Колупаев Виктор / книги / На асфальте города



  

Текст получен из библиотеки 2Lib.ru

Код произведения: 5633
Автор: Колупаев Виктор
Наименование: На асфальте города


Виктор Колупаев. 

                          На асфальте города...

   -----------------------------------------------------------------------
   Авт.сб. "Весна света".
   OCR  spellcheck by HarryFan, 21 August 2000
   -----------------------------------------------------------------------


   На  проезжей  части  дороги  собралась  толпа  прохожих,  какая  обычно
возникает, если кого-то сбило машиной. "Вот вам и еще  пример,  -  подумал
Игнатьев. - Очистить надо улицы от машин. Автострады можно строить  и  под
землей". Игнатьев возвращался с трудного совещания,  и  в  голове  у  него
гудело, а тут еще солнце жарит, как в тропиках.  Он  возглавлял  областную
комиссию, которой было  поручено  изучение  вопроса  о  переносе  дорог  и
автострад для  машин  под  землю.  Сам  он  был  ярым  сторонником  такого
мероприятия, но, являясь председателем, старался воздерживаться от эмоций.
Все учла комиссия: и стоимость предстоящих работ, и уменьшение загрязнения
воздуха, и количество автокатастроф. Все "за" и "против" были взвешены,  и
воображаемая стрелка решения застыла где-то  около  нуля.  Нужен  был  еще
какой-то факт, какая-то мелочь, нюанс, чтобы сдвинуть  стрелку  с  мертвой
точки.
   Игнатьев поровнялся с толпой и вдруг услышал крик своей младшей дочери:
   - Папочка!
   Папочка  мгновенно  перепугался  и  врезался  в  толпу,  тоже  негромко
выкрикивая: "Танечка! Танечка!"
   Перед ним расступились. Сначала он увидел темно-вишневую "Волгу", затем
своих  дочерей.  Всех  четверых  живых  и  невредимых.  Они  стояли  перед
автомобилем, обнявшись за плечи. За ними было пустое пространство, круг, в
который никто из прохожих почему-то не вступал.
   Шестилетняя Танечка отчаянно  трусила.  Это  было  заметно.  Она  бы  и
убежала давно, но старшая, десятилетняя Ира, крепко держала ее  за  плечо.
Рядом стояли Оля и Марина, близнецы, им недавно исполнилось по восемь лет.
   Старшая, конечно, понимала, что нет ничего  хорошего  в  том,  что  они
собрали такую толпу. И по ее глазенкам было  видно,  что  она  лихорадочно
ищет выхода из этого неприятного положения.
   Близнецы поглядывали исподлобья и были полны решимости. Первой  увидела
папу Танечка, резко вырвалась и с плачем (теперь,  раз  папа  был  близко,
можно было и зареветь) бросилась к нему.
   - Мы тут игра-а-а-ли...
   - Ох, сейчас начнется, - вздохнула Ира.
   - Все равно мы не пустим их, - сказала Оля.
   - Поиграть и то  негде,  -  вздернула  носик  Марина  и  отвернулась  в
сторону.
   Но все трое не сдвинулись с места.
   Папа прижал к себе Танечку, растерянно спрашивая:
   - Что тут у вас произошло? Что опять натворили?
   Пора бы ему и привыкнуть к беспокойному характеру  дочерей,  а  все  не
может. Все еще кажется, что  недавно  научились  ходить.  И  когда  только
успели вырасти?
   - Послушайте, дорогой товарищ Игнатьев, - дверца машины  открылась,  на
тротуар  вышел  слегка  взбешенный  товарищ  Чичурин,   начальник   отдела
строительства при горисполкоме, оппонент Игнатьева по проблеме  подземного
транспорта. - Хоть ты и одержим своей прекрасной идеей, но по  улицам  еще
разрешается ездить на автомобилях. И потом, с каких это пор взрослые стали
брать себе в союзники маленьких детей, да еще своих собственных?
   - Дети, - строго спросил Игнатьев, - что вы тут делали?
   И только сейчас он прислушался к шумевшим вокруг него людям. Говорили о
его дочерях неодобрительно, слышалось даже слово "безобразие".  Многие  не
знали, что здесь происходит, но на всякий случай останавливались.  А  один
студент художественного училища сначала присел на  корточки  на  асфальте,
потом выпрямился и сказал:
   - Это же искусство!
   - Да что тут происходит? - спросил папа.
   - Встали вот твои  дочери  поперек  дороги  и  не  дают  проехать.  Что
прикажете делать?
   - Ира, вы зачем здесь безобразничаете? Ведь это дорога!
   - Во-первых, здесь очень редко ездят, - начала Ира.
   - Мы здесь город строим! - сказала Оля. - Вот так!
   - Да-а, а разве по домам ездят? - взбунтовалась Марина.
   - Папочка, папочка, этот дядя  разрушит  наши  домики!  -  Танечка  уже
перестала плакать, хотя еще боялась оторваться от своего папочки.
   - Ну, Игнатьев! - вспылил Чичурин.
   - Хоть бы разошлись, что ли,  -  вздохнул  Игнатьев,  устало  оглядывая
собравшихся. - Ничего ведь не произошло. Сейчас мы  разберемся.  Товарищи,
расходитесь, пожалуйста.
   Собравшиеся стали расходиться.
   - Закурим, что ли, - предложил Мичурин. - Все равно опоздал.  Хотел  на
седьмой объект съездить.  Не  успею  теперь...  Ну  и  дочери  у  тебя.  С
характером.
   - Да, этого им не занимать. Всегда вместе, вот у них сил,  баловства  и
чудачеств всяких получается в квадрате. А почему они тут выстроились-то?
   Трое девочек стояли, не сходя с места. Немного сердитые,  но  нисколько
не испуганные и даже радостные, потому что отстояли свое, не испугались ни
"Волги", ни только что окружавших их прохожих.
   - Еду я, - сказал Чичурин. - А они на  асфальте  на  коленках  ползают.
Рисуют что-то. Я сбавил скорость. А сам думаю - разбегутся сейчас.  А  они
словно и не замечают. Я даже просигналил им, благо тут автоинспекция редко
появляется. Не услышать  меня  они  не  могли.  Нет,  ползают,  словно  не
замечают. Сигналю еще. Поднимается твоя средняя...
   - Олька?
   - Она самая. Встала и руки  в  стороны  расставила.  Кричит  что-то.  Я
остановился. Пока вылезал из машины, они уже все четверо...
   Какая-то светящаяся стрела-молния беззвучно пронеслась мимо них.  Потом
раздался негромкий хлопок. Двое взрослых вздрогнули  от  неожиданности.  А
лица девочек словно  засветились  каким-то  торжеством,  каким-то  детским
превосходством над взрослыми.
   - Сейчас еще один цветочек будет, - сказала Танечка и посмотрела  снизу
вверх на папу, словно ожидала одобрения или поддержки.
   - Здесь скоро все будет засеяно цветами, - сказала Оля, упрямо  сдвинув
брови.
   - Ага! Чтобы их  машинами  давили?  -  поджав  губы,  спросила  Марина,
обращаясь, конечно же, к взрослым.
   - Ох эти взрослые, - вздохнула Ира. - Разве они поймут.
   - А ну-ка, помолчите минутку, - строго сказал папа и добавил, обращаясь
к Чичурину: - Ну и что дальше?..
   - Ну, вылез я. А они говорят, что дальше дороги нет. Дальше  начинается
город.
   - Что еще за город?
   - Город на асфальте. На асфальте город. Значит, машинам ездить  нельзя.
Вот ведь как рассуждают. Полюбуйся.
   - Мел где взяли? - полюбопытствовал папа.
   - В магазине купили, - ответила Ира.
   - В классе взяли, - отвернулась Оля.
   - У девочки у одной, - пожала плечами Марина.
   - Папочка, папочка, а  мне  Ира  дала  один  кусочек,  -  заторопилась,
проглатывая буквы, младшая дочь Игнатьева.
   - В классе брать нельзя, - отрезал папа. - Нехорошо это.
   - Знаю, - сказала Ира. - Не будем больше.
   Папа и Чичурин сделали несколько шагов. И  вдруг  папа  чуть  не  упал.
Прямо перед ним, не более чем в метре,  из  асфальта  вытягивался  стебель
какого-то растеньица. Он достиг  высоты  сантиметров  в  двадцать.  Уже  и
листочки были на нем, густо-зеленые с  темноватыми  прожилками.  На  конце
стебля возник бутон, и через десять секунд перед потрясенным папой расцвел
цветок.  Мраморно-белый,  сочный,  с   пятью   лепестками,   необычный   и
очень-очень красивый.
   - Вот и расцвел  цветочек!  -  крикнула  Танечка  и  выпорхнула  из-под
папиной руки.
   Трое других девочек перестали изображать живую стену и тоже  подошли  к
цветку, стараясь не наступать на белые линии мела на асфальте.
   - Ой, какой красивый, - прошептала Оля. - Такого еще  не  было.  Правда
ведь, девочки?
   - Был, - уверенно сказала Марина. - У сто первого дома позавчера  такой
распустился.
   - Все-то ты знаешь, - вздохнула Ира. - Энциклопедический ум.
   - Вы что, серьезно, что ли,  хотите  сказать,  что  цветы  вот  так  из
асфальта и вырастают? - спросил папа.
   - Папочка! - испуганно крикнула Таня. - Ты на домик наступишь!
   Папочка поспешно сделал шаг назад.
   - Я что-то тоже не слышал, чтобы из асфальта цветы лезли,  -  поддержал
Игнатьева Чичурин.
   - Так ведь  здесь  не  слушать,  а  смотреть  надо,  -  сказала  Оля  и
исподлобья взглянула на взрослых: как расценят ее дерзость?
   - Это космические корабли маленьких человечков, - пояснила Ира.
   - Что же им, и не приземляться теперь? - недовольно спросила Марина.
   - Ах, корабли звездных пришельцев, - с облегчением рассмеялся папа.
   А в это время по воздуху опять чиркнула белая молния.
   - Еще два домика нужно строить, - сказала Ира.
   - Мы им вчера концерт устраивали, -  качала  Оля.  -  Они  очень  любят
музыку. Просили сегодня вечером еще раз сыграть.  Ты,  папочка,  дашь  нам
большой аккордеон?
   - Это кто же такие "они"? - переспросил Чичурин.
   - Маленькие человечки, - сказала Ира.
   - Папа, разве ты их не видишь? - спросила Оля.
   Папа внимательно посмотрел на асфальт.  Ну  что  ж.  Его  дочери  умели
рисовать. Особенно  старшая.  А  фантазии  хватает  у  всех  четверых.  На
асфальте  были  нарисованы  дома,  около  десяти  домов.   Одноэтажные   и
двухэтажные. Из кирпича  и  бревен.  С  резными  наличниками,  крылечками,
трубами, палисадниками, дорожками. Городок был цветной.  Фантазия  девочек
странно  и  причудливо   трансформировала   привычные   представления   об
архитектуре городов. Нечего  было  даже  и  пытаться  понять  стиль  этого
разноцветного городка. Это был особый  детский  стиль.  Здесь  одна  стена
могла быть выше другой, а крыша  покрывать  только  половину  дома,  труба
смешно заваливалась набок. Цветок мог быть выше дома, а маленькие  смешные
человечки...
   Папа вдруг  страшно  удивился.  Вот  человечки-то  были  нарисованы  не
детской рукой. Фигурки застыли в самых разнообразных позах.  Вот  женщина,
развешивающая занавески на окнах потешного  домика.  Садовник,  поливающий
клумбу. Бабушка в  окружении  внучат.  Мужчины,  собравшиеся  в  кружочек.
Выписана была каждая морщинка на лице, каждая  складка  одежды.  Выражения
лиц  были  схвачены  предельно  реалистично.  И  хотя  фигурки  напоминали
сказочные персонажи, в их изображении чувствовалась рука художника.
   - Да, я вижу,  -  вымолвил  наконец  папа.  -  Город  у  вас  получился
красивый. Хороший город. А кто рисовал маленьких человечков?
   - А ведь действительно  красиво!  -  воскликнул  Чичурин.  -  По  такой
красоте  ездить  колесами  было  бы  как-то  неудобно.  Чего   только   не
навыдумывает подрастающее поколение.
   - Папа, ну а цветы-то хоть ты видишь? - спросила Оля, глядя исподлобья.
Видно было, что она уже начинает сердиться на непонятливость  взрослых.  -
Ведь их за последнее время столько распустилось на асфальте.
   - Постойте! - перебил  Чичурин.  -  Я  что-то  припоминаю.  Что-то  мне
последнее время мешает ездить по дорогам. Какое-то  препятствие.  Красное,
синее, белое. В общем, цветное. Приходится руль  чуть  вправо,  руль  чуть
влево поворачивать. Ну а что это такое, разглядеть нет времени.
   - Это и есть цветы, - радостно сказала Ира.
   - Папа, тут кругом цветочки. - Танечка снова вцепилась в локоть отца.
   -  Где  уж  взрослым  обратить  внимание  на  цветы!  Они  и  другую-то
цивилизацию не видят, - с гордым видом сказала Марина. Недаром ее называли
энциклопедическим умом. Детским еще, конечно.
   Папа оглянулся,  заставил  себя  на  несколько  секунд  забыть  и  свою
комиссию, и совещания,  и  подготовку  материалов  к  отчету,  и  всю  эту
ежедневную суету. Суету, необходимую, нужную, но все же не позволяющую ему
вот так взять и просто оглядеться.
   Что-то делалось вокруг!
   Асфальт во многих местах горел, переливался, сверкал, искрился цветами.
Самых разнообразных форм и линий. Все цвета радуги, казалось, собрались на
асфальте.
   Глядя  на  Игнатьева,  повернулся  на  месте  и   Чичурин.   Вдруг   он
заторопился, поспешно распрощался с Игнатьевым и его дочерьми и бросился к
автомобилю.
   - Поехал я! Через пять минут не выберешься отсюда!  А  дочери  твои  не
дадут смять ни одного цветка. Что делается...
   Его автомобиль осторожно развернулся и  на  самой  маленькой  скорости,
делая зигзаги и  иногда  даже  сдавая  назад,  выкатился  из  переулка  на
автостраду.
   - Эти цветы нельзя мять, - голосом учителя, сказала Марина.
   - Ну, конечно, конечно, - поспешно согласился папа.
   - Папка, - сказала Оля, - мы ведь серьезно говорим.
   - Этот цветок можно срезать и унести домой, но на его месте  тотчас  же
вырастет другой, - сказала Ира.
   - Это волшебные цветочки, - объяснила Танечка. Для нее еще многое  было
волшебным.
   - Папа, ведь уже все, все  ребятишки  знают,  что  на  Землю  прилетели
маленькие человечки, - сказала Ира.
   - Встретились две цивилизации, а взрослые ничего не замечают.  Ну  надо
же, - удивилась Марина.
   - Они добрые, веселые, они  любят  музыку!  А  как  они  танцуют!  -  с
восторгом выпалила Оля.
   - Только им негде жить, - огорченно заметила Танечка.
   - Постойте, постойте, - остановил их папа. - Давайте не все сразу, а по
очереди. Ну хоть ты, Ира.
   - Уже целую неделю на Землю  прилетают  корабли  маленьких  человечков.
Когда они летят, их нельзя видеть. Только вот такие стрелы, как молнии.  -
Папа зажмурился, потому что в метре от него пронеслась огненная стрела,  и
на асфальте  распустился  ярко-оранжевый  цветок.  -  Это  их  корабли,  -
продолжала Ира. -  Так  мы  думаем.  Когда  они  выходят  из  корабля,  он
превращается  в  цветок.  Они  хорошие,  эти  человечки.  Они  как   будто
нарисованные. А как они радовались, когда мы нарисовали им домики!
   - Это рисунки и есть, - заикнулся было папа.
   - Нет, нет, папочка, - перебила его Оля. - Они  живые.  Они  двигаются,
они разговаривают с нами. Это все они сами рассказали нам. А прилетели они
с другой звезды, потому что там им негде стало жить. Их  города  раздавили
автомобилями.
   - Так они еще и двигаются? - удивился папа.
   - Конечно, - сказала Марина. - Как они могут  не  двигаться,  если  они
живые. Только они очень боятся взрослых и особенно автомобилей и  замирают
сразу.
   - Сказка какая-то, - прошептал папа. - Скажите же им, чтобы они меня не
боялись.
   - Улиас, Мелла, Эльва! - крикнула Танечка. - Не бойтесь! Это наш папа!
   И  маленький  городок  ожил,  наполнился  движением,   веселым   шумом,
какими-то  непонятными  звуками  и   восклицаниями.   Плоские,   двумерные
маленькие человечки ожили в разноцветном сказочном двумерном городке.
   - Они спрашивают, - перевела Ира, -  позволят  ли  им  жить  здесь.  Не
раздавят ли их, как случилось с ними уже однажды?
   - Я думаю, что не раздавят. Ведь вы не позволите?
   - Нет, нет! - в один голос закричали девочки.
   - А еще они просят нас устроить им концерт, - сказала  Оля.  -  Так  мы
возьмем большой аккордеон?
   - А донесете? - усомнился папа.
   - Донесем! - снова хором закричали они.
   А Танечка добавила:
   - Мы же вчера донесли.
   Папа только покачал головой.
   - Мы над ними шефствуем, - сказала Марина. -  Все  девочки  и  мальчики
рисуют им города. А потом мы посмотрим, чей будет лучше.
   - Почему я ничего не понимаю из их разговоров?
   - О! Этому и мы не сразу научились, - сказала Ира. - С  час,  наверное,
времени ушло.
   - Ну так мы пойдем за аккордеоном? - нетерпеливо спросила Оля.
   - Пойдем. Ну и чудеса!
   - Ура! Сейчас концерт для вас будет!
   В двумерном городе бурно радовались маленькие плоские человечки.
   Папа и его четыре  дочери  помахали  человечкам  руками  и  направились
Домой. Ребятишки всего двора  рисовали  смешные  домики.  А  взрослые,  не
особенно вникая, отчего так тихо во дворе, просто радовались этой вечерней
тишине.
   Все пятеро с шумом ввалились в квартиру.
   - Тише вы!  -  крикнула  им  из  комнаты  мама.  -  Тут  по  телевизору
экстренное сообщение передают.
   Папа приложил палец к губам.
   - Передаем экстренное  сообщение,  -  взволнованно  говорил  диктор.  -
Многие  радиостанции  Земли  приняли  сообщение  от  неизвестных  разумных
существ. Разумные существа, именующие себя двумерцами,  просят  разрешения
поселиться на нашей планете и предоставить в  их  распоряжение  города,  в
которых они могли бы жить. Двумерцы  откровенно  заявляют,  что  несколько
планет их уже не  приняло,  и  в  случае  отказа  они  немедленно  покинут
солнечную систему. В настоящее время создается комиссия, которая вступит с
пришельцами в контакт и  представит  на  рассмотрение  всему  человечеству
проект.  Просим  всех  высказывать  свои  мысли  через  радио,  газеты   и
телевидение. Предполагается,  что  комиссия  закончит  работу  через  пять
месяцев.
   - А вы носитесь бог знает где, - сказала  мама.  -  Тут  такие  события
происходят. Садитесь есть  живо,  а  то  вдруг  еще  что-нибудь  передадут
интересное.
   - А мы уже... - начала было Танечка, но три сестры и папа  так  на  нее
посмотрели, что Танечка замолчала.
   - Берите аккордеон, барабан, маленький  аккордеон  и  пошли  гулять,  -
скомандовал папа.
   - Это еще что такое! А есть кто будет?
   - Потом. Успеем, - успокоил ее папа.
   - Пошли! Там интересно!
   И мама согласилась.
   Они стали собираться. Диктор снова начал читать  экстренное  сообщение,
повторяя его в  который  уже  раз.  Взрослые  во  всем  мире  прильнули  к
телевизорам. А дети во всем мире, не слыша сообщения диктора, рисовали  на
асфальте города. Маленькие и большие, цветные и одноцветные, многоэтажные,
каменные и из тростника. С клумбами, лесами, холмами и реками.
   И короткие белые молнии время от времени разрезали  небо,  и  тогда  на
асфальте расцветали фантастические цветы.
   Но ребячьи города на асфальте все же были еще фантастичнее.