обхватывал ее за талию, и они пускались бежать. Кларисса доверилась его заботе. От ходьбы у нее болели ноги. Наконец Натан положил руки ей на плечи, развернул и помог сесть. Кларисса почувствовала под собой прохладную траву. Внезапно к ней вернулись зрение, слух и обоняние. Вокруг простирались зеленые холмы, и не было ни души Кларисса оглянулась и поняла, что они далеко за городом. Она даже понятия не имела, в какой стороне остался Ренвольд. Кларисса испытала глубокое облегчение оттого, что избавилась не только от рабства, но и от прежней жизни. Ужас так глубоко прожег ее душу, что она чувствовала себя восставшей из огня и возродившейся сверкающим клинком, закаленным для предстоящих сражений. Кларисса не знала, что ей придется сделать, но понимала, что пророку она обязана своей свободой. - Благодарю тебя, Натан, за то, что выбрал меня. Пророк задумчиво смотрел вдаль и, казалось, не слышал. Глава 23 Сестра Верна повернулась и увидела разведчика, который еще на скаку спрыгнул с лошади и побежал докладывать генералу. Генерал выслушал его с явным облегчением и взмахом руки дал понять своим офицерам, что все в порядке. Верна не слышала слов разведчика, но знала, что он сказал. Не нужно быть пророком, чтобы догадаться, что он увидел. Дурачье. Все это она им уже говорила. Генерал Райбих, улыбаясь, направился к ней. - Аббатиса, у нас отличные новости! Верна поплотнее закуталась в шаль. Ее голова была занята более важными вещами. - Лучше молчите, генерал! Мы с сестрами вовсе не намерены еще одну ночь успокаивать ваших солдат и выяснять, куда попрятались те, кто испугался, решив, что наступает конец света. Райбих потеребил рыжую бороду. - Я очень ценю вашу помощь, аббатиса, но, хвала духам, больше вам этого делать не нужно. Вы, как всегда, оказались правы. Верна лишь фыркнула. С вершины холма разведчик увидел восход луны раньше чем они из долины. - Сегодня луна снова обычная. Я знаю, вы говорили, красная луна продержится только три ночи, но все же я тому, что все снова стало на свои места. На свои места! Как бы не так! - А я рада, генерал, что мы наконец можем как следует выспаться. Надеюсь также, что ваши люди усвоили урок и впредь, когда я скажу им, что Нижний мир не поглотит нас сию же секунду, они отнесутся к моим словам с большим доверием. Он виновато улыбнулся: - Да, аббатиса. Конечно, я вам поверил, но некоторые солдаты слишком суеверны. Магия их пугает. Верна наклонилась к генералу и понизила голос. - Ваши гонцы еще не вернулись, верно? - Нет. - Он почесал белый шрам, рассекавший левую щеку от виска до подбородка. - Вряд ли они уже добрались до Эйдиндрила. Верна вздохнула. Было бы лучше сначала узнать вести из Эйдиндрила. Тогда было бы проще принять решение. - Да, вряд ли. - А вы как считаете, аббатиса? Что нам предпринять? Идти на север? Верна уставилась в огонь костра. Ей нужно было принять. гораздо более важное решение. - Не знаю. Дословно Ричард сказал мне: "Идите на север. С севера сюда в поисках Кэлен движется стотысячная. д'харианская армия. Она возьмет вас под свою защиту, да и вы ей будет полезны. Генералу Райбиху передай, что Кэлен со мной". - Было бы гораздо проще, если бы он дал точные указания. - Он не говорил, чтобы мы шли на север, но это подразумевалось. Уверена, Ричард считал, что именно так мы и поступим. Однако в этих вещах я больше полагаюсь на ваше суждение. - Я солдат, - пожал плечами генерал. - И рассуждаю как солдат. Ричард примчался в Танимуру на выручку Кэлен и ухитрился уничтожить Дворец Пророков со всеми хранившимися гам пророчествами до того, как Дворец успел захватить император Джеган. Ричард должен был немедленно возвращаться в Эйдиндрил, и ему некогда было объяснять, но он сказал, что лишь они с Кэлен владеют магией, которая позволяет быстро гуда вернуться, и остальных они с собой взять не могут. Верне он велел отправляться на север, навстречу генералу Райбиху и его армии. Генерал Райбих не хотел возвращаться на север и объяснял это тем, что, раз его армия уже так далеко продвинулась на юг, стратегически выгоднее остановить захватчиков до того, как они достигнут густозаселенных районов. - Генерал, мне трудно оспаривать ваши аргументы, но, боюсь, вы недооцениваете угрозу. Исходя из тех сведений, что мне удалось получить, у Имперского Ордена достаточно сил, чтобы сокрушить вашу армию, даже не задержавшись. Я нисколько не сомневаюсь в способностях ваших людей, но Орден надавит вас численным превосходством. Генерал уверенно улыбнулся. - В ваших словах, аббатиса, безусловно, есть смысл. Я слышал такого рода рассуждения на протяжении всей моей карьеры. Только дело в том, что война редко подчиняется логике. Иногда приходится надеяться на добрых духов и бросаться в сражение. - Смахивает на отличный способ его проиграть. - Я не раз это делал - и до сих пор жив. Верна прищурилась. - Что вы затеяли? - Сдается мне, что мы уже здесь. Гонцы могут передвигаться значительно быстрей, чем целая армия. Мое мнение - нужно найти место, которое удобнее для обороны, и там укрепиться. - И где же? - Если мы двинемся на восток, в высокогорья Д'Хары, то наша позиция будет достаточно выгодной. Я знаю местность. Если Орден попытается проникнуть в Новый мир через Д'Хару, то скорее всего через долину Керна. Там мы будем их ждать. В узкой долине численное преимущество не имеет значения. Даже если у тебя больше людей, ты просто не сможешь их всех одновременно использовать. - А если они пойдут западней, через горы, и двинутся по степям? - Тогда мы зайдем им в тыл, а основная армия двинется навстречу Ордену. Противник лишится свободы маневра и будет вынужден биться на два фронта. Верна задумалась над словами генерала. Ей доводилось читать о битвах в древних фолиантах, и она разбиралась в этом вопросе достаточно, чтобы оценить его стратегию. Генерал был более осторожен, чем казалось первый взгляд. Этот человек упрям, но далеко не глуп, подумала Верна. - Заняв стратегически выгодную позицию, - продолжал генерал, - мы отправим гонцов в Эйдиндрил и в Народный Дворец Д'Хары. Оттуда нам пришлют подкрепление. Если Орден ринется на Срединные Земли - что ж, в этом случае мы быстро узнаем об этом. А на войне очень важно вовремя узнать о передвижениях противника. - Ричарду вряд ли понравится, что вы топчетесь здесь, вместо того чтобы возвращаться в Эйдиндрил. - Магистр Рал - разумный человек... - Ричард? - фыркнула Верна. - Теперь уже вы считаете меня легковерной, генерал. - Повторяю, - нахмурился генерал, - Магистр Рал - разумный человек. Он приказал мне высказывать мое мнение, если я считаю это необходимым. А в данном случае это необходимо. Он считается с моими советами в военных вопросах. Гонцы скоро доставят ему мое донесение. Если ему не понравится мой план, он может приказать мне двигаться на север, и и подчинюсь. Но до тех пор, пока я не получил таких указаний, мы должны просто выполнять свой долг и защищать Новый мир от Имперского Ордена. Я спросил вашего совета, аббатиса, потому что вы владеете магией. Я же в магии ничего не понимаю. Если вы или ваши сестры Света могут сказать что-то, что окажется полезным в нашей битве, то я внимательно слушаю. Ведь мы с вами на одной стороне, знаете ли. - Простите, генерал. - Верна пошла на попятную. - Наверное, иногда я об этом просто забываю. - Она улыбнулась ему. - Последние месяцы перевернули всю мою жизнь. - Магистр Рал перевернул весь мир. Теперь все по-другому. - Это точно. - Улыбнувшись своим мыслям. Верна глянула в серо-зеленые глаза генерала. - Ваш план вполне разумен. В худшем случае мы все равно замедлим продвижение Ордена. Но мне бы хотелось сначала поговорить с Уорреном. Иногда у него бывают удивительные... предчувствия. Волшебники все такие. - Магия - не мое дело, - кивнул генерал. - Для этого у нас есть Магистр Рал. Ну и вы, конечно. Верна едва не рассмеялась при мысли, что для этих людей Ричард является знатоком магии. Этот мальчик с трудом выпутывался сам, когда дело доходило до волшебства. Впрочем, не совсем так. Ричард часто совершал удивительные вещи с помощью своей магии. Только при этом сам несказанно удивлялся. И все же он - боевой чародей, единственный боевой чародей, родившийся за последние три тысячелетия. И все их надежды в войне против Имперского Ордена связаны с ним. Он - их вождь. Решимость Ричарда направлена в нужное русло. Он сделает все, что в его силах. А задача всех остальных - помогать ему и оберегать его. Генерал переступил с ноги на ногу и почесал руку под кольчугой. - Аббатиса, Орден заявляет, что хочет покончить с магией в этом мире, но всем нам известно, что они сами пользуются волшебством. -Да. Верна отлично знала, что императору Джегану служат почти все сестры Тьмы. И многие молодые волшебники. Даже нескольких сестер Света ему удалось захватить при помощи своих способностей сноходца. Именно это больше всего ее угнетало. Как аббатиса она обязана заботиться о безопасности сестер Света. А в руках Джегана они отнюдь не находятся в безопасности. - Знаете, аббатиса, учитывая, что их войско скорее всего включает и волшебников, мне хотелось бы знать, могу ли я рассчитывать на вашу помощь? Магистр Рал сказал: "Они возьмут вас под свою защиту, да и вы будете им полезны". Я так понимаю, он имел в виду, что вы поможете нам волшебством против армии Ордена. Верне хотелось бы думать, что генерал ошибается. И хотелось бы, чтобы сестрам Света не пришлось никому причинять вреда. - Мне это не нравится, генерал Райбих, но, боюсь, я вынуждена согласиться. Если мы проиграем эту войну, погибнут все, не только наши солдаты на поле битвы. Все свободные люди станут рабами Ордена. Если Джеган победит, сестер Света казнят. Перед всеми нами выбор один - сражаться или умереть. Однако вряд ли Орден так уж легко попадется в ваши сети. Они могут попытаться просочиться незаметно - западней или восточной. Сестры определят передвижение противника, если он двинется на Новый мир в обход, и если их волшебники попытаются скрыть передвижение Ордена, наши сестры об этом узнают. Мы будем вашими глазами. Если придется биться, враг непременно воспользуется магией, и тогда мы попробуем стать вашим щитом. Генерал некоторое время смотрел на огонь костра. Потом оглянулся туда, где устраивались на ночь солдаты. - Благодарю, аббатиса. Я понимаю, что вам непросто было принять это решение. С тех пор, как мы вместе, я понял, что сестры - добрые женщины. - Вы нас совсем не знаете, генерал! - усмехнулась Верна. - Сестры Света какие угодно, но отнюдь не добрые. - Она крутанула запястьем, и в ее руке сверкнула дакра. Дакра была очень похожа на нож, только вместо клинка у нее был заостренный штырь. - Мне приходилось уже убивать людей. - Верна поиграла дакрой. Огонь костра плясал на оружии, которое она ловко крутила в пальцах. - Уверяю вас, генерал, меня можно обвинить в чем угодно, только не в доброте. - Нож в таких ловких руках, как ваши, - серьезная вещь, - генерал поднял бровь, - но вряд ли его можно назвать боевым оружием. Верна вежливо улыбнулась. - Это оружие обладает смертельной магией. И если к вам приблизится кто-то с такой штукой в руке - бегите! Ему достаточно лишь слегка задеть вас - и вы покойник. Генерал невольно поежился. - Спасибо за предупреждение. И за помощь, аббатиса. Я рад, что вы на нашей стороне. - Мне жаль, что несколько сестер Света оказались в руках Джегана. Их способности равны моим, а может быть, даже выше. - Увидев, что генерал побледнел, она ободряюще потрепала его по плечу. - Доброй ночи, генерал Райбих. Спите спокойно. Красная луна исчезла. Когда генерал ушел, Верна вернулась в свою палатку. Луна уже высоко, и Аннелина - настоящая аббатиса, - должно быть, заждалась. Верна извлекла из потайного кармана дорожный журнал - волшебную вещицу, позволяющую переписываться на расстоянии, поскольку написанное в одном сразу же появлялось в его двойнике. Двойник журнала Верны был у аббатисы Аннелины. Усевшись, скрестив ноги, на покрывало. Верна открыла журнал. Там ее уже поджидало послание. Верна придвинула ближе свечку и наклонилась, чтобы разглядеть в тусклом свете буквы. Верна, у нас возникли сложности. Мы наконец-то догнали Натана - точнее, того, кого считали Натаном. Это оказался не он. Натан обвел нас вокруг пальца. Он исчез, и мы не знаем куда. Верна вздохнула. Она так и думала. Больно легко им с Зеддом удалось выследить Натана. Натан оставил нам послание. И то, что в нем сказано, гораздо тревожнее, чем его исчезновение. Он написал, что у него есть важное дело, что "одна из наших сестер" собирается сделать какую-то большую глупость и он должен остановить ее, если получится. Мы представления не имеем, куда он направился. Он подтвердил то, что сказал тебе Уоррен. Красная луна означает, что Джеган запустил пророчество с взаимосвязанной развилкой. Натан пишет, что мы с Зеддом должны идти к Сокровищу Джокопо, и если мы вместо этого потратим время на его преследование, то все погибнем. Я ему верю. Верна, мы должны это обсудить. Если ты здесь, ответь. Я жду. Верна достала стилос из переплета журнала. Они договорились с Аннелиной, что восход луны - время для переговоров, если возникнет такая необходимость. Я здесь, Энн. Что стряслось? С вами все хорошо? Через мгновение в журнале начали возникать слова. Это долгая история, и у меня сейчас нет времени, но если вкратце, то сестра Розлин тоже охотилась за Натаном. Она погибла, а с ней еще восемнадцать ни в чем не повинных людей. Зедд накинул на дверь постоялого двора сеть с огненным заклинанием, а Розлин попыталась его снять. Глаза Верны округлились. Она хотела спросить, зачем надо было устанавливать такую опасную сеть, но решила воздержаться и продолжала читать дальше. Во-первых, нам необходимо срочно узнать, что такое Сокровище Джокопо. Натан не объяснил. Верна закусила палец и прищурилась, пытаясь вспомнить. Ей доводилось слышать это название. Во время своего двадцатилетнего путешествия по Новому миру она где-то его слышала. Энн, по-моему, джокопо - это племя, которое обитало где-то в степях. Если я правильно помню, они все вымерли - были уничтожены во время войны. По-моему, от них не осталось никаких следов. В степях? Верна, ты в этом уверена? Да. Подожди, я поговорю с Зеддом. Минуты тянулись. Верна не сводила глаз с пустого листа. Наконец начали появляться слова. Зедд машет руками как мельница и изрыгает проклятия. Создатель наказывает меня за жалобы на то, что Натан неисправим. Думаю, мне преподается урок на тему о том, что действительно значит "неисправимый". Верна, степи обширны. Может быть. вспомнишь, где именно в степях? Нет. Прости. Я слышала лишь упоминание о джокопо. Где-то южнее Кельтона я как-то любовалась образчиком керамики в лавке редкостей. Хозяин преподносил его как наследие исчезнувшего степного племени. Он называл это племя джокопо. Вот все, что я знаю. Я тогда искала Ричарда, а не исчезнувшие племена. Я спрошу Уоррена. Может, он что-нибудь читал об этом в книгах. Спасибо, Верна. Если что-то выяснишь, немедленно сообщи. А теперь - у тебя есть какие-то соображения насчет глупости, которую, как полагает Натан, собирается сделать одна из наших сестер? Нет. У нас здесь дхарианская армия. Генерал Райбих намерен оставаться на юге, чтобы обрушиться на Орден, если они сунутся к нам" Мы ждем вестей от Ричарда. Но в плену у Джегана - сестры Света. И кто знает, что он заставит их сделать? Энн, сказал ли что-нибудь Натан о пророчестве с взаимосвязанной развилкой? Возможно, Уоррен сможет помочь, если ты мне его напишешь. Энн ответила не сразу. Натан его не написал. Сказал, что духи отказали ему в доступе к значению пророчества. Однако он знает, что жертвой этого двойного узла является Ричард. Верна закашлялась. От кашля глаза заслезились, и ей пришлось поднять журнал повыше, чтобы перечитать еще раз. Наконец ей удалось успокоиться. Энн, ты написала "Ричард". Ты действительно имеешь в виду Ричарда? Да. Верна, прикрыв глаза, прошептала молитву, чтобы не поддаться панике. Что еще? Пока все. Будем искать джокопо. Теперь мы можем сузить направление поисков и знаем, какие вопросы надо задавать. Спасибо. Если узнаешь еще что-нибудь, сообщи. Мне пора идти. Зедд жалуется, что вот-вот умрет от голода. Энн. как у тебя складываются отношения с Волшебником первого ранга? Неважно. На нем больше нет Рада-Хань. Ты сняла с него Рада-Хань? Не найдя Натана? Зачем ты это сделала? Я и не снимала. Он сам. Верна была поражена, но побоялась спрашивать, как ему удалось это сделать. Ей показалось, что лапидарный стиль последних реплик Энн свидетельствовал, что этой темы касаться не стоит. И все равно он идет с тобой? Верна, я не очень уверена, кто с кем идет, но сейчас мы оба понимаем важность того, что написал Натан. Натан не бывает чокнутым. Я знаю. Не сомневаюсь, что как раз в этот момент наш старик соблазняет очередную красавицу. Да хранит тебя Создатель, аббатиса. Энн была настоящей аббатисой, но назначила на эту должность Верну, когда они с Натаном разыграли собственную смерть и отправились выполнять важную миссию. И сейчас все считали, что Энн с Натаном мертвы, а Верна - аббатиса. Спасибо, Верна. И еще одно. Зедд тревожится за Эди. Он хочет, чтобы ты отвела ее в сторонку и сказала, что он жив-здоров, но "в руках сумасшедшей бабы". Энн, не хочешь ли ты, чтобы я сообщила сестрам, что и ты жива и здорова? Возникла пауза. Нет, Верна. Не сейчас. То, что они считают тебя аббатисой, помогает и им, и тебе. А с учетом того, что нам сообщил Натан, и того, что нам предстоит сделать, было бы неразумно сообщать им, что я жива, чтобы потом поведать, что я все-таки умерла. Верна все понимала. Степи - опасное место. Именно там Верне пришлось убивать людей, несмотря на то что она всеми силами пыталась избежать каких-либо встреч. Но Верна тогда была молодой. А Энн - почти ровесница Натана. Правда, она колдунья, и с ней - Волшебник первого ранга. Зедд тоже далеко не молод, но он отнюдь не беспомощен. Одно то, что он сумел снять с себя Рада-Хань, доказывает его возможности. Энн, не говори так. Будь осторожна. Вы с Зеддом должны защищать друг друга. Нам всем нужно, чтобы вы вернулись. Благодарю тебя, дитя. Позаботься о сестрах Света, аббатиса. Кто знает, может, мне и захочется вернуться когда-нибудь. Верна радовалась общению с Энн, ее умению в самом тяжелом положении не терять чувства юмора и улыбалась. Но потом она подумала о том, что, по словам Энн, Ричард стал объектом воздействия смертельного пророчества, и ее улыбка растаяла. И еще она подумала о предупреждении Натана. Одна из сестер собирается сделать глупость. Как жаль, что Натан не выразился яснее. Под словом "глупость" пророк мог подразумевать что угодно. Верна не была склонна верить всему, что говорит Натан, но Энн знала его лучше, чем она. Она подумала о сестрах, которых захватил Джеган. Пятеро из них были близкими подругами Верны еще со времен послушничества. Кристабель, Амелия, Жанет, Феба и Верна вместе выросли во Дворце. Причем Фебу Верна назначила одной из своих помощниц. И только Феба была теперь с ними. Кристабель, самая близкая подруга Верны, переметнулась к Владетелю. Она стала сестрой Тьмы, и ее захватил Джеган. Остальные подруги Верны, Жанет и Амелия, тоже были теперь во власти императора. Верна знала, что Жанет осталась верной Создателю, но вот насчет Амелии она сомневалась. Если та по-прежнему верна... При мысли о том, что две ее подруги, две сестры Света, стали рабынями сноходца. Верна прижала к губам дрожащие пальцы. Наконец она приняла решение. Верна заглянула в палатку Уоррена и, увидев, как юный пророк лежит в темноте на покрывале, погруженный в свои мысли, не удержалась от улыбки. Она улыбалась тому, что так сильно его любит, и тому, что он так сильно любит ее. Верна с Уорреном вместе выросли во Дворце Пророков и знали друг друга почти всю жизнь. Ее предназначением было обучать молодых волшебников; его удел - пророчить. До возвращения Верны во Дворец с Ричардом их пути серьезно не пересекались. Но благодаря появлению Ричарда обстоятельства свели Верну с Уорреном, и их дружба крепла. После того как Верна стала аббатисой, во время схватки с сестрами Тьмы, они с Уорреном держались заодно и прочно зависели друг от друга. Именно во время этой битвы их дружба переросла в нечто большее. Прожив во Дворце столько лет, они лишь сейчас действительно обрели друг друга, обрели любовь. Вспомнив, о чем ей предстоит сообщить Уоррену, Верна перестала улыбаться. - Уоррен, ты не спишь? - шепотом спросила она. - Нет, - послышался тихий ответ. Боясь, что, если он успеет встать и обнимет ее, она не совладает с собой, Верна быстро вошла в палатку и тут же все выложила. - Уоррен, я решилась. И не спорь. Ясно? Это слишком важно. - Он молчал, и она продолжила: - Амелия и Жанет - мои подруги. Дело не только в том, что они сестры Света, томящиеся под властью Джегана, - я просто их люблю. Я уверена, что они бы сделали для меня то же самое. Я иду за ними и за всеми, кого смогу спасти. - Знаю, - прошептал он. Знает? Что это значит? В темноте палатки повисло молчание. Верна нахмурилась. Странно, что Уоррен не стал спорить, это совсем на него не похоже. Она ждала сердитых возражений, а не спокойного согласия. С помощью Хань - силы жизни, через которую действовал волшебный дар, - Верна зажгла на ладони огонек и от него запалила свечу. Уоррен сидел, уткнувшись головой в сложенные на коленях руки. Она опустилась рядом с ним на колени. - Уоррен? Что с тобой? Он поднял лицо. Оно было болезненно-серым, глаза покраснели. Верна схватила его за руку. - Уоррен, ты плохо выглядишь! В чем дело? - Верна, - прошептал он, - я пришел к выводу, что быть пророком не так чудесно, как мне представлялось. Уоррен был ровесником Верны, но казался гораздо моложе, потому что оставался во Дворце Пророков под защитой заклинания времени, замедляющего старение, пока Верна целых двадцать лет путешествовала в поисках Ричарда. Но в эту минуту он выглядел стариком. Совсем недавно Уоррену впервые было пророческое видение. Он объяснил Верне, что пророчества являются в форме видений, сопровождающихся словами. Слова записывали под видом пророчества, но истинным пророчеством было именно видение. Слова служили лишь для того, чтобы, прочитав их, видение смог увидеть другой пророк. Мало кто знал об этом. Все старались понять пророчества на основании слов, но теперь Верне было известно, что этот метод в лучшем случае неэффективен, а в худшем - просто опасен. Пророчества предназначались лишь для пророков. - Тебе было видение? - нахмурилась она. -- Еще одно пророчество? Уоррен оставил ее вопрос без внимания и задал свой: - Верна, у нас есть с собой Рада-Хань? - Только те, что носят молодые волшебники. У нас не было времени взять запасные. А что? Он снова уткнулся головой в колени. - Уоррен, - Верна погрозила ему пальцем, - если таким образом ты хочешь заставить вынудить меня остаться, то ничего не выйдет. Слышишь? Не выйдет! Я все равно пойду, и пойду одна. И точка. - Верна, - прошептал он, - я должен идти с тобой. - Нет. Это слишком опасно. А я слишком тебя люблю, чтобы подвергать такому риску. Если придется, я данной мне властью аббатисы прикажу тебе остаться здесь. Я это сделаю, Уоррен! Он снова поднял голову. - Верна, я умираю. Верна похолодела. - Что?! Уоррен... - У меня начались головные боли. Головные боли, вызванные моим даром. Верна молчала; она хорошо сознавала, что эти головные боли действительно могут убить Уоррена. Именно поэтому сестры Света забирали одаренных мальчиков во Дворец Пророков - чтобы спасти им жизнь. Если мальчика не обучить владеть своим даром, дар убьет его. И головные боли служили первым признаком. Рада-Хань не только давал сестрам Света возможность контролировать своих подопечных - основным его предназначением было сберечь жизнь мальчика до тех пор, пока он не научится управлять своим даром. - Но, Уоррен, ты ведь так долго учился! Ты вполне умеешь владеть своим даром. Тебе больше не нужен Рада-Хань! - Будь я обычным волшебником, возможно, так бы оно и было, но я пророк. Натан был единственным пророком во Дворце на протяжении многих веков. Мы ничего не знаем о том, как ведет себя дар у пророков. Я только недавно сделал свое первое пророчество. Это означает, что я вышел на новый уровень. И теперь у меня болит голова. Верну охватила паника. На глаза у нее навернулись слезы. Она обвила Уоррена руками. - Уоррен, я остаюсь. Я никуда не пойду. Я помогу тебе. Мы что-нибудь придумаем. Может быть, мы возьмем ошейник у кого-то из мальчиков, и вы будете пользоваться им попеременно. Да. Это вариант надо попробовать в первую очередь! Он крепко обнял ее. - Ничего не выйдет. Верна. Внезапно ее осенило, и она ахнула от облегчения. Это же так просто! - Уоррен, все в порядке. Точно. Я только что сообразила, что нужно делать. Слушай! - Верна, я знаю, что... Она цыкнула на него. Схватив его за плечи, она заглянула в его голубые глаза, потом ласково отбросила ему со лба светлую прядь. - Уоррен, слушай! Это очень просто. Наш орден основан для того, чтобы помогать мальчикам, с рождения обладающим волшебным даром. Нам дан Рада-Хань, чтобы защищать их, пока мы учим их управлять даром. - Верна, я все это знаю, но... - Слушай! Все это произошло потому, что в древности волшебники отказывались учить своих преемников, опасаясь конкуренции. Но опытный волшебник может войти в твой разум и показать тебе, как обращаться с даром. Волшебник может научить тебя этому гораздо быстрее, чем мы, колдуньи. Значит, нам просто нужно найти волшебника. Верна вынула из-за пояса журнал и поднесла к глазам Уоррена. - А волшебник у нас есть. Зедд. Все, что нам нужно, это поговорить с Энн и попросить их с Зеддом нас встретить. Зедд поможет тебе, и все будет в порядке. Уоррен посмотрел ей в глаза. - Верна, ничего не получится. - Не говори так! Ты же не знаешь. Ты не можешь этого знать, Уоррен. - Нет, знаю. Мне было еще видение. Верна опустилась на пятки. - Да? И какое же? Уоррен прижал пальцы к вискам. Верна видела, что ему очень больно. - Верна, теперь для разнообразия послушай ты меня! Мне было видение. Слова не важны. Важно значение. - Он убрал руки от головы и посмотрел ей в глаза. - Ты должна сделать то, что задумала, и отправиться за сестрами. В пророчестве не сказано, добьешься ли ты успеха, но я должен идти с тобой. Если я сделаю что-то другое, то умру. Это пророчество с ветвлением. Пророчество "или-или". Она откашлялась. - Но... Наверняка должно быть что-то... - Нет. Если я останусь или попытаюсь добраться до Зедда, то умру. В пророчестве не говорится, что если я пойду с тобой, то непременно выживу, но совершенно четко сказано, что это моя единственная надежда. И хватит спорить. Если ты заставишь меня остаться, я умру. Если попытаешься отвезти к Зедду, я умру. Если ты хочешь предоставить мне возможность выжить, то должна взять меня с собой. Выбирай, аббатиса. Верна сглотнула комок в горле. Сестра Света, она могла безошибочно определить по мутной дымке в его глазах, что дар медленно убивает его. И она понимала, что Уоррен не стал бы лгать о пророчестве. Он мог бы попытаться ее обхитрить другим способом, но лгать о пророчестве не стал бы ни за что на свете. Он пророк. Пророчества - его жизнь. А может, и смерть. Она взяла его руки в свои. - Собери еды на дорогу. И возьми двух лошадей. Мне нужно кое-что передать Эди, а потом я должна переговорить с моими советниками и дать им указания. Я не дам тебе умереть, Уоррен! - Верна поцеловала ему ладонь. - Я тебя люблю! Вместе у нас все получится. Я не хочу спать. Давай не будем ждать до утра. Мы можем тронуться через час. Уоррен с благодарностью обнял ее. Глава 24 Стоя в тени, он видел, как пожилой мужчина закрыл дверь и на мгновение задержался в полутемном коридоре, застегивая рубашку на толстом животе. Пробормотав что-то себе под нос, мужчина прошел по коридору и исчез, спустившись по лестнице. Было уже поздно. До рассвета оставалось лишь несколько часов. Стены были красными, и свечи, установленные перед посеребренными отражателями в концах коридора, давали не очень много света. Но для него - в самый раз. Ему так больше нравилось: уютные тени во тьме ночи придавали особый вкус нечестивым желаниям. Разврату лучше предаваться по ночам. В темноте. Он стоял в тишине коридора, смакуя свое желание. Ему слишком долго пришлось его подавлять. Он дал волю похоти и почувствовал, как ее радостная, требовательная боль заполняет его. Закрыв рот, он дышал носом, чтобы острее почувствовать букет ароматов, и постоянных, и мимолетных. Расправив плечи, он дышал медленно и глубоко, наслаждаясь запахами - теми, что принесли с собой приходившие сюда мужчины, запахами их ремесел: конский, клея, штукатурки, ланолина, которым солдаты обрабатывали кожаные доспехи, оружейной смазки миндального масла и влажной древесины. Утонченный пир, который только еще начинался. Он снова внимательно оглядел коридор. Из других комнат никаких звуков не доносилось. Даже для такого заведения, как это, час был уже поздний. Толстяк, вероятно, был последним клиентом на сегодня - разумеется, не считая его самого. Он любил оставаться последним. Знание того, что происходило перед его приходом, и висящие в воздухе ароматы дарили ему целый букет ощущений. В возбужденном состоянии его чувства всегда обострялись, и он смаковал каждую деталь. Он на мгновение прикрыл глаза, прислушиваясь к снедающей его внутренней жажде. Ему нужна женщина. Она утолит его желание. Для этого женщины здесь и предназначены. Они предлагали себя добровольно. Другие мужчины, как тот толстяк, к примеру, просто взгромождаются на женщину, через пару минут удовлетворенно хрюкают, и все дела. Они никогда не задумываются о том, что чувствует женщина, что нужно ей для того, чтобы получить удовлетворение. Эти мужланы - только животные, невежды, не понимающие, что наслаждение должно быть одновременным. Их мысли сосредоточены лишь на объекте их похоти, они не видят главного, того, что приводит к истинному блаженству. Неуловимое, скоротечное нечто, дарующее невероятные ощущения. Благодаря своей необычной чувственности, редчайшим знаниям он коллекционировал эти драгоценные мгновения и хранил в памяти, придавая этому эфемерному ощущению иллюзию постоянства. Он полагал себя счастливцем, ибо мог понимать такие вещи и полностью удовлетворить женщину. Наконец он вздохнул поглубже и медленно двинулся по коридору, отмечая про себя, как тени и тоненькие лучи света, льющиеся от отражателей, перемещаются по его телу. И подумал, что, если захочет когда-нибудь, сможет ощутить прикосновение света и тьмы. Он без стука открыл дверь, из которой вышел толстяк, и скользнул в комнату, с удовольствием отметив, что в ней тоже царит полумрак. Одним пальцем он закрыл дверь за собой. Женщина в комнате, слегка присев, надевала трусики. Когда она наконец увидела вошедшего мужчину, то просто опустила платье и небрежно затянула шелковый поясок. Запах угля, горящего в жаровне, смешивался со слабым ароматом мыла, талька и очень сладких духов. Но запах похоти и спермы был сильнее всего. Окон в комнате не было. Большую часть помещения занимала кровать, застеленная смятыми ветхими простынями. В изголовье стояла небольшая тумбочка для личных вещей. На стене над кроватью висело весьма откровенное изображение любовной пары. Возле двери стоял умывальник с потрескавшейся эмалью. По форме он напоминал печень, а трещины в эмали - идущие от печени артерии. С полотенца, висящего возле умывальника, все еще капала вода. Мыльная пена в умывальнике тихонько покачивалась. Женщина только что вымылась. У каждой шлюхи свои привычки. Некоторые мыться не любят, но это, как правило, более старые, некрасивые, которым платят мало, и поэтому им на все наплевать. Он давно заметил, что молоденькие и красивые женщины, которые получают больше, моются после каждого клиента. Он предпочитал тех, что моются, но вообще-то его похоть от таких мелочей не зависела. Иногда он задавался вопросом, задумываются ли над такими вещами непрофессиональные шлюхи, с которыми он бывал. Скорее всего нет. Он вообще сомневался, что другие задумываются над такими забавными особенностями. Мало кто обращает внимание на детали. Другие женщины, женщины, жаждущие любви, тоже удовлетворяли его, но не так. Тем всегда Хотелось поговорить, хотелось, чтобы за ними ухаживали. Они хотели, он хотел. И в конечном итоге похоть заставляла его потакать их желаниям, прежде чем он удовлетворял свои потребности. - Я думала, что на сегодня уже закончила, - сказала женщина. Ее голос журчал как ручеек, но она явно не была по-настоящему заинтересована в очередном клиенте, который к тому же явился в столь позднее время. - По-моему, я последний, - ответил он, стараясь говорить извиняющимся тоном, чтобы не рассердить ее. Когда они злы, от них не получишь нужного удовлетворения. Больше всего он любил, когда они очень старались понравиться. - Ну тогда ладно, - вздохнула она. Она не проявила ни малейшего страха при виде вошедшего без стука мужчины, хотя вряд ли у нее имелось оружие. Не потребовала она и денег вперед. Сайлас Латертон, сидевший внизу со здоровенным кривым кинжалом на поясе, обеспечивал женщинам безопасность. И не пропускал никого наверх без предварительной оплаты, так что женщинам не требовалось брать денег. К тому же это позволяло ему следить за доходами шлюх. Женщина казалась немного растрепанной после посещения толстяка, но ее взъерошенная головка только будила в нем страсть. Весь ее облик ясно говорил о том, чем она только что занималась, и это придавало ей еще большую эротичность в глазах посетителя. У нее было подтянутое и стройное тело, длинные ноги и великолепная грудь. Это он успел разглядеть до того, как она одернула платье. И скоро увидит опять, так что может пока не спешить. Ожидание только еще больше возбуждало его. В отличие от остальных ее клиентов он не торопился. Потому что знал: начавшись, это слишком быстро закончится. Начав, он уже не сможет остановиться. Так что пока он будет просто подмечать каждую деталь, чтобы сохранить их в памяти навсегда. Он решил, что она не просто хорошенькая. Ее лицо способно свести мужчину с ума, заставить приходить к ней снова и снова. И по уверенности, с которой она держалась, он понял, что ей это отлично известно. Однако в ее лице за чарующей красотой проглядывала жесткость. Но мужчины видели лишь смазливую мордашку, а всего остального не замечали. А он заметил. Он всегда замечал все детали, а эта встречалась довольно часто. Всегда одно и то же. Свойства характера, которых нежные черты не могут скрыть от такого проницательного человека, как он. - Ты новенькая? - спросил он, хотя и так это знал. - Первый день тут, - ответила она. И это он тоже знал. - Эйдиндрил большой город, а сейчас здесь стоит огромная армия, так что клиентов навалом. Мои голубые глаза напоминают д'харианским солдатам о девушках у них на родине. Так что я пользуюсь большим спросом. - И платят тебе больше. Она чуть улыбнулась понимающей улыбкой. - Если бы это тебе было не по карману, ты бы сюда не пришел, так что нечего жаловаться. Он говорил безо всякой задней мысли и не хотел, чтобы она обижалась. Вечная подозрительность - тоже свойство натуры. Нужно срочно ее улестить. - Солдаты часто грубы с такими молодыми и красивыми женщинами, как ты. Она пропустила комплимент мимо ушей. Должно быть, слышала его так часто, что вообще перестала воспринимать. - Я рад, что ты работаешь у Сайласа Латертона, - продолжал он. - Он бережет своих девочек. Так что в его заведении тебе ничего не грозит. Хорошо, что ты пришла именно сюда. - Спасибо. - В ее голосе не стало больше тепла, но хотя бы раздраженные нотки исчезли. - Рада слышать, что его репутация известна клиентам. Однажды меня высекли. Мне ото не понравилось. Мало того что было больно - я потом месяц не могла работать. - Наверное, это было ужасно. Боль, я имею в виду. - Ты собираешься раздеваться или как? - Он кивнул на кровать. Он промолчал, но жестом указал на ее платье. Она медленно распустила шелковый пояс. - Пусть будет по-твоему. - И приспустила платье ровно настолько, чтобы распалить его воображение. - Мне... мне бы хотелось, чтобы ты тоже получила удовольствие. - Не беспокойся за меня, солнышко, - усмехнулась она. - Я его получу. Не сомневаюсь, что ты меня заведешь. Но ведь платишь-то ты. Так что давай позаботимся о твоем удовольствии. Ему понравились саркастические нотки в ее голосе. Она хорошо их скрывала за фальшиво-чувственным придыханием, и другие наверняка их бы не услышали. Но он слушал очень внимательно. Медленно и аккуратно он выложил на умывальник одну другой четыре золотые монеты. В десять раз больше того, ч брал Сайлас Латертон, и раз в тридцать больше ее доли. Она смотрела на монеты, словно не верила своим глазам. Это были большие деньги. Потом она вопросительно глянула на него. Ему понравилось растерянное выражение ее небесно-голубых глаз. Женщин этого сорта редко можно смутить деньгами, но она молода, и скорее всего ни один мужчина не предлагал ей столько. Ему понравилось, что это произвело на нее впечатление. Впрочем, он знал об этом заранее. - Мне бы хотелось, чтобы тебе было хорошо. И плачу за то, чтобы увидеть, как ты испытаешь наслаждение. - Солнышко, да за такие деньги ты моих воплей до старости не забудешь! Ну, в этом-то он не сомневался. Улыбнувшись самой очаровательной из своих улыбок, она выскользнула из платья и, не сводя с него огромных голубых глаз, повесила его на вбитый в дверь крючок. Она обвила его руками за талию и нежно, но настойчиво прижалась к нему всей своей крепкой грудью. - Ну, как ты хочешь, солнышко? Несколько славных царапин на спине, чтобы твоя девушка поревновала? - Нет. Я просто хочу видеть, что ты получаешь удовольствие. Ты такая красивая. И я подумал что, если тебе как следует заплатить, твое наслаждение будет искренним. Вот и псе. Просто я хочу знать, что ты испытываешь наслаждение. Покосившись на монетки, она улыбнулась ему. - Ой, да, разумеется, я его испытаю, солнышко! Обещаю. Я очень способная шлюха. - На это я и надеялся. - Тебе так это понравится, что ты захочешь снова и снова возвращаться в мою постель. - Да ты прямо читаешь мои мысли! - Меня зовут Рози, - жарким шепотом выдохнула она. - Имя столь же красивое, как ты сама, - и такое же неоригинальное, подумал он про себя. - А как зовут тебя? Как мне тебя называть, когда ты станешь приходить ко мне часто - а мне так этого хочется? - Мне нравится, как ты меня уже называешь. Мне нравится, как это звучит в твоих устах. Она медленно провела языком по своим полным губам. - Рада познакомиться с тобой, солнышко. Он просунул палец под резинку ее трусиков. - Можно мне их забрать? Она пробежала пальцами по его животу и слегка застонала, коснувшись его плоти. - Уже конец длинного дня. Эти... не очень чистые. У меня есть свеженькие. За свои деньги ты можешь взять их столько, сколько захочешь. Солнышко, да хоть все забери, если угодно! - Эти вполне подойдут. Мне нужны только они. - Понятно... - хихикнула она. - Тебе это нравиться верно? Он не ответил. - Так почему бы тебе их не снять с меня? - игриво спросила она. - Возьми свой приз. - Я хочу посмотреть, как ты это делаешь. Не колеблясь, она стянула трусики, потом, прижавшись к нему, провела ими ему по щеке и, ехидно улыбнувшись, сунула их ему в ладонь. - Получай. Только для тебя, солнышко. Именно такие, какие ты хочешь, - с запахом Рози. Он пощупал их, ощущая под пальцами сохранившееся тепло ее тела. Она потянулась, чтобы поцеловать его. Не знай он истинного положения вещей, не знай, кто она такая на самом деле, он мог бы подумать, что она сходит с ума от желания. Что ж, он действительно доставит ей удовольствие. - Что ты хочешь, чтобы я сделала? - прошептала она. - Скажи, и ты это получишь. Я никогда не делаю такого предложения другим мужчинам. Но я так сильно тебя хочу... Я сделаю все, что угодно. Только попроси. Он чувствовал исходящий от нее запах других мужчин. Чувствовал вонь их похоти. - Пусть идет как идет, ладно, Рози? - Все, что скажешь, солнышко, - мечтательно улыбнулась она. - Все, что скажешь... Подмигнув, она сгребла монеты, потом, призывно покачивая бедрами, подошла к тумбочке и присела перед ней на корточки. Он как раз размышлял, что она сделает: присядет на корточки или наклонится. Эта деталь его удовлетворила, напомнила кое-что из прошлого. Пока она прятала деньги, он заметил в тумбочке маленькую подушечку, расшитую красным. Она заинтриговала его. Уж больно не к месту здесь эта вещица. - Что это? - спросил он, зная, что за четыре золотых она сделает все. Рози протянула ему подушечку. Маленькая подушечка, так, безделушка, просто забавная вещица с вышитой алой розой. - Я сама ее сделала, когда была маленькой. И набила кедровой стружкой, чтобы приятно пахла. - Она любовно провела пальцем по вышивке. - Мой талисман. Рози. Для Роуз. Это отец меня так назвал. Он был родом из Никобариса. На его языке "роуз" значит роза. Он всегда называл меня своей маленькой розой, говорил, что я выросла в саду его сердца. Эта деталь поразила его. Он и не надеялся узнать о ней что-то столь личное. У него появилось чувство, будто он уже овладел ею. Мысль о том, что теперь ему известна такая маленькая, вроде бы незначительная подробность, согревала кровь. Глядя, как она убирает подушечку на место, он думал о ее отце. Знает ли он, где его дочь? Или он с отвращением выгнал ее, когда его роза проткнула ему сердце своими шипами? Он представил себе, какой был скандал. Потом он подумал и о ее матери - смирилась ли она, или до сих пор рыдает над пропащей дочерью? Теперь настала пора ему сыграть свою роль в ее жизни. - Можно мне называть тебя Роуз? - спросил он, когда она захлопнула тумбочку. - Такое чудесное имя. Она оглянулась и увидела, как он скатывает в пальцах ее трусики в тугой комок. Улыбаясь, она подошла к нему. - Отныне ты - мой особенный. Я никогда никому не называла своего настоящего имени. И мне будет приятно слышать его от тебя. Его сердце бешено колотилось, желание разгоралось в нем с невиданной силой. - Благодарю тебя, Роуз, - совершенно искренне прошептал он. - Мне так хочется доставить тебе удовольствие. - У тебя руки дрожат. У него всегда так, пока он не начнет. А потом они успокаиваются. Это только от предвкушения. - Прости. Она рассмеялась гортанным низким чувственным смехом. - Не стоит. Меня возбуждает, что ты так нервничаешь. Он вовсе не нервничает. Ни чуточки. Но очень возбужден. Ее руки быстро выяснили степень его возбуждения. - Я хочу попробовать тебя на вкус. - Она лизнула ему ухо. - Сегодня у меня больше никого не предвидится. Так что у нас много времени для наслаждений. - Знаю, - шепнул он в ответ. - Поэтому я и хотел остаться последним. - А ты можешь сделать так, чтобы это длилось подольше? - Могу и сделаю, - пообещал он. - Как можно дольше. Она довольно мурлыкнула и повернулась в его объятиях, прижавшись к нему задом. Выгнувшись, она потерлась затылком о его грудь и опять застонала. Он скрыл самодовольную ухмылку и заглянул в ее небесно-голубые глаза. Да, действительно способная шлюха. Он провел рукой по ее спине, и она вновь нетерпеливо застонала. Из-за того, что она извивалась, он не попал в нужное место. Она застыла. Во второй раз он вогнал нож точно туда, куда надо, - между позвонками, перерезав спинной мозг. Он обхватил ее за талию, чтобы она не упала. На сей раз вырвавшийся у нее глухой стон был настоящим. Никто в соседних комнатах не отличит его от тех звуков, которые она обычно издает под клиентом. Люди никогда не замечают деталей. А он замечал и наслаждался этой разницей. Когда ее рот раскрылся в вопле, он быстрым движением заткнул его скатанными в комок грязными трусиками. И как раз вовремя, так что у нее вырвался всего лишь приглушенный всхлип. Он вытащил шелковый пояс из висящего на крючке платья и обмотал четыре раза вокруг ее головы, чтобы закрепить кляп. Одной рукой и зубами он затянул узел. Он с удовольствием бы послушал ее душераздирающие крики, но это положило бы преждевременный конец наслаждению. Ему нравились крики, вопли. Они всегда искренни. Он прижался губами к ее виску, вдыхая сохранившийся в се волосах запах других мужчин. - О, Роуз, ты доставишь мне огромное наслаждение! Такого ты никогда не доставляла ни одному мужчине. И я хочу, чтобы ты тоже его испытала. Я знаю, что тебе всегда этого хотелось. Я тот самый мужчина, которого ты ждала. Я пришел наконец. Он отпустил ее, и она соскользнула на пол. Ноги у нее не работают, так что она никуда не денется. Она попыталась ударить его в пах. Он легко поймал ее запястье. Глядя в ее небесно-голубые глаза, он разжал ей кулачок, взял ладонь большим и указательным пальцем и выгибал до тех пор, пока не треснули кости. Рукавами ее платья он связал ей руки, чтобы она не могла вынуть кляп. От ее приглушенного воя у него радостно трепетало сердце. Из-за кляпа он не мог разобрать слов, но они все равно возбуждали его, потому что в них слышалась боль. Чувства клокотали в нем как в кипящем котле. Наконец-то голоса замолчали и оставили его наедине с похотью. Он не знал толком, что это за голоса, но был уверен, что может слышать их исключительно благодаря своему выдающемуся интеллекту. Он может ловить эти эфемерные послания, потому что у него очень острое восприятие и потому, что его всегда интересуют детали. По ее лицу текли слезы. Безукоризненно выщипанные брови сошлись на переносице, и из-за этого ее лоб покрылся морщинами. Он тщательно пересчитал их, потому что он обожал детали. Испуганными небесно-голубыми глазами она смотрела, как он снимает себя одежду и аккуратно складывает. Не годится пачкать одежду кровью. Теперь руки его не дрожали и нож он держал крепко. Он встал над ней, голый и сильно возбужденный - чтобы ей было видно, как хорошо она на него воздействует. А затем приступил. Глава 25 К комнате, которой Ричард пользовался как кабинетом, Кэлен и Кара подошли одновременно с коротко стриженной черноволосой девушкой, державшей маленький поднос с горячим чаем. Райна, стоявшая на часах возле двери вместе с Иганом и Уликом, широко зевнула. - Ричард просил чай. Сэра? Молодая женщина сделала реверанс - насколько это было возможно с подносом в руках. - Да, Мать-Исповедница. Кэлен забрала у нее поднос. - Я отнесу ему, Сэра. Я все равно иду туда. Сэра вспыхнула и попыталась не отдать поднос. - Но вы не должны этого делать, Мать-Исповедница! - Не говори глупостей! Я вполне способна пронести поднос десять шагов. Завладев подносом, Кэлен отступила. Сэра не знала, куда деть руки, и просто поклонилась. - Да, Мать-Исповедница, - пробормотала она и убежала в смущении. У нее был такой вид, будто ее подстерегли на большой дороге и ограбили. Сэра, как и другие служанки, очень серьезно относилась к своим обязанностям. - Он давно здесь? - спросила Кэлен у Райны. - Да. - Райна мрачно покосилась на дверь. - Всю ночь. В конце концов я поставила сюда взвод солдат и пошла спать. Он и Берлину заставил торчать с ним всю ночь. Надо полагать, это и есть истинная причина плохого настроения Райны. - Не сомневаюсь, что так было нужно, но я посмотрю, может, мне удастся уговорить его прерваться и немного поспать. Или хотя бы дать отдохнуть Бердине. - Буду чрезвычайно признательна, - пробормотала Кара. - А то Райна становится сварливой, если Бердина ночью не спит. - Бердине тоже нужен сон! - огрызнулась Райна. - Уверена, они заняты чем-то важным, Райна, но ты, безусловно, права: если человек не высыпается, то пользы ему от этого нет. Я напомню об этом Ричарду. Иногда он так увлекается, что забывает о потребностях других людей. Темные глаза Райны сверкнули. - Спасибо, Мать-Исповедница! Держа поднос одной рукой, Кэлен открыла дверь. Кара, вставшая на пост возле Райны, внимательно проследила за Кэлен,. чтобы убедиться, что та не уронила поднос, и только после этого закрыла дверь. Ричард сидел спиной к двери и смотрел в окно. Огонь в камине еле теплился. Кэлен самодовольно ухмыльнулась. Сейчас она положит конец его хвастовству. Но прежде чем она успела поставить поднос и зазвенеть чашками, чтобы привлечь его внимание, Ричард, не оборачиваясь, произнес: - Рад, что ты пришла, Кэлен. Нахмурившись, она поставила поднос на стол. - Ты сидишь спиной к двери. Откуда ты знаешь, что это я, а не служанка, которую ты попросил принести чай? Ричард недоуменно оглянулся. - А почему, собственно, я должен считать, что это служанка, когда это ты? Казалось, он искренне озадачен ее вопросом. - Клянусь, Ричард, у меня иногда от тебя мурашки бегут по спине! Про себя Кэлен решила, что он увидел ее отражение в стекле. Ричард подошел к ней и поцеловал ее. - Рад тебя видеть. Без тебя мне было одиноко. - Ты хорошо спал? - Спал? Нет, пожалуй. Но хотя бы волнения прекратились. Не знаю, что бы мы делали, если бы снова взошла красная луна. Просто не верится, что люди способны превратиться в дикарей из-за такой ерунды. - Но ты должен признать, что это весьма необычное зрелище... И пугающее. - Да, но от этого у меня не возникает желания с воплями бегать по улицам, бить окна и поджигать дома. - Это потому, что ты Магистр Рал и у тебя больше здравого смысла. - И дисциплины тоже. Я не позволю крушить все вокруг и калечить ни в чем не повинных людей. Если такое произойдет еще раз, я прикажу солдатам подавить беспорядки немедленно, а не ждать в надежде, что к людям вдруг вернется разум. У меня есть дела поважнее, чем переживать из-за людских суеверий. По его тону Кэлен поняла, что Ричард на грани взрыва. Под глазами у него обозначились темные круги. А она звала, что если человек долго недосыпает, то быстро становится раздражительным. Одну ночь не спать - это ничего, а вот три ночи подряд - уже перебор. Оставалось надеяться, что недосыпание не отразилось на его способности соображать. - Дела поважнее... Ты имеешь в виду то, чем вы занимались с Бердиной? Ричард кивнул. Кэлен налила чай и протянула ему чашку. Он некоторое время тупо смотрел на нее, потом взял. - Ричард, ты должен дать несчастной женщине поспать хоть немного. От нее не будет толку, если она не отоспится. Ричард сделал глоток. - Знаю. - Он отвернулся к окну и зевнул. - Я уже отправил ее в мою комнату подремать. Она начала Ошибаться. - Тебе бы тоже не мешало поспать, Ричард. Он смотрел в окно на возвышающийся в горах замок Волшебника. - Мне кажется, я выяснил, что означает красная луна. Его голос прозвучал так мрачно, что Кэлен вздрогнула. - Что? - спросила она. Повернувшись, Ричард поставил чашку на стол. - Я попросил Берлину поискать места, где Коло использует слово "мосс" или упоминает о красной луне. Он перелистал лежащий на столе дневник. Ричард нашел его в замке, где тот пролежал три тысячи лет в замурованном помещении. Коло дежурил возле сильфиды - странного создания, которое могло переносить людей, обладающих даром, на дальние расстояния, - когда завершилось строительство Башен Погибели, отделивших Новый мир от Древнего. Когда это случилось, Коло оказался в ловушке. Он не мог выбраться и умер возле сильфиды. Дневник уже послужил источником бесценных сведений, вот только написан он был на древнед'харианском. Берлина знала этот язык, но лишь его более позднюю версию. Так что им пришлось прибегнуть к другой книге, написанной почти на столь же древнем варианте древнед'харианского, что и дневник. В детстве Ричард выучил эту книгу - в переводе, естественно, - практически наизусть, и это им здорово помогло. В результате Ричард довольно прилично изучил классический древнед'харианский и даже его более ранний вариант, арготический, - но все равно дело продвигалось удручающе медленно. Притащив Кэлен назад в Эйдиндрил, Ричард рассказал ей, что способ спасти ее он нашел в дневнике. И добавил, что иногда он читает очень легко, а иногда они вместе с Бердиной просто увязают. Иногда удается буквально за пару часов прочитать страницу, а иногда они сутки бьются над одним предложением. - "Мосс"? Ты сказал, что просил ее найти слово "мосс". А что оно значит? Ричард отпил еще чаю и снова поставил чашку на стол. - "Мосс"? На древнед'харианском это значит "ветер". - Он открыл заложенную страницу. - Поскольку перевод дневника требует уймы времени, мы просто искали ключевые слова, а потом сосредотачивались на этих страницах в надежде, что повезет. - Мне показалось, ты говорил, что вы переводите его подряд, чтобы лучше понять стиль Коло. Ричард раздраженно вздохнул. - Кэлен, у меня нет на это времени! Так что нам пришлось сменить тактику. Кэлен не понравилось то, что она услышала. - Ричард, мне сказали, что твой брат - верховный жрец ордена, именуемого Раут'Мосс. На древнед'харианском это... - Означает "священный ветер", - пробормотал он и постучал пальцем по дневнику. - Взгляни. Бердина нашла место, где сказано о красной луне, и Коло очень переживает из-за этого явления. Возмущались все в замке Волшебника. Он пишет, что "команда" их предала. И говорит, что ее члены должны предстать перед судом за свое преступление. Мы еще не успели уточнить, в Чем там дело, но... - Ричард достал из дневника бумажку с переводом. - Сегодня благодаря блестящей работе, проделанной сотней волшебников, удалось осуществить наш самый смелый замысел. Наиболее ценные вещи теперь надежно защищены. Радостный крик разнесся по замку, когда было получено это известие. Многие не верили, что это возможно, но, ко всеобщему изумлению. дело сделано: Храм Ветров исчез. - Исчез? - переспросила Кэлен. - А что это вообще за Храм Ветров? И куда он исчез? Ричард закрыл дневник. - Не знаю. Но позже Коло пишет в дневнике, что люди, которые это осуществили, оказались предателями. Древнед'харианский - странный язык. Значение слов и словосочетаний меняется в зависимости от управления. - Многие языки такие же. Наш, кстати, тоже. - Да, но иногда на древнед'харианском слова еще и многозначны. И значение выбирается исходя из контекста. Это еще больше усложняет перевод. Например, в древнем пророчестве меня называют "Несущий смерть", эти слова имеют три разных значения: "приводящий в мир живых Владетеля", "призывающий духов мертвых" и "тот, кто убивает". Значения разные, но имеются в виду все три. Это - ключ к пониманию. Пророчество есть в книге, которую мы принесли из Дворца Пророков. Уоррен смог его перевести только после того, как я сказал ему, что верны все три значения. Он говорил мне тогда, что теперь он - единственный человек за три тысячи лет, который знает истинное значение этого пророчества. - А при чем тут Храм Ветров? - Когда Коло пишет "ветер", он, по-моему, иногда имеет в виду просто ветер как таковой, как ты бы сказала, что сегодня пронизывающий ветер. Но иногда, как мне кажется, он подразумевает Храм Ветров. Думаю, что так он называет его вкратце и в то же время таким образом отделяет от других храмов. Кэлен моргнула. - Ты хочешь сказать, что слова Шоты о том, что за тобой охотится ветер, означают, что за тобой каким-то образом охотится этот самый Храм Ветров? - Точно не скажу. - Ричард, а тебе не кажется, что это притянуто за уши? Коло жил три тысячи лет назад. Как он и Шота могут говорить об одном и том же? - Когда Коло пишет, что все возмущены, складывается впечатление, будто он имеет в виду, что эти ветры обладают восприятием. Кэлен поперхнулась. - Ричард, уж не хочешь ли ты сказать, что Коло заявляет, будто это место, этот Храм Ветров, способно чувствовать? Все-таки недосып - ужасная вещь. Кэлен сомневалась, что Ричард сейчас может мыслить здраво. - Я же сказал, что не уверен. - Но ты это подразумеваешь. - Ну, это звучит... абсурдно, когда говоришь вслух. Но когда читаешь на древнед'харианском... Я не знаю, как объяснить, но разница есть. - В чем бы ни была эта самая разница, как может .место обладать восприимчивостью? Обладать чувствами? - Не знаю, - вздохнул Ричард. - Я и сам все время над этим думаю. Почему, по-твоему, я все ночь не спал? - Но такого просто быть не может! Он вызывающе глянул на нее. - Замок Волшебника - тоже всего лишь место, но он чувствует, когда кто-то в него входит. И реагирует на вторжение. Он останавливает людей и даже убивает, если кто-то стремится попасть туда, куда ему доступ закрыт. Кэлен скорчила рожицу. - Ричард, это обычные щиты. Волшебники поставили их, чтобы защитить самые важные и опасные талисманы. - Но они реагируют сами, верно? - Капкан тоже. Но это не значит, что он может чувствовать. Как я понимаю, ты хочешь сказать, что Храм Ветров защищен щитами. Правильно я понимаю? - И да, и нет. Это нечто большее, чем просто щиты. Щиты лишь защищают. А Коло пишет так, будто Храм Ветров... как бы это сказать... может мыслить. Принимать решения в случае необходимости. - Принимать решения? Какие, например? - Когда он пишет, что все в панике из-за красной луны то это связано с тем, что волшебники, куда-то там отправившие Храм Ветров, совершили предательство. - Ну и что? - Ну и я думаю, что это Храм Ветров сделал луну красной. Кэлен смотрела ему в глаза, завороженная светящейся в них убежденностью. - Я даже спрашивать не буду, как это возможно, давай на минуточку представим, что ты прав. Зачем Храму Ветров понадобилось делать луну красной? Ричард твердо выдержал ее взгляд. - Это предупреждение. - О чем? - Щиты замка реагируют на вторжение тем, что блокируют проход. Почти никто не может пройти через них. Я могу, потому что обладаю нужной магией. Если некто, желающий причинить зло и обладающий достаточно сильной магией и необходимыми знаниями, захочет сквозь них пройти, он тоже сможет миновать щиты. И что тогда произойдет? - Ну, ничего. Он просто пройдет. - Вот именно. Я считаю, что Храм Ветров способен на большее. Мне кажется, он может узнать, кто именно прорвал его защиту, и тогда шлет предупреждение. - Красная луна, - прошептала Кэлен. - Весьма правдоподобно. Она ласково коснулась его руки. - Ричард, тебе нужно отдохнуть. Ты не можешь сверять то, что происходит сейчас, с одним дневником Коло. Это всего лишь дневник, и к тому же написанный давным-давно. - Я больше не знаю, где искать! - Он отдернул руку. - Шота сказала, что за мной охотится ветер! Мне совершенно не за чем ложиться спать, чтобы видеть кошмары! В эту минуту Кэлен поняла, что гнетут его отнюдь не слова Шоты. А пророчество, высеченное в подземелье. Первая часть пророчества гласила: с красной луной придет огненный шторм. А вот вторая часть действительно была пугающей: Чтобы погасить пожар, он должен искать ответ у ветра. И на этом пути его поразит молния, ибо та, что в белом, его истинная любовь, предаст его своей кровью. Раздался стук в дверь. - Что там еще?! - рявкнул Ричард. Дверь открылась, и появилась голова Кары. - Вас хочет видеть генерал Керсон, Магистр Рал. Ричард взъерошил пальцами волосы. - Пусть войдет. Глядя в окно, он положил руку Кэлен на плечо. - Извини, - прошептал он. - Ты права. Мне действительно надо поспать. Может, у Надины найдется какая-нибудь травка, чтобы я уснул? Потому что так просто мне заснуть не удастся. Кэлен скорее позволила бы Шоте дать ему какого-нибудь зелья. Она лишь ласково погладила его в ответ, но промолчала, боясь, что не справится с голосом. В комнату с широкой улыбкой вошел генерал Керсон. Прижав кулак к груди, он отсалютовал. - Магистр Рал, доброе утро. И оно действительно доброе благодаря вам. Ричард отхлебнул чая. - С чего бы это? - Солдатам гораздо лучше! - Генерал хлопнул Ричарда по плечу. - Чеснок, брусника и дубовый отвар здорово помогли. Мои воины в полном порядке. Глаза у всех блестят, и они готовы выполнить любой приказ. Выразить не могу, как я рад, Магистр Рал. - Ваша улыбка об этом ясно говорит, генерал. Я тоже рад. - Мои люди счастливы, что их новый Магистр Рал - великий волшебник, способный отогнать смерть. Каждый горит желанием угостить вас элем, выпить за ваше здоровье и пожелать вам долгой жизни. - Это была вовсе не магия. Обычные средства, которые... Поблагодарите их за предложение, но... А что с беспорядками? Сегодня ночью были какие-то инциденты? - Почти все затихло, - пренебрежительно хмыкнул генерал Керсон. - Как только луна снова стала нормальной, люди опомнились. - Отлично. Это прекрасная новость, генерал. Благодарю за доклад. Генерал потер подбородок. - Э-э, тут есть одно дело, Магистр Рал. - Он покосился на Кэлен. - Не могли бы мы поговорить... - Он вздохнул. - Вчера убили одну... женщину. - Мне очень жаль. Вы ее знали? - Нет, Магистр Рал. Это... Это женщина, которая... Ну, брала деньги за... - Если вы пытаетесь сказать, что она была шлюхой, генерал, - вмешалась Кэлен, - то не стесняйтесь. Мне доводилось слышать это слово и прежде, так что вряд ли я хлопнусь в обморок, если услышу его еще раз. - Да, Мать-Исповедница. - Генерал снова перевел взгляд на Ричарда. - Ее нашли мертвой сегодня утром. - Что с ней случилось? Как она была убита? Генерал явно пребывал в крайней растерянности. - Магистр Рал, я за свою жизнь повидал много мертвецов. И не помню, когда меня в последний раз выворачивало от этого зрелища. Ричард положил руку на один из больших кошелей у себя на поясе. - Что с ней сделали? Генерал, как бы извиняясь, покосился на Кэлен и отвел Ричарда в сторонку. Кэлен не слышала слов, но выражение лица Ричарда сказало ей, что так даже лучше. Ричард подошел к камину и уставился на огонь. - Мне очень жаль. Но у вас наверняка есть люди, которые могут заняться этим делом. Почему вы пришли ко мне? Генерал откашлялся. - Видите ли. Магистр Рал, ее обнаружил ваш брат. Гневно нахмурившись, Ричард обернулся. - Что Дрефан делал в борделе? - Ну... Я спросил у него то же самое. Магистр Рал. Он не производит впечатления человека, который ищет неприятностей на свою голову. - Генерал провел ладонью по лицу. - Я спросил, а он ответил, что если ему захотелось пойти в бордель, то это его личное дело и меня не касается. Кэлен видела, что Ричард с трудом сдерживает гнев. Он резко схватил со стула свой золотистый плащ. - Пошли! Отведите меня туда. Отведите туда, куда ходит Дрефан. Я хочу побеседовать там кое с кем. Кэлен с генералом Керсоном поспешили за Ричардом. Догнав его, Кэлен ухватила Ричарда за рукав и посмотрела на генерала. - Простите, вы не оставите нас на минуточку, генерал? Генерал пошел дальше, а Кэлен оттащила Ричарда в другую сторону, подальше от Кары, Райны и Улика с Иганом. Она сильно сомневалась, что у Ричарда сейчас подходящее настроение, чтобы заниматься такими вещами. К тому же она пришла к нему сегодня утром не просто так. - Ричард, представители Срединных Земель ждут встречи с нами. Они ждут уже много дней. - Дрефан - мой брат! - Но он еще и взрослый мужчина! Ричард потер глаза. - Я должен заняться этим убийством, и у меня еще куча всяких дел. Не поговоришь ли ты сама с этими представителями? Скажи им, что мне пришлось уехать по срочным делам. Пусть они подпишут капитуляцию, и тогда можно начать координировать наши действия. - Я, конечно, могу тебя заменить. Я знаю, что кое-кто будет просто счастлив, что можно поговорить со мной и избежать встречи с тобой. Они тебя боятся до дрожи. - Я же не кусаюсь! - обиделся Ричард. - Ричард, ты перепугал их, еще когда потребовал капитуляции; Ты пообещал уничтожить их, если они осмелятся присоединиться к Имперскому Ордену. И они боятся, что ты все равно это сделаешь, просто под настроение. Репутация Магистра Д'Хары бежит впереди тебя, а ты подогреваешь их страхи. Нельзя же всерьез рассчитывать, что они будут чувствовать, себя спокойно просто потому, что приняли твои условия! Ричард наклонился и шепнул ей на ушко: - Ну, так расскажи им, какой я на самом деле милый. - Я могу сказать им, что ты хочешь трудиться вместе с ними во имя общего мира и процветания, - улыбнулась она. - Мне они верят и прислушаются к моим словам. Но прибыл Тристан Башкар, министр Джары, и двое представителей королевского дома Греннидона. Эти трое очень важные персоны; у стран, которые они представляют, сильные армии. Они рассчитывают на встречу с тобой. Они как раз-таки могут не пожелать сдаться мне. Захотят поторговаться. - Что ж, поторгуйся. - Тристан Башкар - блестящий дипломат и мастер торговаться. Леонора и Вальтер Кольбейн из Греннидона - тоже. - Именно поэтому я и положил конец союзу Срединных Земель. Слишком многим хотелось спорить и торговаться. С этим покончено. Условия капитуляции абсолютны и непреложны. - Ричард сунул палец за пояс. Лицо его стало жестким. - Условия равные для всех, одинаковые для всех и обсуждению не подлежат. Либо они с нами, либо против нас. Кэлен провела пальцами по его руке. Ричард последнее время был очень занят дневником Коло. Она соскучилась по его крепким объятиям. - Ричард, ты хотел моего совета. Я знаю правителей этих стран. Просто получить их согласие - не самое главное. От них потребуются жертвы. И нам нужно, чтобы они это поняли ч полностью сотрудничали бы с нами. Ты - Магистр Рал, Владыка Д'Хары. Ты выдвинул требования. Ты сказал, что безоговорочная капитуляция будет принята с уважением к странам, ее подписавшим. Я хорошо знаю представителей этих стран. Они ждут, что ты их примешь лично в знак уважения к ним. - Ты - Мать-Исповедница. Мы с тобой - одно целое, в этом и во всем остальном. Ты правила Срединными Землями задолго до того, как появился я. В этом смысле ты ничуть не хуже меня. Ты пользуешься их уважением уже многие годы. Напомни им об этом. Ричард быстро глянул на генерала, который ждал дальше по коридору, потом посмотрел ей в глаза. - Может, генерала Керсона и не касается то, чем занимается Дрефан, но про меня этого сказать нельзя. Я не хочу, чтобы меня разочаровал еще один брат. Из твоих слов я понял, что женщины во дворце и так уже липнут к нему как мухи. Если он подцепит от этих шлюх какую-нибудь заразу, а потом осчастливит кого- нибудь из молодых женщин здесь... Это мое дело. Я не позволю своему брату награждать болячками женщин во дворце, которые доверяют ему только потому, что он мой брат. Сэра, служанка, которая принесла поднос с чайником и чашкой, была молоденькой и доверчивой. И тоже поддалась чарам Дрефана. Кэлен погладила Ричарда по спине. - Я понимаю. Обещай мне, что немного поспишь, и я поговорю с представителями. А когда у тебя будет время, ты побеседуешь с ними сам. У них нет выбора, они подождут. Ты же Магистр Рал. Ричард чмокнул ее в щеку. - Я люблю тебя. - Тогда женись на мне. - Скоро. Скоро мы разбудим сильфиду. - Ричард, ты уж будь поосторожней. Марлин сказал, что сестра Тьмы - не помню, как ее звать, - ушла из Эйдиндрила и вернулась к Джегану, но он мог и солгать. Она по-прежнему может околачиваться где-то поблизости. - Сестра Амелия... Знаешь, а я ее помню! Когда я приехал во Дворец Пророков, она была одной из подруг Верны, которые встречали нас у ворот. Сестра Феба, сестра Жанет и сестра Амелия. И помню слезы радости на глазах Амелии, когда она увидела Верну, вернувшуюся после долгих странствий. - Теперь она у Джегана. Ричард кивнул. - У Верны, должно быть, сердце разрывается от того, что ее подруга угодила в лапы Джегана. И хуже того - стала сестрой Тьмы. Если, конечно, Берне об этом известно. - Все же будь осторожен. Она вполне может оказаться здесь, в Эйдиндриле. - Это вряд ли, но я буду осторожен. Повернувшись, он сделал знак Каре. Та немедленно подбежала к нему. - Кара, я хочу, чтобы ты пошла с Кэлен. Пусть Бердина отдохнет. Райну, Улика и Игана я забираю с собой. - Хорошо, Магистр Рал. Со мной она будет в безопасности. - Нисколько в этом не сомневаюсь, Кара, - улыбнулся Ричард. - Но это все равно не избавит тебя от наказания. - Да, Магистр Рал. - Морд-Сит не проявила никаких чувств. - Что за наказание? - спросила Кэлен, когда они отошли достаточно далеко. - Очень несправедливое, Мать-Исповедница, - Даже так? И в чем оно заключается? - Я должна кормить его бурундуков. - Ну, это не так страшно. - Кэлен подавила улыбку. Кара порывисто сжала в кулаке эйджил. - Вот поэтому-то оно и несправедливое, Мать-Исповедница. Глава 26 Кэлен сидела в высоком резном кресле Матери-Исповедницы. Фрески на огромном куполе Зала Совета над ее головой изображали Магду Сирус, первую Мать- Исповедницу, и ее волшебника, Мерита. Кэлен смотрела, как дипломаты приближаются к ней по гладкому мрамору пола. Магда Сирус, взирающая на Кэлен с высоты, была свидетелем долгой истории Срединных Земель. И свидетелем того, как Ричард положил конец этому союзу. Кэлен молилась духу Исповедницы Магды, чтобы та отнеслась к нему с пониманием и одобрением: Ричард руководствовался добрыми побуждениями, хотя некоторым представлялось иначе. За правым плечом Кэлен стояла Кара. Кэлен собрала в зале чиновников, писарей и д'харианских офицеров - чтобы следить за порядком. Эти люди ждали за ее левым плечом. Кэлен старалась сосредоточиться на том, что ей предстоит сейчас говорить и делать, - но после слов Ричарда о Храме Ветров ей было трудно думать о чем-то еще. Он считал, что Храм Ветров разумен. Ветры охотятся на Ричарда. Храм Ветров охотится на него. Мысль об этой угрозе не давала Кэлен покоя. Шаги дипломатов и солдат эскорта вывели ее из задумчивости. Люди приближались, пересекая столбы солнечного света, падающего сквозь круглые окна в основании купола. Лицо Кэлен превратилось в бесстрастную маску Исповедницы, за которой никто не увидел бы ее истинных чувств. Так учила Кэлен ее мать. Арки по всему периметру зала вели на балконы под куполом, но сегодня наверху, у перил из красного дерева, не толпились зеваки, как бывало раньше во время заседаний Совета. Люди, сопровождаемые д'харианскими солдатами, остановились перед столом, украшенным богатой резьбой. Тристан Башкар, дипломат от Джары, и Леонора и Вальтер Кольбейн из Греннидона, стояли впереди. За ними - Селдон, посол Мардонии, Векслер, представитель Пендизан Рич, и Брумфорд из Тогрессы. Кэлен знала, что Джара и Греннидон - богатые страны, имеющие многочисленные армии, - вероятно, будут наиболее упрямо требовать привилегий в обмен на капитуляцию. Она понимала, что прежде всего должна поколебать их уверенность. Всю жизнь занимаясь вопросами власти, Кэлен хорошо представляла себе свою задачу. Она знала этих людей, знала, как они рассуждают; они были готовы подписать капитуляцию, но лишь до тех пор, пока надеялись сохранить свое ведущее положение по отношению к другим странам, и лишь в обмен на гарантии, что никто не будет вмешиваться в их внутренние дела. Но такой вид отношений между странами был более неприемлем. Это недопустимо, если все хотят получить одинаковую возможность устоять против Имперского Ордена. Кэлен должна была поддержать Ричарда в том, что касалось условий капитуляции. От этого зависело будущее всех стран Срединных Земель. Раньше каждая страна имела суверенитет; теперь, чтобы противостоять Имперскому Ордену, они должны объединиться под властью одного правителя и действовать вместе как единый народ, а не коалиция, которая в критическую минуту может распасться. - Магистр Рал занят вопросами общей безопасности и организацией сопротивления. Я заняла его место, чтобы выслушать ваши решения. Я передам ему все, что будет здесь сказано. Как Мать-Исповедница, как королева Галей и Кельтона, как нареченная Владыки Д'Хары я уполномочена говорить от имени Д'Харианской империи. Мое слово столь же окончательно, как слово Магистра Рала. Слова вырвались сами собой, но они соответствовали истине - Д'харианская империя. Ричард был ее императором и олицетворял собой высшую власть. Представители поклонились и сказали, что все поняли. Желая, чтобы эти люди уяснили себе, что отныне все будет не так, как раньше, Кэлен решила полностью изменить прежний порядок. - Посол Брумфорд, прошу вас, выйдите вперед. Тристан Башкар и Леонора Кольбейн немедленно принялись возражать. Неслыханно, чтобы представитель маленькой страны говорил первым. Одним взглядом Кэлен заставила их замолчать. - Когда я попрошу вас говорить от имени вашего народа, вы скажете все, что хотите. Но не раньше. Коль скоро все страны должны присоединиться к нам, утратив свою независимость, их положение в прошлом не имеет значения. Не ждите, что мы станем соблюдать иерархию, которая существовала прежде, во времена альянса Срединных Земель. Его больше не существует. Теперь вы входите в Д'Харианскую империю. В зале наступило ледяное молчание. Впервые услышав эти слова от Ричарда, в этом же самом зале, Кэлен была убита. Но со временем она поняла, что другого пути нет. Тристан Башкар и Кольбейны, которым были адресованы эти слова, покраснели, но стояли молча. Тогда она перевела взгляд на посла Брумфорда, и тот, вспомнив о ее приказе, выступил вперед. Он отвел рукой полу своего лилового плаща и преклонил колено. - Мать-Исповедница, - сказал он, выпрямляясь. - Тогресса готова объединиться с вами и всеми свободными народами в союз против тирании. - Благодарю вас, посол. Мы приветствуем Тогрессу в качестве члена Д'Харианской империи. Народ Тогрессы получит равные права со всеми прочими народами, входящими в Нее. Мы знаем, что ваши люди исполнят свой долг. - Заверяю вас в этом. Благодарю, Мать-Исповедница. Прошу вас передать Магистру Ралу, что мы будем рады стать частью Д'Хары. Кэлен искренне улыбнулась. - Магистр Рал и я разделяем вашу радость, посол Брумфорд. Он отошел в сторону, и Кэлен попросила коренастого Векслера, представителя Пендизан Рич, занять его место. У Векслера были горящие пронзительные глаза. - Мать-Исповедница, - сказал он, поднявшись с колена и поправив свой кожаный плащ, - Пендизан Рич - маленькая страна с малочисленной армией, но мы - яростные бойцы, и любой, кто попробовал наших мечей, может это засвидетельствовать. Мать-Исповедница всегда сражалась за нас с таким же неистовством. Мы неизменно были верны Срединным Землям и Матери-Исповеднице, поэтому ваши слова имеют для нас большой вес. С огромным уважением мы выполним вашу волю и присоединимся к Д'Харе. Наши мечи готовы служить вам и Магистру Ралу. Народ Пендизан Рич, простые смертные и волшебники, жаждет первым вступить в схватку с ордами, пришедшими из степей, и заставить врага почувствовать горький вкус нашей ярости. Если вам угодно, с этого дня мы будем называть себя д'харианцами из Пендизан Рич. Растроганная его словами, Кэлен склонила перед ним голову. Люди Пендизан Рич выражались высокопарно, но при этом никогда не кривили душой. Хотя страна их была невелика, спуску они никому не давали; отважные слова посла не были пустым бахвальством. Если бы только еще их численность была столь же велика, как сила их духа! - Не могу обещать, что вы будете в авангарде, посол Векслер, но для нас большая честь сражаться вместе с вашим народом. Мы по заслугам оценим ту лепту, которую внесут наши воины в общее дело. Она обратила беспристрастное лицо к послу Мардонии. Мардонианцы тоже были гордецами, и не менее яростными. Без этих качеств они бы не выжили среди степей - хотя страна их тоже была невелика. - Посол Селдон, прошу вас выйти вперед и огласить решение Мардонии. Посол Селдон выплыл вперед и устало оглянулся на остальных. Он поклонился ей в пояс, и его седые волосы рассыпались по золотым эполетам его алого мундира. - Мать-Исповедница, Совет Семи в нашей столице Ренвольде возложил на меня обязанность проделать долгий путь до Эйдиндрила, чтобы передать наше решение. Совет Семи не имеет желания или намерения передавать власть над нашим возлюбленным народом никаким чужеземцам, откуда бы они ни явились - из Д'Хары или из Имперского Ордена. Ваша война с Имперским Орденом нас не касается. Совет Семи постановил, что Мардония останется суверенным и нейтральным государством. За спиной у Кэлен кашлянул солдат. В наступившей тишине этот звук громко прокатился под каменными сводами зала. - Посол Селдон, земли Мардонии лежат в восточных степях, недалеко от Древнего мира. Вы неминуемо подвергнетесь нападению. - Мать-Исповедница, стены Ренвольда выдержали испытание временем. Как вы сказали, наша страна лежит посреди степей. В прошлом кочевники не раз пытались нас захватить. Им не удалось даже пробить брешь в стене, не говоря уже о том, чтобы одолеть наших могучих защитников. И теперь племена торгуют с нами, и Ренвольд - центр этой торговли. Те, кто пытался нас завоевать, сегодня нас уважают. Кэлен наклонилась вперед: - Орден, посол, - это не племя диких кочевников. Он сокрушит вас. Неужели Совету Семи не хватает здравого смысла это понять? Посол Селдон снисходительно улыбнулся: - Мать-Исповедница, я понимаю вашу тревогу, но, как я уже говорил, стены Ренвольда надежно нас защищают. Уверяю вас, Ренвольд устоит перед Орденом, - выражение его лица стало жестче, - и устоит перед этим новым союзом, который вы хотите создать вокруг Д'Хары. Численность противника ничто против каменных стен. Этот орешек им не разгрызть. Они только сломают зубы. Увидев небольшие размеры города, оценив его месторасположение и крепость его стен, захватчики решат, что овчинка не стоит выделки. Если же мы присоединимся к вам, то будем вынуждены оказывать сопротивление. Наш нейтралитет не исключает вражду. Мы готовы торговать с вашим союзом, так же как с Имперским Орденом. Мы никому не желаем зла, но сумеем постоять за себя. - Посол Селдон, ваша жена и дети сейчас в Ренвольде. Неужели вы не понимаете, какая опасность угрожает вашей семье? - Моя возлюбленная жена и дети в безопасности за стенами Ренвольда, Мать- Исповедница. Я за них не боюсь. - Могут ли ваши стены устоять против магии? Орден использует магию! Или вас настолько опьянило прошлое, что вы не способны разглядеть угрозу будущему? Посол побагровел. - Решение Совета Семи окончательно. Мы не боимся за свою безопасность. У нас тоже есть волшебники, которые защитят стены от магии. Нейтралитет - это не угроза. Возможно, это вам стоит молить добрых духов о милосердии, поскольку вы развязываете войну. Насилие влечет за собой ответное насилие. Кэлен побарабанила пальцами по столу. Все ждали, что она скажет. Она понимала, что, если даже ей удастся уговорить посла, это ничего не даст; Совет Семи принял решение, и Селдон не в состоянии повлиять на него. - Посол Селдон, на закате вы покинете Эйдиндрил. Вы вернетесь в Ренвольд и сообщите Совету Семи, что Д'Хара не признает нейтралитета. Идет битва за наш мир - будет ли он процветать в свете Создателя, или увядать под тенью тирании. Магистр Рал уже сказал, что никому не удастся остаться в стороне. От себя могу сказать, что я не намерена проявлять милосердие к Имперскому Ордену. В этом мы с Магистром Ралом едины. Или вы с нами, или вы против нас. Имперский Орден смотрит на это так же. Передайте Совету Семи, что отныне Мардония - наш враг. Кто-нибудь, либо Д'Хара, либо Орден, ее завоюет. Посоветуйте вашим правителям молить добрых духов, чтобы Ренвольд взяли мы, а не Орден. Мы будем безжалостны к вашим защитникам, но мирные люди останутся жить. Если же первым на вас нападет Орден, он уничтожит ваших защитников и поработит ваш народ. Мардония будет обращена в прах. Снисходительная улыбка посла стала еще шире. - Не бойтесь, Мать-Исповедница. Ренвольд устоит против любой армии, даже против армии Ордена. Кэлен окинула его холодным взглядом: - Я прошла через мертвую Эбиниссию. Я видела резню, учиненную Орденом. А перед этим я видела, что они делают с живыми. Я стану молиться за несчастных, которые будут страдать из-за безумных заблуждений Совета Семи. Кэлен рассерженно сделала знак стражникам, и те вывели посла из Зала Совета. Она знала то, что произойдет с жителями Мардонии, если Орден нападет первым. Она также знала, что Ричард не станет рисковать жизнью союзников только для того, чтобы взять Ренвольд и таким образом его спасти. Слишком уж далеко стоит этот маленький город. Она сама отговорила бы Ричарда от этой затеи, как любой из его генералов. Мардония обречена; ее нейтралитет притянет Орден, как запах крови притягивает волков. Она бывала в Ренвольде. Его стены действительно были внушительны. Но они не были неуязвимы. Ордену служили волшебники, такие как Марлин. Стены не выдержат огня волшебника, и маги, защищая Ренвольд, ничего не смогут с этим поделать. Кален выбросила из головы мысли о Мардонии и вызвала представителей королевского двора Греннидона. - Что решил Греннидон? - сурово спросила она. Вальтер Кольбейн кашлянул, а его сестра сказала: - Греннидон, великое королевство, страна обширных полей, которые дают... Кэлен оборвала ее: - Я спросила, что решил Греннидон? Леонора сделала движение, словно мыла руки. В глазах Кэлен она видела твердую решимость. - Королевский дом подписывает капитуляцию, Мать-Исповедница. - Благодарю, Леонора. Мы рады за вас и за ваш народ. Пожалуйста, проследите, чтобы моим офицерам была предоставлена вся информация, необходимая для координации совместных действий. - Да, Мать-Исповедница. - Она запнулась. - Мать-Исповедница, нашей армии придется штурмовать стены Ренвольда, чтобы захватить Мардонию? Греннидон был расположен к северу от Мардонии, и оттуда было удобнее всего атаковать Ренвольд, но Кэлен понимала, что Греннидону будет неловко воевать с прежним торговым партнером. Более того, многие члены Совета Семи были женаты на принцессах королевского дома Кольбейнов. - Нет. Ренвольд - это живой мертвец. Стервятники обглодают его дочиста. В то же время торговля с Мардонией запрещена. Мы торгуем только с теми, кто на нашей стороне. - Да, Мать-Исповедница. - Мать-Исповедница, - вставил Вальтер, ее брат. - Мы хотели бы обсудить с Магистром Ралом некоторые условия. У нас есть что предложить его вниманию. - Капитуляция безоговорочна, и обсуждать нечего. Магистр Рал просил меня напомнить вам, что никаких переговоров не будет. Или вы с нами, или вы против нас. Желаете ли вы взять назад ваше предложение капитуляции, прежде чем будут подписаны документы, и связать судьбу вашей страны с Мардонией? Вальтер поджал губы и глубоко вздохнул. - Нет, Мать-Исповедница. - Благодарю. Когда у Магистра Рала будет время - надеюсь, это случится скоро, - он захочет услышать, что вы скажете в качестве полноправного члена Д'Харианской империи. Только не забывайте, что отныне вы часть Д'Хары, а он - Владыка Д'Хары, повелитель этой империи. Она обращалась к ним с меньшим уважением, нежели к представителям двух маленьких государств; делать иначе означало бы вселять в них пустые надежды и нарываться на неприятности. Леонора и Вальтер относились к числу дипломатов, которые неизменно просили предоставить им красные покои. После того как Кэлен отказалась пойти на уступки, напряжение покинуло Вальтера и Леонору. Кольбейны могли стойко вести переговоры, но, придя к соглашению и дав слово, они никогда не оглядывались назад и не переживали из-за того, что могло бы быть. Благодаря этому качеству на них можно было положиться. - Мы понимаем, Мать-Исповедница, - сказал Вальтер. - Да, - добавила его сестра, - и будем ждать того дня, когда Имперский Орден больше не будет угрожать нашему народу. - Благодарю вас обоих. Я понимаю, что мои слова показались вам резкими, но знайте - мы рады, что вы и ваш народ присоединились к нам. Они отошли, чтобы подписать бумаги и поговорить с офицерами, а Кэлен перевела внимание на Тристана Башкара, представителя Джары. - Министр Башкар, каково решение Джары? Тристан Башкар был членом королевской фамилии Джары. В этой стране пост министра считался одним из самых почетных. Он был единственным из дипломатов, который обладал полномочием самостоятельно изменить решение своего короля, если бы счел аргументы достаточно вескими. Он выглядел ровно на свои тридцать с небольшим лет, и это помогало ему скрывать за внешностью свой острый ум. Расположив к себе собеседника приятной улыбкой, яркими карими глазами и сладкоречивой лестью, он добивался уступок прежде, чем люди успевали это понять. Он отбросил волосы со лба и развел руками: - Мать-Исповедница, боюсь, что ответить "да" или "нет" довольно непросто, но ручаюсь, что мы не питаем вражды к империи Д'Хары и восхищаемся мудростью Магистра Рала и, разумеется, вашей. Мы всегда учитывали советы Матери- Исповедницы. Кэлен вздохнула: - Тристан, я не в том настроении, чтобы играть в ваши любимые игры. Мы с вами не раз фехтовали словами в этом зале, но сегодня прошу вас обойтись без этого. Как член королевской фамилии он был хорошо обучен искусству войны, не раз в прошлом отличился в сражениях. Он был широкоплеч и высок, его непринужденная улыбка неизменно несла в себе игривый оттенок, которым он прикрывал угрозу, если она была - а такое порой случалось. Кэлен, образно выражаясь, никогда бы не повернулась к Тристану Башкару спиной. Он небрежным движением расстегнул темно-синий плащ и положил руку на бедро. На его поясе блеснул кинжал в изысканных ножнах. Поговаривали, что в сражении Тристан предпочитал кинжал мечу. Еще ходили слухи, что, убивая врагов, он испытывал зверское удовольствие. - Мать-Исповедница, признаю, что в прошлом я был сдержан в определении нашей позиции - ради того, чтобы оградить наш народ от алчности соседей, - но теперь все изменилось. Видите ли, наш взгляд на сложившуюся ситуацию... - Мне это неинтересно, - перебила Кэлен. - Я хочу только знать, за нас вы или против. Если вы против, даю вам слово, Тристан, что уже утром наши войска отправятся к Сандилару и вернутся оттуда либо с подписанной безоговорочной капитуляцией, либо с головами членов королевской фамилии на пиках. Генерал Болдуин с кельтонской армией сейчас в Эйдиндриле. Я пошлю их. Кельтонцы никогда не подводят свою королеву и не останавливаются, пока ее воля не будет исполнена. Теперь я - королева Кельтона. Вы хотите сражаться с войсками генерала Болдуина? - Разумеется, нет, Мать-Исповедница. Мы вообще не желаем сражаться, но если вы позволите мне высказаться до конца... Кэлен хлопнула рукой по столу, заставив его замолчать. - Когда Эйдиндрил был во власти Имперского Ордена, Джара шла на поводу у Ордена. - Как и Д'Хара в то время, - мягко напомнил он ей. Кэлен впилась в него взглядом. - Совет по требованию Ордена обвинил меня в преступлениях, которых я не совершала. Волшебник Рэнсон, из Ордена, призвал к смертному приговору. Советник Джары сидел за этим столом и голосовал за смертную казнь. - Мать-Исповедница... Кэлен показала пальцем на кресло справа от себя: - Он сидел тут и требовал смерти. - Она посмотрела в карие глаза Тристана. - Если вы приглядитесь, то, наверное, еще сможете различить пятно у подножия стола. Когда Ричард освободил Эйдиндрил, он казнил советников, изменивших своему долгу и Срединным Землям. То пятно, о котором я говорю, - кровь советника Джары. Я слышала, что Ричард разрубил его надвое - так был он возмущен предательством по отношению ко мне и ко всем народам Срединных Земель. Тристан вежливо молчал, лицо его оставалось спокойным. - Мать-Исповедница, этот советник не был уполномочен королевской фамилией говорить за Джару. Он был марионеткой Ордена. - Тогда присоединитесь к нам. - Мы хотим и собираемся это сделать. Фактически мне даны полномочия заявить о нашем согласии. - Чего бы вы ни хотели выгадать на этом, Тристан, вы ничего не добьетесь. Условия для всех одинаковы, и никто не получит никаких привилегий. - Мать-Исповедница, а что, выслушать меня до конца тоже расценивается как привилегия? Кэлен вздохнула. - Давайте покороче и имейте в виду, Тристан, что ваша улыбка на меня не действует. Тем не менее он улыбнулся. - Как член королевской фамилии я имею право и власть подписать капитуляцию Джары и присоединиться к вам. Учитывая, какой перед нами выбор, наше желание таково. - Тогда действуйте. - Но красная луна нарушила наши планы. Кэлен выпрямилась на кресле. - Какое отношение это имеет к вам? - Мать-Исповедница, Джавас Кедар, наш звездочет, имеет большое влияние на королевскую семью. Когда обсуждался вопрос о капитуляции, он искал ответа у звезд, и, по его мнению, звезды благоприятствовали принятому нами решению. Но перед моим отъездом Кедар сказал, что, если обстоятельства изменятся, звезды подадут знак, и велел следить за небом. Красная луна заставила меня задуматься. - Луна - это не звезды. - Луна тоже на небе, Мать-Исповедница. Кедар основывает свое мнение и на лунных знамениях. Кэлен снова вздохнула: - Тристан, неужели вы позволите своему народу погибнуть из-за какого-то суеверия? - Нет, Мать-Исповедница. Но честь не позволяет мне пренебрегать верованиями моего народа. Магистр Рал говорил, что капитуляция не означает, что мы должны отказаться от наших обычаев и верований. - Тристан, у вас отвратительная привычка пропускать мимо ушей то, что вам не хочется слышать. Ричард сказал, что странам придется отказаться от своих обычаев, если эти обычаи могут повредить общему делу, и что они не должны идти вразрез с единым для всех законодательством. Вы переступаете опасную черту. - Мать-Исповедница, мы никоим образом не хотим искажать его слова или переступать какую-то там черту. Я прошу только немного времени. - Времени? На что вам время? - Время на то, Мать-Исповедница, чтобы убедиться в том, что красная луна не является дурным предзнаменованием. Я мог бы съездить обратно в Джару и посоветоваться с Кедаром или просто подождать здесь, пока мне не станет ясно, что красная луна не предвещает опасности. Кэлен знала, что джарианцы, и особенно королевская фамилия, фанатично верят в астрологию. Тристан был большим бабником, но Кэлен знала, что, если самая прекрасная женщина откроет ему объятия, он сбежит от нее, если будет считать, что звезды этого не одобряют. На поездку в Джару и обратно у него уйдет по меньшей мере месяц. - Сколько вы собираетесь ждать, прежде чем будете способны принять решение? Он задумчиво нахмурился. - Если с Эйдиндрилом ничего не случится в течение двух недель, я буду считать, что знамение не было дурным. Кэлен опять побарабанила пальцами по столу. - Я даю вам две недели, Тристан. И ни днем больше. - Благодарю вас, Мать-Исповедница, и молю духов, чтобы через две недели мы могли бы скрепить наш союз с Д'Харой. - Он поклонился. - Всего наилучшего, Мать- Исповедница. Надеюсь, звезды будут нам благоприятствовать. Он пошел прочь, но снова обернулся: - Кстати, может быть, вы подскажете, где я могу остановиться на это время. Наш дворец сгорел во время вашей битвы с Защитниками Паствы. Учитывая причиненный Эйдиндрилу ущерб, я затрудняюсь сам подыскать себе резиденцию. Кэлен понимала, к чему он клонит: ему хотелось быть поближе, чтобы видеть, не вызовет ли у звезд недовольства правление Д'Хары. Этот человек слишком много о себе возомнил, считая, что он умнее, чем есть на самом деле. Кэлен улыбнулась: - О да, разумеется. Я знаю, куда вас поселить. Вы останетесь прямо здесь, во дворце Исповедниц, и нам будет удобнее присматривать за вами эти две недели. Он застегнул плащ. - Благодарю вас, Мать-Исповедница, за гостеприимство. Лучшего я и пожелать бы не мог. - И поскольку вы гость в моем доме, Тристан, должна предупредить вас, что, если вы даже пальцем, не говоря уж о чем-нибудь другом, прикоснетесь к какой- нибудь из моих женщин, я лично прослежу, чтобы это что-нибудь другое вам отрезали. Он добродушно рассмеялся: - Мать-Исповедница, никогда не думал, что вы верите сплетням обо мне. Боюсь, мне частенько приходится подкреплять монетами свое обаяние. Вы ошибаетесь, если думаете, что я пользуюсь большим успехом у женщин. Если я нарушу ваши правила, можете предать меня суду и наказать, как пожелаете. Суд. Ричард сказал, что те, кто спрятал Храм Ветров, тоже были преданы суду. В замке Волшебника хранились протоколы всех заседаний суда. Она ни разу в них не заглядывала, но ей о них говорили. Возможно, из протокола заседания удастся узнать, что произошло с Храмом Ветров. Глядя вслед Тристану Башкару, Кэлен думала о Ричарде. Неужели ему снова придется потерять брата? Кэлен знала почти всех женщин, работавших во дворце Исповедниц. Все они уважали Ричарда как человека чести. Ей не хотелось думать, что они станут жертвами человека, который спекулирует на их доверии к Ричарду. Ей стало жаль Ричарда. Он надеялся, что Дрефан будет ему братом, которым можно гордиться. Кэлен надеялась, что от Дрефана по крайней мере не будет неприятностей. Она вспомнила, как он щупал Кару. Кэлен повернулась к Морд-Сит: - Еще трое с нами, один против и один еще не решил. Кара заговорщицки улыбнулась. - Сестра эйджила должна быть способна вселить страх в сердце людей. Мать- Исповедница, вы вполне достойны носить эйджил. Иногда мне казалось, что я слышу, как у них стучат зубы. Глава 27 Оружие и доспехи солдат, идущих за Ричардом по крутой каменной улице, ритмично позвякивали. Крошечные домики, в основном трех- или четырех этажные, жались друг к другу. Верхние этажи так нависал! над нижними, что неба почти не было видно. Это был самая мрачная часть города. Выздоровевшие солдаты превозносили Ричарда как великого волшебника, и он чувствовал себя неловко от проявления их восторгов. В конце концов, он не сделал ничего особенного, просто велел им пить известные лекарства и никакой магией при этом не пользовался. Он пытался объяснить им, что их вылечили самые обычные вещи, но они ничего не хотели слышать. Они ждали от него магии и, с их точки зрения, получили ее. В конце концов Ричард оставил попытки что-либо объяснить и просто кивал в ответ на их благодарность. Пойди они к травнику, то выздоровели бы точно так же, да еще и жаловались бы на цены за, травы. Впрочем, ему было приятно сознавать, что для разнообразия он вылечил людей. В последнее время ему больше приходилось убивать, а не лечить. Теперь он понимал, что чувствует Надина, когда ее травы и настойки поднимают людей на ноги, Его предупреждали, что волшебники нуждаются в равновесии. Все в мире уравновешено, особенно магия. Он давно уже не мог есть мяса - его от него тошнило - и подозревал, что таким образом его дар уравновешивает те убийства, которые ему приходится совершать. Ему нравилось думать, что помощь людям - тоже своего рода компенсация за тяжесть дара боевого чародея. Хмурые люди жались по сторонам улицы. Угрюмые подростки и молодые мужчины, завидев Ричарда и солдат, воровато оглядывались и исчезали за углом. Ричард рассеянно потрогал расшитый золотом кошель на поясе. Этот кошель Ричард нашел в замке; он был набит белым волшебным песком. Волшебный песок представлял собой кристаллизовавшиеся кости магов, отдавших жизнь в Башнях Погибели, которые отделяли Древний мир от Нового. Своего рода дистиллированная магия. Белый волшебный песок придавал силу начертанным на нем заклинаниям - и добрым, и злым. Если на белом волшебном песке написать нужное заклинание, то можно даже призвать Владетеля. В другом кошеле, висящим на другой стороне пояса, лежал маленький кожаный мешочек с черным волшебным песком. Этот песок Ричард набрал сам в одной из Башен Погибели. Ни один волшебник со времени установки башен не мог взять хотя бы щепотку черного песка - его способен взять лишь чародей, владеющий Магией Ущерба. Черный волшебный песок - противоположность белого. Они нейтрализуют друг друга. Даже крупица черного песка поразит заклинание, написанное на белом, даже то, которое призывает Владетеля. Ричард воспользовался черным песком, чтобы отправить дух Даркена Рала обратно в Подземный мир. Аббатиса Аннелина велела ему беречь черный песок как зеницу ока, сказала, что чайная ложка этого песка дороже целого королевства. А у Ричарда его куда больше. Он никогда не расставался с этим мешочком и всегда держал его под рукой. Для весны день выдался довольно холодным. На улице оборванные детишки играли в прятки и, увидев внушительную процессию, обрадовались неожиданному развлечению. Но даже их веселье не вызвало у Ричарда улыбки. - Здесь, Магистр Рал, - сказал генерал Керсон. Он показал на облупившуюся дверь, чуть утопленную в фасад здания. Небольшая вывеска гласила: "Меблированные комнаты Латертона". Крупный мужчина, сидящий с бутылкой и сухим бисквитом за обшарпанным деревянным столом, даже не обернулся. Он смотрел в пространство покрасневшими глазами. За ним виднелась лестница наверх, в темный узкий коридор. - Закрыто, - пробормотал он. - Ты Сайлас Латертон? - спросил Ричард. Мужчина озадаченно посмотрел на него из-под нахмуренных бровей. - Угу. А ты кто? Лицо твое мне вроде знакомо. - Я Ричард Рал. Возможно, ты заметил мое сходство с моим братом, Дрефаном. - Дрефаном... - Сайлас наконец сообразил, что к чему. С грохотом опрокинув стул, он вскочил и поклонился. - Магистр Рал! Простите меня. Я вас не узнал. Я никогда вас раньше не видел! И не знал, что этот целитель - ваш брат. Умоляю Магистра Рала о прощении... - Покажи мне комнату, где... где была убита та женщина, - велел Ричард. Дважды поклонившись, Сайлас Латертон заспешил наверх, застегивая на ходу рубашку. Ступеньки стонали и скрипели под его весом. Он остановился перед дверью в самом конце узкого коридора. Стены были выкрашены красной краской, и свечи на стене почти ничего не освещали. Вонь была омерзительной. - Сюда, Магистр Рал, - указал Сайлас. Он хотел открыть дверь, но Райна схватила его за ворот ник и отшвырнула в сторону. Под ее грозным взглядом Сайлас застыл как вкопанный. Взгляд Райны мог заморозить и грозовую тучу. Она открыла дверь и с эйджилом на изготовку вошла в комнату. Ричард подождал, пока Райна проверит комнату на предмет скрытой опасности. Так было проще, чем спорить. Потом Ричард и генерал Керсон вошли, а Улик с Иганом, как всегда, заняли пост у двери. Смотреть тут было особенно не на что: кровать, сосновая тумбочка и умывальник. Грубый сосновый пол был почти весь залит кровью. Такое количество крови Ричарда не удивило. Генерал рассказал, что сделали с женщиной. Вода в умывальнике тоже была кроваво-красной. И полотенце на краю умывальника. Убийца перед уходом тщательно смыл с себя кровь. Либо он чистюля, либо, что вероятнее, не хотел идти мимо Сайласа Латертона в таком виде. Ричард открыл тумбочку. Там лежала аккуратно сложенная одежда и больше ничего. Он закрыл дверцу. - И никто ничего не слышал? - Сайлас отрицательно покачал головой. - Женщину так истерзали, отрезали груди, нанесли огромное количество ножевых ран, и она не кричала? Ричард сообразил, что от усталости говорит очень резко, и постарался взять себя в руки. Сайлас нервно сглотнул. - Ей вставили кляп. Магистр Рал. И руки связали. - Она наверняка должна была отбиваться ногами. - Ричард бросил на него подозрительный взгляд. - Если бы меня резали на кусочки, заткнув рот кляпом и связав руки, я хотя бы попытался ногами опрокинуть умывальник. - Я ничего не слышал. И никто не слышал. Женщины обязательно прибежали бы ко мне, если бы что-то услышали. Они всегда прибегают, если что-то не так. Всегда. Они знают, что я не жалею денег, когда нужно их защитить. Ричард потер глаза. Из головы у него не выходило пророчество. - Приведите сюда остальных женщин. Я хочу с ними поговорить. - Все ушли от меня после... - Сайлас слабо махнул рукой. - Осталась только Бриджит. Он поспешил в конец коридора и постучал в последнюю дверь. Потом что-то тихо проговорил, и из-за двери осторожно выглянула взлохмаченная рыжая женская головка. Затем она скрылась, и через минуту женщина выплыла в коридор, зажимая рукой воротник бежевого халата. Быстро завязав пояс, она пошла вслед за Сайласом к Ричарду. Ричард злился на себя самого. Несмотря на все попытки быть объективным, Дрефан уже начал ему нравиться. Дрефан - целитель. Что может быть благородней этого занятия? Сайлас и Бриджит поклонились. Их вид соответствовал самочувствию Ричарда: они были грязные, уставшие и оба в полном душевном смятении. - Ты слышала что-нибудь? - Бриджит покачала головой. Взгляд у нее был затравленный. - Ты знала убитую? - Рози, - сказала Бриджит. - Я видела ее всего раз, и то мельком. Она только вчера у нас появилась. - Есть у вас предположения, кто мог ее убить? - Мы знаем, кто это сделал, Магистр Рал, - мрачно ответил Сайлас. - Толстый Гарри. - Толстый Гарри? Кто это? Где нам его найти? Впервые за это время лицо Сайласа исказилось от гнева. - Не надо мне было пускать его сюда еще раз. Женщинам он не нравился. - Ни одна из девочек не хотела его принять, - поддержала Сайласа Бриджит. - Он пьяница, а когда напивается, становится просто ужасен. Почему мы должны это терпеть, если в городе стоит такая армия... - Она осеклась, глянув на генерала, и закончила мысль несколько иначе: - У нас сейчас достаточно клиентов. И незачем обслуживать таких пьянчуг, как толстый Гарри. - Все женщины в один голос твердили, что больше не желают его видеть, - кивнул Сайлас. - Когда прошлой ночью он заявился, я знал, что они все до единой откажутся. Но Гарри настаивал, и вид у него был довольно трезвый, вот я и спросил Рози, не примет ли она его, поскольку она новенькая и не знала... - Не знала, что ей угрожает опасность, - докончил Ричард. - Не совсем так, - возразил Сайлас. - Гарри не выглядел пьяным. Но я знал, что другим женщинам все равно, пьяный он или трезвый, поэтому спросил Рози, не возьмется ли она. А она ответила, что деньги лишними не бывают. Гарри был у нее последним клиентом. Ее труп обнаружили вскоре после его ухода. - Где найти этого Гарри? - В Подземном мире, где ему и место! - прорычал Сайлас. - Это ты его убил? - Никто не видел, кто перерезал его жирную глотку. Не знаю, кто это сделал. Ричард посмотрел на длинный кинжал на поясе Сайласа. Он не винил этого человека. Ричард сам бы с удовольствием прикончил этого толстого Гарри - правда, сначала судил бы его и подверг исповеди, чтобы убедиться, что это преступление совершил именно он. Для того и существовали Исповедницы - чтобы не допустить ошибки. Одно прикосновение магии Исповедницы - и преступник расскажет все, что он совершил. А Ричарду не очень хотелось, чтобы Кэлен слышала, что сделали с этой женщиной, Рози. И уж в особенности не от того мерзавца, который ее убил. Ему противна была сама мысль, что Кэлен прикоснется к этому человеку. Человеку, убившему женщину с такой изощренной жестокостью. Он боялся даже представить, какие жуткие кошмары будут потом преследовать ее по ночам. Усилием воли Ричард отогнал от себя эти мысли и обратился к Бриджит: - Почему ты осталась, если остальные ушли? - У некоторых есть дети, и они боятся за них. - Она пожала плечами. - Я их не осуждаю, но здесь мы всегда были в безопасности. И Сайлас нас не обманывал. В других. заведениях меня, бывало, поколачивали, а у него - ни разу. И Сайлас не виноват, что сумасшедший убийца устроил такое у него в заведении. Сайлас никогда не заставлял нас принимать мужчин, которые нам не нравятся. У Ричарда напряглись мышцы живота. - И ты видела Дрефана? - Конечно. Все девочки видели Дрефана. - Все девочки, - повторил Ричард. Он с трудом держал себя в руках. - Ага. Мы все его видели. Кроме Розы. Она не успела, потому что... - Значит, Дрефан не... отдавал предпочтения какой-то одной? - Ричард надеялся, что Дрефан ходил к одной и той же женщине, которая ему нравилась, и что та хотя бы здорова. Бриджит недоуменно моргнула. - Как может целитель кому-то отдавать предпочтение? - Ну, я хочу сказать, кто-то нравился ему больше, или ему было все равно? Женщина запустила пальцы в свои рыжие волосы и почесала затылок. - Магистр Рал, по-моему, вы нас не так поняли. Дрефан никогда не прикасался к нам... так. Он приходил сюда, только чтобы лечить. - Он приходил лечить? - Ну да, - ответила Бриджит. Сайлас кивнул в знак подтверждения ее слов. - У половины девочек не одно, так другое. Сыпь, болячки и все такое. Обычно травники не хотят нам помогать, и мы обходимся своими средствами. Дрефан рассказал, как нам следует мыться. Дал травы и мази от болячек. До этого он приходил дважды, поздно ночью, когда мы все уже были свободны, чтобы не мешать нам зарабатывать на жизнь. И детишек наших девочек он тоже осматривал. С детьми Дрефан особенно ласков. У одного был сильный кашель, Дрефан ему что-то дал, и малышу стало гораздо лучше. А сегодня он пришел рано утром. Осмотрел одну из девочек и пошел к Рози, чтобы осмотреть ее тоже. Тогда-то он ее и нашел. Он вылетел оттуда как пробка из бутылки и стал звать на помощь. Мы все выбежали в коридор и увидели его тут, - она ткнула пальцем в пол у ног Ричарда, - он стоял на коленях, и его рвало. - Значит, он никогда... не... Бриджит грубо хохотнула. - Я как-то предложила - даром, потому что он помогал мне и всем остальным. А он сказал, что приходит сюда не за этим. Сказал, что он целитель и ходит сюда лечить. Я предлагала, а я, смею вас заверить, умею убеждать! - Она подмигнула. - Но он отказался. У него очень обаятельная улыбка. Очень. Совсем как у вас. Магистр Рал. - Войдите, - послышалось из-за двери, когда Ричард постучал. Дрефан стоял на коленях перед свечами, горящими на столе у стены. Склонив голову, он молитвенно сложил руки. - Надеюсь, не помешал? - спросил Ричард. Дрефан оглянулся и, увидев брата, встал. Его глаза напомнили Ричарду глаза Даркена Рала. Они были такого же необычного синего цвета, и в глубине их таилось то же странное выражение. Ричард ничего не мог поделать с тревожным чувством, которое они у него вызывали. Иногда ему казалось, будто на него смотрит сам Даркен Рал. Люди, прожившие всю жизнь в страхе перед Даркеном Ралом, наверняка приходили в ужас, глядя в глаза самого Ричарда. - Чем ты занимаешься? - поинтересовался Ричард. - Я молил добрых духов позаботиться о душе одного человека. - Какого? Дрефан вздохнул. Он казался усталым и печальным. - О душе женщины, до которой никому не было дела. - Женщины по имени Рози? Дрефан кивнул. - Как ты узнал о ней? - И тут же поправился: - Прости, я не подумал. Ты Магистр Рал. И наверняка тебе сообщают о таких вещах. - Да, кое о чем мне докладывают. - Тут Ричард заметил, что в комнате появилось что-то новенькое. - А ты, я вижу, решил немного украсить интерьер? Дрефан увидел, на что смотрит Ричард, подошел к стулу возле кровати и взял в руки маленькую подушечку. Он любовно погладил вышитую на ней розу. - Это ее подушечка. Они не знали, откуда она родом, поэтому Сайлас - это хозяин заведения - настоял, чтобы я взял это в благодарность за ту малую помощь, которую оказывал его женщинам. Платы я с них не брал. Если бы у них водились лишние деньги, они бы не занимались тем, чем занимаются. Ричард плохо разбирался в вышивке, но ему показалось, что роза выполнена с любовью. - Ты думаешь, она сама ее сделала? - Сайлас не знает, - пожал плечами Дрефан. - Может, сама. А может, увидела где-то и купила, потому что на ней вышита роза, а ее звали Розой. Глядя на цветок, он нежно водил по нему пальцем. - Дрефан, а зачем ты ходишь... в такие места? Здесь немало других людей, нуждающихся в твоей помощи. Наши солдаты, которых ранил Джеган. Тебе и тут хватает работы. Почему ты ходишь в бордели? Дрефан провел пальцем по вышитому стеблю. - Солдат я тоже навещаю. И всегда прихожу вовремя, так что им не приходится меня искать. - Но зачем вообще туда ходить? На глаза Дрефана навернулись слезы. Он не отрываясь смотрел на цветок. - Моя мать тоже была шлюхой, - прошептал он. - Я сын шлюхи. У некоторых из этих женщин есть дети. Они такие же, как я. Моя мать, как и Рози, легла в постель не с тем мужчиной. Никто не знал Рози. Никто не знал, кто она и откуда. Я даже не знаю имени моей матери - она не назвала его целителям, которым меня оставила. Сказала лишь, что она шлюха. - Дрефан, прости. Это был глупый вопрос. - Нет, это совершенно логичный вопрос. Никому нет дела до этих женщин. Их в кровь избивают мужчины, которые к ним приходят. Они заражаются ужасными болезнями. Их все презирают. Травники не пускают их в свои лавки, чтобы не подрывать себе репутацию, иначе порядочные люди перестанут у них покупать. Даже я не знаю; как лечить некоторые из тех болезней, которыми болеют эти женщины. Они умирают долгой и мучительной смертью. И все это лишь ради денег. Многие из них спиваются, и мужчины, пользуясь ими, расплачиваются выпивкой. Они теряют разум, им все становится безразлично. Некоторые из них надеются найти богатого мужчину, который возьмет их на содержание. Как моя мать. Но вместо этого только рожают ублюдков, таких как я. Ричард мысленно обругал себя. А он-то уже был готов счесть Дрефана бесчувственным проходимцем! - Ну, если тебе от этого станет легче, я тоже сын этого мерзавца. Дрефан посмотрел на него и улыбнулся: - Ясное дело. Но тебя хотя бы любила твоя мать. А меня моя - нет. Она даже не оставила мне своего имени. - Не говори так, Дрефан! Твоя мать любила тебя. Она ведь позаботилась о твоей безопасности, верно? Он кивнул: - И спихнула меня чужим людям. - Она "спихнула" тебя, потому что у нее не было выбора, ради твоей же безопасности. Ты даже не можешь представить, как ей было больно, как разрывалось у нее сердце, когда она оставляла тебя чужим людям. Она, наверное, очень любила тебя, если решилась на такое ради тебя. - Мудрые слова, брат. - Дрефан улыбнулся. - С такими взглядами ты многого достигнешь. - Иногда приходится идти на отчаянные поступки ради тех, кого любишь, - улыбнулся в ответ Ричард. - У меня есть дед. Так вот, он высоко ценит отчаянные поступки. И после того, как ты рассказал мне о своей матери, я, кажется, начинаю понимать, что он имел в виду. -Дед? - Отец моей матери. - Ричард лениво провел пальцами по золотой рукояти меча с выгравированным на ней словом "ИСТИНА". - Один из величайших людей, которых я когда-либо имел честь знать. Моя мать умерла, когда я был маленьким, и мой отец - я имею в виду человека, которого я считал своим отцом, - часто уезжал по торговым делам. По существу, меня вырастил Зедд. Думаю, во мне больше всего от него, чем от кого-то другого. - Он еще жив? Ричард отвел взгляд от синих глаз Дрефана. Глаз Даркена Рала. - Я верю, что жив. Никто, кроме меня, в это не верит, но я верю. Иногда мне кажется, что, если я перестану верить, он умрет. Дрефан положил руку Ричарду на плечо. - Тогда продолжай верить. Может быть, ты и прав. Тебе повезло, что у тебя есть семья. Я это точно знаю, потому что у меня никого нет. - Теперь есть, Дрефан. По крайней мере у тебя есть брат, а вскоре появится и невестка. - Спасибо, Ричард. Для меня это много значит. - А как насчет тебя? Я слышал, за тобой бегают чуть ли не все женщины во дворце. Неужели ты никого из них не выбрал? Дрефан улыбнулся отрешенной улыбкой. - Девочки, только и всего. Девочки, которые воображают, будто знают, чего хотят, и падки на всякие глупости, которые на самом деле совершенно не важны. Я видел, что и на тебя многие заглядываются. Есть люди, которых притягивает власть. Как мою мать. - Заглядываются на меня? Да ты фантазер! - Кэлен очень красива. - Дрефан стал серьезен. - Тот счастливец, у кого есть столь благородная и сильная духом женщина. Такая встречается раз в жизни, да и то только если добрые духи тебе улыбнутся. - Знаю. Я самый счастливый из смертных. - Ричард уставился в пустоту, думая о пророчестве и о том, что вычитал в дневнике Коло. - Без нее моя жизнь не имела бы смысла. Дрефан засмеялся и хлопнул Ричарда по спине. - Не будь ты моим братом, да к тому же еще .хорошим, я отбил бы ее у тебя. Вообще-то, если вдуматься, тебе надо быть начеку. Я ведь могу еще и передумать! Ричард улыбнулся: - Я постараюсь! - И обращайся с ней ласково! - Дрефан погрозил ему пальцем. - А я по-другому и не умею. - Ричард решил сменить тему и обвел рукой простую маленькую комнату. - Почему ты все еще здесь? Мы можем подобрать тебе резиденцию получше. Дрефан оглядел свое жилище. - Да это просто королевские покои по сравнению с тем, как я жил у целителей. Мы живем просто. Я привык к тесноте, и в просторной комнате мне неуютно. - Он нахмурился. - Важно не то, в каком доме ты живешь. Счастье не в этом. Важен твой образ мыслей и забота о ближних. Человек должен помогать-тем, кому, кроме него, помочь некому. Ричард поправил браслеты. У него взмокли руки под кожаными лентами. - Ты прав, Дрефан. Ричард сам не заметил, как привык к новому окружению. Покинув Хартленд, он повидал немало роскошных дворцов, Его жилище в Хартленде не шло ни в какое сравнение даже с этой пустой комнатой, а ведь там он был счастлив. Он был счастлив быть лесным проводником. Но, как сказал Дрефан, человек должен помогать людям, которым никто, кроме него, помочь не может. Необходимость быть Магистром Ралом его угнетала. Только Кэлен облегчала ему эту участь. А теперь он должен отыскать этот Храм Ветров, пока не лишился всего, что имеет. Но по крайней мере у него есть женщина, которую он любит больше всего на свете, а теперь еще появился и брат. - Дрефан, ты знаешь, что означает "Рауг'Мосс"? - Мне говорили, что это на древнед'харианском и значит "священный ветер". - Ты знаешь древнед'харианский? Дрефан взъерошил свои светлые волосы. - Только эти два слова. - И слышал, что ты верховный жрец. Должно быть, тебе пришлось немало потрудиться, чтобы добиться этой чести. - Это единственная жизнь, которую я знаю. Впрочем, стать верховным жрецом это главным образом стать козлом отпущения, когда дела начинают идти неважно. Если мы не в силах кому-то помочь, целители тыкают в меня пальцем и говорят: "Вот он у нас главный. С ним и разговаривайте". Я должен читать все доклады, объяснять расстроенным родственникам, что мы всего лишь целители и не можем отвратить зов Владетеля. Так что на самом деле это лишь звучит громко, а так... - Уверен, что ты преувеличиваешь. Я горжусь тем, что ты так преуспел. А что такое Рауг'Мосс вообще? Откуда они взялись? -Легенды гласят, что Рауг'Мосс основали много тысяч лет назад волшебники, чей дар был связан с целительством. Человечество начало утрачивать магию, и волшебников, особенно с даром исцеления, становилось все меньше. Озабоченные тем, что их дело может умереть вместе с ними, волшебники-целители решили брать учеников, не имеющих волшебного дара. Так появилась наша секта. Ричарду это напомнило историю замка Волшебника. Как он вычитал в дневнике Коло, в замке, ныне пустующем, когда-то жили сотни и сотни волшебников со своими семьями. - Так что теперь волшебников среди нас нет, - сказал Дрефан. - Рауг'Мосс обучены многому, но по сравнению с тем, что могли чародеи древности, мы обычные знахари. Мы делаем, что можем, пользуемся теми знаниями, которые передали нам истинные целители прошлого, но магии у нас нет, и наши возможности ограниченны. Жизнь наша простая и тяжелая, но приносит такую награду, которую не даст ни богатство, ни роскошь. - Понимаю. Должно быть, это прекрасное чувство - быть нужным людям и помогать им. - А ты? - с любопытством спросил Дрефан. - В чем заключается твой дар? Твой волшебный талант? Ричард отвел взгляд. Его рука напряглась на рукояти меча. - Я - боевой чародей, - тихо ответил он. - В пророчествах меня назвали "Фуер грисса остдраука", в переводе с древнед'харианского - "Несущий смерть". В комнате повисла тишина. Ричард откашлялся. - Сначала я немало переживал по этому поводу, но потом пришел к пониманию, что быть боевым чародеем означает, что я рожден для того, чтобы помочь людям, защитить от тех, кто хочет их поработить. От мерзавцев вроде нашего отца, Даркена Рала. - Понимаю, - пробормотал Дрефан. - Иногда самое лучшее применение нашим способностям - убить. К примеру, прервать жизнь, в которой не осталось никакой надежды на выздоровление, а лишь одна боль. Или прервать жизнь того, кто принесет бесконечную боль другим людям. Ричард провел пальцем по серебряным кольцам на браслете. - Да. Теперь-то я понимаю то, что ты сейчас сказал. Прежде я этого не понимал. Мы с тобой оба должны делать то, что нам не нравится, но что сделать необходимо. Дрефан слегка улыбнулся. - Немногие, кроме моих целителей, способны это понять. Я рад, что ты понимаешь. Иногда убийство - величайшая милость. Я далеко не всем говорю эти слова. Приятно иметь брата, который их правильно понимает. - Мне тоже, Дрефан. Ричард хотел спросить у него еще что-нибудь, но раздался стук в дверь, и заглянула Райна. - Магистр Рал, можно вас на минуточку? - В чем дело. Райна? - Надина. Она чем-то огорчена и сказала, что будет говорить только с вами. Повинуясь жесту Ричарда, Райна распахнула дверь шире, и Надина протолкалась вперед. - Ричард! Ты должен пойти со мной! - Она обеими руками взяла его ладонь. - Прошу тебя! Ричард, пожалуйста, пойдем со мной! - Куда? Надина казалась искренне встревоженной. - Пожалуйста, Ричард! - Она потянула его за руку. Ричард недоверчиво посмотрел на нее. - Не возражаешь, если Дрефан пойдет с нами? - Конечно, нет! Я сама хотела тебя об этом просить. - Тогда пошли, раз уж это так важно. Крепко держа Ричарда за руку, она потащила его за собой. Глава 28 Навстречу им по коридору шла Кален. Она нахмурилась, увидев, что Надина ведет Ричарда за руку; Ричард, заметив это, виновато пожал плечами. Надина, одарив Кэлен сердитым взглядом, свернула к своей комнате. Ричард терялся в догадках, что все это значит. Он раздраженно вырвал руку из пальцев Надины, но продолжал идти следом. Надина задела юбкой ореховый стол, стоящий возле стены под гобеленом с изображенным на фоне гор с заснеженными пиками благородным оленем, и оглянулась, желая убедиться, что Ричард не отстал. Кэлен с Карой догнали их, и Кэлен немедленно пристроилась рядом с Ричардом. - Так-так, - проговорила сзади Кара, поглаживая густую прядь. - Весьма интересно... Ричард бросил на нее недовольный взгляд. Надина обернулась и снова нетерпеливо схватила его за руку. - Ты обещал! Пошли! - Ничего я не обещал. Я сказал, что пойду с тобой, но не говорил, что побегу, - пожаловался Ричард. - Большой и сильный Магистр Рал не может за мной угнаться? - саркастически осведомилась Надина. - Лесной проводник, которого я помню, шел быстрее, даже если спал на ходу. - А я и сплю на ходу, - буркнул он. - Стражники сказали мне, что ты вернулся и пошел к Дрефану, - шепнула Кэлен. - Я шла к тебе туда. Что это за история с Надиной? Вопрос с подвохом. Ричард заметил, как она бросила быстрый взгляд на руку Надины, сжимавшую его ладонь. - Она позвала меня. Хочет куда-то отвести. - И для этого тебе обязательно держать ее за руку? - сердитым шепотом спросила Кэлен. Он снова отнял руку. Кэлен посмотрела на Дрефана, который шел позади Кары с Райной, и взяла Ричарда под руку. - Как дела? Что ты выяснил? Ричард нежно сжал ей ладонь. - Все в порядке, - шепнул он. - Оказалось совсем не то, что я думал. Расскажу позже. - А что с убийцей? Его еще не нашли? - Кто-то отыскал его раньше нас и убил, - ответил Ричард. - А как дипломаты? Кэлен ответила не сразу. - Греннидон, Тогресса и Пендизан Рич капитулировали. Министр Джары попросил отсрочки на две недели, чтобы убедиться, что звезды благоприятствуют. - Ричард нахмурился. - Мардония отказалась присоединиться к нам. Совет Семи предпочел сохранять нейтралитет. - Что?! - Ричард остановился как вкопанный, и идущие следом наткнулись на него. - Они отказались капитулировать. Заявили о своем нейтралитете. - Орден не признает нейтралитета. Мы тоже. Ты сказала им это? - Конечно, - бесстрастно ответила Кэлен. Ричард не хотел на нее кричать. Он злился на Мардонию, а не на нее. - Генерал Райбих сейчас на юге. Может, он успеет взять Ренвольд раньше, чем это сделает Орден. - Ричард, мы предоставили им возможность. Теперь они все - ходячие мертвецы. Мы не можем губить наших солдат в Мардонии только ради того, чтобы защитить ее от Ордена. Это бессмысленно и лишь ослабит нашу армию. Надина протолкалась между ними и сердито глянула на Кэлен. - Ты разговаривала с этим мерзким Джеганом. Ты знаешь, какой он. Эти люди умрут, если их завоюет Орден. А тебе наплевать на жизнь ни в чем не повинных людей. Ты бессердечная. Уголком глаза Ричард заметил, как в руке Кары мелькнул эйджил, и подтолкнул Надину вперед. - Кэлен права. Просто я туго соображаю. Мардония выбрала свой путь, так пусть идет по нему. А теперь если хочешь что-то мне показать, то показывай. У меня много дел. Надина, фыркнув, перебросила густые каштановые волосы за спину и пошла дальше. Кара с Райной грозными взглядами буравили ей затылок. Этот взгляд, как правило, служил лишь прелюдией к более серьезным последствиям. Ричард скорее всего только что спас Надину от этих последствий. В один прекрасный день ему все же придется угомонить Шоту. Пока Кэлен этим не занялась. - Прости, - наклонился он к Кэлен. - Я устал до смерти и не подумал как следует. Она сжала его руку. - Ты обещал немного поспать, не забыл? - Как только Надина покажет мне то, что хотела, сразу отправлюсь спать. Надина снова ухватила Ричарда за руку и втащила его в свою комнату. Он не успел возмутиться, потому что увидел сидящего на красном стуле мальчика. Ричарду показалось, что он узнал паренька. Один из игроков в джа-ла. Зареванный парнишка дрожал. Увидев Ричарда, он вскочил и сорвал со светлой головенки вязаную шапочку. Он молча мял шапку в руках, дрожа от волнения. По щекам его текли слезы. Ричард присел перед мальчиком на корточки. - Я Магистр Рал. Мне сказали, что тебе срочно нужно меня увидеть. Как тебя зовут? Мальчуган утер нос. Слезы продолжали литься ручьем. - Йоник. - Ну, Йоник, что стряслось? Сквозь всхлипы Ричард уловил лишь слово "брат". Он обнял мальчика и начал успокаивать. Паренек вцепился в него и бурно разрыдался. Какое-то глубокое горе терзало его душу. - Йоник, ты можешь сказать мне, что случилось? - Пожалуйста, Отец Рал, мой брат болен! Очень болен! Ричард поставил мальчика на пол. - Болен? И чем он заболел? - Не знаю! - прорыдал Йоник. - Мы купили ему лечебные травы. Перепробовали все, что только можно. Он так болен! Ему стало еще хуже с тех пор, как я тогда к вам приходил. - С тех пор, как ты ко мне приходил? - Да! - рявкнула Надина. - Он приходил умолять тебя о помощи несколько дней назад. А она, - Надина ткнула пальцем в Кэлен, - отослала его прочь! Лицо Кэлен стало пунцовым. Она шевелила губами, но не могла выговорить ни слова. - Единственное, о чем она думает, это армия, война и как бы причинить людям боль. Ей наплевать на несчастного больного ребенка! Она бы побеспокоилась, только если бы он был каким-нибудь лощеным послом! Она не знает, что значит быть бедным и больным! Ричард взглядом остановил шагнувшую вперед Кару, затем грозно посмотрел на Надину. - Прекрати! Дрефан положил руку Кэлен на плечо. - Я уверен, что у вас была уважительная причина его отослать. Вы не могли знать, что его брат так тяжело болен. Никто вас ни в чем не винит. Ричард повернулся к мальчику: - Йоник, это мой брат, Дрефан. Он целитель. Отведи нас к твоему брату, и посмотрим, чем мы можем ему помочь. - А у меня есть травы, - добавила Надина. - Я тоже помогу твоему брату, Йоник. Мы сделаем все, что в наших силах. Обещаем тебе. Йоник вытер глаза. - Пожалуйста, поспешите! Кип правда очень болен! Кэлен была готова разрыдаться. Ричард ласково положил руку ей на плечо и почувствовал, как она дрожит. Он боялся, что брат парнишки действительно очень плох, и хотел избавить ее от тяжелого зрелища. Ричард боялся, что она станет винить себя. - Может быть, тебе лучше подождать здесь? Кэлен сердито сверкнула на него влажными зелеными глазами. - Я иду с тобой! - сквозь зубы проговорила она. Ричард оставил попытки запомнить все повороты кривых переулков и узких улочек, по которым они шли, поэтому просто запомнил положение солнца на небе, чтобы иметь общее представление о направлении. Йоник вел их между домами, через обнесенные стенами внутренние дворики с развешанным для просушки бельем. Куры с кудахтаньем разбегались у них из-под ног, хлопая крыльями. В некоторых двориках блеяли козы или овцы, гуляли свиньи. Среди этих тесно прижавшихся друг к другу домишек животные казались неуместными. Над их головами через раскрытые окна переговаривались люди. Некоторые, облокотившись на подоконник, наблюдали за необычной процессией, которую вел мальчик. Появление Магистра Рала и Матери-Исповедницы немедленно вызвало суматоху. Не будь их, на солдат и двух женщин в коричневых кожаных одеждах никто бы не обратил внимания. Увидев их, люди на улицах поспешно отходили в сторону. Некоторые останавливались, чтобы поглазеть на этот неожиданный маленький парад. Солдатские патрули на перекрестках радостно приветствовали своего Магистра Рала и выкрикивали слова благодарности за исцеление. Ричард крепко держал Кэлен за руку. С тех пор как они вышли из дворца, она не произнесла ни единого слова. Надине он велел идти сзади, между двумя Морд- Сит. Он надеялся, что ей хватит ума не раскрывать рот. - Сюда, - указал Йоник. Они последовали за мальчиком в узенький проулок между домов. Цокольные этажи были построены из камня, а верхние - из бревен. Одной рукой держась за Ричарда, Кэлен свободной рукой подобрала подол и осторожно ступала по доскам, уложенным поверх грязи. Йоник остановился у крыльца с обшарпанным козырьком. С обеих сторон улицы из окон выглядывали люди. Когда Ричард подошел к крыльцу, Йоник открыл дверь и побежал вверх по лестнице. Наверху открылась дверь, и на зов мальчика вышла женщина в коричневом платье с белым передником. - Ма! Это Магистр Рал! Я привел Магистра Рала! - Хвала вам, добрые духи! - выдохнула женщина. Одной рукой она заботливо обняла сынишку, а другой указала на дверь в конце крошечной комнаты, служившей одновременно кухней, столовой и гостиной. - Спасибо вам, что пришли, - пробормотала она Ричарду и, не успев договорить, залилась слезами. Йоник бросился к дальней комнате. - Сюда, Магистр Рал! Ричард ободряюще пожал женщине руку и проследовал за Йоником. Кэлен по- прежнему не выпускала его ладони. Надина с Дрефаном и Кара с Райной тоже двинулись следом. Когда все вошли, Йоник распахнул дверь в спальню. Свечка, горевшая на крошечном столике, едва освещала комнатушку. Возле свечки стоял таз с водой и лежали влажные тряпки. Остальная часть комнаты, большую площадь которой занимали три матраса, словно бы ждала, когда свечка погаснет, чтобы окончательно погрузиться во тьму. На одном матрасе кто-то лежал. Ричард, Кэлен, Надина и Дрефан столпились вокруг. Йоник и его мать стояли в дверях, не сводя глаз с пришедших. В комнате воняло гнилым мясом. Дрефан отбросил капюшон плаща и присел на корточки у постели больного. - Раскройте ставни, чтобы я мог видеть. Кара открыла обе створки, и дневной свет, упавший на пол крошечной комнаты, осветил светловолосого мальчугана, который по шею был укрыт белой простыней с одеялом. Его шея над простыней сильно опухла. Он неровно и тяжело дышал. - Как его зовут? - спросил Дрефан у матери. - Кип, - всхлипнула она. Дрефан потрепал мальчика по плечу. - Мы пришли тебе помочь. Кип. - Да, Кип, - нагнулась к нему Надина, - мы поднимем тебя на ноги, ты и глазом моргнуть не успеешь! Сказав это, она снова зажала ладонью рот и нос, спасаясь от гнилостного запаха. Мальчик не отзывался. Глаза его были закрыты. Взмокшие волосы прилипли ко лбу. Дрефан спустил одеяло мальчику до пояса. Кип лежал, сложив руки на животе. Кончики пальцев у него почернели. Дрефан весь напружинился. - О духи! - выдохнул он. Откинувшись на пятки, он тыльной стороной ладони коснулся ног стоящих над ним Морд-Сит. - Уведите отсюда Ричарда, - торопливо прошептал он, - Немедленно! Не задавая вопросов. Кара с Райной подхватили Ричарда под руки и начали подталкивать к выходу. Ричард вырвался. - В чем дело? - требовательно спросил он. - Что происходит? Дрефан провел по губам ладонью и оглянулся на мать и брата мальчика. Потом обвел глазами остальных и наконец посмотрел на Ричарда. - У этого мальчика чума, - тихо сказал он, склонившись над неподвижным телом. Ричард уставился на него. - И что мы должны сделать, чтобы его вылечить? Дрефан поднял бровь, затем повернулся к мальчику и приподнял маленькую ручку. - Взгляни на его пальцы. - Кончики были черными. Дрефан откинул одеяло. - Посмотри на пальцы ног. - Они тоже почернели. Дрефан приспустил пареньку штаны. - Посмотри на пенис. - И там кончик тоже почернел. - Это гангрена. Конечности гниют и чернеют. Поэтому ее и называют черной смертью. Ричард откашлялся. - Что мы можем для него сделать? Дрефан от удивления заговорил еще тише: - Ричард, ты что, не слышал, что я сказал? Черная смерть. Люди иногда выздоравливают от чумы, но только не тогда, когда она достигла этой стадии. - Если бы мы пришли к нему раньше... - Реплика Надины повисла в воздухе. Кэлен с силой сжала руку Ричарда. Он почувствовал, что она с трудом подавила вскрик. Ричард гневно посмотрел на Надину. Она отвела взгляд. - А ты знаешь, как лечить чуму, травница? - процедил Дрефан. - Ну, я... - Надина вспыхнула и умолкла. Глаза мальчика открылись. Он повернул к ним голову. - Магистр... Рал... - с трудом произнес он. Ричард положил руку ему на плечо. - Да, Кип. Я пришел тебя навестить. Я здесь. Кип едва заметно кивнул. - Я ждал. - Дыхание его становилось все тяжелее. - Вы можете помочь? - раздался от дверей плачущий голосок. - Он скоро выздоровеет? Дрефан расстегнул воротник своей кружевной рубашки и наклонился поближе к Ричарду. - Скажи мальчику что-нибудь утешительное. Это все, что мы можем сделать. Он долго не протянет. А я пойду поговорю с матерью. Это тоже часть работы целителя. Дрефан встал и потащил с собой Надину. Кэлен прижалась к плечу Ричарда. Он не смотрел на нее, боясь, что она разрыдается. Или он сам заплачет. - Кип, ты скоро выздоровеешь и опять будешь играть в джа-ла. Тебе в ближайшие дни станет лучше. И я с удовольствием приду посмотреть, как ты играешь. Обещаю прийти, как только ты выздоровеешь. По лицу мальчика пробежала слабая улыбка. Он наполовину опустил веки. Грудь его опала, выпустив из легких воздух. Ричард присел на корточки и с замирающим сердцем ждал, когда легкие мальчика снова наполнятся воздухом. Но следующего вдоха не было. В комнате воцарилась тишина. Ричард слышал, как на улице скрипят колеса тележки, а где-то вдали каркают вороны. В воздухе звенел детский смех. Этот ребенок никогда уже больше не засмеется. Кэлен уронила голову Ричарду на плечо. Вцепившись ему в рукав, она тихо всхлипывала. Ричард встал, чтобы прикрыть тело простыней. Рука мальчика медленно поднялась над животом. Ричард замер. Рука потянулась прямо к горлу Ричарда. Черные пальцы скрючились, крепко вцепившись Ричарду в рубашку. Кэлен мгновенно затихла. Они оба знали, что мальчик мертв. Рука мальчика подтянула Ричарда ближе. Давно замершие легкие сделали еще один вдох. У Ричарда волосы встали дыбом, но он наклонился поближе. - Ветры охотятся за тобой, - прошептал мертвый ребенок. Глава 29 Ричард потрясение смотрел, как Дрефан заворачивает тело мальчика в саван. Только Ричард с Кэлен видели, что произошло. Слышали, что сказал мертвый мальчик. В соседней комнате рыдала убитая горем мать. К нему наклонился Дрефан. - Ричард. - Целитель коснулся его руки. - Ричард! Ричард вздрогнул: - Что? - Что ты собираешься делать? - Делать? О чем ты? Дрефан оглянулся на остальных. - Что ты намерен сказать людям? Я имею в виду - мальчик умер от чумы. Ты не хочешь попытаться сохранить это в тайне? Ричард никак не мог заставить себя думать. - В тайне? - вмешалась Кэлен. - А зачем? Дрефан набрал в грудь побольше воздуха. - Известие о чуме может вызвать панику. Нужно немедленно сжечь тело. Постель, матрас, все, к чему он прикасался, - тоже. А комнату окурить. - Разве люди не догадаются, зачем это делается? - удивился Ричард. - Скорее всего догадаются. - Так как же это можно сохранить в тайне? - Ты Магистр Рал. Твое слово - закон. Ты должен пресечь любую утечку информации. Арестуй семью. Обвини в каком-нибудь преступлении. Держи их под стражей, пока все не закончится. Прикажи солдатам сжечь все их пожитки, а дом - заколотить. Ричард закрыл глаза и прижал веки пальцами. Он - Искатель Истины, а не губитель ее. - Нельзя поступить так с семьей, которая только что потеряла ребенка! Я этого не сделаю! К тому же не лучше ли будет, если люди узнают? Разве они не имеют права знать, какой опасности подвергаются? Дрефан кивнул: - Если бы я принимал решение, я сообщил бы населению. Мне доводилось сталкиваться с чумой в небольших городках. Кое-где пытались утаить сведения, опасаясь паники, но, когда смерть начинала косить людей, правда все равно выплывала наружу. Ричарду казалось, что на него обрушилось небо. Он отчаянно пытался заставить себя рассуждать, но слова мертвого мальчика по-прежнему звенели в ушах. Ветры охотятся за тобой. - Если мы один раз солжем людям, потом они уже ничему не будут верить. Мы должны сказать им правду. Они имеют право знать. - Я согласна с Ричардом, - заявила Кэлен. - Мы не имеем права обманывать людей, особенно когда речь идет о том, что угрожает их жизни. Дрефан кивнул. - Нам хотя бы повезло со временем года. Чума гораздо опасней летом, в жару. Летом она распространилась бы мгновенно. А в холодную весеннюю погоду она не должна продержаться долго. Если повезет, вспышка чумы окажется небольшой и вскоре ослабнет. - Повезет, - пробормотал Ричард. - Везение - это для тех, кто видит сны. А мне снятся сплошные кошмары. Мы должны предупредить горожан. Дрефан по очереди оглядел всех. - Я понимаю и согласен с вашими доводами. Сложность в том, что во время эпидемии остается только быстро хоронить умерших и сжигать их вещи. Лекарства существуют, но, боюсь, они малоэффективны. И я должен предупредить вас - известие о чуме распространится со скоростью огненного вала. Ричард похолодел. С красной луной придет огненный вал. - Да смилуются над нами добрые духи, - прошептала Кэлен. Она подумала о том же, что Ричард. Ричард вскочил как ошпаренный. - Йоник! Он сам подошел к двери, не желая, чтобы мальчик входил к мертвому брату. - Да, Магистр Рал? - Йоник хмурился, стараясь удержать слезы. Опустившись на одно колено, Ричард взял его за плечи. - Йоник, мне очень жаль! Но страдания твоего брата кончились, и теперь он у добрых духов. Теперь он счастлив и надеется, что мы будем- вспоминать о нем только лучшее и не будем слишком сильно печалиться. Добрые духи о нем позаботятся. Йоник отбросил со лба волосы. - Но... Я... - Я не хочу, чтобы ты в чем-то винил себя. Ничего нельзя было сделать. Ничего. Иногда люди заболевают, и никто не в силах их вылечить. Даже если бы ты привел меня сюда еще в первый раз, мы бы все равно ничего не смогли сделать. - Но ведь вы волшебник... У Ричарда защемило сердце. - Да, но не такой, - прошептал он и обнял Йоника. В соседней комнате на плече Райны рыдала мать. Надина заворачивала для нее какие-то травы и объясняла, как их заваривать. Женщина кивала, не отрывая головы от плеча Райны, слушала и всхлипывала. - Йоник, я прошу тебя мне помочь. Мне нужно обойти всех мальчиков из вашей команды. Ты покажешь нам, где они живут? Йоник вытер нос рукавом. - Зачем? - Боюсь, они тоже могли заболеть. Мы должны это выяснить. Йоник с молчаливой заботой посмотрел на мать. Ричард жестом подозвал Кару. - Йоник, а где твой отец? - Он сукновал. Работает там, ниже по улице, через три переулка направо. Он каждый день работает допоздна. Ричард поднялся. - Кара, сходи за отцом Йоника. Ему сейчас лучше быть с женой. Пусть двое наших людей поработают за него сегодня и завтра, чтобы его семья не осталась без денег. Скажи Райне, чтобы дождалась его здесь. Это не займет много времени, так что она успеет нас догнать. Внизу Кэлен остановила Ричарда и попросила Дрефана с Надиной подождать на улице вместе с Йоником, пока Кара сходит за его отцом. Потом закрыла дверь, и они с Ричардом остались вдвоем на полутемной лестничной площадке. Дрожащими пальцами она вытерла слезы и судорожно вздохнула. - Ричард, - проговорила она, - Ричард, я не знала. Был Марлин, сестра Тьмы... Я не знала, что брат Йоника так тяжело болен, иначе я никогда бы... Ричард прижал палец к ее губам, но понял по выражению глаз Кэлен, что умолкнуть ее заставил его гневный взгляд. - Как ты смеешь удостаивать грубую ложь Надины оправданий? Прекрати! Я знаю тебя и никогда не поверю таким обвинениям. Никогда. Кэлен облегченно закрыла глаза и приникла к его груди. - Этот несчастный ребенок! - всхлипнула она. - Я понимаю. - Он погладил ее по густым длинным, волосам. - Ричард, мы оба слышали, что сказал этот мальчик после того, как умер. - Еще одно свидетельство, что Храм Ветров потревожен. Она отпрянула от него. Зеленые глаза искали его взгляд. - Ричард, нам нужно еще раз все обдумать. О Храме Ветров ты знаешь только из одного источника, и к тому же спорного. Это всего лишь дневник, который человек вел от скуки. К тому же ты прочитал только отрывки, и с древнед'харианского трудно перевести точно. У тебя вполне могло сложиться ложное представление об этом Храме Ветров. - Ну, не уверен, что могу согласиться... - Ты устал до полусмерти. И не в состоянии думать. Теперь мы знаем правду. Храм Ветров не пытается прислать предупреждение. Он пытается убить тебя. Ричард ответил не сразу. Кроме горечи, в ее глазах он видел тревогу. Тревогу за него. - Судя по тому, что пишет Коло, это не так. Из того, что я вычитал, по- моему, следует, что красная луна - это предупреждение о том, что в Храм Ветров проник незваный гость. Когда красная луна взошла в прошлый раз... - Коло пишет, что все встревожены. Но не объясняет почему, верно? Может, потому, что Храм Ветров пытался убить их. Коло пишет, что волшебники, отославшие куда-то там этот храм, их предали. Ричард, попробуй рассуждать здраво. Мертвый мальчик сказал: "Ветры охотятся за тобой". А когда за кем-то охотятся, значит, его хотят убить. Храм Ветров охотится за тобой. Хочет убить тебя. - Тогда почему он не убил меня вместо мальчика? На это ответить ей было нечего. Они вышли на улицу, и их встретил взгляд синих глаз Даркена Рала. Ричард понимал, что целители весьма проницательны, но под взглядом этих глаз он чувствовал себя голым. Что ж, ладно, хоть магии он в них не видит. Надина с Йоником ждали в молчаливой тревоге. Ричард, шепнув Кэлен, чтобы она подождала с Дрефаном и Йоником, взял Надину под руку. - Надина, ты не могла бы отойти со мной на минутку? Она просияла: - Конечно, Ричард! Он поддержал ее под локоток, помогая зайти в дом. Пока Ричард закрывал дверь, она пригладила волосы. Но как только дверь закрылась, он повернулся к улыбающейся Надине и швырнул ее к стене с такой силой, что едва не вышиб из нее дух. - Ричард... - задохнулась она. Схватив ее за шею, он снова ударил ее о стену. - Мы с тобой никогда не собирались пожениться. - Магия меча, ее ярость звенела в его голосе и бурлила в жилах. - И никогда не поженимся. Я люблю Кэлен. И женюсь на Кэлен. Единственная причина, по которой ты еще здесь, заключается в том, что ты каким-то образом замешана в происходящем. И останешься здесь лишь до тех пор, пока мы не разберемся, что это такое. Я могу простить и простил тебе ту давнюю историю, но если ты еще хоть раз скажешь или сделаешь еще что-нибудь столь же жестокое и преднамеренно причинишь Кэлен боль, то всю оставшуюся жизнь проведешь здесь, в Эйдиндриле, на дне ямы. Ты меня поняла?! Надина нежно коснулась пальцем его плеча и терпеливо улыбнулась, будто считала, что он не вполне понимает ситуацию и она сейчас его вразумит. - Ричард, я понимаю, что ты сейчас очень расстроен. Все расстроены, но я всего лишь пыталась предупредить тебя. Я не хотела, чтобы ты оставался в неведении о том, что произошло. Я просто хотела, чтобы ты узнал правду о том, как она... Он снова ударил ее о стену. - Ты меня поняла?! Надина некоторое время смотрела ему в глаза. - Да, - ответила наконец она таким тоном, будто решила, что бесполезно что- либо объяснять, пока он не остынет. Но Ричарда это только еще больше разозлило. Но он постарался взять себя в руки, чтобы она не подумала, будто им движет одна лишь злость, и поняла, что он не шутит. - Я знаю, что в тебе есть и хорошее, Надина. И знаю, что ты заботишься о людях. В Хартленде мы с тобой были друзьями, и поэтому на сей раз я ограничусь предупреждением. Но тебе лучше хорошенько запомнить мои слова. Грядет большая беда. И многим нужна будет помощь. Ты всегда мечтала помогать людям. Я даю тебе такую возможность. Но Кален - женщина, которую я люблю и на которой собираюсь жениься. И я не позволю тебе помешать этому или причинить ей боль. Даже думать не смей еще раз выкинуть что-то подобное, или я найду другую травницу. Тебе все ясно? - Да, Ричард. Как скажешь. Обещаю. Если тебе нужна именно она, я не стану мешать, как бы ты ни ошибался насчет... Он предостерегающе поднял палец. - Ты подошла к опасной черте, Надина. Если ты за нее перешагнешь, клянусь, обратно ты уже не вернешься. - Да, Ричард. - Она улыбнулась понимающей, терпеливой и страдальческой улыбкой. - Как скажешь. Казалось, она довольна, что он обратил на нее внимание, - как ребенок, нарочно нашкодивший, чтобы любимый папаша заметил его. Он грозно смотрел на нее, пока не убедился, что она больше ничего не собирается говорить, и лишь после этого открыл дверь. Дрефан, сидя на корточках, шептал Йонику слова утешения. Кэлен смотрела, как Надина, проходя по узкой доске, проложенной через грязь, нашаривает руку Ричарда, чтобы не упасть. - Дрефан, мне нужно с тобой поговорить, - сказал Ричард, подойдя к ним. Дрефан потрепал Йоника по спине и встал. - О чем? - Во-первых, о том, что ты пытался заставить Кару с Райной увести меня оттуда. Я хочу знать почему. Дрефан некоторое время изучающе рассматривал Ричарда, потом, распахнув плащ, он расстегнул висящий на поясе кошель, достал оттуда кожаный мешочек и насыпал на бумажку какого-то порошка. Свернув бумажку, он протянул ее Йонику. - Йоник, прежде чем мы пойдем к другим мальчикам, будь любезен, отнеси это маме и скажи ей, чтобы она высыпала порошок в горячую воду, дала пару часов настояться, затем процедила и проследила за тем, чтобы все члены вашей семьи выпили это на ночь. Это чтобы вы не заболели. - Конечно, - кивнул Йоник. - Я мигом. - Не спеши, - сказал Дрефан. - Мы тебя подождем. Когда за Йоником закрылась дверь, Ричард сказал: - Ладно, я понимаю, что ты хотел уберечь меня от заражения. Но ведь о