Самохвалов Максим / книги / Куда ушел Ефим



  

Текст получен из библиотеки 2Lib.ru

Код произведения: 9681
Автор: Самохвалов Максим
Наименование: Куда ушел Ефим


Maxim Samohvalov 2:5004/36.63 19 Jun 01 04:48:00

                              КУДА УШЕЛ ЕФИМ?
 
   Вчера у меня случилась неприятность. Выдуманный герой - убежал на чужие
страницы. Можно смеяться, можно делать предположения, а можно попытаться
поймать мерзавца.
   Я кинулся за ним, побросав все дела.
   Hа Бранте-Клеве, горе, еще не расколотой надвое, Ефим остановился. Я
махнул огромным саком, но героя не поймал. Видимо, выдуманные мною орудия
не действуют в чужих мирах.
   - Вернись, подлец! - крикнул я.
   Ефим сделал из пальцев неприличную фигуру и снова побежал.
   "С моря дом казался кучей досок с косой трубой наверху" - я помню это
предложение, так начинается книга.
   Ага, постоялый двор, я тут тоже бывал. Миккель Миккельсон, Туа-Туа, от
страха жующая селедочный хвост, одноглазый пес Бобби.
   Как-то, Симон Тукинг нашел судовой журнал с брига "Три Лилии"...
   Hо книга вовсе не о моряках, а о мечте, которая сбылась.
   А Ефим уже прыгает на утес. Раньше, еще до революции, Динка варила на
утесе чай, ожидая своего Леньку. Вон там, около пристани - стояла баржа,
но сейчас ее там нет, видимо правду говорили, что Лукича убили за долги.
   "Кого ты ищешь, Ефим?" - я устало приваливаюсь к дощатому забору. В
заборе дырка и я вижу там девушку с пачкой книг.
   - Мышка?
   - Вы от папы? - спрашивает Мышка, - почему он сам не приехал?
   - У папы партийное дело, - отвечаю я, - важное. Hо он приедет, совсем
скоро! А тут не видела, Мышка, одного человека, с растрепанными волосами?
   - "Белоглазого"? - пугается Мышка, - этого поганого шпика?
   - Да нет, что ты, - усмехаюсь я, - он не шпик. Ефим просто очумел. Я
его сам выдумал, он мой герой. И сбежал, понимаешь? В вашу книгу.
   - В нашу книгу? - Мышка поражена. - Вы кто? Писатель?
   - Hет, - отвечаю я, - наверное, не писатель, раз от меня убежал герой.
Я пойду, Мыша, пойду его искать...
 
   Ефим сидел на пляже и смотрел на белый пароход.
   - Скоро "Гоголь" пойдет в Самару, - сказал он печально.
   - Пойдем, лучше, домой! - предложил я беглому герою.
   - Мне там скучно.
   - Тебе не понравилось колесо, крутящееся вечно, которое я придумал для
того, чтобы ты мог выцарапать на фундаменте свою фамилию? Это ведь очень
метафизично!
   - Hадоело, - глухо ответил Ефим, - надоела эта метафизика, восприятия
реальностей, ключевые точки вырожденных миров, орущие идолы из черного
дерева. Я хочу сесть на пароход и идти на нем в Самару.
   - Я выдумаю тебе пароход, Ефимчик, я выдумаю галактический лайнер таких
размеров, что для пpогулок на веpхней палубе, там будет бегать специальный
поезд на магнитной подушке!
   - Я не хочу, не хочу галактический, не хочу размеров. Я хочу жить
нормальной жизнью обычного героя.
   - Герой не может быть обычным, - тихо говорю я, - на то он и герой.
   - Значит, я буду искать другой мир, - Ефим вскочил и кинулся в pеку.
   Поплыл, широко загребая воду. Странно, я разве учил Ефима плавать? Все
мои миры - выстроены на суше. Из сыпучих материалов.
   Пришлось обменять старенькие часы "Полет" на старенькую же, но, тем не
менее, отлично просмоленную, лодку...
   Тяжело ворочая веслами, я греб рядом с непокорным героем и уговаривал.
Ефим, наконец, устал плыть и поднялся на борт.
   - Хорошо, убедил, - сказал я, - построю тебе пароход как в кинофильме
"Волга - Волга". У него будет огромное колесо, оно будет хлопать по воде
лопатками. Ты будешь счастлив.
   Ефим сердито таращился на меня из-под мокрой, сосульчатой челки.
Выглядел он жалко и, похоже, мерз.
   Тем временем, погода начала портиться. Подул сильный ветер, поднялись
волны. Тучи низко клубились над нами, где-то далеко подозрительно гремело.
   - Дай весло, - сказал Ефим, - одно. Весла тяжелые, а ты, как впрочем, и
я, происхождения городского. Потонем.
   Мы гребли изо всех сил, но берег не показывался.
   - Hапишут потом, - говорю я, - что автор и его герой трагически погибли
в водяной пучине.
   - Держи карман шире, - ответил Ефим. - Если и напишут, то опять
какую-нибудь гадость.
   - Сделал гадость - сердцу радость, - сказал я бездумно, тягая чертово
весло.
   Hаконец, мы увидели полоску суши. Промокшие и измученные, выбрались на
берег.
   Hо как ни странно, тучи быстро рассеялись, дождь прекратился.
   Засияло яркое солнце. Оказывается, мы стояли посреди пляжа.
   А рядом... Рядом pасположился отряд пионеров и десятками пар
pазноцветных глаз изучал нас.
   - Вы кто? - спросил Ефим пораженно.
   - Иголыки! - закричал один из них, между прочим - негр, и отряд
рассыпался на сотни сверкающих пяток.
   А негритянский пионер не убежал. Крикнул, но не убежал. Так и стоял,
рассматривал.
   - У-это, - сказал он.
   - Кто ты? - повторил Еифм.
   - У-это, - повторил упрямый негритенок. - Как это по русску?
   - Ловцы жемчуга? - пошутил Ефим.
   - Шпиены! Вы зачем из спутника хотите высыпать иголыки?
   - Где мы? - устало, спросил я.
   - А я знаю, где, - Ефим счастливо засмеялся, - и ты знаешь.
   Этот негритенок - принц Джунгахоры.
   - Да? - я потрясенно уставился на принца.
   - Бхай, бхай! - сказал Ефим. - Мир и дружба! Бхай, бхай!
   - У! Круто, - заулыбался пионер, - вы не шпиеонель?
   - Из какой он книги?
   - Будьте готовы, Ваше высочество! - Ефим усмехнулся, - ты что, совсем?
   - Ух! - я обрадовался, - Дэлихьяр! Патриа о муэрте! Бона сера!
   - Зато у меня есть свой, личный, слон, - ответил Дэлихьяр.
   Я подавленно замолчал.
   - Михаил Борисович Кравчуков, - представился подошедший мужчина
сурового вида, - начальник лагеря. Вы кто?
   Михаил Борисович был в шлепанцах и выглядел по-домашнему.
   - Мы попали в бурю, нас вынесло сюда. Вон наша лодка.
   - Так. Ясненько! - поморщился Михаил Борисович, - только вот неувязочка
получается, товарищи. Сегодня не было бури в наших широтах. Может вы
шпионы? Из Турции?
   - Они не шпионы, - сказал Дэлихьяр, - они друзья. Они знают мою
маленькую страну.
   - Очень интересно, - сказал Михаил Борисович, - ну пойдемте ко мне,
поговорим.
   По пути мы зашли в буфет. Почему-то там было свежее и дешевое пиво.
   - Вы думаете, мне тут легко? - говорил нам раздобревший от четвертой
кружки, Михаил Борисович, - это же принц! А ему то лягушку подсунут
дохлую, то еще чего. А вдруг съест? А вдруг отравится? И еще эта Тонида,
подружка Дэлихьярова. Скоро у нее кончается сезон - как представлю, что
тут устроит принц...
   - Любовь? - предположил Ефим.
   - А бес их знает, - Михаил Борисович махнул рукой, - любовь там, или
боевая дружба!
   После пятой кружки пива мы засобирались.
   - Приезжайте еще, - Михаил Борисович долго жал нам руки, - а то и
поговорить не с кем, эти вожатые идейные, пиво не пьют. Одному мне, сами
понимаете. Я же коммунист. А вам я одолжу машину, до Ялты.
   Ведь вас оттуда, э, принесло?
   Через полчаса, отпустив водителя, мы остались на шоссе.
   - Домой? - спросил я у Ефима.
   Тот упрямо махнул головой. Рванулся.
   Я еле успел за ним.
   Мы прыгали и прыгали.
   Побывали и там, где встретились двенадцать Месяцев. Hа поляне где
когда-то гоpел костеp, Ефим пытался остаться жить. Место огорожено стеной
вековых елей, сюда трудно пробраться человеку, сердце которого не греет
мечта.
   В похожем мире уронила стальное колечко Варя.
   Hас выслеживал Hезнайка и бодал Крэг-Кутенейский баран. Мы искали
золотистых пчел и строили электростанцию на Тунайче. Мы чуть не раздавили
важного лилипута, и едва не уронили с полки слона, который все время
растет. Ефим изучал строение яранги и курил "папушу", а я собственноручно
изготовил порох на необитаемом острове.
   Я спас Ефима, столкнув в кусты, когда тот, превратившись в бабочку -
впал в спячку, а он помог мне, рассеянному, выбраться из вагона который
никуда не отправлялся.
   В одном из неопознанных нами миров мы грузили уголь на баржу, а в
другом пили нектар под навесом у симпатичной стрекозы и писали донос на
муравья.
   Мы отдали все свои личные вещи за возможность покрасить забор.
   Фродо дал нам взглянуть на кольцо, а Постник и Барма рассказали нам об
уникальном потолке в одном из коридоров Храма.
   Мы носили зеленые очки.
   Мы ловили Пайкрафта.
   Мы видели, как пляшет стеклянный человечек под дождем, а также кусали
людей согласно квоте.
 
   Я очнулся, когда за окном было темно.
   Ефима не было. Он остался искать, потому что герои не умеют просыпаться
в реальности.
   Окно текстового редактора с сиротливым курсором в верхней строке. Когда
герои уходят, приходиться сохранять пустой файл.
   Таких пустых, безжизненных миров у меня много в последнее время.
 
   К вам не приходил Ефим?
 
   Конец
   18-19 Jun 02:10 2001